Добавить в избранное Написатьь письмо
Dimina       Оценка фанфикаОценка фанфикаОценка фанфика

    "- Что вы здесь делаете? – взвизгнула Гермиона, прижимая к себе одеяло. - Это вы что здесь делаете? – проревел он в ответ. Она запоздало осознала, что, во-первых, не помнит ничего после того, как ушла с ужина, во-вторых, находится в личных комнатах Снейпа, до которых даже не знает, как добраться, и, в-третьих, она еще и полностью раздета. Страшная мысль поразила их одновременно, и они потрясенно уставились друг на друга." Это не снейджер. Шестая-седьмая книги не учитываются.
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гермиона Грейнджер, Драко Малфой, Гарри Поттер, Джинни Уизли, Северус Снейп
    AU/ Любовный роман/ Юмор || гет || PG-13
    Размер: макси || Глав: 44
    Прочитано: 638977 || Отзывов: 627 || Подписано: 1817
    Начало: 08.08.08 || Последнее обновление: 13.04.12
    Данные о переводе
Автор фанфика: CrazyGirl47
Контакты автора: не указано
Язык оригинала: Английский
Название фанфика на языке оригинала: The Prank War
Ссылка на фанфик: http://www.fanfiction.net/s/2011487/1/The_Prank_War
Разрешение на перевод: автор не ответил



Война шуток

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 


Автор: CrazyGirl47
Переводчик: Dimina
Название: Война шуток (The Prank War)
Рейтинг: PG-13
Главные герои: Гермиона Грейнджер, Гарри Поттер, Рон Уизли, Джинни Уизли, Драко Малфой, Северус Снейп и др.
Жанр: AU/ Юмор/ Роман
Саммари (авторское): Теперь, когда Волдеморт мертв, Гарри с друзьями наслаждаются последним годом в школе, принимая участие в вековой традиции Хогвартса – войне шуток седьмого курса. И когда Малфой сыграет ужасную шутку над Гермионой, гриффиндорцы пообещают отомстить…
О чем говорилось в примечании автора, вкратце: Учитываются 1-5 книги (фанфик пишется с 2004 года), но с некоторыми изменениями. Сириус жив, МакГонагалл всего на год или два старше Мародеров, Гарри и Рон - оба старосты.
Описывается седьмой год Гарри и компании. Волдеморт к этому времени мертв, так же как Люциус Малфой и большинство Пожирателей смерти.
Дисклеймер: Мне не принадлежит то, что мне не принадлежит, в том числе Гарри Поттер и его вселенная, но не только они.
P.S. Эта история начинается в конце октября, за несколько дней до Хэллоуина.

Примечания переводчика: основной пейринг данной истории – Драко/Гермиона, но романтики пока было очень немного (фанфик находится в процессе написания). Так что если хотите прочитать что-нибудь душещипательное и слезывыжимающее – вам не сюда, но если желаете посмеяться – это самое оно.
Я взяла за основу перевод «РОСМЭНа», так как именно он знаком большинству читателей, но когда их перевод какого-нибудь имени или названия слишком отдаляется от оригинала или еще по каким-то причинам мне не нравится, обращаюсь к другим вариантам, на мой взгляд, более подходящим. Примеры:
Crookshanks – не Живоглот, а Косолап (потому что переводится именно так)
Hedwig – не Букля, а Хедвиг
Hufflepuff – не Пуффендуй, а Хаффлпафф
Longbottom – не Долгопупс, а Лонгботтом (ну не нравятся мне ни Долгопупс, ни Длиннопоп; к тому же чудится в этой фамилии намек на слово «лоботомия»)
Luna, Loony – не Полумна или Полоумная, а Луна или Лунатичка
Ravenclaw – не Когтевран, а Рэйвенкло
Seamus – не Симус, а Шеймус (так правильно читается это ирландское имя)
Snape – не Снегг, а Снейп
Voldemort – не Волан-де-Морт, а Волдеморт
Weasel – не Уизел, а Крысли (так Малфой называет Рона, ссылаясь на его фамилию – ‘Weasley’; ‘weasel’ означает «ласка», это зверь из семейства куньих)

Внимание: некоторые персонажи ООС; Снейп и МакГонагалл в особенности.

В настоящее время фанфик проходит редактирование. Исправлены главы: 1-10

Пролог

Профессор МакГонагалл закончила урок пораньше и повернулась к гриффиндорцам со строгим выражением лица.
- Мне прекрасно известно, что седьмой курс – это время войны шуток, - сказала она холодно. Несколько человек обменялись виноватыми взглядами или озорными ухмылками, они уже замыслили несколько проказ.
- Долгие годы мы с другими преподавателями пытаемся покончить с таким сумасбродством, как война шуток между факультетами, но она чрезвычайно забавляет директора. Так что хочу вас предостеречь.
- МакГонагалл не может нас остановить, потому и поучает, - прошептал Рон Гарри и Гермионе. Гарри кивнул, погруженный в свои мысли: это было как раз в духе Дамблдора – позволить то, что остальных учителей просто сводит с ума.
- Во-первых, если ваши шутки противоречат школьным правилам, причиняют вред школьному имуществу и, тем более, если они опасны, последует наказание. Любой, кто совершит опасную проделку, подвергнется гораздо худшему наказанию, чем отработка, я ясно выразилась?
Несколько студентов кивнули.
- Во-вторых, я крайне не одобряю подобную деятельность: сыграв шутку, вы станете еще большей целью для других учеников. Но даже если держаться в стороне, это не значит, что вам ничего не грозит, если кто-то захочет сыграть одну над вами. Так что… будьте осторожны, – МакГонагалл помедлила, потирая переносицу.
- И наконец, – она вздохнула, – держитесь начеку. Мы гриффиндорцы, и так как именно на нас обычно направлены проделки слизеринцев, частенько весьма неприятные, это достаточная причина всегда быть настороже и придерживать язык. Слизеринцы очень мстительны.
Гермиона вздохнула, а Гарри и Рон поморщились: Драко Малфой, конечно же, воспользуется этим предлогом и сделает все, чтобы их помучить.
- Также не стоит переходить дорогу ученикам Рэйвенкло: они умны и тщательно продумывают свои шутки, которые могут поставить вас в крайне неловкое положение, - продолжала МакГонагалл, - Хаффлпаффцы тоже в этом искусны – они не боятся работать, чтобы получить то, чего хотят, имеют большое чувство справедливости и преданности, а также решительность. Я помню, как о мести Амоса Диггори неким слизеринцам говорили годами, а члены семьи Боунсов сеяли здесь хаос в течение сотен лет. И, разумеется, не сбрасывайте со счетов своих товарищей – гриффиндорцев. Они редко когда выходят за пределы небольшой мести, но некоторые вполне могут сделать что-то просто для смеха. Да, мистер Уизли, я говорю о ваших братьях… и не ухмыляйтесь, мистер Поттер, мне нередко хотелось придушить вашего отца и его друзей за ту деятельность, которую они развивали, когда учились здесь. Да и ваша мать была на многое способна, хоть и являлась старостой школы, - тут МакГонагалл посмотрела на Гермиону, та нервно дотронулась до своего значка старосты.

После звонка весь класс обсуждал предупреждение преподавателя.
- Интересно, что твои мама и папа сделали МакГонагалл, Гарри, - задумался Рон, когда они направлялись к Большому залу.
- Хотел бы я знать… кажется, МакГонагалл была на год старше них и вернулась сюда как преподаватель на их седьмом курсе, - сказал Гарри. - Или на два года старше, точно не помню.
- Ладно, узнаем у Сириуса, когда увидим его в следующий раз. Ну так… что мы устроим Малфою? – жадно спросил Рон.
- Не знаю, разве что… может, свяжемся с Люпином и Сириусом, у них должны быть идеи… говорят, Мародеры были такими же, как Фред и Джордж, если не хуже.
- Фреду и Джорджу я тоже напишу – они могли бы прислать товары из своего магазина со скидкой…
- Ребят, - робко вмешалась Гермиона, - а может, просто оставим его в покое?
Парни остановились и потрясенно уставились на нее.
- Чего?! – взревел Рон.
- Мы можем попасть в неприятности… я могу лишиться значка старосты школы, а вы – своих значков… что бы сказали наши родители?
- Как ты можешь струсить? Это же идеальный повод действительно отыграться на Малфое! – изумился Гарри.
Они вошли в Большой зал и сели ужинать, продолжая спорить за едой. Ребята даже не заметили, что Малфой и его приятели, Кребб и Гойл, стоят позади, пока Малфой не толкнул кубок Гермионы. Гарри поймал кубок, прежде чем он опрокинулся на скатерть.
- Ой, - Малфой хихикнул и отошел.
- Это было… жалко, - нахмурился Гарри.
- На него смотрел Снейп… и сейчас они идут к нему, - сказала Гермиона. - И уж если это все, что пришло ему в голову – видите, он того не стоит.
- Наверняка он замыслил что-то ужасное, но понял, что Снейп за ним наблюдает, – начал спорить Рон.
Гермиона собиралась ответить, когда Лаванда Браун уселась рядом с ними и подняла кубок.
- Тост, - бодро провозгласила она, - за начало прекрасной войны.
Все чокнулись кубками и отпили, даже Гермиона, хмурившая брови.
- Ну так как? – продолжила Лаванда. - Что вы планируете для слизеринцев? Половина наших – и, наверное, большая часть остальных – уже поспорили, что вы сделаете Малфоя и Панси Паркинсон. Говорят, учитывая вашу постоянную вражду со слизеринцами и дружбу с близнецами Уизли, вы им еще покажете. Я поставила десять галлеонов, что лучшая шутка будет за вами.
Гермиона закатила глаза и уже собралась прочитать лекцию о правилах, когда внезапно почувствовала, что ужасно хочет спать.
- Пойду, лягу – я не высыпалась уже целую вечность, - она не смогла подавить зевок.
- Тебя проводить? – обеспокоенно спросил Гарри: несколько секунд назад Гермиона была в полном порядке.
- Нет, все хорошо, ешьте.
Гермиона поднялась и вышла, а Гарри и Рон начали обсуждать идеи для войны шуток со своими однокурсниками и Джинни. Они все так погрузились в беседу, что даже не заметили, как Снейп, спотыкаясь и зевая, вышел из зала.

Глава 1. Начинается

Гермионе Грейнджер снился очень странный сон: по какой-то причине она рассталась с Роном и теперь лежала в постели с Оливером Вудом, причем оба они были обнажены выше пояса. Она положила руку на грудь Оливеру и обвила ногой его бедра, затем прижалась к нему, улыбаясь.

В это же время Снейп медленно просыпался, постепенно выходя из дремы. Он почувствовал, что рядом явно лежит и обнимает его девушка. Он инстинктивно обнял ее в ответ, но волосы девушки щекотались, заставляя его просыпаться быстрее.
- Оливер, - произнес чей-то голос, и Снейп распахнул глаза.
Сначала он сердито удивился, почему его девушка зовет его Оливером. Лишь через пару секунд чувства прояснились, и Снейп вспомнил, что у него уже давно не было девушки.
В следующий момент он разглядел ту, что прижималась к нему, и завопил.

Гермиона открыла глаза, услышав крик ужаса. Она не лежала полуодетая в объятьях Оливера после матча по квиддичу, она была раздета и обнимала своего самого нелюбимого преподавателя.
- А-а-а-а-а!!! – закричала она ему в лицо.
- А-а-а-а-а!!! – согласился Снейп.
- Что вы здесь делаете? – взвизгнула Гермиона, прижимая к себе одеяло.
- Это вы что здесь делаете? – проревел он в ответ.
Она запоздало осознала, что, во-первых, не помнит ничего после того, как ушла с ужина, во-вторых, находится в личных комнатах Снейпа, до которых даже не знает, как добраться, и, в-третьих, она еще и полностью раздета. Страшная мысль поразила их одновременно, и они потрясенно уставились друг на друга. Спустя минуту Снейп прервал молчание.
- Нет, - пробормотал он, - я вчера не пил…
Он вскочил с кровати, обернув одеяло вокруг талии, и ринулся к шкафчику в углу, на лице выражение паники. Гермиона заметила десятки бутылок спиртного, в основном водки и джина, прежде чем перевести взгляд с буфета на преподавателя, который что-то бормотал, изучая каждую бутылку так тщательно, словно в них находились ингредиенты для зелий.
- Это просто сон. Очень плохой сон, - монотонно бубнила Гермиона, пытаясь уверить в этом себя. - Хуже чем тот, где Волдеморт убил Гарри, всех Уизли и моих родителей. Хуже чем тот, где я вышла замуж за Малфоя.
- Где вы сделали что? – невольно удивился Снейп, но Гермиона не слушала. Она ущипнула себя – сильно – и вскрикнула:
- О, черт…
- Следите за своим… Боже, я знаю, что не пил все это… ах да, с Минервой перед началом семестра… Проклятье! Я пил только тыквенный сок, черт подери, я не…
- Тыквенный сок! – завопила Гермиона. Снейп подпрыгнул и чуть не уронил большую, почти пустую бутыль вина. – Тыквенный сок… Малфой… да, это оно! Ну конечно!
- Что вы там бормочете? – проворчал Снейп, раздосадованный тем, что в его шкафчике для спиртного столько же бутылок, что и вчера.
- Это сделал Малфой, профессор!
- Сделал что?
- Малфой толкнул мой кубок за ужином, а когда я выпила из него, то ужасно захотела спать! А затем он подошел к вам!
- После чего я почувствовал крайнюю усталость и ушел к себе раньше обычного, - Снейп хлопнул себя по лбу, начиная понимать.
- Он подлил в наш сок сонного зелья и затем как-то доставил нас сюда… война шуток. Ах он… Я доберусь до него, и плевать, пусть даже я потеряю статус старосты школы, и весь Гриффиндор исключат.
Волшебная палочка Снейпа лежала на тумбочке у кровати. Гермиона схватила ее с таким видом, словно собиралась немедленно ворваться в слизеринскую гостиную и проклясть Малфоя.
- Ассио мантия! – воскликнула она.
Ничего не случилось.
- Ассио мантия! – отчетливо прокричала она, паникуя. - Ассио одежда! Ассио мантия! Черт возьми! Ассио брюки! Ассио мантия! Ассио что-нибудь!!!
К Гермионе подлетела книга и ударила ее в переносицу.
- Но не это же, – простонала гриффиндорка, потирая ушибленное место.
Снейп секунду просто смотрел на Гермиону, а затем бросился к ней и вырвал из рук палочку.
- Ассио… – начал он, но Гермиона его остановила:
- Это бесполезно, профессор. Малфой забрал мою одежду и волшебную палочку, чтобы мне сложнее было добраться до гостиной.
- Ну не можете ведь вы разгуливать в моих простынях, - неуверенно произнес Снейп. Все это было для него немного чересчур. Что бы сказали Альбус или Минерва, если бы обнаружили в его комнатах голую старосту школы? Даже если он убедит их, что это шутка слизеринцев, он никогда не загладит… Минерва ни за что не упустит такую возможность…
- Текила, - пробормотал он и снова направился к шкафчику, завязывая простыни вокруг талии так надежно, как мог. – Я знаю, что у меня была здесь бутылка текилы…
- Постойте, просто трансфигурируйте что-нибудь в мантию, и я смогу вернуться в гостиную, - попросила Гермиона, ликуя.
- Отличная идея, да вот только я не особо умею трансфигурировать… как Флитвик, хоть убей, не смог бы сварить сложное зелье, а Вектор ничего не смыслит в Травоведении. Где моя рюмка? – не найдя требуемого, он сдался и сделал большой глоток прямо из бутыли.
- А не могу я просто надеть одну из ваших мантий? – очень тихо спросила Гермиона.
- Полагаю, что можете, если мы хотим, чтобы меня уволили, а вас весь Хогвартс увидел в одеждах преподавателя… со значком декана, гласящим: «Слизерин», – ответил Снейп. Он протянул ей бутылку:
- Текилы?
- Вам следует выпивать перед занятиями, так с вами гораздо приятнее общаться, - раздраженно пробормотала гриффиндорка.
Гермиона чувствовала себя пойманной в ловушку. Ей определенно не нравилось, что она сидит на кровати своего самого нелюбимого учителя, имея только одеяло, чтобы прикрыться; однако это вовсе не значило, что она хочет встать и разгуливать вокруг кровати в простыне. И будто все и так не было достаточно фантастично, Снейп просто стоял у буфета и опустошал бутылку крепкой текилы как слабенькое вино. Раздосадованная, Гермиона обмоталась одеялом и слезла с кровати. Нельзя достигнуть наилучших результатов с волшебной палочкой другого волшебника, и у Гермионы не получалась трансфигурация с палочками Гарри или Джинни, так что и с палочкой Снейпа она многого не достигнет. Надеясь, что Малфой ничего не сделал с ее волшебной палочкой, и что вскоре она ее найдет, Гермиона собрала свою смелость и подошла к гардеробу Снейпа.

* * *

- Гарри! Рон! Вы не видели Гермиону? – обеспокоенно спросила Джинни, войдя в гостиную. В замке почти никого не осталось: большая часть старших учеников ушла на весь день в Хогсмид, а большинство младших развлекалось, гуляя вокруг замка и наслаждаясь прекрасной осенней погодой. Гарри и Рон же играли в волшебные шахматы, ожидая Гермиону, чтобы вместе пойти в Хогсмид.
- Нет, а что? – спросил Гарри, поморщившись, когда слон Рона разбил его коня.
- Ее нет в комнате, а Парвати сказала, что Гермионы не было в спальне, когда они вернулись с ужина.
Рон нахмурился:
- Наверное, они просто ее не заметили – Гермиона очень устала вечером, помните?
- Да, но ее одежда и волшебная палочка лежат на кровати, а самой ее нет. Она должна была встретиться с Лавандой два часа назад, чтобы заняться зельями, но так и не появилась. Лаванда и Парвати уже распространяют слухи… вы ведь не думаете, что с ней что-то случилось?
- Не-а, - Гарри попытался сказать это убедительно, хотя он отлично знал, что Гермиона, как и все они, никуда бы не ушла без своей палочки, даже теперь, когда Волдеморта больше нет. – С Гермионой не так-то просто сладить.
- Да, когда у нее палочка с собой, - возразила Джинни. Она вздохнула и плюхнулась в кресло. – Я не знаю, где она может быть… Конечно не там, где она по мнению Парвати и Лаванды, но все же.
- А что они говорят? – спросил Рон.
- О, обычный вздор, - раздраженно ответила Джинни. – Их лучшая выдумка – что Гермиона тебе изменяет, и вся вчерашняя история с усталостью была обманом, так чтобы она смогла проскользнуть в комнату какого-нибудь парня или что-то вроде того.
Гарри закатил глаза:
- Они начали сочинять эти глупые истории с тех самых пор, когда все считали, что она встречается с Фредом, помните?
Джинни хихикнула:
- Как такое можно забыть?
Однажды Фред нашел Гермиону спящей над книгами в гостиной и отнес ее в кровать. Лаванда и Парвати проснулись, когда он уходил, и на следующее утро рассказывали всем, что Гермиона и Фред спят друг с другом. Фред, который всегда был не против посмеяться, сказал, что это правда. Лаванда и Парвати были очень разочарованы, когда поняли, что все это время ошибались, и винили в этом Гермиону. Они то и дело распускали о Гарри, Роне и Гермионе какие-нибудь странные сплетни.
Джинни нахмурилась:
- Но все же… с этой войной шуток… что, если с ней что-то случилось?
- Не беспокойся, я уверен… - Гарри замолчал, когда портрет открылся, и сквозь проем в гостиную упала Гермиона.
Подняться она смогла не сразу. Гермиона слегка покачивалась, она была одета в мантию на несколько размеров больше, что затрудняло движения.
- У м’ня есть ‘тличная идея для в’йны шуток, - невнятно произнесла она и икнула. - Д’вайте научимся непр’стит’льным з’клятьям и убьем слиз’ринцев. Ну как?
Все трое уставились на нее.
- Э-э… что с тобой? – обеспокоенно спросила Джинни.
- Все ‘тлично, - сказала Гермиона, махнув рукой, и упала.
Гарри, Рон и Джинни подбежали и столпились вокруг, пока она истерично хихикала. Ее взгляд был слегка расфокусирован, и остальные могли почувствовать сильный запах водки.
- Она напилась, - недоверчиво произнес Рон. - Говорю вам, она пьяная! Гермиона Грейнджер, староста школы, пьяная вдрызг!
- После п’режитого сегодня, я это з’служила, - защищалась Гермиона, надувшись.
- А что случилось? – спросила Джинни, пока Гарри и Рон волокли Гермиону к дивану.
До того, как она смогла ответить, Гарри спросил:
- Хм, Гермиона? А что на тебе надето?
Он заметил на ее мантии значок декана вроде тех, что носили МакГонагалл и Спраут, только этот вместо «Гриффиндора» или «Хаффлпаффа» гласил: «Слизерин».
- М’нтия Снейпа, - ответила Гермиона. Когда все недоверчиво уставились на нее, она хихикнула и кратко рассказала им всю историю, ее хорошее настроение испарилось уже на третьем предложении.
- И тогда, - заканчивала она, - Снейп р’зрешил ‘должить эту ‘дежду, что д’стат’чно отвр’тительно даже без т’го, что на мне нет н’жнего белья. И он уже был т’к пьян, что п’зволил мне п’днять дух парой ст’канов водки и слив’чного пива.
- Сколько точно было стаканов? – подозрительно спросил Гарри.
Гермиона начала считать на пальцах. Достигнув десяти, она остановилась и показала обе ладони с растопыренными пальцами:
- Три, раз’меется, не больше трех.
- Гермиона! – раздраженно воскликнул Рон.
- Оставь ее в покое, она проснулась голая рядом со Снейпом, - сказала Джинни, содрогнувшись. - А я-то думала, что Тайная комната – это самое ужасное.
Гермиона кивнула:
- Х’тя с ним можно н’плохо поболтать, когда он н’пьется, вы не знали? Мы обс’дили теории нек’торых зелий, пр’вда, не смогли точно всп’мнить ни одно из них…
- Только Гермиона может проснуться голой рядом с голым Снейпом и начать говорить о домашней работе, - пробормотал Рон.
- … а п’том он рассказал, как был вл’блен в мать Гарри, к’гда они учились в Хогв’ртсе, и именно поэтому он ст’л шпионом, когда Поттеры ум’рли…
- Фу! – воскликнул Гарри. - Ему нравилась моя мама!
Гермиона кивнула:
- Но все не так плохо. П’тому что мы с’бираемся убить всех слиз’ринцев, сл’довательно, мы должны убить и Сн’йпа, и значит, тебе б’льше не придется думать об этом. А когда он умрет, я см’гу сжечь эту мантию, пр’вда с его стороны было ужасно мило ‘должить ее мне. Хм… а Снейп – н’плохой человек, когда выпьет.
- Ты говоришь ерунду, Гермиона, - мягко сказала Джинни. - Пошли, приведем тебя в порядок. И уведем отсюда, пока кто-нибудь еще не увидел.
- Постой, лучше возьми ее вещи, и отведем Гермиону в нашу спальню, - вмешался Гарри. - Если зайдут Шеймус, Дин или Невилл, они никому не расскажут. В отличие от девчонок.
- Верно, - согласилась Джинни, и они повели Гермиону в комнату мальчиков, чтобы подождать, пока староста школы протрезвеет.
- И что мы собираемся делать? – спросил Рон, пока он и Гарри взбирались по лестнице вместе с Гермионой, а Джинни шла следом с ее одеждой и волшебной палочкой.
- С чем? – спросил Гарри.
- Со слизеринцами, конечно, - закатила глаза Джинни.
- Пока не знаю, но это должно быть что-то грандиозное, - ответил Гарри, прищурившись.
- И в’зможно незаконное, - внезапно добавила Гермиона и снова икнула. Она выставила указательный палец на манер волшебной палочки, бормоча: - Авада Кебавра! Авада Кадабра!


Глава 2. Неожиданный союзник


Снейп был пьян. Очень, очень пьян.
Он проснулся рядом с ученицей, с чертовой старостой школы – из Гриффиндора! – что было достаточно плохо и без того, что она – лучший друг Поттера и одна из самых неприятных Снейпу людей. Потом оказалось, с ней хорошо поговорить, когда он слишком пьян, чтобы обращать внимание на то, что разговаривает с Гермионой Грейнджер. А когда она лежала в его кровати или сидела в его кресле, одетая в его мантию, он поймал себя на ужасно неправильных мыслях. Снейп не мог припомнить утра, хотя бы вполовину такого же странного как это.
«Малфой должен умереть… Малфой должен умереть… - он понял, что напевает это про себя на мотив какой-то песенки, - Малфой должен умере-е-еть!»
Снейп обнаружил, что ворвался в слизеринскую гостиную. Было еще рано, но Малфой уже проснулся и сидел у камина – он плохо спал с прошлого лета, когда во время решающей битвы с Волдемортом погиб его отец. Малфой уставился на преподавателя, он был удивлен, встревожен и совершенно сбит с толку.
Снейп наставил на Малфоя как меч пустую бутылку из-под текилы. Малфой осторожно потянулся за палочкой. Похоже, он был напуган – скорее даже в ужасе, но ведь не каждый день в комнату врывается очень сильный волшебник и бывший Пожиратель смерти, на котором нет ничего, кроме простыни, обмотанной вокруг талии, и размахивает перед тобой бутылкой из-под спиртного.
Снейп остановил себя прежде, чем произнес смертельное проклятие, когда понял, что держит в руке не палочку. Вместо этого он начал кричать на Малфоя как… ну, как напившийся и слетевший с катушек человек, которым он сейчас и был.
- Это не твое дело, спал ли я с ней! Понял? И я не делал этого. Честно! Грейнджер и я… мы… просто друзья!
Выражение лица Малфоя заставило даже пьяного и взбешенного Снейпа расхохотаться.

* * *

Хоть Гермиона и пользовалась тайными проходами всю дорогу до гриффиндорской башни, и ее не видел никто за исключением Гарри, Рона, Джинни и Невилла (который вошел в спальню и чуть не упал от потрясения, увидев, что Гермиона напилась), Малфой рассказал о шутке всем слизеринцам. До Лаванды и Парвати тоже дошли эти слухи, но Гарри, Рон, Гермиона и Джинни согласились, что Джинни и Гермиона подадут им все это как уловку, предназначенную скрыть измену Гермионы (это не нравилось ни Рону, ни Гермионе, но было лучше, чем правда). Сплетни не пошли дальше Слизерина, большинство учеников других факультетов если и слышали об этом, то не поверили.

Тем не менее, первый урок зелий с того утра, когда Гермиона проснулась рядом со Снейпом, заставил Гарри, Рона и Гермиону задуматься. Войдя, Снейп окинул взглядом класс, прежде чем заговорить.
- Я понимаю, что вас, как семикурсников, привлекла война шуток. Я также полностью осознаю, что, как учитель, могу только назначать вам взыскания и снимать баллы с факультетов. Но знайте, - он посмотрел прямо на Малфоя, - со мной лучше не играть. Всякий, кто сделает такую ошибку, как попытается поставить в неловкое положение меня, встретится не с наказанием, а с местью. Я сурово вами займусь, старым способом, и плевать, если я потеряю работу.

Теперь Снейп избегал Гарри, Рона, Гермиону и Джинни как чумы, отлично зная, что все события жизни Гермионы всегда делятся с Гарри и Роном и, обычно, с Джинни. У всех четверых повысились отметки: Снейп теперь оценивал их беспристрастно, чтобы у них не было причины убедить Гермиону рассказать о случившемся кому-то из его коллег. Еще он совершенно отвратительно вел себя с Малфоем, который, очевидно, не предусмотрел, что преподаватель вычислит автора шутки, и был совершенно подавлен. Тем не менее, Малфой обнаружил, что его план сработал, и при каждой встрече в коридоре шептал что-то вроде:
- Повеселилась с профессором Снейпом, Грейнджер? Он научил тебя чему-то новому?
Гермиона обнаружила еще один повод ненавидеть Малфоя: она прочла книгу по вспоминанию снов и сделала вывод из сна про Оливера, что в ту позицию их положил Малфой. Кроме этого, Гермионе было стыдно, что она напилась, особенно учитывая, как изумленно до сих пор поглядывал на нее Невилл. А еще она волновалась о мантии Снейпа – Гермиона пока не вернула ее, а Лаванда и Парвати имели обыкновение совать нос в ее сундук, чтобы позаимствовать что-либо из одежды или найти что-то компрометирующее. Она до сих пор не придумала способ отомстить Малфою, и в итоге решила узнать, можно ли сделать Снейпа – а вдруг! – союзником в войне шуток.

Когда завершился второй урок зелий с той шутки – спустя девять дней после того, как она проснулась в кровати преподавателя, и через два дня после Хэллоуина – Гермиона собрала в кулак свою смелость и подошла к столу Снейпа с пластиковым пакетом в руках:
- Профессор?
- Чего вам, мисс Грейнджер? - спросил Снейп, его скулы порозовели.
- А… ваша мантия, - прошептала она, хотя вокруг никого не было. - Я хотела ее вернуть. С-спасибо, сэр.
- Не за что, мисс Грейнджер, - сухо ответил он и внезапно рассмеялся. Слышать от него этот громкий хохот было чрезвычайно странно – Гермиона не помнила, чтобы он хотя бы раз искренне улыбнулся (по крайней мере, не считая случаев, когда Гарри, Рон или Гермиона попадали в неприятности), и уж тем более засмеялся. Гермиона тоже не удержалась от ухмылки.
- А ведь было забавно, да? Если теперь вспомнить, - робко произнесла она.
- Меня в жизни так не унижали, - смеялся Снейп. - Угадайте, что я сделал, когда вы ушли? Я напился еще больше, ворвался в слизеринскую гостиную и начал кричать на Драко, что я не спал с вами, а даже если так, то это только мое дело, или что-то в этом роде, точно не помню.
Он тряхнул головой, посмеиваясь.
- А я ввалилась в гостиную Гриффиндора и в этом состоянии принялась втолковывать Гарри, Рону и Джинни, что мы должны убить всех слизеринцев. Потом они спрятали меня в комнате Гарри и Рона, и туда зашел Невилл. Он чуть не умер от потрясения. А еще вам надо было видеть лица Гарри и Рона, когда они поняли, чья на мне мантия. Джинни рассказала им, что я оставила свою одежду и палочку в спальне.
- Значит, Драко не уничтожил ваши вещи? Ну хоть что-то.
Она кивнула, но затем нахмурилась:
- Загвоздка в том… как он попал в нашу гостиную? Он должен был знать пароль, а наши пароли никак не связаны с Гриффиндором, чтобы постороннему нельзя было их угадать.
Снейп сощурился:
- Вряд ли он забрал вас из спальни. Это была бы плохая идея, учитывая, что он должен был доставить вас сюда через ползамка, а на вас не было одежды.
Гермиона слегка удивилась, заметив, что он не смущался и не был, как обычно, надменным, а спокойно и задумчиво рассуждал, почти как друг, который пытается помочь ей понять, с чего вдруг такой-то пригласил ее на свидание. Почему-то Снейп вдруг сильно напомнил ей Сириуса.
- Даже если он снял с меня одежду только в ваших комнатах – что возможно, так как я не помню ничего, после того как ушла с ужина – он умудрился оставить мою одежду и палочку у меня на кровати.
- Возможно, у него был сообщник в Гриффиндоре. Вряд ли, я допускаю, но такое уже случалось в прошлом. Однако теперь это не имеет значения, согласны? Если бы он повредил ваши вещи, или если бы их нашли у него, то Малфой попал бы в большие неприятности. Уничтожение чужой палочки – серьезное преступление в магическом мире. А теперь мы даже не можем доказать, что это был он.
- О, это имеет еще какое значение. К примеру, если он смог попасть в мою спальню – и в ваши комнаты тоже, заметьте – значит, он может сделать это снова. И даже если почти все гриффиндорцы были на ужине, как именно четыре слизеринца прошли мимо Полной Дамы? Портрет обязан открыться, если произнесен пароль, но, думаю, она рассказала бы кому-нибудь о слизеринцах. Он нашел способ незаметно шнырять вокруг, и если так – у нас большие проблемы. Я не думаю, что он настолько глуп, чтобы рисковать, заходя в гриффиндорскую башню, как будто она ему принадлежит – едва ли бывает, чтобы весь факультет оказался на ужине одновременно, знаете ли.
- С другой стороны, если вы поймаете его в своей комнате, это будет ваш счастливый случай. И почему четыре слизеринца? Драко, Кребб и Гойл – это трое.
Она улыбнулась:
- Я тоже думала об этом. Но вряд ли в мою комнату поднимался кто-то из них. Я предполагаю, это была Панси Паркинсон.
Он кивнул.
- Мальчикам нет допуска в комнаты девочек. Но… вы-то как об этом узнали? – Снейп улыбнулся ей и приподнял бровь.
«Кстати о фантастическом: Снейп меня поддразнивает!»
- Э-э, прочитала в «Истории Хогвартса».
- Ну да, мисс Грейнджер, конечно, - улыбнулся он.
Гермиона залилась румянцем:
- Это правда!
- И мистер Уизли никогда не пытался вломиться к вам в комнату?
- Нет, - она помедлила. - Они с Гарри хотели мне что-то рассказать о новом приказе Амбридж на пятом курсе. И Рон в итоге скатился вниз по каменному желобу.
- Что ж, возможно, Драко привлек к делу мисс Паркинсон, а может и нет. Он мог найти другой способ.
Гермиона кивнула.
- Да, но это означало бы для него много работы, а Малфой выбирает легкие пути. У Фреда и Джорджа Уизли и Ли Джордана было заклинание, которое позволяло им проникнуть в девчачьи спальни когда угодно, но, думаю, оно очень сложное. Я сама даже не смогла его найти, - тут она мысленно поморщилась – Гермиона не собиралась упоминать, что искала подобное заклинание. Любая надежда, что Снейп не обратит внимания, испарилась, когда он усмехнулся.
- Можно просто взять метлу и пролететь над ступеньками, знаете ли, - сказал он пренебрежительно.
- Что, правда? – вопрос Гермионы прозвучал слишком жадно даже на ее собственный взгляд.
Снейп опять усмехнулся. Она демонстративно уперла руки в бока:
- И как же об этом узнали вы, сэр?
Он поднял руки, изображая капитуляцию:
- Туше, мисс Грейнджер, туше.
Она постаралась не очень удивляться при мысли, что Снейп не раз в свое время залетал в спальни девушек.
- В любом случае, я хочу знать, как Малфой проник к нам. Не думаю, что он использовал заклинание, чтобы достать меня из комнаты.
- У него очень плохо с подобными заклинаниями. Я довольно много видел, как он практикуется в гостиной, - согласился Снейп. - Но он мог бы нести вас и сам – он достаточно силен.
- Мог бы? Да. Но стал бы? Ни за что. Драко Малфою? Самому взяться за такую низкую работу? Дотронуться до «грязнокровки»? – она нахмурилась. - Ну да, как же. Для этого с ним был кто-то еще, он бы никогда не стал делать этого сам. Затем, он не только избежал бы физических усилий, но и смог свалить вину на другого, если бы их поймали, что означает, он взял с собой Кребба или Гойла, возможно, обоих. А ведь даже один из них вряд ли смог бы уместиться под мантией-невидимкой вместе с Малфоем. Так что либо Малфой вошел в мою спальню один, после того как усыпил меня, либо он взял с собой Панси Паркинсон, либо она вошла одна, либо они нашли другой способ помимо мантии-невидимки.
Снейп кивнул:
- Возможно, Оборотное зелье?
- У вас не пропадала шкура бумсланга? – невинно спросила Гермиона.
Снейп бросил на нее сердитый взгляд, но не похоже, чтобы злился на самом деле.
- Мы оба об этом знаем, профессор, но вы не сможете ничего доказать, - нахально произнесла она.
- Верно, - ответил он и пожал плечами. - Нет, моя кладовая в порядке, но это не единственное место, где можно найти шкуру бумсланга.
- Просто самое удобное, - пошутила Гермиона.
- Очевидно, - Снейп тряхнул головой и глянул на нее, изображая недовольство, затем слегка улыбнулся. - Но в любом случае я не думаю, что Драко использует один и тот же трюк дважды. Он ведь всем об этом рассказал, так что подозрение падет на него, если подобное случится снова. Кроме того, действие шутки основывалось на потрясении; весь эффект пропадет, если нам будет все равно. Плюс, теперь мы оба будем следить за Драко внимательнее.
- Да, но вскоре он придумает что-то еще. А если он не решит, хочет ли добраться в первую очередь до меня, до вас, или до остальных, что тогда? Он выберет сразу всех.
- Тогда нам лучше добраться до него первыми. Ого, это было девять дней назад, а мы еще не нанесли ответный удар. Нужно действовать!
- «Мы»? – с надеждой повторила она.
- У меня к нему должок, - спокойно сказал он и улыбнулся. - К тому же, если он поймет, что мы действуем вместе, то, что я сказал тогда, запутает его еще больше.
- А что именно вы сказали? – с подозрением спросила Гермиона.
- Э-э-э… что-то вроде того, что я не спал с вами, «честно!», - он уныло выделил последние слова, и Гермиона распахнула глаза, представляя, какие выводы можно было сделать из этого заявления, - и что мы просто, ну, друзья.
- Просто друзья? – повторила она с недоверием. Если они со Снейпом были хоть чуть-чуть похожи на друзей – по крайней мере, до той шутки – то она – жена Малфоя. Ох, великолепно – что вообразил себе Малфой…
- Замолчите, я был пьян. Ну что, собираемся мы надрать Драко Малфою задницу, или как?
Это были слова скорее ее ровесника, чем взрослого человека, так что Гермиона не удержалась от искушения ответить в том же духе:
- О да, еще как собираемся. Его задница давно заждалась.


Глава 3. План возмездия


- Что-что ты сделала?
Гарри, Рон, Гермиона и Джинни сидели все вместе в Большом зале, обсуждая планы для войны шуток. Остальные гриффиндорцы сохраняли дистанцию, прекрасно понимая, что четверка что-то замышляет. Весь факультет напряженно ждал, когда Гарри, Рон и Гермиона сделают свой ход, и никто не желал нарушать ответственный процесс разработки плана. В настоящий момент гриффиндорцы умирали от любопытства: Гермиона только что рассказала остальной троице об утренних событиях, что означало множество потрясенных возгласов и хохота. Так что все жадно наблюдали за ними, но удерживались от того, чтобы подойти.
- Я заключила союз со Снейпом, - спокойно повторила Гермиона в ответ на потрясенные взгляды остальных. - Похоже, он рад нам помочь. У него есть несколько соображений о том, какие защитные заклятия наложить, чтобы Малфой больше не смог проникнуть в наши комнаты… да, и кое-что произошло в день той шутки, когда я ушла. Если Малфой обнаружит, что Снейп мне помогает, это его с ума сведет.
- Что еще за «кое-что»? – потребовал ответа Рон.
Гермиона рассказала им, как Снейп ввалился пьяным в слизеринскую гостиную и наорал на Малфоя.
- О Боже, - пробормотал Гарри, слегка позеленев.
- Малфой, наверное, думает, что у вас был секс! – воскликнула Джинни, очевидно, полагая это чертовски забавным. Гарри, Рон и Гермиона зашикали на нее и нервно огляделись, но, кажется, никто не услышал, и Джинни продолжила: - Вот почему он все время спрашивает, как вы повеселились и тому подобное. Он решил, что вы проснулись рядом друг с другом и…
- Джинни, заткнись! – Рон и Гарри, зажавшие уши ладонями, прокричали это так громко, что на них оглянулась большая часть студентов и преподавателей, сидящих в Большом зале. Гермиона поморщилась.
- Я о-о-очень не хочу это представлять, - простонал Гарри.
Джинни кивнула, теперь выражение отвращения появилось и на ее лице.
- Ну и каков план действий? – спросила она, постаравшись принять невинный вид, чтобы никто не понял, что они замышляют.
- Прямо сейчас у нас ничего нет, - вздохнул Рон, - разве что обычный набор: подсыпать Волдырный порошок или муравьев ему на одежду, окрасить его волосы в розовый или какой там еще цвет и все в том же духе. Просто это все слишком мелко для Малфоя.
- Для начала сойдет и это, - Гарри перенял главенство, - а мы между тем станем обдумывать что-то большее. Ведь будет странно, если мы отомстим ему только так.
- Провести несколько стычек, пока планируем главную битву всей войны, - согласилась Гермиона, кивая. - Плюс, это заставит его думать, что мы в этом деле полные профаны, и он ослабит бдительность.
Гарри кивнул:
- Отлично. Во-вторых, у нас нет идей. Сразу после ужина я напишу Сириусу и Люпину. Рон, свяжись с Фредом и Джорджем. Гермиона… никогда не думал, что попрошу об этом, но узнай, как именно Снейп хочет помочь, продумайте те шутки, которые у него на уме, более подробно. Джинни, полагаю, ты справишься с порошком, муравьями и заклинаниями цвета?
- Ага, - ответила Джинни, ее глаза зло поблескивали.
- Хорошо… и пока ты над этим работаешь, составь список людей, которые могут нам помочь: у тебя больше знакомых, чем у нас.
Джинни кивнула.
- А теперь на счет три все оглядываемся на Малфоя, ждем, пока он нас заметит, и начинаем смеяться, - проинструктировал Гарри.
- Зачем? – удивилась Гермиона.
- Что может быть лучше, чтобы его напугать, - лукаво ответил он. - Раз, два... три!
Они все как один развернулись в сторону Малфоя и уставились на него со злобными ухмылками, которые заставили бы нервничать даже Волдеморта. Малфой сглотнул и поежился, а они повернулись обратно и разразились хохотом.
- Это великолепно! – смеялась Джинни. - Если он попался на такой старый трюк, представьте, что будет, если он увидит, как Гермиона говорит со Снейпом!
- Гениально! – воскликнул Гарри.
- Что гениально? – удивились остальные.
- Что если… да, я знаю, что это отвратительная и бросающая в дрожь идея, но… что если Гермиона и Снейп будут не только вместе строить козни Малфою, а станут гораздо больше, чем «просто друзьями», как Снейп это определил?
- Что?! – завопила Гермиона, вскакивая на ноги. Все сидящие в Большом зале снова повернулись к ним. - Если ты думаешь, что я соглашусь на такое…
- Гермиона, сядь! – прошипела Джинни, дергая ее обратно на скамью.
- Я не так выразился, - поспешил сказать Гарри. - Имелось в виду, если мы заставим Малфоя думать, что вы больше, чем друзья?
Гермиона успокоилась и несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, обдумывая предложение:
- Хм. Это интересно.
- Подумай об этом, - радостно продолжил Гарри. - Вы со Снейпом можете разыграть несколько сцен и позволить Малфою вас застать!
- Каким образом разыграть? – подозрительно спросил Рон.
- Ну, понимаешь… когда они будут знать, что Малфой подслушивает, начать говорить так, как будто они… ну…
- Занимаются сексом? – вмешалась Джинни. Гарри покраснел и кивнул. - Ты имеешь в виду, что Гермиона и Снейп должны стонать и восклицать: «О да-а!», когда Малфой их слышит?
- Э-э-э… что-то в этом роде, - ответил Гарри, теперь он выглядел еще более неловко.
Гермиона сделала гримасу, но Джинни и Рон сразу одобрили эту мысль, и ей пришлось признать, что идея действительно хорошая.
- И как мы убедим Снейпа согласиться? – спросила Гермиона.
- Ну, мы просто попросим и будем надеяться на лучшее, - неловко сказал Гарри.
- Ты имеешь в виду, я попрошу, - сухо произнесла Гермиона. - Хм… сейчас вернусь.
Не обращая внимания на трех разинувших рты друзей, Гермиона встала и направилась прямо к учительскому столу, остановившись перед Снейпом.
- Профессор? – невинно обратилась она.
Снейп изумленно на нее посмотрел, затем заставил себя нахмуриться: он всегда хмурился в присутствии гриффиндорцев.
- Что вам нужно? – резко спросил он.
- Я хотела узнать, могу ли поговорить с вами кое о чем… очень важном, - сказала она, желая, чтобы он понял.
Он понял, но не подал виду.
- Приходите в мой кабинет после ужина, - прорычал Снейп, - а теперь убирайтесь, пока я не потерял аппетит.
Гермиона нагло ему ухмыльнулась, а затем быстро скользнула к своему месту.
- Ты что, спросила его перед столом, полным преподавателей? – прошипел Рон.
- Нет! Конечно же, нет. Просто сказала, что хочу с ним поговорить. Я пойду к нему в кабинет после ужина.
- Идите с Джинни, - предложил Гарри. - Если с тобой пойдем я или Рон, это будет выглядеть странно.
- Да, а я буду следить, чтобы Малфой вас не подслушал, - добавила Джинни. - Хотя… эй, у меня идея!

* * *

Минерва МакГонагалл уставилась на Снейпа, не в силах поверить тому, что сейчас увидела:
- Северус? Не потрудишься объяснить?
- Объяснить что? – рыкнул Снейп, поглощая ужин.
- Не притворяйся! Я знаю тебя с одиннадцати лет. Ты что-то замышляешь.
- С чего ты взяла? – он притворился удивленным.
- Да брось, Северус, скажи.
Снейп не произнес ни слова.
- Хм, дай угадаю… что же это может быть? Ты был так дружелюбен с одним из трех своих самых нелюбимых гриффиндорцев…
- Дружелюбен? Извини?
- Хватит, Северус. Я тебя знаю. На былое пламя ненависти словно ведро воды вылили, но почему? Постой! Только не говори, что ты участвуешь в войне шуток?
- Боюсь, что так, Минерва, - вздохнул он, понимая, что она в любом случае это из него вытянет. - Прямо как в старые времена, а?
Хотя они с Минервой могли иногда быть непримиримыми соперниками, они все равно оставались близкими друзьями, а их дружба только укрепилась на его седьмом году обучения, когда они действовали вместе, чтобы отомстить Джеймсу Поттеру и Сириусу Блэку во время войны шуток.
- Что вы собираетесь предпринять? – жадно спросила МакГонагалл. - Что-то вроде наших старых проделок?
- Возможно, - задумчиво ответил Снейп. - Да много чего. И, видно, у Грейнджер и Поттера есть и свои идеи, раз Грейнджер хочет со мной поговорить.
- Будь осторожен, - попросила его Минерва, - ты можешь стать мишенью. Тем более, что действуешь против собственного факультета. Ведь так?
- Они первые начали, - сказал Снейп с легкой улыбкой.
- Северус… прости, но ты улыбаешься через три секунды после того, как упомянул двух своих самых нелюбимых студентов. Может, тебе в еду что-то подмешали, или это просто кризис среднего возраста?
- Ха-ха, - Снейп шутливо-грозно на нее посмотрел. Затем он посерьезнел. - Темный Лорд мертв, Минерва, и я, наконец, могу… я не знаю, жить. Чем и займусь. Впервые за долгое время я собираюсь немного повеселиться.

* * *

Драко Малфой еще никогда не был так напряжен. Он видел, как на ужине четверо его худших врагов что-то замышляли, а из их возгласов, смеха и того, что они строили из себя саму невинность, было понятно: замышляют они что-то значительное… и с чего это Грейнджер хочет поговорить со Снейпом? Драко видел, что они избегают друг друга как только могут – разве они не злы один на другого или хотя бы смущены после трюка, который он провернул? Он заметил, как Грейнджер и Джинни Уизли отделились от Поттера и Рона и теперь стояли у входа в подземелья. О, отлично. Может, они собираются подстеречь и заклясть его? Нет, это было бы то, что сделали Поттер и подлипала Крысли. Разве что они не хотят привлекать к себе внимание…
Драко отвернулся от них, постучал по уху волшебной палочкой и прошептал заклинание. Слышимость тут же улучшилась. Применение этого заклинания требовало практики, чтобы научиться выделять то, что нужно, из множества звуков, особенно в толпе. Но годы подслушиваний встреч внутреннего круга Волдеморта, а также разговоров и споров родителей Драко позволяли ему понимать натиск звуков так же естественно, как если бы он не был под заклинанием.
- Просто не рассказывай об этом Гарри, хорошо? – Грейнджер прошептала Уизли, когда они повернулись и начали спускаться вниз по лестнице. Драко осторожно следовал за ними, ловя каждое слово.
- Не рассказывать Гарри? А как насчет Рона? Ну, знаешь, – твоего парня?
- Да скажу я Рону. Просто… нужно сообщить ему аккуратно.
- Гермиона, нельзя сказать аккуратно: «Мне нравится профессор Снейп, и я тебе изменяю». Это просто невозможно с точки зрения науки.
Драко споткнулся и чуть было не покатился вниз по лестнице. Грейнджер нравится Снейп? Как… когда… Что?!
- Но я же не специально ему изменила! Мы просто были так расстроены и так напились, и мы начали… ну, знаешь… до того, как поняли, чем занимаемся.
«Напились? Мы? - благоговейно подумал Драко. - Какого черта?»
Он знал, что Снейп напился, но Грейнджер? Мисс Паинька?
- Но факт остается фактом: ты хочешь бросить его. Бросить Рона. Из-за Снейпа, - произнесла Джинни.
- Джинни, я же не собираюсь с ним встречаться! Я просто… я не могу гулять с Роном, когда меня так тянет к Снейпу, это неправильно.
- Фу, - пробормотала Джинни. - Это все, что я могу сказать – фу!
- Я знаю, как странно это выглядит, но будь ты на моем месте…
- Не заканчивай это предложение. Я на секундочку, Гермиона. Пойду, вырву.
- Очень смешно.
- Я тоже, - пробурчал Драко. Он вдруг понял, что девушки направляются к личному кабинету Снейпа. - «Фу, гадость!»
- Джинни, подожди меня снаружи, хорошо? – попросила Гермиона.
Драко услышал, как открылась и закрылась дверь. Джинни вздохнула и прошептала:
- И как только она решилась на это снова? А ведь сейчас она трезвая!
- Здравствуйте, профессор, - промурлыкала Гермиона в кабинете Снейпа. - Силенцио! – Воскликнула она, и Драко выругался, теперь неспособный услышать, что происходит в комнате.
Хотя он слышал достаточно. Это займет какое-то время, но если он продолжит следить за Грейнджер и Снейпом, то вскоре соберет достаточно сведений для шантажа.

* * *

- Здравствуйте, профессор, - голос Гермионы был низким и чарующим. Снейп приподнял бровь, слишком ошеломленный, чтобы попытаться найти логическое объяснение. Затем Гермиона развернулась, наложила на дверь заглушающее заклинание и расхохоталась.
- Хм… что, наконец слетели с катушек? - сухо произнес Снейп. - Или Драко снова пофокусничал с вашим тыквенным соком?
Гермиона выпрямилась, взяв себя в руки:
- Простите, профессор. Я только… ну… мы уже начали воплощать план возмездия в жизнь.
- Правда? Рассказывайте, - попросил Снейп с любопытством.
- Ну… проблема в том… я уверена, что вам это не понравится. Мы можем провести все и сами… но с вашим участием выйдет гораздо лучше.
- Ну вот, - проворчал Снейп. - Продолжайте.
- Э-э… хм… ну… это идея Гарри. Если Малфой подумает, что мы с вами вдвоем сговорились против него, он будет более чем обеспокоен, так? – произнесла она, запинаясь.
- Верно, - медленно ответил Снейп.
- Развивая ту же мысль, что может вывести его из равновесия еще больше?
- Вы же не предлагаете…
- Не будет ничего особенного, - поспешно сказала она, - Просто, к примеру, мы позволим Малфою услышать несколько… избранных фраз.
Снейп довольно долго это обдумывал… и наконец начал смеяться.
- Это отвратительно, но в то же время блестяще. Затяжная шутка… а мы между тем сыграем над ним и другие.
- Именно, - ухмыльнулась Гермиона. - Так вы согласны?
Снейп кивнул, и Гермиона вздохнула с облегчением:
- Превосходно. У вас есть новые идеи? Мы связались с доверенными лицами, но ответов еще нужно дождаться. Джинни составляет список людей, которые могут составить подкрепление…
- «Связались с доверенными лицами»? «Подкрепление»? - повторил Снейп. - Звучит так, будто вы планируете секретную операцию во время войны.
- Так и есть, - отрезала Гермиона. - Малфой перешел дорогу не тому человеку.
Ее пальцы сжались, как будто она очень хотела его придушить – она и хотела. Гермиона глубоко вздохнула, чтобы успокоиться:
- В любом случае, как я сказала, мы послали сов близнецам Уизли и… другим людям.
- А вы написали Сириусу Блэку? – спросил Снейп со злой усмешкой.
- Ну… да, - признала Гермиона, съежившись: Снейп и Сириус все еще яростно ненавидели друг друга.
К ее удивлению, Снейп злодейски расхохотался:
- Ну что ж, я знаю одну проделку, о которой вы никогда не услышите от него.
Он снова рассмеялся, да так, что Гермиона нервно отступила назад, не зная, что и думать. Лишь долгое время спустя он успокоился и начал рассказывать, что имел в виду. Они оба смеялись как сумасшедшие, пока Снейп пересказывал историю той шутки от начала и до конца.
Спустя два часа после того, как Гермиона вошла в кабинет, она наконец вспомнила о Джинни:
- О Боже! Мне пора идти, Джинни снаружи сторожит вашу дверь.
- А почему, скажите, Уизли сторожит мою дверь? – недоумевая, спросил Снейп.
- Ну, Малфой шел за нами, подслушивая, так что мы заставили его думать…
- Так вот почему вы наложили заглушающее заклинание? – озарило Снейпа. - Чтобы Драко не услышал, о чем мы говорим на самом деле, и подумал… что именно вы сказали, когда он подслушивал? – Спросил он, подозрительно прищурившись.
- Э-э-э… видите ли… в-вам лучше не знать, профессор, - произнесла Гермиона с запинкой, густо покраснев, и рванулась к двери. - До свидания!
- Стойте! – позвал Снейп. Он шагнул к Гермионе и быстро начал взъерошивать ей волосы.
Гермиона на несколько секунд застыла, ошарашенная.
- Что это вы делаете? – потребовала она ответа, как только пришла в себя. Ситуация была чуднее некуда – даже теперь, когда они объявили своеобразное перемирие с ранее ненавистным мастером зелий – чтобы он играл с ее волосами так, как могли бы Гарри, Рон или Джинни.
- Это для виду, - объяснил Снейп, - если вдруг Драко встретит вас на пути назад.
- О! Ну конечно! Хорошая идея, - согласилась она, расстегивая мантию и блузку и разворошив их для пущего эффекта.
- Сойдет, - произнес Снейп, отступая назад и оглядывая ее. - Примите счастливый вид и не забывайте улыбаться по дороге. - Он помедлил, нахмурившись. - Мерлин, это просто невероятно странно.
- Да уж, - со вздохом согласилась Гермиона. На какой-то момент они неловко застыли, избегая смотреть друг на друга. Затем Снейп нахмурился и бросил на нее злой взгляд.
- Пять баллов с Гриффиндора, - рявкнул он.
- Что? – вздрогнула Гермиона. - За что?!
- Просто так. Это поднимает мне настроение, - ответил Снейп и ухмыльнулся, когда она сердито на него уставилась. - Приятно осознавать, что, война шуток или нет, а я по-прежнему злобный слизеринский ублюдок.


Глава 4. Идеи


Джинни уже давно забросила свой пост и шлепнулась на холодный каменный пол, напевая под нос и удивляясь, что же случилось с Гермионой. Прошло уже два часа, может, Снейп убил ее за предложение притвориться любовниками? Почему Гермиона еще не вышла?
Какие только догадки не приходили в ее голову, сценарии того, что могло случиться, становились все причудливее.
«А может, - подумала она со смешком, - они и правда занимаются сексом…»
Мысль осталась незаконченной, так как тут появилась Гермиона. При взгляде на нее Джинни разинула рот: всегда непослушные волосы Гермионы были дико взъерошены, словно ее ударило молнией, блузка расстегнута достаточно, чтобы увидеть бюстгальтер, а мантия болталась на одном плече. В довершение картины Гермиона выглядела так, будто хорошенько повеселилась: она практически светилась, а с лица не сходила широкая улыбка.
- Что… - тупо начала Джинни, не в состоянии заставить мозги работать.
- Это для виду, - беззвучно произнесла Гермиона. Джинни чуть не свалилась от облегчения.
- Я уж подумала, вы и вправду трахались, - так же беззвучно ответила она. Гермиона хихикнула и категорически потрясла головой.
- Наконец-то, - пожаловалась Джинни согласно плану. - Я тут торчу уже кучу времени, стараясь, чтобы никто ничего не заподозрил – немного странно видеть, как гриффиндорка, тем более хорошая подруга мальчика-который-выжил, сидит под дверью Снейпа. И Малфой докучает, он уже дважды проходил мимо.
- Думаешь, он что-то подозревает? – спросила Гермиона, изо всех сил стараясь, чтобы в ее голосе прозвучала паника. Джинни потрясла головой, и Гермиона снова нацепила на лицо улыбку, приняв такой же мечтательный вид, какой был у Луны Лавгуд.

* * *

Драко шел из ванной комнаты, направляясь к кабинету зельевара, куда он наведывался проверять ситуацию «Грейнджер/Снейп» последние два часа. Он застыл, уловив голос Джинни Уизли, и вслушался.
- … Малфой докучает, он уже дважды проходил мимо, - ворчала Уизли.
- Думаешь, он что-то подозревает? – это была Грейнджер. Драко распахнул глаза – она действительно имела в виду то, что он думал, что она имела в виду? Часть его была готова поверить, что он просто чего-то недопонял.
Как раз в этот момент девушки вышли из-за угла. Драко уставился на растрепанный вид Гермионы: одно дело услышать что-то шокирующее, и совсем другое – своими глазами увидеть доказательства.
«Не может быть, - твердо сказал он себе. - Этого просто не может быть».
- О, вали отсюда, Малфой, – бросила Гермиона, ее мечтательная улыбка на мгновение исчезла, но тут же вернулась в полную силу. - У меня был слишком хороший день, чтобы ты его испортил.
Две девушки прошли мимо, оставляя Драко потрясенно смотреть им вслед.

* * *

Когда девчонки вернулись, было почти одиннадцать, и гостиная уже опустела.
- Где вы шлялись столько времени? – сердито спросил Гарри, затем получше взглянул на Гермиону и почувствовал, что у него открылся рот. Лицо Рона уже приобрело свекольный оттенок.
- Все не так, как выглядит, - поспешила сказать Гермиона. - Одежда и волосы – это все было на случай, если мы встретимся с Малфоем по пути назад.
- Встретились? – жадно спросил Гарри.
- Да, - ликующе ответила Джинни. Она подошла и села в соседнее с Гарри кресло. - Ребят, вы должны были видеть выражение его лица!
Гермиона уселась на колени к Рону и начала застегивать блузку. Рон, ухмыляясь, остановил ее. Она улыбнулась в ответ и уютно устроилась у него на руках.
- Снейп нам поможет? – поинтересовался Гарри.
- Да, он согласился, - ответила Гермиона. - И это еще не все – он дал нам отличную идею для войны шуток.
- Рассказывай, - попросил Рон, его глаза поблескивали в предвкушении.
- Так… откуда мне начать? МакГонагалл преподавала в Хогвартсе во времена Мародеров – то есть Джеймса, Сириуса, Люпина и Хвоста, – на одном курсе с ними учились также Снейп и мама Гарри. Лили была старостой школы, она как-то повздорила с Джеймсом и Сириусом и в итоге сняла с них баллы. Те очень разозлились, и Джеймс прокричал что-то насчет того, что она такая усердная староста, аж из трусов выпрыгивает. Сириус пошутил, что Джеймс только о ее трусах и думает, и в итоге это привело к пари, выполняя условия которого, Джеймс и Сириус прокрались в спальню Лили и стащили несколько ее трусиков и лифчиков.
На лице Гарри появилось выражение отвращения при мысли о том, что его папа и Сириус стащили нижнее белье его мамы. Рон выглядел еще хуже. Он категорически заявил:
- Я не буду красть белье Малфоя. Прости, Гермиона.
- Это не то, что я имела в виду, - поспешно ответила та. - Понимаете, Лили обнаружила, что произошло, и поговорила со старой приятельницей МакГонагалл, а МакГонагалл рассказала Снейпу – она знала, что Снейпу нравится Лили, эти двое подружились еще до того, как Снейп осознал, что Лили магглорожденная и гриффиндорка. Короче, МакГонагалл задержала Снейпа после занятий и сказала ему, что хочет отомстить за Лили. Но она не могла сделать этого сама, так как рисковала работой, тем более, что преподавала она всего год или два. И Снейпу пришла в голову действительно потрясающая идея. Вместе с МакГонагалл они разработали план, затем вместе с Лили претворили его в жизнь, а МакГонагалл обеспечила им алиби на всякий случай.
- Ну так что они сделали? – поторопила подругу Джинни. Она умирала от желания услышать эту историю, но Гермиона не хотела рассказывать, пока они не доберутся до гостиной.
- Лили стащила свое нижнее белье обратно за день до запланированной проделки и заклинанием создала его копии. В день шутки МакГонагалл пришла на утреннюю тренировку гриффиндорской квиддичной команды и ненадолго задержала Джеймса и Сириуса, сказав, что им нужно о чем-то поговорить в раздевалке. Остальная часть команды ушла, и Джеймсу с Сириусом пришлось возвращаться в замок одним. В общем, Лили и Снейп надели маски и подстерегли Джеймса и Сириуса по пути обратно. Они наслали на них заклинание Замедления, раздели – эту часть в основном делала Лили – и напялили на них копии лилиных трусиков и лифчиков. Они привязали Джеймса к одному шесту квиддичных колец, Сириуса к другому и ушли. Какие-то студенты в конце концов их обнаружили и рассказали об этом всей школе. Это хогвартская легенда – Снейп говорит, люди до сих пор помнят об этом.
Они вчетвером захихикали при мысли о том, как Джеймс и Сириус привязаны к квиддичным воротам, одетые в женское нижнее белье леопардового цвета.
- И Лили со Снейпом никто не поймал? – недоверчиво спросила Джинни.
- Нет. Джеймс с Сириусом клялись и божились, что это был Снейп, и хотя Джеймсу слишком нравилась Лили, чтобы обвинять ее, Сириус настаивал, что ее тоже надо наказать. Но МакГонагалл заявила, что она попросила Лили и Снейпа подождать ее в кабинете, пока разговаривала с Сириусом и Джеймсом в раздевалке, и Снейп с Лили все еще были там, когда она вернулась. А когда Сириус выпалил: он-де может доказать, что это белье Лили, она сама продемонстрировала – все ее нижнее белье лежит целое и невредимое у нее в комнате.
- У нас такого алиби не будет, - заметил Гарри.
- Будет. Снейп скажет Дамблдору – надеюсь, в присутствии Малфоя, чтобы запугать его еще больше, – что я находилась в его кабинете вместе с тем из вас, кто захочет пойти со мной. Оставшиеся двое будут сидеть в гостиной или еще где-нибудь на виду у множества студентов. Я подумала, что в гостиной останутся Гарри и Джинни, а мы с Роном сыграем эту шутку – Снейп сможет сказать, что поймал нас целующимися в коридоре и отвел в свой кабинет, чтобы придумать наказание.
- По-моему, звучит как надежный план, - протянул Рон.
- Значит, Снейп задержит Малфоя после тренировки слизеринской команды? – предположила Джинни.
- Вообще-то, я думала подстеречь его в замке и доставить на поле, - Гермиона говорила так обыденно, как будто обсуждала тему для сочинения. - В конце концов, именно это он со мной сделал – вырубил, отнес в комнаты Снейпа и забрал мою одежду. Окажем ему ответную услугу.
- Провернуть это должно будет несложно, - согласился Гарри, - все квиддичные капитаны имеют доступ к расписанию тренировок, так что я могу узнать, когда поле свободно.
- Лучше всего это сделать незадолго до тренировки Рэйвенкло или Хаффлпаффа, - указал Рон, - Если его найдет гриффиндорская команда, обвинить могут их, а если это будут слизеринцы, они освободят Малфоя до того, как его увидит кто-то еще. Не много людей просто так ходят на стадион в это время года, там же постоянно тренировки. Так что найдет его именно квиддичная команда.
- Пусть будет Хаффлпафф, - сказала Гермиона. - Малфой не так давно заклял Финч-Флетчи, удалил его брови или что-то в этом роде.
- Да, а Ханна Аббот покрылась фиолетовым мехом. Они пытаются доказать, что это дело рук слизеринцев, но пока безрезультатно, - добавила Джинни.
- Значит, Хаффлпафф, - подвел итог Гарри. Он поднял голову, когда со стороны окна послышался легкий стук. В тусклом наружном свете смутно виднелись очертания совы.
- Хедвиг! Она принесла ответы Сириуса и Люпина.
Он встал и открыл окно, впустив свою прекрасную белоснежную сову. Хедвиг села ему на руку и вытянула лапу, чтобы Гарри снял с нее письмо.
- Читай вслух, - попросила Джинни.
Гарри прокашлялся и начал читать:

Гарри,
ах, война шуток на седьмом курсе. Какие чудесные воспоминания она навевает. Скольких слизеринцев мы накололи с твоим отцом и Ремусом… то есть, в основном это были мы с твоим отцом, но и Ремус время от времени помогал нам, признает он это или нет. Розье, Уилкс, Эйвери, братья Лестрейндж и Снейп – лучшие шутки обычно включали Снейпа. Мы даже сыграли несколько над девчонками… короче, вот список того, что мы делали:
1) Мы трансфигурировали бокал в шимпанзе и подбросили его в спальню слизеринцев. По-видимому, он изгадил там все кровати, а когда слизеринцы вошли, начал кидать в них своим дерьмом. Особенно рекомендую этот пункт.
2) Рабастан Лестрейндж сказал что-то гнусное о твоей маме, а Джеймс в ответ заставил его зад вырасти раз в семь больше обычного и бросил нечто вроде: «Ты всегда был большой задницей». Все потешались над Лестрейнджем до самого окончания школы, это было здорово.
3) Мы наслали на Снейпа и его слизеринских дружков заклинание, которое заставляло их петь в оперном стиле вместо того, чтобы нормально говорить.
4) Джеймс использовал это заклятие на Снейпе, и у того выросли огромные сиськи. Самое интересное, что это заклинание из статьи в «Ведьминовском Еженедельнике» 1970-х, проверь в библиотеке.
5) Подруга Лили из Рэйвенкло – не могу вспомнить имя – узнала, что парень ей изменяет. Чтобы отомстить за нее, Лили наслала какое-то страшное заклятие, которое сделало его импотентом очень надолго. Он не смог сам это вылечить.
6) Знаю, это ребячество, но мы наслали на Снейпа заклинание, которое заставляло его пердеть каждые две минуты. Это заклинание в той же книге, что и увеличивающее зад. Не помню название целиком, но там была строчка: «Прокляните своих врагов и отомстите за друзей».
7) Мы заколдовали вход в слизеринскую гостиную. Каждый раз, когда кто-то из слизеринцев входил или выходил, его ударяло заклинание, которое окрашивало половину его лица в красный цвет, а другую половину – в золотой. Они поняли, что это были мы, так как мы использовали гриффиндорские цвета, и нам дали неделю отработок, так что рекомендую использовать другую палитру. Если не сможете найти заклинание, Гермиона должна знать.
8) Мы наложили заклинание, которое заставляло расходиться задний шов на штанах и мантии Снейпа. Каждый раз, когда их пытались починить, шов расходился снова. В конечном счете, они с МакГонагалл затратили три часа, чтобы все поправить. Бедной женщине пришлось увидеть больше, чем следовало кому бы то ни было, но ведь в войне, любви и квиддиче все средства хороши.
Что ж, надеюсь, это вам поможет. Дайте знать, если нужно будет еще – я стащил дневник Лили, который она вела в школе, он все еще лежит где-то поблизости. Там должно быть больше. Хорошенько повеселитесь и покажите слизеринцам, где раки зимуют.
Сириус


К тому времени, когда Гарри закончил читать, четверо гриффиндорцев покатывались со смеху.
- Это будет нам очень полезно, - задыхался Рон.
- Здесь еще одно письмо, - сказал Гарри, борясь со смехом, - от Люпина.
Он сделал огромное усилие, чтобы успокоиться и начать читать.

Гарри,
уверен, Сириус уже наполнил твою голову всевозможными историями о нашем участии в войне шуток. Однако я очень советую тебе не дать себя вовлечь. Надеюсь, что, рассказав это, я не дам тебе новых идей, но над Джеймсом и Сириусом, а иногда и над Питером и мной, особенно если их жертва сильно рассвирепела, сыграли не меньше шуток, а то и больше, чем Сириус и Джеймс над другими. Однажды они полтора дня не могли сказать и написать ничего кроме «я тупой и надоедливый идиот». В другой раз Амелия Боунс – да-да, действующий Министр Магии – так на них разозлилась, что подделала фотографии, где они носят платья и держатся за руки, и расклеила их по всей школе. Кроме того, если в Хогвартсе и была война шуток, она даже в сравнение не шла с войной твоего отца и Сириуса против Лили Эванс. Пожалуйста, не говори Сириусу, что я тебе это рассказал, но однажды они с Джеймсом кое-что стащили у Лили. В ответ она как-то их вырубила, одела в женские трусы и бюстгальтеры и привязала к квиддичным воротам. В качестве расплаты они… ну хорошо, они угрожали мне, пока я не согласился использовать свой доступ к ванной старост, чтобы украсть ее одежду, пока она мылась. К сожалению, она знала, что это был я, так как ни Джеймс, ни Сириус не были старостами. Вскоре после этого я проснулся голым на поляне в Запретном лесу. Я не стал связываться и наносить ответный удар, но Джеймс и Сириус продолжали порочный круг, часто с помощью Питера. К тому времени, когда мы помирились с Лили, я испытал больше стыда, чем за всю остальную жизнь. Не говорю уже о гневе, который мои друзья навлекли на себя со стороны слизеринцев, Минервы МакГонагалл, а также большинства хаффлпаффцев, рэйвенкловцев и гриффиндорцев. Если этого недостаточно, чтобы тебя отговорить, подумай, что с тобой сделает Молли: она взбеленится, если вы все попадете в неприятности. Я боюсь предположить, что будет, если узнают, что вы оставили в спальне слизеринцев шимпанзе или вырастили рога Драко Малфою. Будь осторожен, Гарри – даже если ты умудришься не попасться, все равно не сможешь избежать участи стать жертвой чьей-то шутки. Попробуй представить, как сложно выбраться из Запретного леса даже одетым, не то что голым и без волшебной палочки. А когда получишь ясную картинку, вообрази, каково будет пробраться из него в гриффиндорскую башню, если у тебя нет ничего, кроме листьев. Постарайся не попадать в неприятности, хорошо?
Ремус


- Бедный Люпин, - хихикнула Джинни.
- Как вы думаете, что будет делать Малфой, если он проснется голым посреди Запретного леса? - ухмыльнулась Гермиона.
- Почему бы нам не вырастить ему грудь, а уже потом оставить голым в Запретном лесу, чтобы это узнать? – предложила Джинни.
- Вот это уже мысль, - с озорным блеском в глазах ответил Рон.


Глава 5. Малфою пудрят мозги


Гермиона изо всех сил старалась не засмеяться, пока кралась по лестницам подземелий к кабинету Снейпа. Она знала, что Малфой идет за ней, – во время ужина Гермиона подмигнула Снейпу и улыбнулась, когда Малфой на нее смотрел. Снейп ухмыльнулся в ответ, приподняв бровь, и вскоре покинул Большой зал. Гермиона вышла чуть позже; осторожный взгляд в сторону слизеринского стола подтвердил, что Малфой тоже уходит.
Она постучала в дверь кабинета и вошла, оглянувшись и заметив, что из-за угла виднеются светлые волосы Малфоя. Закрыв дверь, Гермиона кивнула Снейпу, чтобы показать, что Малфой подслушивает.
- Здравствуйте, профессор, - пропела она тем же чарующим голосом, что и вчера.
Снейп улыбнулся, решив, что тоже может поучаствовать в этой маленькой игре:
- Вы опоздали, мисс Грейнджер. Я уж начал беспокоиться, что вы не придете.
Гермиона ухмыльнулась и постаралась не засмеяться.
- Вы можете никогда об этом не беспокоиться, - мурлыкнула она.
Снейп распахнул глаза и приоткрыл рот от изумления, но быстро оправился.
- Да, я сделаю все, чтобы так и было, - сказал он, заставляя свой голос звучать чуть ниже обычного.
- О, я обожаю, когда вы говорите таким тоном, - хихикнула она и, чтобы не оказаться в проигрыше, добавила. - Может, сегодня займемся этим на парте? Только сегодня?
Стоящий в коридоре Драко почувствовал, что у него кружится голова.
«Этого просто не может происходить, правда? Снейп не может трахать Грейнджер, это просто… нет. Это невозможно!»
Не раздумывая, Драко подошел к двери и постучал. Он не знал, что сейчас будет делать, но должен был убедиться: они действительно собираются заняться тем, о чем говорят.
Гермиона и Снейп в ужасе замерли.
«Малфой!» - беззвучно прошептала она и расстегнула мантию.
«Что вы делаете?» - вздрогнув, прошептал Снейп.
Она указала на дверь и начала расстегивать блузку, остановившись только, когда стало видно неприлично много, затем взъерошила волосы. Уловив идею, Снейп сбросил мантию, расстегнул пуговицы на воротнике и манжетах и потряс головой, чтобы волосы выглядели вспутанными. Он открыл дверь.
- Драко, - сухо произнес Снейп, в то время как потрясенный Малфой на него уставился, - чем могу быть полезен?
Драко повернулся к покрасневшей Гермионе и бросил взгляд на ее блузку. Гермиона широко открыла глаза, будто лишь сейчас осознала, как выглядит. Она судорожно запахнула блузку и повернулась к нему спиной.
- Я только хотел задать вопрос о домашней работе, - выдавил Драко. - Я… я… хм, я не знал, что вы заняты. Зайду в другой раз.
- Можешь задать свой вопрос перед занятиями, - раздраженно проговорил Снейп. Он закрыл дверь перед лицом Малфоя и повернулся к Гермионе. - Поверить не могу, что мы забыли про заглушающее заклинание. - Сказал он в сторону двери специально для Малфоя, прежде чем указать на дверь волшебной палочкой и произнести: - Силенцио!
Они вдвоем разразились хохотом и смеялись еще долго. Гермиона успокоилась первой – ей в голову вдруг пришла дикая, бросающая в дрожь идея, но Гермиона понимала, что она великолепно впишется в их план. Оставалось убедить в этом Снейпа.
- Профессор? – спросила она.
- О, выражение его лица… да, Гермиона?
Она вздрогнула: Снейп впервые с момента знакомства назвал ее по имени. Но тут Гермиона вспомнила свою идею и зажмурилась, не желая видеть выражение теперь уже его лица, когда он это услышит.
- Профессор, - пропищала она, - поставьте мне засос.
Снейп был ошарашен, если не сказать больше. Прошло некоторое время, прежде чем он смог связно мыслить.
- Что?! – выдохнул он.
- Рано или поздно Малфой подумает, что мы с ним играем. Но если он увидит у меня засос…
- Так пусть Уизли вам его поставит, - сказал Снейп, глядя на нее с выражением, которое ясно говорило: «Да ни за что!»
Гермиона затрясла головой, не открывая глаз:
- Во-первых, Рон не станет этого делать, если поймет, зачем я его прошу. А учитывая, что я грозила послать его в Мунго, если он оставит на мне хоть один, догадается Рон непременно. Во-вторых… Малфой ждет, пока я выйду из вашего кабинета. Если засос появится у меня завтра утром, он поймет, что это был Рон, а не вы. По крайней мере, он начнет подозревать и станет взвешивать факты, указывающие на то, что мы с вами занимались… ну, знаете… и те, которые свидетельствуют об обратном.
Снейп нахмурился. Он видел достоинства плана… но это не означало, что он хочет претворить его в жизнь.
- Меня могут уволить, - отчаянно искал он предлог для отказа.
Гермиона вздохнула и наконец открыла глаза:
- Ставлю тридцать галеонов, что Дамблдор не только знает наши замыслы, но и считает их ужасно забавными.
Снейп не удержался от смешка:
- Да, тут вы правы. Отлично, я сделаю это. Но если проговоритесь хоть одной живой душе, получите Аваду Кедавру.
Гермиона чуть улыбнулась: уж о том, что она кому-нибудь расскажет, можно было не беспокоиться. Они со Снейпом придвинулись друг к другу. Гермиона отклонила голову влево и назад, убрав мешающие волосы. Ощущение было такое, словно она приносит себя в жертву вампиру.
Снейп содрогнулся и ухватил ее за плечи, наклоняясь к шее. Гермиона вся сжалась, чувствуя, как по коже побежали мурашки, в то время как ее преподаватель – который еще пару недель назад был одним из самых неприятных ей людей – начал сосать ее шею.
- Да уж, это за гранью фантастики, - заметила она через несколько секунд.
Снейп фыркнул и рассмеялся, уткнувшись ей в шею. Гермиона слегка вздрогнула и напряглась в ответ на странным образом приятное ощущение. Снейп отклонился, чтобы оценить результаты своих усилий.
- Едва заметно, - сказал он, - дайте мне еще секунду.
Прошла минута, затем еще несколько. Снейп потратил какое-то время на одном участке, а затем начал двигаться вверх и вниз, оставляя засосы на всей доступной поверхности кожи. В какой-то момент Гермиона забыла, что это преподаватель покрывает отметинами ее шею, и отдалась приятным ощущениям.
Передвигаясь, чтобы поставить следующий засос, Снейп провел губами по ее коже, и Гермиона издала еле слышный стон. Снейпу этого оказалось достаточно, чтобы прийти в себя. Он тут же шагнул назад, удивленный своими действиями.
- Кажется, я перестарался, - с раскаянием произнес он.
Гермиона так и стояла, закрыв глаза, чувствуя смущение пополам с удовольствием.
- О, чем больше, тем лучше, - небрежно ответила она.
- В таком случае, поработать с другой стороной? – спросил Снейп, стараясь, чтобы в его голосе не прозвучала надежда. Он был слегка удивлен, когда Гермиона кивнула и отклонила голову вправо.
Прошло еще много времени, прежде чем он остановился. Снейпу пришлось это сделать, потому что свободного места на шее уже не оставалось, а он хотел все большего и большего. Он уже готов был начать покусывать ее ухо или спуститься ниже, а то и предпринять что похуже. Слишком давно он не занимался подобными делами.
- Что ж, - протянул он, - Драко будет более чем напуган. Надеюсь, вы придумали оправдание для Уизли?
Гермиона покраснела:
- Я не собираюсь рассказывать Рону. Я наложу маскирующие чары, а если он увидит меня раньше, скажу, что поставила засосы заклинанием.
- Почему же вы не использовали это заклинание? – подозрительно спросил Снейп.
- Потому что я не знаю такого, естественно, - она закатила глаза. - С какой стати мне было учить заклинание для фальшивых засосов? Если оно вообще существует.
- Хороший довод, - улыбнулся Снейп. - Ну, вам пора.
- Точно… ах да!
Гермиона рассказала о письмах Сириуса и Ремуса, оставив в стороне шутки, которые те устраивали над Снейпом. Вскоре они двое хохотали, чувство неловкости давно забыто.
- Я помог Лили отнести Люпина в лес, - разъяснял Снейп. - Она выманила его наружу, попросив вместе погулять. Я пошел за ними, вырубил его и отволок в чащу… мы выбрали место подальше от всяких монстров, недалеко от опушки и все такое, но ему все равно было сложновато выбраться оттуда, не говоря уже о том, чтобы вернуться в замок. Девушка из Рэйвенкло увидела его и сделала несколько фотографий. Позже она шантажировала Люпина, чтобы он пригласил ее на бал.
- Он этого не упомянул, - прыснув, заметила Гермиона.
- Я не удивлен. Что ж, уже поздно, а вам нужно вернуться до отбоя.
Гермиона кивнула:
- Завтра в то же время?
- Мне нужно проверить домашние работы, - с сожалением ответил Снейп.
Она нахмурилась:
- А мне нужно домашнюю работу сделать, раз уж речь об этом. Стараюсь быть впереди класса и все такое.
- Ладно, может, послезавтра?
- Нет, это же будет суббота, забыли? Вы должны застукать старосту школы, когда она будет целоваться со своим парнем, и отвести их в свой кабинет. Затем вы пожалуетесь об этом Дамблдору, чтобы у них было алиби, когда Малфоя обнаружат привязанным к квиддичным воротам, одетого в черные кружевные стринги и лифчик.
- И где же вы возьмете черные кружевные стринги и лифчик? – поддел ее Снейп, улыбаясь.
- Э-э-э… у Джинни, - покраснела Гермиона.
- Значит, у Джинни?
- У Джинни, - твердо повторила она. – Честно!
«Ой, нет, не говори этого!» - тут же укорила она себя. - «Черт, разве это слово не принесло уже достаточно неприятностей?»
- Ну да, Грейнджер, конечно.
- Ладно, я использую мои собственные, довольны? – огрызнулась Гермиона. - Мои старые, любимые черные стринги и лифчик, которые теперь слишком малы. Да, признаю, у меня есть черное белье. И больше, чем одна пара!
Снейп поднял руки, сдаваясь.
- Простите, не смог удержаться, - он кашлянул, снова чувствуя некоторую неловкость. - Как бы то ни было, начинайте целоваться с Уизли в полдень рядом с библиотекой. Буду ждать вас там.
- Ясно. Увидимся!
Гермиона подобрала свою мантию и торопливо вышла.
Она повернула за угол и врезалась в Малфоя, чуть не упав.
- Смотри, куда идешь! – рявкнула она.
Когда Гермиона попыталась его обойти, Драко схватил ее за руку, его глаза поблескивали.
- Что с твоей шеей, Грейнджер? Немного… повеселились со Снейпом?
- Ты чокнулся? – возмутилась Гермиона. Она придала лицу слегка обеспокоенное, но вызывающее выражение, заставляя свой голос звучать не вполне уверенно. - Я и Снейп! Что за зелье ты принял?
Малфой толкнул ее к стене, глядя прямо в глаза. Она не отрывала сердитого взгляда, не желая, чтобы он заметил ее тревогу. Драко посмотрел вниз, прямо в вырез ее наполовину расстегнутой блузки, а Гермиона уставилась на него, не в силах поверить, что Малфой ее разглядывает.
- Ты бы хоть блузку застегнула, - произнес он, смотря на ее грудь и ухмыляясь, а затем с насмешкой встретил ее взгляд.
Гермиона оттолкнула Малфоя с силой, которой в себе не подозревала, да так, что он ударился о противоположную стену.
- Моя блузка – не твоя забота, - прорычала она, трясясь от ярости, и нацелила ему в лоб волшебную палочку.
Драко ухмыльнулся, некоторое время не отрывая взгляда, а затем снова посмотрел на ее грудь. Гермиона скривила губы и умчалась, зная, что он просто пытался ее задеть.

* * *

Джинни удивленно подняла взгляд на Гермиону, снова вернувшуюся поздно. Та была растрепана, как и предыдущим вечером, но при этом взбешена и выглядела так, словно готова была кого-нибудь придушить.
- Что случилось? – спросила Джинни, когда Гермиона направилась к лестнице, ведущей в спальни девочек.
Гермиона развернулась, выражение ее лица смягчилось при виде подруги.
- Привет, - сказала она, пытаясь успокоиться. - А где Гарри и Рон?
- В больничном крыле, - рассеянно ответила Джинни. - Что с тобой случилось?
Гермиона распахнула глаза:
- В больничном крыле? Почему? Что с ними?
- Ничего особенного. Панси Паркинсон пыталась наложить на них заклятье, о котором нам написал Ремус. То, где Джеймс и Сириус не могли сказать ничего кроме «я тупой и надоедливый идиот». Оно сработало неправильно – ничего удивительного, мы ведь о Паркинсон говорим. Они оба теперь не в себе и повторяют «омлэт дю фромаж» последние полтора часа.
- И как же фраза «я тупой и надоедливый идиот» превратилось во французское название сырного омлета? – вопросила Гермиона, - Нет, правда! И она – староста, представьте себе.
Джинни улыбнулась:
- Так вот что означает «омлэт дю фромаж». Я думала, это тарабарщина. Короче, мадам Помфри пытается переделать зелье, снимающее этот эффект, но сначала ей нужно понять, какая была ошибка в наложении заклинания. Хотя к утру их должны выписать. Так что вопрос номер один: чем вы там занимались со Снейпом, что ты теперь вся покрыта засосами, и номер два: что тебя так взбесило? Он ведь не сделал ничего…
- Нет, конечно нет, - поспешила сказать Гермиона. Она наложила на свою шею маскирующие чары и рассказала Джинни, как попросила Снейпа поставить ей засосы, чтобы убедить Малфоя, а затем объяснила, что позволил себе Малфой.
- Гермиона, он просто пытался тебя расстроить, - произнесла Джинни, все еще переживая шок от услышанного: Снейп сосал чью-то шею (шею Гермионы, что еще хуже), а Малфой Гермиону разглядывал.
- Знаю, но это совершенно отвратительно, особенно учитывая, что он видел меня голой.
- Что?! – воскликнула Джинни.
- Та шутка, Джинни, помнишь? Когда он забрал мою одежду и положил меня в кровать к Снейпу? – Гермиона содрогнулась.
- Ах да, почти забыла, - неловко ответила Джинни. Затем она прищурилась. - Что ж, может, тогда провести допрос, как думаешь?
- Ты это о чем?
- Когда он будет уже привязан к квиддичным воротам, можешь задать несколько вопросов. Ну, знаешь, наложить какое-нибудь заклинание правды или пригрозить оставить его там, если не будет говорить. Конечно, оставить его там в любом случае.
- Да, конечно. Неплохая идея… но тогда у него будет доказательство, что это я.
- Доказательство, которое он не сможет использовать – Малфой обличит себя, если расскажет о шутке, которую сыграл над тобой и Снейпом.
- Хм, верно. Допрос… это будет интересно.

Примечание переводчика: На всякий случай говорю, что пейринга Гермиона/Снейп в этом фанфике не будет. Они останутся друзьями.
Спасибо за внимание.


Глава 6. Гриффиндор наносит ответный удар


Гермиона и Рон покинули гостиную в десять утра, попрощавшись с Гарри и Джинни, которые остались сидеть на диване, болтая о квиддиче. День был холодный, а большинству учеников задали много домашней работы, так что гостиную переполняли люди, которые учились или просто слонялись без дела. Десятки свидетелей видели, что Гарри и Джинни сидят в комнате, как и было запланировано.
Рон с Гермионой отправились в библиотеку. Гермиона взяла несколько книг, и они с Роном вышли как раз к полудню. Она начала целовать Рона в коридоре перед библиотекой, радуясь, что наконец может забыться со своим парнем и не думать о том, чем они занимались со Снейпом. Эти воспоминания до сих пор нервировали ее. Начиная с прошлого визита в кабинет Снейпа логическая часть Гермионы пыталась вернуться в тот день и оправдать ее ощущения, эмоции и действия либо изучить их. Но другая часть, упрямая и более человеческая, была бы счастлива никогда больше об этом не вспоминать.
Полностью поглощенная поцелуем с Роном, она даже не услышала, как подошел Снейп. Со всей этой войной шуток, а так же домашней работой, квиддичными тренировками Рона и встречами со Снейпом Гермиона виделась со своим парнем гораздо реже, чем хотелось бы.
- Уизли! Грейнджер! Прекратите немедленно!
Рон неохотно отстранился. Гермиона попыталась было притянуть его обратно, чтобы продолжить, но Рон повернулся и зло глянул на Снейпа. Вспомнив план, она тоже развернулась, постаравшись вести себя так, как если бы ее на самом деле поймал страстно целующейся с парнем преподаватель вроде Снейпа.
- Десять баллов с Гриффиндора! С каждого! Следуйте за мной! – прорычал Снейп. Они вздохнули и спустились за Снейпом в подземелья. Все шло согласно плану.
Недалеко от кабинета Снейпа была затененная ниша, где лицом вниз, обездвиженный заклятьем полной парализации тела, лежал Малфой.
- Он вас не видел? – прошептала Гермиона.
- Нет, - произнес Снейп, изменив свой голос, чтобы не быть узнанным. Он передал им чернильницу-портключ. – Квиддичный стадион чист. Ближе всего к нему Хагрид, но он напился вчера и сейчас спит.
- Обязательно было снимать баллы? – кисло спросил Рон. Хоть он и понимал, что вся эта затея со Снейпом и Гермионой была хорошей, но все равно ненавидел Снейпа, а еще больше ненавидел то, что Снейп проводит время с его девушкой.
- Да, - невозмутимо ответил тот.
Гермиона закатила глаза.
- Не сейчас, парни, мы отстаем от расписания, - сказала она. Гермиона положила чернильницу на спину Малфоя. Они с Роном каждый касались портключа одним пальцем. Гермиона передала Снейпу библиотечные книги как раз перед тем, как портключ активировался.
Оказавшись на стадионе, Гермиона и Рон подняли капюшоны, чтобы издали их нельзя было узнать.
- Я как-то не стремлюсь выполнять следующий этап, - пробормотал Рон, когда они перевернули неподвижного и разъяренного Малфоя.
- Я сама, - неохотно произнесла Гермиона. Рон послал ей благодарный взгляд и отвернулся. Гермиона ухмыльнулась Малфою и начала стаскивать с него одежду. Заклятие постепенно проходило, так что он мог уже шевелить пальцами, а также строить легкие выражения лица, и выглядел при этом совершенно взбешенным. Он умудрился выдавить слово: «убью!», когда она сняла с него трусы. Гермиона изо всех сил старалась не смотреть, что у нее не очень получалось. Она каждый раз краснела и бросала взгляды в спину своего парня, удостоверяясь, что никто не видел выражения ее лица.
Гермиона положила свое старое, изношенное белье на грудь Малфоя и использовала заклинание, чтобы оно приобрело нужный размер, а затем надела его на Драко, что было сложновато сделать с неподвижным человеком. Все это включало много поднятий и переворачиваний, так что к окончанию ее трудов Малфой довольно-таки испачкался.
Другое заклинание подняло его в воздух и создало золотые путы, которые обвили запястья и лодыжки Малфоя. Гермиона наложила на него Заглушающее заклинание, а затем отменила заклятье парализации. Малфой немедленно начал кричать, но не смог издать ни звука. Гермиона усмехнулась, и, повинуясь движениям ее палочки, путы растянулись и потащили его к квиддичным кольцам, привязав к центральному шесту. Выглядел он там словно объект ритуального жертвоприношения, ждущий, когда какой-нибудь дракон прилетит полакомиться. Рон с Гермионой засмеялись и подобрали пустую чернильницу.
- Тренировка Хаффлпаффа через четырнадцать минут, и время идет, - сообщил Рон. Портключ возвратит их в кабинет Снейпа за десять минут до тренировки.
Гермиона кивнула и наслала на Малфоя легкое заклятье правды, которое узнала вчера. Оно было не очень мощное, но если жертва оказывалась не готова и не очень умела стряхивать заклятия, управляющие разумом, такие как Империус, то какое-то время оно работало. Взгляд Малфоя слегка расфокусировался, когда оно возымело действие. Гермиона улыбнулась шире и сняла Заглушающее заклинание.
- Малфой, - весело произнесла она, - сейчас ты расскажешь, как именно сыграл ту маленькую шутку надо мной и Снейпом. Ну?
Малфой тупо кивнул и начал говорить:
- Разработка плана заняла шесть с половиной недель. Я даже думал над ним летом. Мы с Панси Паркинсон, Креббом и Гойлом приготовили Оборотное зелье и во время ухода за магическими существами стащили расческу Лаванды Браун, чтобы достать ее волосы. Приготовление снотворного зелья заняло три недели, так что я сварил его одновременно с Оборотным. Я разбавил снотворное зелье в одинаковых пропорциях для обоих из вас, исходя из веса и физической силы, и зная, что Снейпу нужно будет пройти дальше, чем тебе. Он дошел до своей комнаты, ты поднялась по лестнице в холле. За день до этого мы подслушали пароль Снейпа для его личных комнат. Затем мы проследили за гриффиндорскими первокурсниками, чтобы узнать, где находится ваша гостиная, и какой там пароль. Мы подлили зелье тебе и Снейпу и шли за тобой из Главного зала. Мы подождали, пока ты упадешь. Гойл подобрал тебя и отнес в тайный проход в подземельях. Я снял с тебя одежду и забрал палочку, отдав их Панси. Она взяла с собой Кребба, чтобы стоял на стреме, и отправилась в гриффиндорскую гостиную, предварительно выпив Оборотного зелья с волосом Лаванды, и положила вещи тебе на кровать. Я удостоверился, что ты точно без сознания…
- Как именно? – с подозрением спросила Гермиона. Что-то в том, как он это сказал – улыбаясь, несмотря на то, что заклинание затуманивало разум – встревожило ее.
- Я потрогал тебя. Мы с Гойлом от души посмеялись над этим.
- Где ты меня потрогал?! – взревела Гермиона. – «О, какой ужас!»
- Вот теперь ничто не остановит меня от твоего убийства, - прорычал Рон, его уши и шея покраснели, и он уже достал волшебную палочку. Гермиона положила руку ему на плечо, не зная, хочет ли она удержать его этим от попадания в неприятности или просто желает добраться до Малфоя первой.
- Так, ничего особого, - ответил Драко, ухмыляясь. Заклинание прекращало свое действие, к Малфою уже возвращались эмоции. – Просто пробежался по ней руками, а затем отнес в комнату Снейпа. Гойл стоял на страже. Снейп уже спал в кровати, так что я его перевернул, раздел заклинанием и устроил на нем Грейнджер. Накрыл их одеялом и ушел.
Гермиона не могла мыслить ясно. Она так сжала чернильницу, что костяшки пальцев побелели. Он опоил ее, похитил, раздел, трогал, пока она спала, и, наконец, положил в компрометирующую позу со Снейпом. Почему именно Снейп?! Она убьет его, она убьет его, убьет его, убьет его…
Гермиона сделала шаг, но не успела достать волшебную палочку, как почувствовала знакомый рывок – это активировался портключ – и врезалась в Рона, уже оказавшись в кабинете Снейпа.
- Как все прошло? – жадно спросил тот.
Гермиона не ответила. Она восстановила равновесие, развернулась и направилась к двери.
- Я убью его, - прошептала она. – Я убью его!!!
Рон уставился на нее: он еще никогда не видел Гермиону такой сердитой. Снейп, который когда-то был неплохим игроком в квиддич и имел хорошие рефлексы, быстро оправился от шока, бросился к Гермионе и, прежде чем она достигла двери, поднял за талию в воздух, чтобы остановить.
- Я убью его!!! – кричала она снова и снова, молотя руками и ногами, чтобы освободиться, и чуть не умудрившись при этом опрокинуть Снейпа.
- Успокойтесь! – прорычал он, борясь с ней.
- Вам легко говорить! Вас Малфой не лапал, пока вы спали! – выкрикнула она.
Рон, находящий всю эту сцену очень забавной, еле сдержал смех, представив, как Малфой гладит храпящего Снейпа.
- Гермиона… - медленно произнес он, пытаясь ее урезонить: он сам убьет Малфоя, позже, когда убедится, что Гермиона не доберется до того первой – следовательно, нужно ее успокоить.
- Я убью его!!! Я должна была догадаться, когда он заглянул мне тогда в вырез блузки…
- Послушайте меня! – прошипел Снейп, слишком занятый ее удержанием, чтобы удивиться этому заявлению (а вот Рон теперь выглядел почти таким же разъяренным, как и Гермиона – он определенно боролся с желанием броситься за дверь сам). – Вы все равно не сможете его убить, так что прекратите это. Если хотите пойти к Дамблдору, можно попытаться, однако тогда придется объяснять то, что объяснить будет сложно. Но мы можем отомстить. Око за око, зуб за зуб, шутка за шутку – это полная хогвартская версия. Понимаете?
Гермиона прекратила пинаться, и Снейп ее отпустил. Тем вечером Малфой пялился на нее не больше, чем некоторые парни в Хогвартсе. Черт, да она замечала, как Рон и даже Гарри смотрят иногда на ее грудь или тыл. Так что Гермионе тут не на что жаловаться, тем более, что блузка была полурасстегнута. Но трогать ее во сне было непозволительно. Это заслуживает гораздо худшего наказания, чем просто шутка в ответ. Что случится, если она пожалуется о том, что сделал Малфой? Вытянут ли его связи матери? Нарцисса Малфой никогда не была Пожирательницей смерти; она многое сделала, чтобы восстановить репутацию Малфоев, и до сих пор имела достаточно знакомых в министерстве. К тому же, Драко еще не закончил школу, так что большая часть возможных наказаний будет в любом случае отменена. Конечно, можно предъявить официальное обвинение, но на суде ей придется признать, что это она привязала Малфоя к воротам, одетого в лифчик и стринги. И сказал ли он правду? Это заклинание не очень сильное, и Малфой проявлял эмоции… нормально ли это для заклинания правды? Гермиона в этом сомневалась: эмоции должны возвращаться достаточно медленно, по мере того как эффект заклятья спадает, и это состояние должно было держаться дольше. Малфой мог выдумать все это признание или рассказать полуправду. Это очень на него похоже – солгать, просто чтобы взбесить Гермиону. Она не сомневалась в том, что он рассказал о ходе выполнения той шутки, но трогать ее… Гермиона была не в его вкусе (по крайней мере, очень надеялась), и что-то подсказывало ей, что Малфой не стал бы этого делать. Слизеринцы видели в магглорожденных ведьмах только «грязную» кровь. Возможно, он прибавил все это, потому что знал, что она будет расстроена… ну конечно! Малфой решил: если Гермиона подумает, что он сделал что-то настолько ужасное, то расскажет об этом Дамблдору. В таком случае о его шутке узнает вся школа, а Гермиону накажут за то, что она привязала Малфоя к квиддичным воротам. Малфою же ничего не будет, потому что он на самом деле не делал этого. Гермиона все больше убеждала себя, что заклинание правды вообще не сработало… и если бы Малфой действительно это сделал, он бы ни за что не рассказал: ведь он не хочет вылететь из школы.
Скорее всего, он ее не трогал. Тем не менее, Малфой очень ее разозлил. Гермиона не пойдет к Дамблдору, но вне зависимости от того, трогал Малфой ее или нет, она отомстит так, как будто это правда. Еще оставался тот случай, когда он разглядывал ее в коридоре. Да, ничего особенного, но Гермиона все равно не спустит ему это с рук.
- Гермиона? Ты как? – осторожно спросил Рон.
- Все нормально, - отсутствующе ответила она. – Я просто подумала…
Гермиона рассказала им о своих мыслях, и Снейп с Роном согласились. Они начали разговор об идеях мести, что в присутствии Рона было куда как более неловко. Прежде чем они утвердили какой-нибудь план действий, в камине взметнулось зеленое пламя, и появилась голова МакГонагалл.
- Северус! – воскликнула она. – Это то же самое, что мы сделали с Поттером и Блэком! Драко Малфой привязан к квиддичным воротам в женском нижнем белье!
Тут она увидела Гермиону и Рона.
- То есть… э-э-э… это отвратительно! Когда м-мы узнаем, кто это сделал, придется… придется его серьезно наказать. Сейчас там большая часть школы и… нам лучше поторопиться, чтобы посмотреть. Э-э, посмотреть, сможем ли мы найти виновника, конечно же.
- Ясно, – сухо ответил Снейп. Голова МакГонагалл исчезла, и он продолжил: – Старая добрая Минерва… вы так на нее похожи, Грейнджер. Ладно, пойдемте, «поищем улики».

***

Драко вскрикнул от разочарования, когда Грейнджер и Уизли исчезли. Он надеялся, фальшивая история о том, что он с ней сделал, выведет Грейнджер из себя достаточно, чтобы она осталась на стадионе слишком долго и попалась. Ее слабенькое заклинание правды почти не возымело эффекта: может, Драко и не лучший ученик, но он сын Пожирателя смерти, Мерлина ради, – сопротивление заклятьям, воздействующим на разум, вроде Империуса или заклятий правды, было частью его начального магического обучения. Драко не предполагал, что они и вправду оставят его тут – он думал, это пустая угроза, чтобы заставить его сознаться, потому и рассказал, что сделал, а затем заставил эту историю звучать еще хуже, чтобы разозлить Грейнджер посильнее (но не настолько, чтобы они его убили). Ох, выражение ее лица… а лицо Уизли…
- Отлично, команда, - послышался голос со стороны раздевалок, - давайте тренироваться как перед Кубком Мира по квиддичу!
«О нет. Что там Уизли говорил о тренировке Хаффлпаффа?»
Через несколько секунд в поле его зрения попали семь хаффлпаффских игроков, почти тут же заметивших Драко. Какое-то время хаффлпаффцы просто таращились на него, а затем одновременно расхохотались.
- Я пойду, скажу Ханне, - выдохнула Сьюзан Боунс, направляясь к замку.
- Стой! – позвал Эрни Макмиллан, капитан команды. – Мы не можем просто рассказать своим друзьям, это неправильно!
Драко недоверчиво уставился на него, но затем увидел, как злобно поблескивают глаза Макмиллана, и мысленно застонал.
- Сьюзан, расскажи хаффлпаффцам, всем хаффлпаффцам, что ты увидела. Элеонора, сообщишь рэйвенкловцам. Кевин, берешь на себя Гриффиндор, и убедись, чтобы об этом точно узнали Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер и оба Уизли. Лаура, в библиотеку, Роза, ты в Большой Зал, и Захарий…
- Я остаюсь с тобой, - прервал его Захарий Смит. – Это просто великолепно! К тому же, ты ведь не хочешь, чтобы обвинили тебя, а это могут сделать, если ты будешь стоять тут один.
- Ладно. Эй, и Сьюзан, будешь в спальнях, захвати мой фотоаппарат! – крикнул Эрни вслед команде.
В эту минуту Драко поклялся: чего бы оно ему ни стоило, Грейнджер заплатит за это, дорого заплатит.


Глава 7. С гриффиндорцами шутки плохи


- Увидимся, Гарри, Джинни, - крикнул Шеймус Финниган.
- Пока, Гарри, - Дин Томас намеренно проигнорировал Джинни: их отношения закончились не очень хорошо. В большей степени это была заслуга Рона с его назойливой опекой.
- Пока, - рассеянно ответили оба. Они с головой ушли в тихий разговор о том, что сейчас делают Гермиона и Рон, и не обращали внимания на происходящее вокруг.
Но когда Дин и Шеймус открыли портретный проем, чтобы выйти, в гостиную вбежал невысокий четверокурсник – ловец Хаффлпаффа по имени Кевин Уитби – он был одет в желтую квиддичную мантию.
- Слушайте все! – крикнул Кевин. Гриффиндорцы с изумлением на него уставились: мало у кого с других факультетов хватило бы духу ворваться в гриффиндорскую гостиную неприглашенными, и среди этих смельчаков едва ли были хаффлпаффцы. – Если кому интересно, на квиддичном поле привязан Драко Малфой в дамском белье!
- Что?! – воскликнули несколько человек. Половина находившихся в гостиной рванулась к портретному проему, остальные подбежали к окну, тщетно пытаясь разглядеть квиддичный стадион. Гарри и Джинни притворились потрясенными и бросились к выходу.
- Гарри! Джинни! – позвал Кевин. – Вы не видели Гермиону и Рона? Эрни сказал сообщить им.
- Они пошли в библиотеку, Кевин, - ответила Джинни. – Пошли скорей! Не стой здесь, такое нельзя пропустить.
К тому времени, когда гриффиндорцы добрались до поля, практически все рэйвенкловцы и хаффлпаффцы были уже тут, затесалось даже несколько слизеринцев. Фотоаппараты щелкали не переставая, стадион заполняли смех и издевки. Прибежала МакГонагалл, за ней по пятам спешили Снейп, Рон и Гермиона.
- Ты! – завопил Малфой, свирепо глядя на Гермиону. Снейп снял заклинание, привязывавшее Малфоя, и, когда тот упал, бросил ему свою мантию.
Снейп и МакГонагалл заставили толпу разойтись, оставив позади только Гарри, Джинни, Рона, Гермиону и Эрни Макмиллана (который был, во-первых, старостой школы, а во-вторых, именно тем, кто нашел Малфоя).
- Это были они! – прорычал Малфой, указывая на Гермиону и Рона.
- Это правда, мисс Грейнджер? – серьезно спросила МакГонагалл.
Гермиона затрясла головой, но прежде, чем она смогла ответить, к Малфою обратился Снейп:
- Как долго ты здесь находился, Драко?
- Где-то полчаса, может, минут сорок пять, - ответил Малфой. - Они использовали портключ примерно за десять минут до того, как пришли хаффл…
- Они находились в моем кабинете почти с полудня, - прервал его Снейп, - обсуждали со мной, как им провести отработку.
Малфой удивился.
- Тогда это, должно быть, Поттер и мелкая Крысли притворялись ими! – воскликнул он, зло уставившись на Гарри и Джинни.
- Мы были в гостиной где-то с десяти или с половины одиннадцатого, - огрызнулся Гарри, – спроси кого хочешь. Дин и Шеймус собирались выйти, когда вбежал Кевин Уитби и сообщил, что ты здесь. Мы не смогли удержаться и не прийти, – он ухмыльнулся.
МакГонагалл бросила понимающий взгляд на Снейпа:
- Другие догадки, мистер Малфой?
Малфой распахнул глаза, когда до него дошло, что происходит.
- Это и были Грейнджер и Уизли! Вы их покрываете! – закричал он на Снейпа.
- Я буду покрывать Поттера и его дружков в день, когда вы женитесь на магглорожденной, - невозмутимо ответил Снейп. – Уизли и Грейнджер были в моем кабинете. Желаете обвинить кого-то еще?
- И где бы мы достали портключ, интересно? – добавила Гермиона. – Их нельзя создавать без разрешения министерства.
- Держу пари, ты все равно знаешь, как его достать, всезнающая грязнокровка! – воскликнул Малфой.
- Мистер Малфой, я не потерплю подобных высказываний в этой школе! Десять баллов со Слизерина! Мисс Грейнджер, будьте добры, вашу палочку, - сказала МакГонагалл. Гермиона передала требуемое. – Приори Инкантатем!
Клочья дыма образовали подобие Заглушающего заклинания, которое сняла Гермиона. МакГонагалл вернула Гермионе волшебную палочку, и оба преподавателя невозмутимо посмотрели на Малфоя.
- Это определенно не заклинание для создания портключей, - сказала МакГонагалл, прерывая Малфоя прежде, чем он смог возразить. Она применила то же заклинание к палочкам Гарри, Рона и Джинни, но никто из них не использовал ничего даже отдаленно напоминающего заклинание для портключей.
- Это все улаживает, мистер Малфой. Раз уж вы не рассмотрели тех, кто на вас напал…
- Я рассмотрел, это были они! – настаивал он. Малфой сердито глянул на Снейпа, прекрасно понимая, что не стоит обвинять в наложении незаконного заклинания преподавателя, тем более Снейпа. Тот послал ему мимолетную злую усмешку, которая исчезла прежде, чем ее увидела МакГонагалл.
-… тогда я поговорю с директором о том, чтобы найти другие улики, - безучастно продолжала МакГонагалл. – А пока советую вам вернуться в гостиную и надеть что-то более подобающее.
- Не забудьте вернуть мою мантию, - бросил Снейп. Драко смерил сердитым взглядом всю компанию и поспешил в замок, его обычно бледное лицо порозовело.
Все смотрели, как он уходит, еле сдерживая улыбки. Удивительно, но первой рассмеялась МакГонагалл.
Школьники уставились на нее, ошеломленные видом обычно чопорной и высоконравственной учительницы, сейчас согнувшейся от хохота.
- О, это настоящая потеха! – выдавила она сквозь смех. – Какой у него был вид!
Снейп улыбнулся.
- Мы стерли с его лица усмешку, да? – и он тоже расхохотался.
Гарри, Рон, Джинни и Эрни, никогда за предыдущие годы не видевшие, чтобы Снейп смеялся, осторожно подались назад, будто он мог быть опасен.
- Ах да… и двадцать баллов Гриффиндору, - сказала МакГонагалл. – По пять каждому из вас.
Гриффиндорцы нервно сглотнули, в ужасе, что МакГонагалл их раскусила.
- За что? – спросил Гарри, отчаянно пытаясь принять невинный вид.
- Бросьте, Поттер, - МакГонагалл все еще смеялась, по лицу ее струились слезы. – В конце концов, это я помогла сыграть ту же шутку над вашим отцом двадцать пять лет назад.
Гермиона вздохнула: можно было ожидать, что МакГонагалл все поймет, раз уж они скопировали шутку, в которой та принимала участие.
- Вы нас сдадите? – тихо спросила она.
- Так это вы привязали его к воротам? – потрясенно воскликнул Эрни. Он выпятил грудь, и значок старосты школы блеснул в свете солнца. – Но… но ведь ты тоже староста школы, Гермиона! А вы трое – старосты факультета!
Гриффиндорцы пожали плечами, виновато улыбаясь.
- Но ведь у вас есть алиби!
- Алиби можно подделать, Макмиллан, - невозмутимо произнес Снейп. Он выпрямился и направил на Эрни свой самый угрожающий взгляд. – И если вы расскажете хоть одной живой душе об услышанном здесь, то пожалеете, что вообще узнали о существовании Хогвартса, я ясно выражаюсь?
- Да-да, яснее некуда, - поспешно сказал Эрни. Он не столько боялся наказания, сколько был потрясен предположением, что Снейп покрывает Рона и Гермиону. Эрни снова повернулся к гриффиндорцам.
- Так… так значит, вы… - он умолк, тряхнул головой и тоже начал смеяться. – Ребят, это потрясающе! Какой у Малфоя был вид, когда мы его обнаружили… как вы это сделали? Как вы вообще до такого додумались?
- Нам подсказал… друг, - невинно ответила Гермиона, косо глянув на Снейпа.
- Друг? – повторил Эрни, проследив за ее взглядом и недоверчиво уставившись на слизеринского декана. – В этой школе все сошли с ума!
- И без тебя знаем, - пробормотал Рон, посматривая на все еще смеющуюся МакГонагалл.
Эрни потряс головой:
- Спасибо вам за веселье. Это войдет в историю Хогвартса, вместе с преданием о том, как близнецы Уизли сбежали от жабы Амбридж. Что ж, пойду, найду команду, чтобы все-таки потренироваться в оставшееся время… хотя ради такого стоило сократить тренировку. Ну, увидимся.
- Я пойду, напишу Сириусу, - сказал Гарри после ухода Эрни, неловко переминаясь с ноги на ногу и поглядывая на двух самых строгих преподавателей этой школы, трясшихся от хохота подобно парочке сумасшедших гиен.
- А мне нужно написать Фреду и Джорджу. Придется использовать школьную сову, Сыч еще не вернулся от них, - произнес Рон, он осторожно наблюдал за Снейпом и МакГонагалл, как будто боялся, что это изменение поведения разовьется во что-то более пугающее.
- Мне тоже нужно послать письмо: Билл просил рассказать ему, как все прошло, - рассеянно проговорила Джинни, посмеиваясь при взгляде на двоих учителей. – Я написала ему, когда мы только начали это обдумывать.
- Я пойду с тобой, - решила Гермиона. – Думаю, стоит спрятаться прежде, чем на нас набросится толпа людей, ожидающих услышать всю историю. Кроме того, нужно придумать, как нам превзойти эту шутку.
- А если не удастся, - добавил Гарри, - я слышал, как какой-то слизеринец однажды помог моей маме вырубить Ремуса и оставить его голым в Запретном лесу.
Снейп попытался бросить на него уничижительный взгляд, но слишком сильно смеялся для того, чтобы это возымело должный эффект.
- Нам нужно продолжать выполнять и другой наш план, Грейнджер, - произнес Снейп вслед гриффиндорцам. – Завтра в семь?
Гермиона кивнула и ушла вместе с друзьями.
МакГонагалл наконец взяла себя в руки.
- О да, я совсем забыла, что вы с Лили учудили над Ремусом, - сказала она, посмеиваясь. – Та шутка тоже была отменной.
- Полностью согласен, - спокойно ответил Снейп.
- Так… Малфой что-то сказал о портключе? – продолжила МакГонагалл. – Отличная мысль. Мы тоже должны были об этом подумать.
- Идея Грейнджер, - пожал плечами зельевар.
- Кстати, а что там за другой план? – спросила МакГонагалл по пути к замку.
- Думаю, скоро сама узнаешь, – уныло ответил Снейп.
- Ну хватит, Северус, ты можешь мне доверять! – умоляла МакГонагалл.
- Знаю, но шутка, над которой мы работаем, связана с ужасно неловким положением.
- О, ну теперь ты просто обязан мне рассказать, - настаивала МакГонагалл. – Что, более неловким, чем через которое мистер Малфой прошел сейчас?
- На мой взгляд, да, - ответил Снейп. – Хоть я и не испытал удовольствия быть привязанным к квиддичным воротам в нижнем белье Грейнджер.
МакГонагалл приподняла бровь:
- Отлично, я сама разузнаю.
Снейп поморщился, представив, что будет, если МакГонагалл услышит один из подстроенных разговоров с Грейнджер. - «О Мерлин».
И все же по мере приближения к замку он снова начал улыбаться. Он не веселился так с тех пор, как сам учился в Хогвартсе, до того как Пожиратели смерти убедили его присоединиться к ним. Снейп чувствовал себя… в каком-то смысле живым, как будто он снова учился в школе и придумывал, как бы получше унизить Джеймса Поттера. Внезапно он задумался, что было бы, если бы Темного Лорда не существовало… если бы он нашел себе жену и обзавелся семьей, и, возможно, устроился бы на работу, не связанную с обучением глупых детей. Если бы он смог перешагнуть через испорченное детство и стать счастливым.
- Чем бы я занялся, если бы первой войны не было, как думаешь, Минерва? – проговорился он.
МакГонагалл приподняла бровь:
- А что?
Он пожал плечами:
- Интересно.
Она бросила на него понимающий взгляд, видя сквозь показное равнодушие.
- Ну, Северус, сомневаюсь, что ты бы здесь преподавал, - сказала она задумчиво.
Снейп был чистокровным волшебником и унаследовал почти такое же состояние, что и Люциус Малфой. Он устроился работать преподавателем, когда начал шпионить на Дамблдора. Возможно, в самом начале ему нравилась идея стать учителем и уважаемым человеком, но это прошло, со временем он стал чувствовать все больше горечи и уныния из-за войны.
- Не знаю, - продолжала МакГонагалл. – Думаю, ты бы пошел дальше, жил нормальной жизнью.
- Скорее всего, - кивнул Снейп.
МакГонагалл бросила на него косой взгляд:
- Знаешь, Северус, еще не поздно. Никогда не бывает поздно.
Снейп фыркнул в ответ на избитое выражение, и все же понадеялся, что она права.

***

К тому времени, когда четверка гриффиндорцев вернулась в замок, вся школа гудела над этой историей. Когда они вошли в свою гостиную, там был почти весь факультет. Их приветствовали аплодисментами и одобрительными возгласами.
- Ох, черт с ним, - пробормотала Гермиона, прежде чем взобраться на стол, ухмыляясь от уха до уха. Она поклонилась, рисуясь. - Спасибо, спасибо! Пусть теперь весь Хогвартс знает, что с гриффиндорцами шутки плохи!
Гарри, Рон и Джинни засмеялись. Рон взобрался на один стол с Гермионой, Гарри и Джинни поднялись на соседний.
- И это далеко не последнее, что мы устроим! – воскликнул Рон.
- Закрывайте ставки! – выкрикнула Джинни. – Эту шутку ничто не превзойдет, ручаюсь!

После того, как Гарри, Рон, Гермиона и Джинни неофициально признали ответственность за свою проделку, на них смотрели как на героев; несколько человек подарили им фотографии привязанного к шесту Малфоя. Большинство студентов, поставивших на то, что лучшая шутка будет за гриффиндорской четверкой, уже забрали деньги, совершенно не заботясь, что не прошло даже полугода, и война шуток далека от завершения.

Следующим вечером после ужина Гермиона снова отправилась в кабинет Снейпа, за ней по пятам крался очень злой и угрюмый Драко Малфой. Гарри и Рон не хотели отпускать ее в подземелья одну, теперь, когда Малфой жаждет крови. Гермиона ответила на это, что они предположительно не знают, куда она пошла, и не могут ее сопровождать. Брать же с собой Джинни будет куда опаснее, так как той придется стоять и ждать снаружи, где к ней может незаметно подкрасться Малфой, а Гермиона ничего не услышит из-за Заглушающего заклинания. Гермиона сомневалась, что Малфой нападет на нее: он должен будет понять, что Снейп ждет ее и отправится на ее поиски, если Гермиона не появится. К тому же это слишком рискованно – он ведь совсем недавно обвинил их в исполнении той шутки. И если Гермиона попадет под заклятие, вину можно будет легко возложить на Малфоя. Он, во-первых, прекрасно знает это, а во-вторых, должен предположить, что Снейп отомстит Драко, если что-то случится с его «любовницей». Но Гермиона согласилась, чтобы Гарри и Рон встретили ее в вестибюле через два часа после ужина, просто чтобы убедиться, что Малфой не нападет на нее по пути назад. Кабинет находился достаточно близко к вестибюлю, чтобы Малфой не посмел напасть на нее прежде, чем она выйдет из подземелий, из страха, что Снейп может услышать. Так что если только Малфой не был настолько глуп, чтобы попасться, Гермионе можно ничего не страшиться.
Но, несмотря на это, она не могла перестать волноваться при мысли о том, что очень сердитый Драко Малфой – сын Пожирателя смерти, не понаслышке знакомый с темными искусствами – шел за ней и в любой момент мог бы ударить в спину. После лестницы в подземелья Гермиона ускорилась и уже практически бежала по коридору, отчаянно желая добраться до нужного кабинета прежде, чем Малфой решит, что месть ей заслуживает того, чтобы попасться.
- Войдите, - ответил Снейп через секунду после ее стука.
Гермиона ворвалась в комнату и поспешно закрыла за собой дверь.
- Что-то не так, мисс Грейнджер? – спросил он.
Гермиона потрясла головой, беззвучно произнесла: «позже» и улыбнулась, кивнув на дверь, чтобы дать понять Снейпу, что Малфой там.
- Я просто по вас соскучилась, - сказала она, ухмыляясь при мысли о том, что сейчас думает Малфой.
- Вы опять опоздали, - заметил Снейп.
- Мне ужасно жаль, - простонала она. – Гарри и Рон думают, что я в библиотеке, но они все равно начинают что-то подозревать, когда я вот так сбегаю.
- Убедитесь, чтобы ваши опоздания не стали привычкой, - сказал Снейп и злодейски ухмыльнулся, - или мне придется вас наказать.
Тут он беззвучно рассмеялся, закрывая рот руками.
Гермиона уставилась на него, подавив нервный смех.
- Можете сделать это в любом случае, - ответила она самым страстным голосом, который смогла изобразить в то время, как отчаянно желала захохотать.
- Но ведь вам понравится, если я вас накажу? – Снейп умудрился спросить это невозмутимо.
- Мне всегда это нравится, - невинно ответила она.
Снейп решил, что сейчас самое время наложить Заглушающее заклинание. Но прежде, чем он смог это сделать, в коридоре послышался громкий звук – кого-то выворачивало наизнанку. Быстро скинув мантию и расстегнув несколько пуговиц на рубашке, Снейп прошел мимо Гермионы и открыл дверь.
Драко Малфой стоял в паре метров от кабинета, согнувшись, в то время как его рвало на каменный пол. Снейп сморщил нос и подождал, пока приступ прекратится, затем использовал Эванеско и смерил Малфоя неприветливым взглядом.
- Тебе следует пойти к мадам Помфри, Драко, - бросил он, прежде чем вернуться в кабинет, наложить Заглушающее заклинание и разразиться хохотом.
- Его что, стошнило? – воскликнула Гермиона.
- Да, - смеялся Снейп, - причем сильно. О, это потрясающе. Постойте, вы так и не рассказали, как ему понравились ваши засосы.
Гермиона нахмурилась и рассказала про тот случай.
- Я готова была задохнуться от злости, - произнесла она. – Это отвратительно.
- Ну, он же парень. Ничего необычного, - утешил ее Снейп. – Я понимаю, что вам это противно… но попробуйте отнестись к этой истории спокойно и просто добавить ее в список причин, по которым хотите с ним разобраться.
- Постараюсь, - кивнула Гермиона. – Что ж, мне пора. Гарри и Рон ждут в холле – ну, знаете, чтобы быть уверенными, что Малфой ничего мне не сделает.
- Может, вас проводить? – нахмурился Снейп.
Она потрясла головой:
- Нет, если Гарри и Рон вас увидят, это все испортит.
- Ну хорошо. До следующего раза.
Гермиона кивнула и ушла, на полной скорости направляясь в вестибюль; из-за страха перед Малфоем она ничего вокруг не замечала.
Гарри и Рон поджидали подругу рядом с лестницей. Когда они увидели ее, то просто уставились с широко раскрытыми глазами. Гермиона остановилась, сбитая с толку.
- В чем дело, ребят? – спросила она.
Гарри с трудом сглотнул, покраснел и отвернулся:
- Э-э, Гермиона? А где твоя одежда?
Гермиона посмотрела вниз. На ней не было ничего, кроме черного кружевного бюстгальтера и стрингов.


Глава 8. Полномасштабная война


Джинни неотрывно смотрела на портретный проем, ожидая, когда ее друзья вернутся с последней встречи со Снейпом. Наконец вошел Рон – один.
- В чем дело? – нахмурилась Джинни. – Где Гермиона? И Гарри?
- Э-э, у нас небольшая проблемка, - Рон понизил голос до шепота. – Как можно незаметнее достань что-то из ее одежды и иди в Выручай-комнату.
Минут десять спустя Джинни подошла к месту назначения со сменной одеждой. Гермиона была вне себя от злости; она расхаживала туда-сюда, одетая в мантию Гарри. Мантия оказалась ей велика и соскальзывала вниз, открывая плечи и делая очевидным то, что на Гермионе нет блузки.
- Так, - поморщилась Джинни. – И что случилось?
- Должно быть, Малфой заклял ее, когда она вышла из кабинета Снейпа, - объяснил Рон.
- Да неужели? – вскинулась Гермиона. – Не могу поверить, что я этого не заметила. Меня мог увидеть кто угодно… хоть вся школа…
- А что он сделал? – спросила Джинни.
Гермиона распахнула мантию, открывая взору бюстгальтер и стринги, которые они надевали на Малфоя.
- Заклинание иллюзии, - прорычала Гермиона. – Оно будет длиться три часа.
- Ну, по крайней мере, одежда вернется, - утешил ее Рон.
- И волшебная палочка тоже, - добавил Гарри.
Во время последнего посещения Хогсмида они вчетвером купили специальные наручные кобуры для палочек – если резко двинуть запястьем, волшебная палочка вылетала из кобуры прямо в ладонь. На этих кобурах были защитные заклинания, так чтобы палочку нельзя было повредить, а достать ее мог только владелец. Заклятье Малфоя повлияло не только на одежду Гермионы, но и на кобуру.
- Взгляни на это с хорошей стороны – по крайней мере, ты заставила его проблеваться.
Гермиона вздохнула и запахнула мантию.
- Что ж, значит, Малфоя ждет Запретный лес, - мрачно заметила она.
- Ну конечно, ждет, - успокоила ее Джинни, передавая Гермионе одежду, которую принесла. – Мы оставим его в самой глубине.
- А можно положить его рядом с логовом Арагога? – с надеждой спросил Рон. – Будет здорово, если Малфоя съест гигантский паук.
Гарри и Джинни засмеялись.
Уголки губ Гермионы дернулись, и она наконец хихикнула.
- Маленькая часть меня возражает этому, - сказала она. – Но остальная часть твердит: «да, черт возьми!»
- Просто та маленькая часть тебя – тупая, - заявила Джинни.
- Вообще-то, это моя логическая часть, - возразила Гермиона, надев принесенную Джинни одежду, после чего они вчетвером направились в свою гостиную. – Она доказывает, что в таком случае Малфой отплатит нам по-черному.
- Малфой отплатит нам в любом случае, - указал Гарри.
Гермиона медленно кивнула:
- Да, конечно. Просто… ну. Часть меня знает: чем дальше я буду в это погружаться, тем более вероятно, что в конце концов окажусь в Азкабане за то, что его придушила.
- Не смеши меня, - сказал Рон. – Ты не попадешь из-за такого в Азкабан. Тебя только похвалят.
- А даже если они попытаются тебя забрать, мы устроим побег, - обнадежила ее Джинни.
- Это понятное дело. Но, с другой стороны, если ты начнешь душить Малфоя, мы наверняка к тебе присоединимся, - добавил Гарри. – Так что отправляться в бега придется всем вместе.
Гермиона засмеялась.
- Ну что ж, тогда тебе стоит узнать у Сириуса, как нужно прятаться от дементоров, - сказала она. – Потому что я заставлю Малфоя страдать.

***

В школе творился совершенный беспредел.
Обычно война шуток была достаточно локальной, в ней участвовали далеко не все. В этот же раз она стала полномасштабной вследствие возросшего напряжения между слизеринцами и учениками остальных факультетов. В основном это было результатом войны с Волдемортом и присутствия Гарри в Хогвартсе: во время последней битвы Пожирателей и Ордена Феникса родителей многих слизеринцев убили либо посадили в Азкабан. С другой стороны, очень много учеников с разных факультетов потеряли родственников из-за Волдеморта и его Пожирателей смерти. Кроме того, благодаря масштабным и искусным шуткам, которые уже сыграли, гораздо больше людей захотели принять участие в веселье… веселье, из-за которого в больничном крыле ежедневно оказывались десятки учеников. Почти на каждый урок Снейпа, МакГонагалл и Флитвика приходил кто-нибудь, чтобы спросить противоядие или попросить снять заклятье, в зависимости от специальности преподавателя. Мало кто из семикурсников – и немногим меньше из остальных учеников – не оказался изуродован, окрашен в какой-то цвет, покрыт слизью или как-то еще пострадал от чьей-то проделки.
В промежутках между шутками высшей лиги очень часто исполнялись незначительные, но от этого не менее досадные проказы. В один и тот же день у Гарри вырос хвост, зад Рона стал настолько большим, что Рон не мог ходить, кожу и волосы Джинни окрасили в слизеринские зеленый и серебряный цвета, а Гермиону ударили заклинанием, из-за которого ее волосы завились и торчали на метр во все стороны в стиле прически «афро». Занятия то и дело отменялись, отработки назначались, а очки факультетов уменьшались с прямо-таки пугающей скоростью.

После того, как с ее одежды спало малфоево заклинание иллюзии, Гермиона в конце концов успокоилась достаточно, чтобы понять: Запретный лес – их лучшая идея. Так что было решено отложить ее до финишной прямой.
Вместо того, чтобы проснуться в Запретном лесу, Малфой, плюс, для хорошего счета, Кребб, Гойл и Панси Паркинсон, проснулись парящими над озером, их тела и одежды окрашены в красные и золотые полоски. Они все истерично вопили, пока гигантский кальмар забавлялся, тыча в них щупальцами. Было очевидно, что это дело рук гриффиндорцев – а еще очевидней, что сделали это Гарри, Рон, Гермиона и Джинни, – и раньше слизеринский декан снял бы с них кучу баллов и назначил отработки.
Вместо этого они получили несколько фотографий на память и двадцать баллов Гриффиндору от МакГонагалл.
Ответ Малфоя был не особо впечатляющим, по сравнению с некоторыми из других проделок. Слизеринец заставил исчезнуть заднюю часть мантий Гарри, Рона, Гермионы и Джинни с помощью заклинания Эванеско. К сожалению, это означало, что остальная часть одежды не хотела держаться вместе. Им пришлось завернуться в передние части мантий как в банные полотенца и отправиться искать профессора Флитвика, который прервал урок чар у второкурсников, чтобы вернуть одежды гриффиндорцев в прежнее состояние.
Чтобы отомстить, четверка обратилась к помощи Снейпа. Они трансфигурировали пару кубков в двух самцов шимпанзе и оглушили их, чтобы те не шумели. Затем Снейп оставил одного шимпанзе в спальне слизеринок с седьмого курса и одного – в спальне их однокурсников-мальчиков. Когда семикурсники вошли в свои спальни, они тут же были атакованы большим количеством испражнений шимпанзе. А еще в последующие дни ходило немало шуток о том, как один из шимпанзе попытался спариться с Панси и Миллисентой Булстроуд. Слизеринские спальни убирали несколько часов, а Малфою пришлось еще и лечить скверный укус на руке.
Месть Малфоя обещала быть совершенно отвратительной; сама мысль, что он использует заклинание одной фразы, показалась бы смехотворной. Следовательно, никто этого не ожидал.

Спустя неделю после случая с шимпанзе Гермиона сидела в Большом зале на ужине. Гарри сел рядом с ней, Рон напротив, вокруг – гриффиндорские семикурсники и несколько однокурсниц Джинни. Гермиона повернулась к Гарри и попросила:
- Гарри, передай соль.
Как раз перед этим Малфой увидел, что она собирается заговорить и послал в нее заклинание.
Так что все кроме Гермионы услышали:
- Хочешь заняться сексом в библиотеке?
Сидящие вокруг студенты замерли и потрясенно уставились на нее, у Рона начали краснеть уши и шея.
- Че… го? – выдавил Гарри.
- Гарри, передай соль, - повторила Гермиона, не замечая ничего странного.
- Хочешь заняться сексом в библиотеке? – услышали Гарри, Рон и остальные.
- Э-э-э… Гермиона…
- Может наконец перестанешь на меня пялиться и передашь чертову соль?! – Гермиона начала сердиться.
- Хочешь заняться сексом в библиотеке?! – потребовала Гермиона.
Гарри нервно сглотнул и глянул на Рона – теперь их подруга казалась раздраженной тем, что ей не отвечают. Рон выглядел так, словно был готов взорваться от бешенства.
- Ну здравствуй, Грейнджер, - Малфой подошел к ним, ухмыляясь. – Как себя чувствуешь?
- Шел бы ты отсюда, Малфой, - ответила она холодно, с прищуром глядя на него. Для Гарри и Рона это выглядело так, словно она оценивающе посмотрела на Малфоя, прежде чем предложить ему переспать.
- Может, в другой раз, Грейнджер, - засмеялся Малфой.
- Какого черта ты делаешь?! – закричал Рон на Гермиону так внезапно, что сидящие поблизости подпрыгнули.
- В чем дело, Рон? – спросила она в замешательстве, удивляясь, почему он так зол, что она сказала Малфою уйти. Наблюдающим показалось, что она сделала Рону предложение неуверенно, как будто не знала, захочет ли он, во всяком случае, не так, как захотели бы Гарри или Драко. Тут Гарри взглянул на Малфоя и все понял.
- Это заклинание одной фразы, Рон, должно быть, Малфой ее заклял, - прошипел Гарри, не желая, чтобы услышал кто-нибудь еще: он надеялся отвести Гермиону в больничное крыло прежде, чем все поймут, что сделал Малфой.
Гермиона не расслышала всего, что сказал Гарри, она уловила только: «должно быть, Малфой ее заклял». Предположив, что Малфой сыграл над ней шутку, которой она пока не заметила, Гермиона вскочила, сердито глядя на слизеринца.
- Ты заплатишь за это, Малфой!!! – крикнула она, сытая по горло его выходками.
Звон и лязг сопровождал падение кубков и столового серебра; люди замирали с куском бутерброда во рту и не донеся стаканов с соком до губ.
Гермиона остановилась, прежде чем достать волшебную палочку, удивляясь, почему в Большом зале воцарилась полнейшая тишина. Никто не шевелился. Учителя, сидящие за своим столом, были слишком потрясены, чтобы реагировать. Гарри закрыл лицо ладонями. Рон, похоже, готов был упасть в обморок.
Гермиона только что – громко – предложила Малфою заняться сексом.
- Мы еще доберемся до тебя, Малфой! – прорычал Гарри, наконец придя в себя, и вскочил на ноги, хватая Гермиону за руку.
- За что ты на меня-то злишься, Поттер? – отпарировал Малфой, ухмыляясь. – Это Грейнджер хочет заняться сексом, а не я.
Гермиона разинула рот, она не могла поверить в то, что он сейчас сказал.
- Хотя, если подумать… - продолжил Малфой, усмехаясь и глядя на взбешенного Рона.
- Пошли, Гермиона, мы отведем тебя в больничное крыло, - позвал Гарри. Он был бы не прочь хорошенько проклясть Малфоя, наплевав на присутствие учителей, но знал, что должен как можно скорее вывести отсюда Рона. Видя, что Гермиона хочет возразить, он закрыл ей рот ладонью и практически выволок подругу из зала, Рон поспешил за ними.
- Я знал, что книги – не единственная причина, по которой она столько времени проводит в библиотеке! – крикнул им вслед Малфой и направился к своему месту, хихикая как сумасшедший.
Гермиона все пыталась что-то сказать, несмотря на мешающую ей руку.
- Послушай, Гермиона, в тебя попали заклинанием одной фразы, - сказал ей Гарри. – Молчи, ладно? А то кто-нибудь может услышать.
Гермиона кивнула, и Гарри ее отпустил. Она молча шла за ними в больничное крыло, удивляясь, что же за фразу она повторяла и как долго.
- Ох, ну что с вами опять случилось? – раздраженно спросила мадам Помфри.
Гарри, Рон и Гермиона так часто за прошедшие годы бывали в больничном крыле, что ей казалось, будто тут они и живут. Ну а с начала войны шуток она видела их еще чаще.
Гермиона, не задумываясь, начала отвечать:
- Малфой наложил на меня…
Мадам Помфри удивленно распахнула глаза:
- Что ж, мисс Грейнджер, одно из двух: либо я не все о вас знала, либо в вас попали заклинанием одной фразы.
- Кажется, его видоизменили, - вставил Гарри. – Она не понимает, что говорит.
- Это очевидно, иначе она бы молчала, - сухо ответила мадам Помфри.
- Что я говорю, Гарри? – обеспокоенно спросила Гермиона, но, конечно, все что тот услышал – это еще одно предложение секса.
- Лягте вон там, Грейнджер, а я пойду, поговорю с профессором Дамблдором, - устало сказала мадам Помфри. – Может, он знает, что сделали с заклинанием.
Гермиона вздохнула и легла на больничную кровать. Гарри и Рон сели по обе стороны от нее, избегая смотреть друг на друга. Теперь, когда публичное унижение было позади, ситуация начала казаться забавной.
- И не смейте ржать, - угрожающе произнесла Гермиона.
Они оба фыркнули от того, насколько сердито может звучать предложение заняться сексом в библиотеке, но умудрились удержать большую часть веселья внутри.


Глава 9. Почему совам нельзя давать канареечные помадки


Через несколько минут Гарри, Рон и Гермиона услышали в коридоре голоса и оглянулись на вход, надеясь, что это мадам Помфри вернулась вместе с Дамблдором. К их потрясению, в палату вошли близнецы Уизли.
- Фред, Джордж! – приятно удивился Гарри. – Как дела?
- Привет, ребят, - сказал Джордж. – Хорошо, а у вас?
- Держимся, - пробормотал Рон, косо глянув на Гермиону.
- Что сейчас случилось в Большом зале? – жадно спросил Фред. – Все потрясенно молчат или шепчутся, а слизеринцы смеются. Невилл сказал нам, что вы пошли сюда.
- Ну… - Гарри попытался быстро что-то придумать.
- Вы почему не ответили на мое письмо? – спросил Рон, чтобы сменить тему. – Я уж начал думать, что-то случилось с Сычом.
- Да, насчет этого… - с виноватым видом начал Фред.
Взгляд Гермионы метнулся от Фреда к Джорджу, и опять к Фреду. Забыв про заклинание, она спросила:
- Что вы натворили на этот раз?
Гарри и Рон замерли, съежившись. Джордж с недоверием уставился на Гермиону, а Фред, похоже, был бы потрясен меньше, если бы она подкралась к нему сзади и ударила по голове бетонной плитой. Прежде чем Гарри или Рон смогли все объяснить, Фред оправился от удивления и ухмыльнулся с озорным видом.
- Ну конечно, Гермиона, - сказал он. – Я с удовольствием займусь с тобой сексом. Правда, мне всегда казалось, что ты предпочитаешь кровати, но если хочешь в библиотеке… кто я такой, чтобы спорить?
С лица Гермионы сошла вся краска. Она в ужасе оглянулась на Гарри, который кивнул, подтверждая ее худшие страхи, а затем повернулся к близнецам, чтобы пояснить:
- Э-э… ребят, на нее наложил заклятье Малфой. «Хочешь заняться сексом в библиотеке?» - это все, что она может сказать.
- Вот блин, - Фред нисколько не смутился (в отличие от Гермионы, покрасневшей под цвет своего факультета). - Так и знал, что не стоило надеяться.
- Заткнись, Фред, - рявкнул Рон, а Джордж засмеялся.
- Короче, почему вы не написали ответ? – спросил Гарри, чтобы предотвратить спор между близнецами и Роном, а также отвлечь всеобщее внимание от Гермионы, которая, похоже, готова была скормить себя мантикоре.
- А, ну, мы собирались… - начал Фред.
- Видите ли, у нас было много отличных идей… - продолжил Джордж.
- Но когда прилетел Сыч, мы как раз пытались убедить кое-кого попробовать Канареечные помадки…
- А это дурацкое подобие совы схватило одну и съело, – закончил Джордж.
- И? – с подозрением спросил Гарри.
- Ну, Канареечные помадки предназначены для людей, а не для сов, - объяснил Фред.
- Что привело к… побочным эффектам, - осторожно добавил Джордж.
- Что вы сделали с моей совой?! – заорал Рон.
- Ничего мы не делали! – испугался Джордж. – Он сам их съел, и, насколько мы можем судить, он здоров…
- А разве он не должен был уже превратиться обратно? – встревожено спросил Гарри.
- Если бы он был человеком, да, - печально ответил Джордж.
- Но так как Сыч – сова, пришлось оставить его в магазине, - сказал Фред. – Это просто убийственно для бизнеса: он огромный, ростом чуть ли не с Хагрида, а вы знаете, какой Сыч неугомонный…
- Почему вы мне не сообщили? – потребовал ответа Рон.
- И с кем бы мы отправили письмо? – спросил Фред. - Мы были слишком заняты, чтобы отлучаться, а свою сову отдали маме, так как Стрелка уже никуда не годится. А почтовое отделение в Косом переулке в руинах с того самого нападения Пожирателей, его никак не отстроят…
- Неужели так долго было аппарировать в Хогсмид и добежать сюда? – сердито спросил Рон.
- И чем бы ты помог? Ты бы просто расстроился и все, - произнес Джордж, хотя никто не купился на его дружеский тон. – Даже если бы мы решили, что это принесет пользу, оставить сверхактивную канарейку размером со слоненка в магазине одну – не очень хорошая идея.
- Почему тогда вы не взяли его с собой?! – завопил Рон.
- И как бы мы это сделали, Рон? Научили его аппарировать? Или запихнули в камин?
- Вообще-то, мы пытались, но не сработало… зато в следующем месяце нам установят камин побольше, так, на всякий случай.
- Так или иначе, нам пришлось подождать, пока Министерство не разрешило создать портключ.
- И это заняло целый месяц? – вопросил Рон.
- Эй, а ты сам попробуй объяснить отделу магического транспорта, что тебе нужен портключ, чтобы переправить в Хогвартс двухметровую канарейку! – с негодованием воскликнул Фред. – Мало кто автоматически разрешает нечто подобное, знаешь ли!
- Вообще-то, они послали ребят из отдела обеспечения магического правопорядка посмотреть, не пытаемся ли мы приобрести портключ незаконно, - добавил Джордж. – Можете быть уверены, когда они услыхали, как Сыч счастливо им чирикает, то вызвали подкрепление, так как подумали, что это ловушка, и мы устроили на них засаду со стадом гиппогрифов.
- А за это мы провели ночь за решеткой, если хотите знать, - раздраженно сказал Фред. – Мы всё объяснили, когда нам предъявили обвинение, но они все равно захотели провести полное расследование и все такое. То есть, после того, как перестали смеяться. Они не могли понять, откуда у нас гигантская птица и зачем нам нужно переправлять ее в Хогвартс.
- Так что теперь мы должны Биллу деньги за то, что он внес залог, - со вздохом продолжил Джордж. – А еще мы чуть не влипли в глубокое дерьмо за нарушение запрета на экспериментальное разведение: они были уверены, что именно так мы получили эту канарейку.
- К тому же, пришлось притормозить с новыми изобретениями, чтобы решить, как быть дальше, - мрачно произнес Фред. – Мы думали о том, чтобы его уменьшить, но побоялись, если он самопроизвольно превратится обратно в сову, то станет слишком маленьким, чтобы его можно было увидеть.
- Интересно, вы можете провести хоть три минуты, не попадая в неприятности? – раздраженно обратилась Гермиона к Фреду… как раз, когда вошла Джинни.
- Э-э… - Джинни в замешательстве перевела взгляд с Гермионы на Фреда. – Не буду спрашивать.
- Это заклинание одной фразы, - объяснил Гарри. – Она уже предложила переспать мне, Рону, Малфою, мадам Помфри и Фреду.
- Малфою?! – воскликнула Джинни. – О нет…
- Это было ужасно, - пожаловалась Гермиона.
Джинни вздрогнула:
- Гермиона, ты знаешь, что я тебя люблю, но, видишь ли, нет ничего более жуткого, чем когда ты так на меня смотришь и просишь переспать с тобой в библиотеке.
Гермиона вся сжалась, и Гарри успокаивающе похлопал ее по коленке.
- Короче, - произнесла Джинни, - мои друзья сообщили, что вы отвели Гермиону сюда… они сказали, что это связано с Малфоем, но не захотели говорить, как именно.
Гермиона печально вздохнула, и Гарри ее приобнял.
- Не волнуйся, мы ему отплатим, - утешил он.
- Да, и теперь у вас есть мы, чтобы давать советы, - добавил Фред.
- Ну а в крайнем случае, я слышал, что у Хагрида есть гигантская канарейка, которую можно натравить на Малфоя, - жизнерадостно сказал Джордж.
Рон зло глянул на него.
- А теперь, - продолжил Фред, - расскажите-ка нам в подробностях, как Гермиона проснулась голой рядом со Снейпом.

***

Гермиона дулась молча все время, пока искали способ лечения. К тому времени, когда его наконец нашли, ее злость достигла точки кипения.
- Как ты мог рассказать им?! – были ее первые слова, когда заклятье сняли.
- Я хотел, чтобы они знали, насколько все серьезно, - жалобно ответил Рон.
- И потому надо было рассказывать о таком?!
Гермиона кричала на Рона всю дорогу до гриффиндорской башни. Гарри и Джинни пытались ее успокоить, Фред и Джордж замыкали шествие, истерично смеясь. Когда они достигли портрета, Гермиона наконец замолкла (не потому, что перестала злиться, просто она не хотела, чтобы кто-то еще узнал о первой шутке Малфоя) и унеслась в свою спальню. Джинни последовала за ней, чтобы утихомирить подругу.
- Чокнутая, - сказал Джордж о Гермионе.
- Это все твоя вина, - набросился Рон на Фреда.
- Эй, а я откуда должен был знать, что ты не хочешь, чтобы она знала, что я знаю то, что знаешь ты? – ответил тот.
- Чего? – переспросил Джордж.
- Сначала вы превращаете мою сову в канарейку, а затем выводите из себя мою девушку! – завопил Рон.
- Рон, сегодня был очень долгий день, - устало сказал Гарри; уже приближалась полночь, и все это время они провели в больничном крыле. – Гермиона успокоится, ясно? Ее просто вывело из себя то, что она перед всей школой домогалась Малфоя, сама того не зная.
- И с чего бы она расстроилась? – невозмутимо произнес Джордж.
- Давайте просто обсудим идеи для войны, - продолжил Гарри. – К утру с Гермионой все будет в порядке.
Близнецы предлагали настолько невероятные замыслы, что через какое-то время Гарри и Рон стали делать записи. Два с половиной часа и полтора свитка пергамента спустя они набрали достаточно идей, чтобы обеспечить Малфою сладкую жизнь на три года. Близнецы ушли часа в два, и Гарри с Роном отправились спать, с нетерпением ожидая следующего дня.

Как Гарри и предсказывал, к утру Гермиона успокоилась, но затем Парвати и Лаванда сделали при ней несколько грубых замечаний насчет библиотеки, и Гермиона отказалась идти на завтрак. Гарри, Рон и Джинни захватили ей еды, и все вместе они отправились наружу, чтобы обсудить идеи Фреда и Джорджа. К звонку на занятия они уже решили исполнить следующую шутку над Малфоем в воскресенье, так как на субботу был назначен первый матч по квиддичу – Гриффиндор против Слизерина.

К сожалению, после матча в войне шуток пришлось сделать паузу: Гарри так разозлился на Кребба за то, что тот попал в Джинни бладжером, что выхватил биту у загонщика и послал бладжер прямо в живот слизеринца. Сила удара сбросила того с метлы… прямо на Малфоя, чей «Нимбус-2001» оказался не способен выдерживать такую тяжесть. Оба упали с двенадцатиметровой высоты. Удар о землю и Кребб, придавивший его сверху, привели к тому, что Малфой надолго застрял в больничном крыле.
Неделя отработок для Гарри вполне стоила того; единственное, что его огорчало – Джинни пришлось провести ночь в больничном крыле в компании Малфоя и Кребба. С другой стороны, Малфой все еще валялся без сознания, а Кребб был слишком туп, чтобы заниматься словесными перепалками. Малфой пришел в себя только через шесть дней, и прошло еще три недели, прежде чем мадам Помфри его отпустила. К этому времени уже настала середина декабря. Но не успели гриффиндорцы возобновить свою деятельность, как войну шуток снова пришлось приостановить на неопределенный срок.

Была пятница. Гарри, Рон и Гермиона возвращались из больничного крыла, где с их лиц и рук удалили чешую, когда заметили в холле большую толпу. Они поспешили туда: это очень напоминало тот случай, когда Амбридж уволила Трелони, или когда Фред и Джордж сбежали из Хогвартса. Ученики образовали большой круг, в центре которого стояли и кричали друг на друга два человека, которых троица еще не видела.
Пока Гарри, Рон и Гермиона пробирались сквозь толчею, парочка в центре стала вопить так громко, что их голоса стало возможно расслышать, несмотря на шепотки и смешки толпы.
- Ты так жалок! – кричала Джинни.
- А ты такая сука! – парировал Дин Томас.
Рон, почти миновавший толпу, замер, а затем рванулся вперед с ревом, который напугал бы и тролля.
Гарри и Гермиона уже привыкли к подобным вспышкам ярости, но в последние годы ситуация осложнилась тем, что Рон стал выше и сильнее, и его было сложнее остановить. В то время как другие студенты в ужасе отскакивали с пути Рона, Гарри и Гермиона, наоборот, рванулись к нему. Гермиона прыгнула Рону на спину и обхватила ногами, замедляя его достаточно, чтобы Гарри смог их обогнать и удержать друга, упираясь руками ему в грудь.
Дин был более чем испуган внезапным появлением Рона – что нисколько не удивляло: мало кто не испугался бы при виде крепкого парня ростом под метр восемьдесят, прущего на него, притом, что на его спине ехала девчонка, а другой парень пытался затормозить его спереди с таким видом, словно он своими руками останавливает грузовой состав.
Тем не менее, Дин быстро оправился. Увидев, что Рон притормозил, Дин хмуро повернулся к Джинни.
- Ой, смотрите, - заметил он сердито. – Старший братец снова хочет сунуть свой огромный уродливый нос в чужие дела.
- Прекрати разевать рот о моем брате, - презрительно сказала Джинни.
- Почему это? Все, что он делает, это сует всюду свой нос, он и все твои остальные тупые братья, которые вечно бегают вокруг и пыхтят как быки, - отпарировал Дин.
- Только не начинай! – воскликнула Джинни. – Ты с ними даже в сравнение не идешь! Перестань вести себя так, словно мы порвали из-за Рона! Последние новости – я бросила тебя не из-за его опеки, а потому что ты придурок!
- Нет, ты бросила меня, чтобы спать со всеми подряд! – прорычал Дин.
Гарри уперся каблуками в пол, когда Рон снова рванулся вперед. Медленно, но верно Гарри сдвигался к Дину и Джинни, которые, однако, не обращали никакого внимания на Гарри, Рона и Гермиону. Оба выхватили волшебные палочки.
- Каллистиаро! – взвизгнула Джинни.
- Монтреави! – одновременно завопил Дин.
Зеленый луч встретился с голубым и образовал золотой шар. Такое очень редко случалось в дуэлях – за всю историю было известно лишь несколько случаев. Сформировалось новое заклинание и от того, кто победит в состязании воли, зависело, в чью сторону оно полетит. Это напоминало сражение Гарри с Волдемортом на четвертом курсе.
Дин поддался первым: его рука дрогнула, он оборвал связь и побежал, пригнувшись, чтобы уйти с пути заклинания. К сожалению, Гарри, Рон и Гермиона стояли прямо за ним.
Сгусток энергии ударил Гермиону с достаточной силой, чтобы сбросить ее с Рона и швырнуть в толпу людей… а точнее, в Драко Малфоя, который с интересом наблюдал за ссорой…

Примечание переводчика: к этой главе есть дополнительный фанфик о том, как все происходило в магазинчике близнецов, когда прилетел Сыч. К сожалению, он незакончен (размером с одну главу этого фика), и, вполне возможно, не будет закончен никогда. Но то, что есть – весьма забавно. Вопрос: переводить?
Обновление от 17.10.08. Все захотели прочитать этот фанфик, так что вот он. Название то же, что и у главы («Почему совам нельзя давать канареечные помадки»), фанфик должен был стать миди, но будет ли дописан – неизвестно. Всего с разницей в один год было выложено две главы.


Почему совам нельзя давать канареечные помадки.
Глава 1. Большая проблема


Время перевалило за полдень, и магазинчик «Удивительные Ультрафокусы Уизли» только что открылся. Пока тут находилось всего шесть покупателей, все они с интересом рассматривали товар, разложенный на полках, а выдающиеся предприниматели Фред и Джордж Уизли болтали, стоя за прилавком.
Близнецы Уизли оглянулись на звон дверных колокольчиков – к ним должен был зайти Ли Джордан, – но это оказались два покупателя: высокая симпатичная брюнетка примерно возраста Фреда и Джорджа и рядом мальчик, очевидно, ее младший брат.
- Взгляни вон на ту, - прошептал Фред.
- Ничего, - пожал плечами Джордж.
- Да она классная, - начал спорить Фред.
- Предпочитаю блондинок, - сказал Джордж.
- Ну тогда ты не будешь возражать, если ее обслужу я, - произнес Фред, в то время как девушка и ее брат разделились и начали блуждать между полок.
- Да пожалуйста, - ухмыльнулся Джордж и повернулся, чтобы переставить ириски «Гиперъязычки».
Фред изобразил на лице приятную улыбку и направился к девушке, но прежде, чем он смог до нее добраться, что-то маленькое и серое врезалось в его голову и отскочило.
- Ай! – воскликнул он. Затем Фред обернулся посмотреть, что же его ударило, и увидел как Сычик, сова его брата, кружит вокруг Джорджа.
- Надо купить Рону другую сову, - раздраженно пробормотал Фред, а Джордж попытался схватить Сыча, но промахнулся.
- Простите, - обратился к нему кто-то. Фред повернулся и увидел, что рядом с ним стоит та хорошенькая брюнетка. – Вы не могли бы сказать, что это такое?
Она указала на миску, полную Канареечных помадок.
- О, это одно из наших первых изобретений, - с гордостью произнес Фред. – Они превратят того, кто их съест, в канарейку… конечно, временно, - поспешно добавил он, видя выражение ее лица. – Позвольте продемонстрировать.
Он взял одну помадку, развернул ее, положил на ладонь и начал поднимать ко рту. Но тут из ниоткуда появился Сыч и выхватил конфету.
- Сыч, нет!!! – завопили Фред и Джордж.
Слишком поздно. Маленькая сова проглотила помадку.
Послышался громкий хлопок, как от ружейного выстрела, и магазин начал заполняться желтым дымом. Брюнетка закричала.
- Все в порядке! – хотел выкрикнуть Фред, но поперхнулся дымом.
- Энди, это Большая птица*! – радостно воскликнул младший брат девушки.
- Джои, беги!!! – завопила та.
- Что происходит? – крикнул Джордж, он ничего не видел из-за дыма.
- Ребята, не волнуйтесь! – Фред повысил голос, чтобы донести свои слова до паникующих покупателей. – Все под контролем, просто эти штуки не предназначены для сов. Так прямо на обертке написано: «Использовать только на людях…»
- Все «ребята» уже разбежались, Фред, можешь не стараться, - сказал Джордж.
Дым начал рассеиваться, и магазинчик действительно оказался пустым, не считая Фреда, Джорджа и желтой птицы двух метров в высоту и полутора в ширину, представляющей собой нечто среднее между совой и канарейкой.
- Ни фига! – выдохнул Джордж, уставившись на когда-то крошечную птичку. – Это Сыч?!
- Нет, Джордж, это покупатель пришел спросить о нашей эксклюзивной линии взрывающегося нижнего белья.
- Заткни… а-а-а!
Сыч внезапно оглушительно ухнул и начал распахивать крылья, уронив одну из полок и опрокинув на пол груду коробок.
- Окаменей! – выкрикнул Джордж и поспешил отбежать как можно дальше, когда огромная желтая канарейкосова завалилась вперед и упала. – Ну почему Рон не мог прислать письмо с Хедвиг, а?
- Что ж, по крайней мере, через несколько секунд он превратится обратно, - проворчал Фред, подходя, чтобы отвязать письмо от лапы Сыча.
- Что бы Рон ни хотел сообщить, надеюсь, оно того стоит, - сказал Джордж, перескочив через Сыча, чтобы прочитать письмо вместе с Фредом.

Дорогие Фред и Джордж,
Здорово, парни. Как идут дела в магазине? Тут, в Хогвартсе, все вверх дном. Нам с Гарри и Гермионой нужен совет. Я уверен, что уж вы двое помните традиционную войну шуток седьмого курса… короче, нам нужна большая помощь, чтобы отомстить Малфою. Я говорю о худшей шутке, которую только можно себе представить. Гермиона хочет «что-то крайне унизительное», во всяком случае, так она сказала сразу после того, что сделал Малфой. Вы не поверите – он подлил ей в сок сонного зелья, а когда она вырубилась, снял с нее одежду и положил Гермиону в кровать к Снейпу! Вместе с ним самим! Она все еще кипит от злости по этому поводу. Так что мы решили обратиться к вашему опыту. Кроме того, Гарри напишет Ремусу и Сириусу, Джинни составляет список людей, которые еще могут нам помочь, а также вспоминает мелкие проделки вроде Волдырного порошка, ну а Гермиона привлекла на нашу сторону самого Снейпа… но я решил спросить у лучших. Есть идеи? Наверное, вы не захотите предложить что-нибудь из своего магазина со скидкой? Пожалуйста, ответьте как можно скорее.
Рон.


- Можешь представить себе выражение лица Гермионы, когда она проснулась рядом со Снейпом? – хохотал Джордж.
- Как же мы сами до такого не додумались? – Фред задыхался от смеха. – Да она бы нас просто убила.
- Надо будет узнать подробности, когда встретимся в следующий раз.
- Ага, только если поблизости не будет ничего острого. Так, посмотрим… полагаю, нужно уже начинать думать, как ему помочь, - произнес Фред и смахнул фальшивую слезу. – Я так им горжусь… наконец он идет по нашим стопам…
- Идея номер один: дать сове Малфоя съесть Канареечную помадку, - задумчиво сказал Джордж.
Фред с беспокойством взглянул на Сыча:
- Знаешь, он уже давно должен был превратиться…
Джордж нервно сглотнул:
- Но ты ведь думаешь, он превратится рано или поздно, так?
Фред и Джордж посмотрели друг на друга с тревогой.
- Ну что ж, тогда мы просто избавимся от улик и заявим, что ничего не знаем, - жизнерадостно сказал Фред.
- Да, но как мы это сделаем? Мы ведь не можем просто… просто убить сову Рона и порезать на мелкие кусочки или что-то вроде, - нахмурился Джордж.
- Верная мысль… ну, мы просто отошлем его обратно к Рону, и пусть Рон удивляется, что же произошло с его совой.
- Гм, Фред? А ты не думаешь – то, что Сыч стал канарейкой-мутантом размером с Хагрида, может навести его на мысль? Тем более что до этого Сыч побывал у нас?
- Ну… почему бы тогда… знаю! Хагрид! Мы отправим его Хагриду, тот придумает, что делать. А если не придумает, то пойдет к Дамблдору.
- Хороший план… но как мы доставим его к Хагриду?
Близнецы задумались, оглядывая магазин в поисках подсказки. Наконец взгляд Джорджа упал на камин.
- А у меня идея.

*Большая птица – один из главных персонажей детской телепрограммы "Улица Сезам"; большая пушистая желтая птица, похожая на страуса (определение из словаря «ABBYY Lingvo»).


Глава 2. План Б

Ли Джордан остановился перед входом в «Удивительные Ультрафокусы Уизли» – на двери висела большая надпись: «Закрыто до дальнейшего уведомления вследствие неожиданной летучей проблемы». Удивляясь, что же это означает, Ли достал запасной ключ, который ему дали близнецы, открыл дверь и вошел.
- Эй! – крикнул он.
- Мы закрыты, - послышался резкий ответ Джорджа, - возвращайтесь позже.
Ли обогнул полки, следуя за звуками сопения, которые раздавались откуда-то из служебного помещения. Наконец он увидел близнецов и ошеломленно замер: Фред и Джордж пытались затолкать в камин канарейку размером со слоненка.
- Что это вы делаете? – спросил Ли.
Фред и Джордж посмотрели на него.
- Привет, Ли, - сказал Фред. – Не поможешь? – Добавил он так обыденно, словно ему нужно было просто расставить товары на полке.
- Что тут происходит? – озадаченно повторил Ли.
- Мы пытаемся отправить Сыча к Хагриду, - ответил Джордж так невозмутимо, как будто это все объясняло.
- Ребят, это не сыч, это скорее канарейка, попавшая под раздувающее заклинание.
- Да не сыч, а Сыч! Сычик, сова Рона.
- Ты ведь помнишь, что мы не тестировали Канареечные помадки на животных? – вставил Фред.
- Вы скормили Канареечную помадку сове Рона? С ума сошли, этот пацан помог убить Волдеморта!
- Конечно, нет. Он сам ее съел, - ответил Джордж, со всех сил стараясь запихнуть Сыча в камин. Но Сыч был попросту слишком большим, чтобы туда поместиться.
- И теперь вы пытаетесь его сжечь? – предположил Ли. – Уничтожаете улики?
- Да не сжигаем мы его, мы хотим послать его к Хагриду через камин! – воскликнул Фред.
- Э… хорошо. Он умеет говорить?
- Что? Нет. Конечно, не умеет.
- Тогда как вы заставите его сказать: «хижина Хагрида», когда наконец запихнете в камин? И раз уж я взялся указывать на недостатки плана: а он не застрянет в каминной сети? Сеть не предназначена для кого-то настолько крупного как эта птица, но даже если он доберется до Хагрида, сможет ли он выбраться уже из его камина? Не говоря о том, что Хагрид может сделать с гигантской желтой тварью, влетевшей в его хижину… как вы собираетесь ему все объяснить? Если только в это время там не будет вас самих, Хагрид может даже атаковать Сыча, лично я бы так и сделал.
Фред и Джордж изумленно смотрели на Ли. Они были друзьями уже больше девяти лет, и неофициально именно задачей Ли всегда было выяснять, что в их зловещих планах может пойти не так. Но при этом их никогда не переставало удивлять, когда Ли что-то находил, особенно, если это должно было быть совершенно очевидно для близнецов.
- Ну ладно, - сказал Фред, и они с Джорджем отошли от Сычика, который свалился на пол с глухим «бум!» – Время придумать план Б.
- В кои-то веки я не представляю, что еще мы можем сделать. Что, научим его аппарировать? – спросил Джордж.
- Ну, может, он еще умеет летать.
- Да, Фред, и мы выпустим его в окно. Одна его нога как раз туда пролезет.
Фред вздохнул и оценивающе взглянул на потолок. К сожалению, даже часть его нельзя было удалить: на втором этаже жили сами близнецы. Вынести Сыча через дверь тоже не получится – дверной проем слишком маленький, плюс, придется тащить Сычика через весь магазин.
- Хм, парни? Можете назвать меня сумасшедшим, но, думаю, лучше всего использовать портключ, - внес предложение Ли.
- Ну конечно! – хлопнул себя по лбу Джордж. – Как мы сами об этом не подумали?

***

- Эта работа – полный отстой, - пробормотала Беверли, перейдя к следующему заявлению на портключ. Какой черт ее дернул поступить в отдел обеспечения магического правопорядка?
- Радуйся, что ты пока на положении стажера, сестренка, - сказал ее напарник, Райан. – Когда наберешь стаж побольше, тебе придется еще и заполнять кучу бумаг при нахождении подозрительных заявлений на портключи. Вот это действительно занудно.
Беверли нахмурилась, читая заявление, которое час назад принес рыжеволосый парень.

«Имя: Фред Уизли
Возраст: 19 лет
Род занятий: совладелец лучшего магазина приколов, который только видел этот мир
Вы впервые запрашиваете портключ? Ну да
Запрашиваемое место отбытия: Косой переулок, 23, «Удивительные Ультрафокусы Уизли»
Запрашиваемое место назначения: школа чародейства и волшебства «Хогвартс», как можно ближе к хижине лесника
Сколько персон будут использовать этот портключ? Трое: я, мой брат и огромная ошибка природы»


Беверли потрясла головой; все заявление было каким-то странным.
- Кстати о подозрительных заявлениях, - медленно произнесла она, - послушай-ка это: «Причина для путешествия портключом: мы не смогли придумать ничего другого, чтобы переправить двухметровую канарейку в Хогвартс». Тут что-то не так.
- Что-что двухметровое?!
- Канарейку, - озадаченно повторила Беверли. – Может, ошиблись в написании?
- Не могу себе представить, что же они пытались написать, чтобы получилось «канарейку». Хм…
- Явно подозрительное заявление… хотя обычно люди придумывают объяснения получше.
- Не только умные люди пытаются достать официально разрешенный портключ для чего-то незаконного, - пожал плечами Райан. – Мне однажды пришло заявление от обитателя Азкабана. Как будто мы бы послали заключенному портключ в «Три метлы».
Беверли улыбнулась, но продолжала задумчиво изучать заявление:
- Фред Уизли… звучит знакомо…
- А, Фред и Джордж? Тут работает их старший брат. Перси. Вы встречались в прошлом году на праздновании Рождества, помнишь? А их отец служит в отделе «Противозаконное использование изобретений магглов». Это те близнецы, у которых магазин приколов, а их брат Рон помог победить Сама-Знаешь-Кого.
- О да, кажется, я помню их с Хогвартса… хотя они младше меня года на четыре. Короче… куда мы это отправим? В отдел по контролю волшебных существ?
- Сложно сказать… знаешь что, дай-ка сюда. Мы пошлем одну копию туда, а потом сделаем еще две и отправим в отдел злоупотребления магией и в отдел магических происшествий и катастроф.

***

Вернувшись из министерства, где он подавал заявление на портключ, Фред обнаружил, что Джордж и Ли привязали Сыча к камину.
- Эй, вы, вроде, собирались перенести его на склад! – удивился он.
- Мы и перенесли. А потом заклинание спало и он взмахнул крыльями, - раздраженно ответил Джордж. – Он взорвал коробку фейерверков, но мы уже потушили огонь.
- Рад это слышать, - устало произнес Фред. – Я подал запрос на портключ, мне сказали подойти в пять, чтобы узнать результат.
- Отлично, - обрадовался Джордж. – Значит, скоро все закончится. Полагаю, можно уже открываться.
Фред подошел к двери и снял знак «Закрыто»; через несколько минут в магазине было уже шесть-семь покупателей.
- Мамочка, я же говорил, что это Большая птица!
Фред повернулся: младший брат той девушки вернулся, на этот раз (как с сожалением отметил Фред) с матерью.
- Большая птица – как… оригинально, - пробормотал Фред.
- Это телевизионный персонаж… маггловское слово, - объяснил Ли.
- Э-э, лучше не подходить слишком близко, - поспешил сказать Джордж, но, к сожалению, как раз в этот момент спал второй Оглушитель.
Сыч радостно крикнул прямо в лицо мальчику и начал исступленно щебетать, замахав крыльями. Мать мальчика завизжала и отскочила, а затем бросилась к выходу, таща сына за руку.
- Ладно, просто вычеркнем всю семью из списка потенциальных покупателей, - заметил Джордж, когда Ли обновил оглушающее заклинание.
- Это еще что за тварюга? – с любопытством спросила одна из покупательниц.
- Это… а… это… ну, это очень большая канарейка, разве вы не видите? – ответил Джордж.
- Но как вы умудрились вырастить ее настолько громадной?
- Мы ее… перекормили, - запнувшись, произнес Фред.
- Понятно, - потрясла головой ведьма.
Волшебник в дорогом плаще с капюшоном, подбитым мехом, с любопытством посмотрел на Сыча.
- За сколько отдадите? – спросил он.
- Прошу прощения? – удивился Джордж.
- Птицу. Я хочу ее купить. Не каждый день увидишь двухметровую канарейку…
Фред с надеждой взглянул на Джорджа, но тот покачал головой. Фред вздохнул:
- Простите, но она не продается. Это сова нашего брата.
- По-моему, это не очень похоже на сову.
- Ну, видите ли, она проглотила одну из этих конфет, - объяснил Фред, указывая на Канареечные помадки.
Мужчина задумчиво посмотрел на сладости:
- Ну хорошо. Беру все.
- Продано! – быстро согласился Джордж. В конце концов, совесть нужна, только пока она выгодна.
- Парни, вы точно попадете в ад, - сказал Ли, когда мужчина ушел.
- А в чем дело? – невинно спросил Джордж. – Там прямо на обертке написано, что они предназначены только для людей. Свой гражданский долг мы выполнили.
- Да без разницы.


Глава 10. Помощь Дамблдора


Усмешка Малфоя увяла, когда Гермиона врезалась в него, повалив на пол. Все бросились к ним, среди прочих Гарри, Рон и Джинни.
- Гермиона! Что с тобой? – закричала Джинни, протискиваясь к подруге с Гарри и Роном по пятам, про Дина все уже забыли.
- Что все это значит? – послышался строгий голос со стороны входа в подземелья.
- Это Снейп! – воскликнул кто-то.
- Бежим! – завопил кто-то другой.
Зеваки бросились во все стороны подобно голубям, что разлетаются при приближении автомобиля. Даже слизеринцы поспешили смыться, зная, что вендетта Снейпа против Малфоя отразилась и на его отношении к своему факультету. Через несколько секунд в холле остались только Снейп, Гарри, Рон, Гермиона, Джинни и Малфой.
Гермиона села (на ноги Малфоя, но ей было не жалко) и ошеломленно огляделась.
- Ай, - пробормотала она, а затем зло прищурилась и оглянулась в поисках Дина, но тот уже свалил со сцены.
Гермиона попыталась встать на ноги – и снова упала, удержанная тонкой золотой цепью, которая присоединялась к браслету на ее левом запястье. Он был около сантиметра шириной и плотно обхватывал руку. Другой конец цепи вел к точно такому же браслету на правом запястье Малфоя.
- О нет, - встревожено прошептала Гермиона. Она направила палочку на цепь: - Фините! Редукто! Диффиндо!
Гарри, Рон, Джинни и Драко тоже начали накладывать на цепь всевозможные заклинания, чтобы разорвать ее, но безрезультатно.
- В сторону, - рявкнул Снейп на Гарри, Рона и Джинни. – Дайте посмотреть.
Он подошел к Гермионе, сидевшей на коленях рядом с перепуганным Малфоем. Снейп подобрал цепочку и внимательно изучил ее, а затем ткнул палочкой, произнеся заклинание, которое должно было открыть ее тайны.
Ничего не случилось.
- Это нехорошо, - протянул Рон.
- Да неужели, Крысли? – огрызнулся Малфой. – Профессор…
Он остановился, не уверенный, станет ли Снейп ему помогать.
- Что же нам делать? – испуганно спросила у Снейпа Гермиона.
- Не волнуйтесь, мисс Грейнджер, - ответил тот, подавив желание засмеяться от выражения отвращения на лице Малфоя. – Мы идем к директору.

***

- Дамблдор это исправит, Дамблдор это исправит, - безостановочно повторяла Гермиона, следуя за своим преподавателем и друзьями к кабинету директора. Гермиона и Малфой шли так далеко друг от друга, как только было возможно – на расстоянии свыше двух с половиной метров: полтора метра на цепочку, остальное – на их вытянутые руки.
- Если я захочу услышать, как ты повторяешь какую-то фразу, грязнокровка, то использую заклинание, - прошипел Драко. Его никто не услышал, в том числе и Гермиона, монотонно повторяющая все те же слова.
- Все будет хорошо, - сказал Рон Гермионе, когда они подошли к горгулье, охраняющей вход в кабинет.
Гермиона как будто вынырнула из транса. Она рванулась вперед и схватила Рона за грудки, глядя на него с диким выражением на лице. Драко оступился от ее рывка и еле удержал равновесие.
- А что, если Дамблдор не сможет это исправить? – выкрикнула Гермиона, задыхаясь от паники. – Что, если он не сможет ее снять? Что, если мне придется остаться вот так навсегда? Здесь ведь нет ключа, Рон! Здесь даже нет замочной скважины! Что же я буду делать? Что я буду делать? Мне придется навсегда остаться прикованной к Малфою! Как я буду мыться? Как я буду учиться? Как я буду бегать на свидания, и выходить замуж, и искать работу, и делать все нормальные дела? Как я помогу вам спасти мир? Мерлин, что же мне делать?!
Рон, не очень умея разбираться с эмоциональными вспышками (тем более, со вспышками со стороны самой благоразумной из троицы), взглядом попросил Гарри о помощи. Но тот слишком хорошо знал, что, вопреки установившемуся мнению, Дамблдор – такой же человек, и ему подвластно далеко не все. Так что Гарри беспокоился не меньше Гермионы (хоть и не заходил настолько далеко в мыслях о жутких последствиях). Пока он пытался придумать, что сказать, Джинни сделала шаг вперед.
- Гермиона, - сказала она с совершенно серьезным лицом, - если мы не придумаем, как снять эту цепь, то просто отрежем Малфою руку, хорошо?
К этому моменту Гермиона была так далека от рационального мышления, что заявление Джинни тут же ее успокоило, вместо того чтобы заставить рассмеяться.
«Ну конечно, мы просто отрежем ему руку, и тогда я буду свободна», - с облегчением подумала она.
Гермиона слегка улыбнулась, отпустила Рона и поднялась на спиральную лестницу, еще волнуясь, но уже смотря на все гораздо оптимистичнее.
Они вошли друг за другом в кабинет директора и уселись перед его столом в наколдованные кресла. Дамблдор сидел на своем обычном месте, спокойный и невозмутимый, как будто совершенно не удивился, увидев эту шестерку вместе, и не заметил цепь, болтающуюся между Гермионой и Драко.
- Могу я узнать, что случилось? – все также невозмутимо спросил он Снейпа.
- Насколько мне известно, была дуэль, - ответил тот, - и в мистера Малфоя и мисс Грейнджер попало комбинированное заклятье.
- Вы случайно не разглядели дуэлянтов? – спросил Дамблдор с еле заметной улыбкой.
- Нет, директор, - сказал Снейп, стараясь не ухмыльнуться при виде ярости на лице Драко, одно это стоило того, чтобы позволить Томасу избежать наказания.
- Вы можете это исправить, профессор? – нетерпеливо спросил Драко, зная, что противоречить Снейпу бесполезно.
- Нет, - ответил Дамблдор, его спокойный тон просто выводил из себя. – Боюсь, что нет.
- Альбус! – рявкнул Снейп.
Все гриффиндорцы с любопытством повернулись к нему, но прежде, чем кто-нибудь успел спросить, в чем дело, Драко взорвался.
- В каком смысле «боитесь, что нет»? – его тон был почти истеричным. – Вы должны ее снять! Обязаны! Что случилось со всей этой чушью про величайшего волшебника в мире?! Я прикован к Грейнджер! Сделайте что-нибудь!!!
- Должно же быть хоть что-то! – воскликнула Гермиона, она была недалека от того, чтобы расплакаться.
- Я сделаю все, что смогу, - уверил ее Дамблдор. – Я начну искать способ решения этой проблемы. Это потребует тяжелой работы, но я уверен, что со временем…
- Со временем?! – вскочил Рон. – И как много времени?! Они не могут так остаться! Они что, вместе будут ходить в ванную? Делить комнату? Да он же убьет ее во сне!
- Заткнись, Рон, - рыкнул Гарри.
Все потрясенно уставились на него.
- Извини? – прогремел Рон. – Как ты можешь принимать сторону Малфоя?!
Драко уставился на Гарри, удивляясь тому же, и заметил, как тот бросил взгляд на крайне испуганную Гермиону. Ну конечно, Гарри не принимал сторону Драко, он просто не хотел, чтобы Гермиона начала паниковать: Рон озвучивал ее же страхи.
- Да не принимаю я ничью сторону, - сердито ответил Гарри. – Я просто пытаюсь оставаться спокойным.
- Спокойным? Как можно оставаться спокойным, когда Гермиона прикована к Пожирателю смерти? – взревел Рон.
- Заткни пасть! – Драко вскочил на ноги и направил волшебную палочку на Рона, прежде чем осознал, что делает. Его трясло от злости, в лицо бросилась краска. Драко страстно желал послать в Рона Круциатус, заставить его страдать. Слепая ярость затуманила зрение; он не видел ничего кроме испуганного лица Уизли, не слышал, не думал…
Драко почувствовал, как его плечо успокаивающе сжали.
- Драко, - прошептал Снейп. – Драко, все в порядке…
Драко почувствовал, что успокаивается, как будто его в буквальном смысле погрузили с головой в ледяную воду. Снейп стоял рядом и понимающе на него смотрел. Снейп был здесь, с ним, независимо от войны шуток. Снейп понимал. Снейп знал, каково это, даже лучше, чем сам Драко…
- Я так и знал, - выплюнул Рон. – Вы просто грязные убийцы, оба.
Драко уже собрался произнести слова ужасного проклятья, когда Снейп рванулся вперед, попытавшись схватить Рона за горло. Тот завопил и скакнул назад, а Снейп наткнулся на золотую цепочку и потянул ее за собой. Драко и Гермиону дернуло к нему, и они оба свалились на Снейпа, болезненно столкнувшись. Рон использовал эту возможность, чтобы сердито вылететь из кабинета.
- Гермиона! Ты как? – Гарри упал на колени и помог подруге выпутаться.
- Нормально, - простонала она, потирая руку. – Профессор?
Снейп поднялся на ноги.
- Этот маленький… - начал он зловеще, направляясь к двери.
- Северус, - предостерегающе сказал Дамблдор. – Вы трое, тоже, пожалуйста, садитесь. Мисс Уизли, вы не могли бы?..
Джинни была уже у выхода.
- Я поговорю с ним, - произнесла она, оглянувшись.
Гермиона вздохнула и вместе с остальными села обратно. Последнее, что ей сейчас было нужно – чтобы Рон распсиховался и перестал с ними разговаривать, а именно это он без сомнений и собирался сделать. Рон не понял, почему Гарри его заткнул, а теперь, когда он так зол, пройдет еще немало времени, прежде чем он выслушает причины. Не то, чтобы Рон захотел проводить много времени с Гермионой, когда к ее запястью прикован тот, кого он ненавидел больше всего из своих сокурсников – если не из всех людей вообще…
- Джинни найдет, что сказать, - утешил Гарри Гермиону, беря ее за руку.
Гермиона благодарно улыбнулась, переплетая свои пальцы с его. Как хорошо, что у нее есть Гарри: он всегда находился рядом, всегда старался ее приободрить.
- Как я говорил, - спокойно продолжил Дамблдор, - решение проблемы, несомненно, будет найдено, но это может занять какое-то время. Поэтому следует предпринять кое-какие меры.
- Например? – спросил Драко, он чувствовал себя гораздо спокойнее теперь, когда Снейп его поддержал. Даже если декан был на него рассержен, они все равно оставались на одной стороне, и это много значило для Драко.
- Во-первых, ваши занятия, - ответил Дамблдор.
- Сколько времени это, по-вашему, займет? – взволнованно спросила Гермиона. – То есть, нельзя нас… освободить на несколько дней или что-нибудь в этом роде?
Выражение ее лица говорило, что Гермиона совершенно этого не хочет. То, что Гермиона попросила снять ее с занятий, показывало, насколько ситуация серьезна.
- Я не знаю, сколько продлится это затруднительное положение, - мягко сказал Дамблдор. – Лучше всего для вас будет проводить время как обычно, насколько это возможно. Следует изменить ваши расписания, чтобы быть уверенными, что вы сможете посещать все занятия, а также по-прежнему выполнять обязанности старосты факультета и старосты школы.
- Где мы будем спать? – спросил Драко. – Как мы будем пользоваться ванной комнатой? Где мы будем есть, черт возьми?
- Боюсь, что обедать за столом Слизерина было бы неблагоразумно, - произнес Дамблдор, - так что вам придется принимать еду с гриффиндорцами.
- Это несправедливо! – воскликнул Драко, однако он слишком хорошо знал, что ни одному слизеринцу не понравится, если Гермиона будет находиться среди них. Черт, да ее проклянут, как только она приблизится к их столу, особенно теперь, когда война отдалила Слизерин от остальных факультетов еще сильнее.
- Справедливо или нет, но это необходимо, - ответил Дамблдор. – А что насчет того, где вы будете спать… полагаю, придется слегка переделать гостевую комнату.
- В Хогвартсе есть гостевые комнаты? – удивился Гарри.
- В Хогвартсе шестьдесят семь гостевых комнат, - заученно ответила Гермиона.
- Но почему тогда шармбатонцы и дурмстрангцы не остановились в замке? – спросил он.
- Они никогда не останавливаются, это традиция, - объяснила Гермиона. – Они слишком опасаются шпионажа или диверсии по отношению к своему чемпиону и поэтому живут вне замка. Хогвартс то же самое делает в гостях у Шармбатона или Дурмстранга. Отчасти поэтому они и не могут просто использовать каминную сеть или аппарировать в Хогсмид, и не пользуются портключами; их транспортные средства служат и жилищами. Когда к ним отправляется Хогвартс, мы путешествуем в…
- Знаешь, Грейнджер, вовсе не обязательно рисоваться при каждом удобном случае, - нагло прервал ее Драко.
- Заткнись, Малфой…
- Мисс Грейнджер, мистер Малфой, пожалуйста, - вмешался Дамблдор. – Гостевые комнаты есть и в гриффиндорской башне…
- Где именно? – прервал его Гарри.
- Напротив камина, за гобеленом с изображением гриффиндорского льва, - сообщила Гермиона. – Они есть в каждой гостиной.
- Вы хотите поселить меня в гриффиндорской башне? – пронзительно вскрикнул Драко.
- Вы хотите поселить его в гриффиндорской башне? – повторил Гарри, не менее пораженный.
- Вы хотите поселить его в гриффиндорской башне? – проскулила Гермиона.
- Вы хотите поселить его в гриффиндорской башне? – добавил Снейп, борясь со смехом.
- Да, хочу, - невозмутимо ответил Дамблдор. – Не вижу причин селить вас у Хаффлпаффа или Рэйвенкло, ну а Слизерин вне вопроса, учитывая нынешнее положение дел. Не думаю, что будет благоразумно поселять вас где-то еще, к тому же в большинстве остальных комнат нет личных ванных. А теперь, кто-нибудь еще видел эту цепь?
- Нет, не думаю, - сказал Гарри. – Я увидел ее, когда Гермиона встала, а к этому времени все уже разбежались.
- Полагаю, в таком случае лучше оставить ее в тайне. Если спросят, вас заставили проводить все время вместе как часть наказания за… так, что же будет хорошим поводом? О, знаю – за активное участие в войне шуток, - глаза Дамблдора замерцали, в то время как Гарри и Гермиона залились румянцем, а Драко закатил глаза. Снейп ухмыльнулся. – А заклинание невидимости не позволит никому узнать о цепи… Северус, не окажешь ли честь?
Нахмурившись, Снейп встал и дотронулся до цепочки волшебной палочкой. Это выглядело так, словно цепь растворилась в воздухе, но Гермиона и Драко по-прежнему чувствовали металлические браслеты у себя на запястьях.
- А теперь, - произнес Дамблдор, - боюсь, у меня есть неотложные дела. Я бы посоветовал вам ходить и сидеть как можно ближе друг к другу, чтобы никто не наткнулся на цепочку. Мисс Грейнджер, полагаю, вы покажете мистеру Малфою вашу новую комнату… я попрошу Добби приспособить ее и перенести ваши вещи. Пароль для стены – «дружба». Также скажите его портрету на входе в комнату, а затем измените на другой, по своему желанию.
- «Дружба»? Почему бы сразу не «любовь-морковь»? – раздраженно пробормотал Драко.
- Это отличная идея, мистер Малфой, - улыбнулся Дамблдор. – Распоряжусь, чтобы его сменили к вашему прибытию. Да, еще одно – я питаю надежду, что вы используете эту возможность, чтобы… м-м-м, изменить свое отношение друг к другу. Хотя бы попытайтесь.
Никто не воспринял это предложение всерьез, возможно, даже сам Дамблдор.
- «Любовь-морковь»? Отличный выбор, Малфой, - усмехнулась Гермиона, когда они вслед за Снейпом выходили из комнаты, Драко – неохотнее всех.
- Ох, замолкни, Грейнджер, - огрызнулся Драко, пока спиральная лестница несла их вниз.
- Заставь меня, - парировала Гермиона.
- Если настаиваешь… - Драко потянулся за волшебной палочкой, только чтобы обнаружить, что кончик палочки Гарри находится в пяти сантиметрах от его лица. Снейп, похоже, ничего не заметил и сейчас шел по коридору, не оглядываясь. Сердито посмотрев на Гарри, Драко убрал руку с палочки.
Гарри, Гермиона, Драко и Снейп приблизились к гриффиндорской башне и остановились перед портретом Полной Дамы.
- Справитесь дальше сами? – спросил Снейп у Гермионы. – Не думаю, что выдержу столько гриффиндорцев одновременно.
- Да… и я думаю, нам стоит… э-э… перестать… ну, знаете… - Гермиона попыталась найти верные слова, чтобы передать сообщение, не говоря напрямую.
- Да, конечно… на время, - быстро ответил Снейп. – До свидания, мисс Грейнджер… и предупреждаю, Драко, тебе лучше вести себя хорошо.
Снейп унесся дальше по коридору. Гарри, Гермиона и Драко смотрели, как он уходит, не горя желанием входить в гостиную.
- Никто даже не обратит внимания, - с сарказмом шепнула Гермиона Гарри, указывая взглядом на Драко.
- Вы идите прямо в комнату, а я расскажу остальным, в чем дело – то есть, в чем предположительно дело, - сказал ей Гарри, приобнимая за плечи.
- Не командуй мной, Поттер, - огрызнулся Драко.
- Хорошо, Малфой, - закатил глаза Гарри. – Останешься в гостиной и мило поболтаешь со всеми своими любимыми гриффиндорцами, как тебе?
Драко зло посмотрел на него, но ничего не сказал. Они втроем повернулись к Полной Даме.
- Пароль? – спросила та, подозрительно взглянув на Драко.
- Одиамос серпайнтес, - произнесла Гермиона.
- Что за фигня? Это еще что за пароль? – спросил Драко.
- Такой, до которого слизеринец никогда бы не додумался, - спокойно ответил Гарри, в то время как портретный проем открылся.
Сначала сквозь него пробрался Гарри, затем Гермиона, и, наконец, Драко. Стало еще тише, чем во время шутки с заклинанием одной фразы в Большом зале. В гостиной сидели не меньше тридцати человек, и все они уставились на новоприбывших с открытыми ртами.
- Ну чего? – вызывающе спросил Драко.
Гермиона нервно сглотнула и повернулась к Гарри.
- Еще не поздно отрезать ему руку? – прошептала она.


Глава 11. "Любовь-морковь"


Драко обозрел гостиную с высоко поднятой головой и упрямым выражением лица.
- Ну чего? – вопросил он.
Никто не ответил, и он закатил глаза, потом нашел взглядом камин и повернулся к стене напротив, где висело большое знамя с гриффиндорским львом. Драко направился к нему, игнорируя взгляды студентов. Невидимая цепь натянулась, вынуждая Гермиону последовать за ним.
- Ну? – потребовал Драко, когда Гермиона остановилась рядом. Все в гостиной до сих пор глазели на него, это начинало нервировать.
- Что «ну»? – не поняла Гермиона.
- Говори пароль!
Гермиона ухмыльнулась:
- Кажется, я его забыла. А ты сам разве не помнишь?
- Не играй со мной, поганая гря…
Он замер. Заскрипели отодвигаемые стулья, зашуршали листы пергамента, разнообразные книги и прочие предметы попадали с коленей на пол, в то время как все до одного гриффиндорцы встали со злыми выражениями лиц. Драко знал, что у Гермионы было не так уж много близких друзей в Гриффиндоре, но также он знал и то, что стоит кому-то вроде него посметь оскорбить ее в ее же собственной гостиной, как гриффиндорцы станут ничем не лучше армии помешанных фанатов. Сказать, что бросаться неуважительными высказываниями о предках в комнате, полной магглорожденных, полукровок и предателей крови – плохая идея, это все равно, что провозгласить Волдеморта слегка сбившимся с пути. Пока Драко осторожно оглядывался, к нему подошел Гарри и почти ленивым движением поднял на слизеринца волшебную палочку.
- Ну давай, Малфой, - негромко произнес он. – Посмотрим, как много людей поддержат тебя здесь.
Гарри ухмыльнулся, его глаза поблескивали.
- Не играй со мной, Грейнджер, - раздраженно поправился Драко, бросив сердитый взгляд на Гарри.
- Ничего я не играю, - невозмутимо ответила та. – Просто никак не могу… ах да, теперь вспомнила! Как же я могла забыть, ведь это ты его придумал!
Ее голос был ясно слышен во всех уголках гостиной:
- Любовь-морковь!
Гарри и остальные гриффиндорцы рассмеялись, в то время как знамя со львом свернулось, а стена за ним превратилась в проход примерно так же, как это делала кирпичная стена за Дырявым Котлом, и открыла взору коридор.
- Гермиона, я тебя люблю, правда, - произнес Гарри, посмеиваясь.
- И я тебя, Гарри, дорогой, - отозвалась Гермиона через плечо, заходя внутрь.
Вспыхнули факелы, освещая небольшой коридор, в который выходили три двери. Он выглядел как любой другой коридор в замке, вот только стена, сообщающаяся с гостиной, шла полукругом вокруг основания башни. Прямо перед ними была дверь с портретом молодой ведьмы, дремавшей под деревом.
- Простите, - обратилась Гермиона к картине, когда стена за ними закрылась. Ведьма встрепенулась. – Нас должны были сюда поселить. Я надеюсь…
- Да-да, вы, должно быть, и есть те двое… но вы ведь, вроде, скованы цепью? – протараторила девушка. – Нет, не объясняйте, мне без разницы, такой сон снился… пароль?
- Любовь-морковь, - повторила Гермиона, Драко бросил на нее сердитый взгляд.
- Директор сказал, возможно, вы захотите его сменить? – осведомилась ведьма.
- Да, как насчет… хм. Думаю, «война шуток» подойдет, - задумчиво произнесла Гермиона. Драко закатил глаза.
- Значит, война шуток, - проговорила ведьма.
Раздался громкий щелчок, и дверь слегка приоткрылась.
- Спокночи, - пробормотала ведьма и тут же уснула.
Глубоко вздохнув, Гермиона взялась за ручку двери. Она с этим справится: Малфой не сможет сыграть над ней шутку, пока они скованы, ведь тогда его легко будет обвинить. Плюс, они находились в гриффиндорской башне, так что Гермиона была в относительной безопасности. И она сможет его хорошенько поизводить за все… о-о-о, будет забавно.
Она толкнула дверь и вошла, следом за ней Драко. Комната была выполнена в нейтральных бежевых тонах с элементами красного и золотого. У одной стены стояли два стола и два комода, у другой – пара кроватей, примерно в метре друг от друга, рядом с каждой тумбочка. Дальняя стена загибалась по форме башни, вдоль нее стоял диван и четыре кресла. Перед диваном находился маленький кофейный столик, а между двумя креслами виднелась дверь, предположительно, ведущая в ванную комнату. Между комодами стоял большой шкаф, где были сложены все их вещи, включая корзину Косолапа и клетку для совы Драко. Это была одна из прелестнейших комнат, которые Гермиона видела в своей жизни.
- Какое убожество, - фыркнул Драко.
Гермиона повернулась к нему.
- Какое убожество, - произнесла она, многозначительно оглядывая Малфоя.
Тот сердито на нее посмотрел и дал себе мысленный обет убить Дина Томаса при первой же возможности.

***

Джинни вздохнула, спускаясь в гостиную; она столько времени потратила, пытаясь убедить Рона выслушать объяснения, но единственное, чего достигла – поругалась с ним, послала куда подальше и выскочила из его комнаты.
Почти достигнув конца лестницы, Джинни остановилась и прислушалась, но услышала только тишину. Удивленно приподняв брови, она ускорила шаг.
- Как же я могла забыть, ведь это ты его придумал! – голос Гермионы слышался отчетливо, значит, вся гостиная была погружена в молчание. – Любовь-морковь!
Послышался смех, а Гарри и Гермиона обменялись фразами. Когда Джинни вошла в комнату, стена как раз закрылась. Джинни в недоумении посмотрела на Гарри, который устало ей улыбнулся, прежде чем повернуться с обращением к остальным гриффиндорцам.
- Полагаю, вы все удивляетесь, что здесь делает Малфой… ну, ясное дело, удивляетесь, - сказал Гарри, и Джинни приоткрыла рот: Малфой? Здесь?!
- В общем, Дамблдор узнал, что авторами некоторых шуток были Гермиона и слизеринский ублюдок. Так что он какое-то время распространялся насчет того, что наказание должно соответствовать проступку, и затем приказал им находиться в обществе друг друга, пока они не научатся ладить.
- Ты шутишь! – воскликнул Шеймус.
- Если бы, - вздохнул Гарри. – Они должны вместе жить в гостевой комнате, вместе ходить на занятия и так далее. Сколько это продлится – неизвестно. Так что Малфой будет сопровождать Гермиону на всех уроках и обедать с нами.
- Ну это уж знаете, - с отвращением сказала Парвати Патил.
- Да, куда делись наказания, которые затрагивали только тех, на кого их наложили? – раздраженно спросила Лаванда Браун.
Студенты в гостиной разразились недовольными бормотаниями, а Джинни подошла к Гарри и приподняла брови. Он кивнул на стену и сказал: «любовь-морковь».
Джинни с удивлением на него посмотрела, но поняла, что это пароль, после того как стена открылась.
- Кто только это придумал? – тихо спросила Джинни, чтобы не услышал никто лишний.
- Веришь или нет, это был Малфой, - ответил Гарри, ухмыляясь.
Они дошли до двери и постучали по картине, чтобы разбудить ведьму на ней.
- Пароль?
- Любовь-морковь.
- Простите, но его уже сменили.
- Сменили? – нахмурился Гарри. – Так… давай подумаем…
- «Грязнокровка»? – предположила Джинни. Гарри удивленно на нее посмотрел. – А что? Вдруг его выбирал Малфой… нет? Хм, тогда, может, Гермиона. Как насчет «Малфой – придурок»?
- «Утопись в озере, Малфой»?
- Э-э… «с гриффиндорцами шутки плохи»?
- «Слизерин – отстой»?
- «Ненавижу Малфоя»?
- Гермиона, ты там? Открой эту чертову дверь!
- Блин, - вздохнула Джинни, - я чувствую себя такой виноватой. И все это как раз тогда, когда война шуток пошла на лад… ого!
Дверь распахнулась, открывая взору Малфоя и Гермиону, находившихся в пылу спора.
- Убирайся из моей комнаты, Поттер, - рявкнул Драко на вошедшего Гарри.
- Это и моя комната, так что Гарри и Джинни могут оставаться здесь столько, сколько хотят, пока они способны видеть твою рожу.
- О, как остроумно, Грейнджер. Тебе что, пять лет? Сколько времени ты это сочиняла?
- Столько же, сколько нужно, чтобы хорошенько проучить тебя заклятьем! – Гермиона выхватила палочку, ее глаза метали молнии.
- Ну давай. Уверен, Дамблдор будет рад об этом услышать. Объясняй ему потом, что ты не имеешь к этому отношения, хотя мы находились в своей комнате.
- Иди ты, Малфой. Слушай, раз уж мы никуда не можем деться, давай просто игнорировать друг друга, а не заниматься перепалками, пожалуйста?
- Как будто это сработает. Но знаешь что? Давайте, игнорируйте меня. А я буду просто смотреть. И запоминать. Все, что вы делаете.
- Это тебе не поможет. Я не веду тайную жизнь, в которой нарушаю правила…
- Например, правило, запрещающее спать с учителями? – с усмешкой прервал ее Драко.
Гермиона засмеялась. Это было самое подходящее время нанести удар; в любом случае, она не сможет продолжить эту шутку, пока прикована к Драко.
- Не могу поверить, что ты на это купился!
- Ты что, совсем дурак? – захохотала Джинни. - Какой идиот поверит, что Гермиона и Снейп хоть чем-то занимаются вместе?
- Мы придумали это специально для тебя, - сказал Гарри, ухмыляясь. – Должен сказать, было чертовски забавно. Даже Снейп так считает.
- Ты объединился со Снейпом? Ты? – недоверчиво спросил Драко.
- Нет… это была Гермиона, если уж тебе нужны детали, - пожал плечами Гарри. – Какая разница? Зато как весело было за тобой наблюдать. Жаль, что мы не видели, как тебя стошнило, но не волнуйся, Снейп нам все подробно описал через Гермиону.
- Все, чем мы занимались на самом деле после наложения заглушающего заклинания – это обсуждали главную шутку, которую должны были над тобой сыграть, - добавила Гермиона.
- Вы думаете, я поверю, что все, что вы говорили – и делали – было не взаправду? Даже засосы? – потребовал ответа Драко.
- Какие еще засосы? – спросил Гарри, сбитый с толку.
«О нет», - подумала Гермиона в ужасе, но затем заставила себя снова принять выражение самодовольства, собираясь выдать засосы за поддельные. Ни Гарри, ни Рон ничего не знали… и сейчас, когда Рон злился на нее, а Гарри пытался поддержать, несмотря на то, как сложно это должно было быть для него… сейчас не время, чтобы рассказывать.
- Они были фальшивые… - начала Гермиона, но Малфоя это не обмануло. Он уже заметил, как в какой-то момент на ее лице отобразилась паника.
- Засосы, которые ей поставил Снейп, - ухмыльнулся Малфой, в то время как глаза Гарри стали почти круглыми. – В тот день, когда Панси отправила вас в больничное крыло. Что, Грейнджер забыла об этом рассказать?
- Он врет! - настаивала Гермиона.
- Неужели? – спокойно произнес Драко. – Надо же. Она рассказывала тебе, что именно говорила ему, а, Поттер? О том, чтобы заняться этим на парте? Рассказывала, как вышла из его кабинета в наполовину расстегнутой блузке?
- Врешь, - неуверенно сказал Гарри.
- Вся ее шея была покрыта засосами, Поттер. Вся шея!
- Ни за что на свете Гермиона и Снейп не стали бы… - Гарри умолк, нахмурившись: Гермиона передернулась. Как будто… как будто вспомнила что-то отвратительное.
- Гермиона? – внезапно спросил он.
- Что? Ты же не веришь ему, так? – возмутилась Гермиона, но в то время как ее тон был убедителен, а выражение лица почти гневное, она залилась краской и слегка ссутулила плечи – безошибочные признаки, указывающие на то, что она врет.
- Гермиона?! – недоверчиво повторил Гарри.
Гермиона и Джинни – единственные, кто знал всю историю – обменялись чуть ли не паническими взглядами и быстро отвернулись друг от друга… но Гарри успел заметить.
- Вы обе в самом деле что-то от меня скрываете, да? – потребовал ответа Гарри. – Гермиона, ты и вправду позволила Снейпу поставить тебе засос?
- Гарри…
- И не один, - самодовольно вмешался Драко.
- Ох, что бы ты знал? – презрительно сказала Гермиона. – Ты вправду полагал, что я сплю со Снейпом! Как можно быть настолько тупым?
На лице Драко выступил румянец. Часть его не поверила, что все было обманом – Снейп ни за что не стал бы делать нечто настолько интимное напоказ. Он годами даже не дотрагивался до других людей, не считая участия в пытках. Но если Драко скажет, что не верит им, и окажется неправ, гриффиндорцы просто будут смеяться над ним дольше и громче.
- Не меняй тему, Грейнджер, - усмехнулся он, решив обдумать странное открытие позже, а сейчас сконцентрироваться на более важных делах – скажем, досадить Поттеру. - Давай, расскажи – если вы со Снейпом просто притворялись, почему ты вошла в его кабинет безо всяких отметин, а когда вышла, выглядела так, словно тебя искусал беззубый вампир?
- Да, почему? – сердито спросил Гарри.
- Эй! Я знаю, что ты не пытаешься принимать сторону Малфоя, но ты уже близок к этому! – набросилась на него Гермиона. – Кому ты веришь, мне или ему?
- Черт, да я уже и не знаю, кому верить, - отпарировал Гарри.
- Гарри, все, что я когда-либо делала в кабинете Снейпа, было для того, чтобы запудрить мозги Малфою, и ты прекрасно это знаешь! – воскликнула Гермиона.
- Да? И что конкретно ты там делала, интересно?
- Может, оставим личные беседы на другое время? – вмешалась Джинни. – Например, когда рядом не будет Малфоя?
- Пожалуйста, - тихо добавила Гермиона, жалобно посмотрев на Гарри и взывая к их дружбе, а также к покровительственному инстинкту, который проявляется у всех мужчин, стоит только польстить их самолюбию, притворяясь беспомощной и/или напуганной.
Сработало – Гарри вздохнул и кивнул:
- Ладно, но это только отсрочка. Рано или поздно вы расскажете мне все.
- Расскажем, - кивнула Гермиона. – Просто… не сейчас.
- Да бросьте вы, я только начал. К примеру, Поттер, ты знал, что у нее есть фотографии, помеченные прошлым летом, где она тусуется с компанией магглов?
- А вот это уже за гранью реальности, - фыркнул Гарри.
- Когда Панси относила вещи Грейнджер ей в комнату, то нашла их там и показала нам, - продолжил Драко, будто его и не прерывали. – Это было… интересно.
- Вы стащили мои фотогра… - яростно начала Гермиона, не успев остановить себя.
- Нет, но спасибо, что подтвердила их существование. Панси сделала заклинанием их копии и принесла показать нам, но так как это только копии, они не продержались долго. Я сказал ей ничего не брать, и она послушалась, но эти фотки были такими интригующими, что я почти решил сходить за оригиналами. Большая часть датируется прошлым летом, и все они совершенно неподвижные, как маггловские фотографии.
- Прошлым летом Гермиона была с родителями, - быстро вставила Джинни.
- Да? Было больше похоже, что она тусовалась с разными людьми. На пляже, в отеле…
- Это мои маггловские друзья. Я не видела их с лета перед четвертым курсом, нет ничего удивительного, что мы поболтались вместе, - огрызнулась Гермиона. – Что тут плохого?
- Позволь судить об этом Поттеру.
Гермиона бросила на Малфоя сердитый взгляд:
- Это просто смешно. То, что я говорю Гарри – мое дело, а не твое! Не думай, будто я не понимаю, что ты делаешь: ты пытаешься заставить меня сказать что-нибудь уличающее, чтобы ты смог побежать и рассказать всем. Знай же, что я на это не попадусь.
- Да мне просто интересно, как многого Поттер о тебе не знает. Ты показывала ему татуировку?
Гермиона закатила глаза – она предвидела это:
- На той фотографии была временная татуировка. Она смылась через несколько дней.
- Да ну? Когда я подбрасывал тебя в кровать к Снейпу, она была на месте.
Гермиона застыла.
- Врешь, - выпалила она, но чуть позже, чем нужно.
- Стоп-стоп, татуировка? – спросил Гарри слабым голосом.
- Нет у меня татуировки, - быстро произнесла Гермиона.
- Нет, есть.
- Ты ведь не думаешь, будто мы с Гарри поверим, что у Гермионы есть татуировка? – громко спросила Джинни.
Драко с интересом на нее взглянул:
- Ты и правда не знаешь, Уизли? Или притворяешься для Поттера?
- Гермиона бы мне сказала, если бы сделала татуировку.
- Верно, - вмешался Гарри. – Сказала бы. Джинни…
- Ладно, ладно, послушай! – крикнула Гермиона в панике. – Это нас ни к чему не приведет. Мы просто ходим по кругу: Малфой делает какие-то нелепые заявления, и затем…
- Она находится пониже спины, - ликующе вмешался Драко. – Прямо над задницей. Это кинжал, рукоятку которого обвивает побег розы. Немного смещена вбок и ниже талии, так что маггловская одежда может ее закрыть.
Гарри строго взглянул на Гермиону:
- Это правда?
Та вздохнула:
- Гарри… пожалуйста. Не сейчас. Прошу тебя, не сейчас. Это был ужасный день и я просто… просто хочу расслабиться и не думать о Малфое и о том, что нас ждет в ближайшие дни, и сколько проблем он еще принесет. Я расскажу. Обещаю. Все, что ты хочешь знать. Но не сейчас.
Гарри кивнул, выражение его лица слегка смягчилось. Гермиона выглядела крайне изнуренной и расстроенной. Он не хотел подавлять ее еще больше, не сейчас… кроме того, не стоило заставлять ее сознаваться во всем в присутствии Малфоя.
- Все нормально, - он слегка улыбнулся. – Я подожду.
Гермиона облегченно улыбнулась в ответ. Драко закатил глаза:
- Поттер, ты просто жалок.
- Заткнись, Малфой, - огрызнулся Гарри. – Знаешь, что? Ты…
- Гарри, - вмешалась Гермиона, - пожалуйста, давай обойдемся без споров. Будем просто игнорировать его, а он сможет игнорировать нас…
- Черта с два, Грейнджер.
- …а когда это дурацкое заклинание прекратит действие, мы просто вернемся к нормальной жизни, - закончила Гермиона.
- Гермиона, это все моя вина, - тихо произнесла Джинни. – Я вовсе не хотела попадать в тебя…
- Эй, ты не виновата, - махнула рукой Гермиона.
- Нет, виновата, - вознегодовал Драко. – Это все она и Томас! Где этот ублюдок? Я надеру ему…
- Ох, заткнись уже, Малфой, - набросилась на него Гермиона. – Если кто-то и должен злиться, то это я.
- Извини? Я прикован к грязнокровке и живу с гриффиндорцами! Что дальше? Придется терпеть еще и Крысли?
- О боже, Рон! – воскликнула Гермиона; после всех этих ссор с Драко она совершенно забыла о размолвке Гарри и Рона. – Джинни, как там с ним?
- А… ну…
- Что, так плохо? – вздохнул Гарри.
- Он хочет придушить несколько десятков человек, - произнесла Джинни, - включая Малфоя, Гарри и Дина. Ах да, и Снейпа… и того, кто изобрел цепи… да, и меня, после того как сказала, что он придурок, который должен пойти к мадам Помфри, чтобы она достала ему голову из задницы…
Гарри и Гермиона заулыбались, и даже Драко выглядел впечатленным.
- Да, а потом он добавил, что убьет того, кто…
- Мы поняли, - устало сказала Гермиона. – Ладно, а… на меня он злится?
- Нет.
- Пока нет, - горько пробормотал Гарри.
- Он успокоится, Гарри, он всегда успокаивается, - утешила его Гермиона.
- О, как грустно – все переживают, что друг их не любит…
- Игнорируйте его! – выкрикнула Гермиона, когда Гарри и Джинни собрались сердито ответить. – Мы не позволим Малфою себя достать, понятно? Иначе мы сорвемся и получим отработки, или нас исключат, или даже посадят в Азкабан, и мы окажемся в бегах с угнанным гиппогрифом, как Сириус и Клювокрыл…
- Что?! – взвизгнул Драко. – Гиппогрифа освободил Сириус Блэк?
- Нет, гиппогрифа освободили мы, - ответил Гарри, ухмыляясь. – Я и Гермиона. А уже потом мы отдали его Сириусу Блэку – где ты был, Малфой?
- Гарри, пожалуйста, не дразни его, - попросила Гермиона. – Притворимся, что он невидим, ладно? Просто надоедливое и чрезмерно болтливое привидение. А теперь пошли в библиотеку, мы можем и сами провести исследование…
- Не пойду я в библиотеку, - заявил Драко, - Я останусь тут!
- Нет, ты пойдешь в библиотеку, - сказал Гарри, хватая Гермиону за прикованную руку, - даже если мне придется тебя за собой волочить.
- Или отвести под прицелом волшебной палочки, - добавила Джинни. – Слова «Летучемышиный сглаз» тебе ведь знакомы?
Драко слегка покраснел, вспомнив, как получил от нее этим заклятьем в кабинете Амбридж.
- Отлично, - рявкнул он, а потом задумчиво ухмыльнулся, заставляя остальных обменяться нервными взглядами.
Они по очереди покинули комнату: сначала Гарри и Гермиона, затем Драко, и последней Джинни, осторожно следившая за слизеринцем. Когда стена открылась, позволяя им вернуться в гостиную, полную гриффиндорцев, Драко резко остановился, отчего Джинни почти врезалась в него, а Гермиона чуть не вывихнула плечо. При виде Малфоя все гриффиндорцы снова умолкли.
- И кстати, Грейнджер, - громко спросил Драко, ухмыляясь, - мне все еще интересно, откуда у тебя та татуировка на заднице?


Глава 12. В библиотеке


Когда Снейп зашел в свои комнаты и свалился в ближайшее кресло, его руки все еще тряслись. Слова Уизли его сильно задели. Он пытался забыть свое прошлое как Пожирателя смерти – все, что делал тогда, забыть людей, которых пытал. И смириться со смертью Лили, своего первого настоящего друга, с которой они впервые встретились в Косом переулке, когда покупали школьные принадлежности. Какая-то часть его все еще гадала, был ли способ спасти Лили, мог ли он сделать хоть что-то…
Война шуток была способом убежать от прошлого, от сожаления и горьких мыслей, которые преследовали его. Теперь же она, возможно, была закончена, а его снова заставили вспомнить былое.
Впервые за очень долгое время Снейп пожалел, что ему не с кем поговорить, что нет того, кто бы его выслушал. Он перебрал в уме краткий список людей, которых считал друзьями, но в данный момент никто из них не подходил. Альбус выслушал бы и сказал что-нибудь мудрое, а Снейп чувствовал, что может ударить директора, если Альбус сейчас начнет играть в сочувственного философа. Можно пойти к Минерве, но Снейп не был уверен, что она – именно тот человек, с которым можно затеять разговор обо всех гнусных преступлениях, им совершенных. Единственным оставшимся человеком в школе из тех, кто не считал его подонком, была Грейнджер, но если бы он и не полагал идею о душевном разговоре с ней смехотворной, они в любом случае не смогли бы поговорить, пока Гермиона прикована к Драко Малфою. Если бы только… стоп.
Снейп удивился, что это никогда не приходило ему в голову раньше – еще один оставшийся в живых человек, к которому он нормально относился, который знал, каково это – только изображать удовольствие от деятельности Пожирателей смерти. Оставшийся настоящий друг, находившийся сейчас почти в той же ситуации, что и он… так же поражен горем и несчастен.
- Ну конечно, - прошептал он, подошел к камину и достал «летучий порох». Если кто и может выслушать, посочувствовать, понять – то только она.

***

Гермиона застыла в ужасе.
«О нет, - взмолилась она по себя. – Боже, только не здесь! Это никогда не закончится!»
Гермиона с усилием взяла себя в руки и сердито развернулась:
- Говорю в последний раз, Малфой, - прорычала она. – У меня нет татуировки!
- Нет, есть, Грейнджер, и не пытайся отрицать, - самодовольно произнес Драко. – Роза, стебель которой обвивается вокруг кинжала. Я видел ее своими глазами.
По всей комнате послышались вздохи удивления и шепотки.
- Ничего ты не видел! – пронзительно вскрикнула Гермиона.
- Видел-видел, - радостно ответил Драко. – Да ладно тебе, Грейнджер, скажи хотя бы, когда ты ее сделала? И почему именно на заднице?
- Нет у меня на заднице никаких татуировок! – завопила Гермиона и выхватила волшебную палочку. Гарри схватил подругу за руку и начал тянуть по направлению к выходу, в то время как Джинни толкала хохочущего Малфоя.
Снаружи им пришлось остановиться, потому что Драко смеялся так, что уже не мог идти, и сполз на пол. Гермиона сжала кулаки и направилась к нему, но Гарри быстро вмешался. Он схватил цепь и начал осторожно подталкивать Гермиону вперед, одновременно волоча за собой по полу Драко, пока тот не пришел в себя достаточно, чтобы встать и идти вместе с ними.
- О, это было потрясающе, - произнес он. – Просто потрясающе. Мне стало так хорошо… а ведь сколько всего можно сделать в этой ситуации, если спать в гриффиндорской гостиной и быть прикованным к Грейнджер… и теперь все знают про ее татуировку!
- Малфой, черт тебя дери, если собираешься говорить сам с собой – или говорить вообще – делай это про себя! – рыкнула Гермиона; вне себя от злости, она неслась по коридорам. – Быстрее! – добавила она, когда Драко издал смешок. – Боже, мне нужно в библиотеку… мне очень-очень нужно в библиотеку…
- Собираешься заняться там сексом? – подколол ее Драко.
Гермиона резко повернулась к нему.
- Ну же, Гермиона, игнорируй его, помнишь? – успокаивающе произнес Гарри. – Малфой – это просто надоедливая муха. Мерзкая, уродливая, надоедливая муха. Однажды мы ее прихлопнем. Уже скоро, но когда будем способны скрыть улики.
Гермиона прыснула, а Джинни открыто рассмеялась.
- И что бы я без тебя делала? – с нежностью произнесла Гермиона, переплетая свои пальцы с его и не обращая внимания на Драко, который делал вид, что его тошнит.
- Может, не попадала бы в такие неприятности, - беспечно ответил Гарри. – И кстати о неприятностях: завтра суббота, почему бы нам не навестить Хагрида и не посмотреть, как идут дела с Сычом?
- А куда мы денем Малфоя? – закусила губу Гермиона.
- Оставим за дверью, конечно. Или скормим Сычику – всегда можно сказать, что это был несчастный случай, - вмешалась Джинни.
- Нет, тогда у Хагрида могут быть проблемы, - с сожалением отказался Гарри. – Но я слышал, что дела с Сычиком продвигаются. Теперь он – просто двухметровая сова. Хагрид пытается выяснить, безопасно ли будет использовать уменьшающее заклинание.
- У Хагрида есть двухметровая сова по кличке Сычик? – любопытно спросил Драко, совершенно забыв, что находится далеко не в дружеской компании. Его проигнорировали, и он закатил глаза.
В библиотеке их встретило еще больше перешептываний – в конце концов, не каждый день можно увидеть, как Драко Малфой ходит в компании Гарри Поттера, Гермионы Грейнджер и Джинни Уизли. Драко подумал, не упомянуть ли снова татуировку, но не захотел злоупотреблять своим лучшим способом развлечения – и, следовательно, ослабить его эффект, – и решил пока воздержаться. К тому же Драко не желал, чтобы его вышвырнули из библиотеки, это была его единственная настоящая надежда отцепиться от Грейнджер.
Так как они не могли разделиться (то есть, не могли только Гермиона и Драко, но Джинни и Гарри не хотели оставлять подругу одну с Малфоем), подбор книг занял много времени. Гермиона размышляла над каждым томом и читала аннотацию, в то время как Гарри просто смотрел на название и, если думал, что книга им подходит, брал ее. Джинни нашла парочку книг тут и парочку там, но потом перешла на книги с интересными проклятиями и другими заклинаниями и добавляла их в свою стопку, забыв о миссии. На какое-то время им показалось, что у Драко есть своя система, так как он методично выбирал книги, но потом они поняли, что он просто снимал с полок каждую третью книгу.
Они выбрали столик в дальнем конце библиотеки, подальше от большинства учеников и стойки библиотекарши, и начали просматривать выбранные тома. Драко стал мурлыкать себе под нос, все еще довольный собой, но гриффиндорцев это особо не раздражало: Гермионе стало гораздо лучше, когда рядом были Гарри и Джинни, Гарри беспокоился о Гермионе, а Джинни чувствовала себя слишком виноватой из-за дуэли, чтобы жаловаться. Время от времени кто-то из гриффиндорцев комментировал прочитанное или озвучивал абзац, чтобы узнать, не сочтут ли его полезным остальные, но пока они практически ничего не нашли.
- О-о-о, «скованные друг с другом»… нет, это какое-то странное любовное заклинание…
- «Ун охо дэль гато»… ой, постойте, это на испанском…
- «Уничтожение цепей»! А, нет, это про обычные цепи, не магические…
- Ребят, послушайте вот это! «Чтобы заставить Вашего врага испытывать сексуальное влечение к кроликам…»
- Хм, Джинни, даже если бы я хотела его использовать, сейчас не время для этого.
- Извини. Но ты должна отметить, это было бы классно…
- Дай-ка мне эту книгу, Крысли!
- Отвали, Малфой!
- Продолжай искать, Джинни, я знаю, что мы его найдем, - сказала Гермиона. – Библиотека еще никогда нас не подводила.
- Кроме того случая с жаброслями, - пробормотал Гарри и невинно улыбнулся в ответ на тяжелый взгляд Гермионы, быстро вернувшись к ближайшей книге. – Ой, смотрите, тут говориться… э… «но кома лас колас дэ ла ррата»… почему мне все время попадаются на испанском?
- Вот, возьми на французском, - сказала Джинни и положила книгу в его стопку.
- И на итальянском, - рассеянно произнес Драко, добавив к стопке еще один том, взамен придвигая к себе одну из книг Гарри. Несколько секунд Драко молча просматривал ее. – Хмм… стойте, кажется, у нас есть победитель! «Мужчины и женщины, скованные золотой цепью… любви?» Тут что-то не то… эй, кто подсунул мне книгу о любовных зельях? Мерлин, кто только пишет такое? Держу пари, это какой-нибудь монах, который одиноко сидит у себя в келье и вспоминает те счастливые времена, когда он еще не принял обет…
Гарри издал смешок, а затем застыл, поняв, что только что посмеялся над шуткой своего худшего врага.
- О Боже, нужно искать быстрее, - отчаянно произнес он, придвигая к себе большую груду книг.
- Я устал, - заныл Драко. – Я хочу спать.
- Мы тебе не мешаем, - проговорили в унисон Гарри, Гермиона и Джинни, представляя, как здорово будет, если он замолчит.
- Я не буду спать тут! Здесь пахнет слишком жутко.
- В библиотеке не пахнет! – воскликнула Гермиона так негодующе, словно он только что ужасно ее оскорбил.
- Нет, пахнет! Это запах старых книг: пыль, и знания, и забытое могущество.
- Это почти поэтично, - Джинни бросила на него нервный взгляд и отодвинула свой стул подальше.
Драко закатил глаза:
- Как тебе угодно, Крысли. Слушайте, давайте просто…
- А вы, вчетвером, что тут делаете? – рявкнула мадам Пинс, библиотекарша.
- Ничего, - искренне ответила вся четверка, что было вдвое подозрительней.
- Не пытайтесь меня обмануть, - раздраженно сказала мадам Пинс. – Все вон.
- Что? Почему? Мы просто читали, - запротестовала Джинни.
- Ну да, - мадам Пинс подчеркнуто взглянула сначала на Драко, а затем на Гарри. – И, наверное, у вас есть совершенно нормальная причина читать про заклятья? И любовные зелья?
- Вот эту мы взяли случайно, - решительно произнес Драко и положил книгу о любовных зельях перед Гарри.
- Вы меня слышали – вон! И книги оставьте тут!
Ворча, Гарри, Гермиона, Джинни и Драко встали и вышли из библиотеки.
- Ну просто отлично, - простонала Гермиона. – Теперь она нас не пустит туда вместе.
- Что ж, тогда кто-нибудь из нас просто возьмет книги с собой, чтобы просмотреть их в гостиной, - постановила Джинни. – А если она не позволит нам взять то, что нужно, попросим других людей. Невилл уже приносил для меня книги. Не волнуйся. И в любом случае, я уверена, Дамблдор с ней скоро поговорит.
Гермиона вздохнула:
- Я прикована к Малфою, Рон на нас злится, а теперь меня еще и вышвырнули из библиотеки. Хуже быть уже просто…
- Замолчи! – одновременно прервали ее Джинни и Гарри.
- А то сглазишь, - добавила Джинни.
- А еще, - радостно сказал Драко, - ты забыла: теперь все знают про твою татуировку.
- Заткнись, - огрызнулась Гермиона.
Гарри бросил на нее пронизывающий взгляд, но ничего не сказал на эту тему.
- Ну ладно, пойдем в гостиную. Хорошо бы действительно лечь спать: это был очень долгий день, а завтра мне нужно сделать кучу домашней работы.
Драко поморщился, не очень обрадованный перспективой делить комнату с Грейнджер, не говоря уже о том, что та комната находится в гриффиндорской башне. Раньше он старался не думать об этом, но теперь не было другого выбора, кроме как встретить ситуацию лицом к лицу. Рано или поздно пришлось бы в любом случае. Надо надеяться, что скоро все закончится; завтра суббота, а значит, совместные занятия им в ближайшее время не грозят. Наверняка это будет только одна ночь.
Добравшись до гостиной, они обнаружили, что там почти никого нет: большинство гриффиндорцев сплетничали с друзьями, занимались в библиотеке, либо спали.
- Гермиона, ты ведь справишься одна? – обеспокоенно спросила Джинни, когда они подошли к стене, ведущей в гостевую комнату.
Гермиона кивнула, стараясь выглядеть храбрее, чем чувствовала себя на самом деле:
- Все отлично.
- Если буду нужна, кричи, - сказала Джинни, и Гермиона вымученно улыбнулась, когда Джинни неохотно поднялась по лестнице в спальни девочек. Но Гарри не двинулся с места.
- Гермиона… может, мне остаться с тобой? – выдал он. – То есть, чтобы тебе одной не оставаться?
Гермиона закусила губу, не желая, с одной стороны, обременять Гарри, с другой – находиться одной в компании Малфоя, тем более спать при нем. Она понимала: Драко не настолько глуп, чтобы заклясть ее, пока они связаны, но не хотела рисковать. В последнее время у него набралось достаточно поводов злиться на нее, плюс, Гермиона внезапно вспомнила, как несколько недель назад он смотрел ей в вырез блузки у кабинета Снейпа. Часть ее очень боялась Малфоя, учитывая его прошлое, но при этом Гермиона знала, что их ни за что не поселили бы в одну комнату без надзора, если бы Дамблдор считал это опасным.
- Я не против, - тихо продолжил Гарри, видя по выражению ее лица, что Гермиона спорит сама с собой.
- Эй, зато я против! – сердито заявил Драко. – Мне и одного из вас хватает!
Гарри и Гермиона его проигнорировали.
- М-м-м, ты уверен? – спросила она, сомневаясь.
Гарри кивнул и ободряюще ей улыбнулся.
- Я сейчас вернусь, только возьму кое-что из вещей. К тому же, в моей спальне не так много людей, рядом с которыми я хотел бы сейчас находиться, - мрачно добавил он.
Гермиона улыбнулась в ответ, прекрасно понимая, что он предпочел бы спать в одной комнате с Роном и Дином, чем с Драко, даже в данных обстоятельствах (черт, да он бы лучше спал в одной комнате с разозленным соплохвостом), и при этом все равно хотел поддержать и защитить ее.
- Поттер не будет спать в моей комнате! – рявкнул Драко, когда Гарри ушел в свою спальню.
- Нет, будет, - спокойно ответила Гермиона.
- Нет, не будет!
Гермиона усмехнулась:
- Что, Малфой, боишься?
- Боюсь? Поттера? Ха!
- Ну, тогда проблемы нет.
- Есть еще какая проблема! Да и где он будет спать? На диване?
- В моей кровати, к примеру, - закатила глаза Гермиона.
Они с Гарри уже спали в одной кровати – летом после пятого курса, когда Гарри пришлось жить в доме на площади Гриммо, и он был тогда совершенно разбит, полагая, что Сириус умер. Однажды Гермиона пришла комнату Гарри, чтобы утешить его, и обнимала его так долго, что они уснули. Она продолжала спать в его кровати, прижавшись к нему, до конца лета. Ни один из них не считал это более чем своеобразным затянувшимся объятием; Гермиона до сих пор иногда так поступала, когда он был расстроен и не хотел оставаться один. Их дружба была слишком крепка, чтобы они видели друг друга больше чем друзьями.
Драко, тем не менее, был потрясен.
- Хм… ну, по крайней мере, утром у меня появится новая информация, которую можно будет всем рассказать.
Гермиона сердито на него посмотрела:
- Брось, Малфой. Ты, правда, думаешь, кто-нибудь поверит, что я сплю с Гарри? С лучшим другом моего парня?
- Ну, почти все поверили, что у тебя есть татуировка, а это тоже кажется невероятным, - парировал Драко и ухмыльнулся. – Да ладно тебе, Грейнджер, скажи, когда ты ее сделала?
- Может, уже оставишь в покое мою татуировку?! – огрызнулась она.
- О-о-о, так ты подтверждаешь, что она есть? Ну наконец-то!
- Ничего я не подтверждаю! Вообще не представляю, о чем ты!
- Она там, Грейнджер, и ты отлично знаешь, что я ее видел – прямо вон там… - он протянул руку и ткнул ее чуть пониже талии, так что Гермиона вскрикнула и ударила его по руке:
- Не трогай меня!
- А ты признай! У тебя татуировка!
- Гермиона? – Гарри собрался за рекордное время, он был одет в пижаму и нес рюкзак, набитый одеждой и разными мелочами. – Все в порядке?
- Да, - ответила та, зло уставившись на Драко, а затем вздохнула. – Давайте просто… просто пойдем спать.
- Ладно, - с готовностью ответил Драко. – Ой, хотя есть еще одна малюсенькая проблемка.
- Что еще? – раздраженно спросила Гермиона.
- Мне нужно в ванную комнату.


Глава 13. Заткнись, Малфой


- Это так глупо.
- Заткнись, Малфой.
- Поторопись уже, Грейнджер.
- Заткнись, Малфой!
Личная ванная, выделенная Драко и Гермионе, была довольно большой, и туалет отгораживался стенкой, так что с его использованием больших проблем не возникло. А вот с душем пришлось сложнее.
- Хватит дергать меня за руку!
- Заткнись Малфой… Мне ведь нужно помыть голову, смирись с этим!
- А смысл? Твоя прическа все равно выглядит дерьмово… ай! Поттер!
- Заткнись, Малфой!
Они целую вечность решали, как Гермиона и Драко будут принимать душ – точнее, как они будут раздеваться и одеваться: мешала цепь. Обычно Гермиона быстро находила решения, но тут она начала паниковать, и, как следствие, не могла ничего придумать. Все же Гарри вспомнил заклинание, которым Рон на четвертом курсе отпорол кружева со своей парадной мантии, и предложил использовать нечто подобное. Гермиона успокоилась и начала думать. Полчаса спустя у них было заклинание, которое разрезало рукав, так чтобы они смогли надевать и снимать одежду, которую после этого можно было починить простым заклинанием. Драко переоделся в пижаму без задержек, но Гермиона настояла на том, чтобы принять перед сном душ; а еще она знала из опыта, что справиться с волосами будет гораздо сложнее, если их сначала хотя бы частично не высушить. Гарри использовал угрозы – словесные и с помощью волшебной палочки – чтобы заставить Драко повернуться к Гермионе спиной, так что та смогла раздеться и шмыгнуть в душ.
Гермиона ужасно нервничала, что будет мыться в полутора метрах от Драко – и Гарри пришлось остаться в ванной. Он держал волшебную палочку нацеленной прямо в лоб Малфою, а рука Драко дергалась взад и вперед, когда Гермиона тянулась за тем или иным флаконом и втирала их содержимое. Раздраженный, сердитый и уставший Драко, не переставая, делал комментарии; Гарри время от времени «случайно» ударял или пинал его за особенно грубые замечания. Драко большую часть времени зло смотрел на Гарри, который с подозрением за ним наблюдал, чтобы удостовериться, что Малфой не попытается оглянуться или не сделает еще какое-нибудь подозрительное движение. Было уже поздно: не считая проблемы с одеждой, много времени ушло на постоянные споры.
- Люди, вы настоящие параноики, знаете об этом? – раздраженно обратился Драко к Гарри. Гермиона находилась в душе больше часа, и все это время Гарри внимательно наблюдал за Малфоем.
- Ну надо же! Интересно, почему? – закатил глаза Гарри. Его руку уже сводило судорогой от того, что он так долго сжимал палочку. – Э… Гермиона? Ты еще не все?
- Почти, - ответила та и провела в душе еще двадцать минут. Наконец, она выключила воду… но так и не вышла.
- Гермиона? – позвал Гарри через несколько минут.
- Гм… Гарри, ты не мог бы передать полотенце?
- Выйди и сама возьми… ай!
- Заткнись, Малфой!
Гарри схватил ближайшее полотенце и перебросил через занавеску душа, постаравшись не рассмеяться при виде выражения смирения на лице Драко, когда его руку снова начало дергать туда-сюда.
- Эй, Гарри? А… как бы мне одеться?
Драко закатил глаза.
- Там нет ничего, что бы я еще не видел, Грейнджер, - произнес он, ухмыляясь.
- Заткнись, Малфой!
- И не увидишь больше никогда, - прорычал Гарри, призывая ночную рубашку, нижнее белье и волшебную палочку Гермионы и перекидывая их через душевую занавеску.
- Это так унизительно, - простонала Гермиона. Гарри и Драко услышали, как разрывается ткань, когда Гермиона применила нужное заклинание на ночной рубашке, чтобы можно было ее надеть, а затем, как она произнесла заклинание починки. Наконец, она вышла, волосы обернуты полотенцем.
- Неплохая ночнушка, - ухмыльнулся Драко.
Гермиона бросила на него сердитый взгляд; она не была модницей и имела всего парочку ночных сорочек, в настоящий момент эта была единственной чистой. И хотя ночная рубашка почти достигала щиколоток, у нее был вырез на груди, плюс, она довольно облегала тело.
- Хотя у тебя должно быть и что-то получше. То есть, я уже знаю, что ты – фанатка черного кружевного… ой!
Драко потер затылок и раздраженно глянул на Гарри.
- Ну что, идем спать? – устало спросил Гарри, опуская волшебную палочку.
Два часа в ванной с постоянно отпускающим шпильки Драко не показались ему веселым занятием – совсем напротив, теперь у него была дополнительная причина, чтобы не попадать в ад.
Гермиона неохотно кивнула, бросив косой взгляд на Драко, и они втроем направились в спальню. После тридцатиминутного спора о том, кто какую возьмет кровать, они, наконец, улеглись. Гарри пристроился на краю кровати, недовольно следя за Драко, пока Гермиона прижалась к нему, положив голову ему на грудь, и почти мгновенно уснула.
- Как это мило выглядит, - протянул Драко, лежа на животе в своей постели и тоже не отрывая взгляда от Гарри. – И часто вы с Грейнджер этим занимаетесь?
- Не твое дело, - огрызнулся Гарри.
Он отлично знал, что другие люди – и Рон в их числе – полагали эту его склонность делить постель с Гермионой странной, но он не обращал внимания: это было почти то же, что и уснуть, сидя вместе на диване, или что-то вроде, и ее присутствие очень успокаивало. Гарри и Гермиона были превыше всяких там романов, для этого они слишком хорошие друзья.
- Значит, часто, - ухмыльнулся Драко. – А Крысли знает?
- Заткнись, Малфой.
- Кто бы мог подумать, что Грейнджер на самом деле такая шлюшка?
- Вовсе нет, - горячо возразил Гарри.
Насколько он знал, у Гермионы пока было только два парня, Рон и Крам, и ни с одним она не заходила слишком далеко. Тем не менее, о ней то и дело ходили какие-нибудь слухи, в основном обязанные своим происхождением враждебно настроенным слизеринцам, а также предположениям репортеров, что Гермиона – бывшая девушка не только звезды квиддича Виктора Крама, но и Мальчика-Который-Выжил. Гарри и Рон очень расстраивались, слыша эти слухи: во-первых, Гермиона была их ближайшим другом, во-вторых, Гарри уже устал слышать вопросы об их «отношениях», а Рону надоело, что его девушку считают шлюхой.
- Ну конечно, нет, - фыркнул Драко. – Между тобой, Крысли, Крамом и Снейпом…
- До сих пор не могу поверить, что ты на это купился, - издал смешок Гарри. – Каков дурак.
- Можешь говорить все, что хочешь, Поттер, но я знаю, что видел. Она вышла из его кабинета вся в засосах, и Маленькая Крысли тоже их видела.
- С чего ты взял, что Джинни их видела? – возразил Гарри.
- Ты забыл выражение ее лица, когда я упомянул об этом? - сказал Драко. – Она знает, и они вдвоем оставили это в тайне от тебя.
- Да все равно, хорек.
- Заткнись, шрамоголовый.
- Заставь меня, кретин.
- Не заставляй меня заставлять тебя, придурок.
- Неудачник.
- Грязнокровка.
- Пожиратель Смерти.
У Драко вскипела кровь. После происшествия с Роном он дал себе обет не терять голову, если кто-то еще его так назовет, но сейчас просто не смог погасить вспыхнувшую ярость.
Драко схватил цепь и сильно дернул, так что Гермиона, а вместе с ней и Гарри, свалились с кровати. Гарри болезненно приземлился на пол, Гермиона упала сверху. Вздрогнув, она проснулась и удивленно огляделась, а Драко расхохотался.
Гарри со всей силы потянул на себя цепь. Драко безуспешно хватался за подушку и одеяла в попытке остановить падение, а Гарри за это время отодвинул Гермиону с его пути. Драко упал рядом.
- Ах ты, засранец! - завопил Драко, ударяя Гарри кулаком по руке. Гарри ответил ударом в глаз, и началась драка.
Гермиона умоляла их остановиться, в то время как ее мотало туда-сюда из-за ударов и уверток Драко. Два же парня совершенно забыли о ней, вымещая друг на друге всю злость, что накопилась за семь лет. В итоге, когда Драко зажал голову Гарри в захвате, а Гарри воспользовался этим, чтобы молотить того в живот, Гермиона схватила волшебную палочку:
- Петрификус Тоталус! – крикнула она, и руки и ноги Драко выпрямились вдоль туловища. Он шлепнулся на спину в полуметре от кровати Гермионы.
- Спасибо, - тяжело дыша, произнес Гарри, затем выпрямился и сердито посмотрел на неподвижного Малфоя.
- Петрификус Тоталус! – повторила Гермиона, и Гарри постигла судьба Драко.
Парни во все глаза смотрели на Гермиону, когда она нависла над ними, сердито глядя на каждого по очереди.
- Вы двое меня достали! – завопила она. – Я хочу спать, и я буду спать, а вы будете держать себя в руках, пока мы не снимем эту дурацкую цепь! Позвольте заверить вас, что я знаю больше проклятий, чем Флитвик и МакГонагалл, вместе взятые, и использую их без колебаний! Вы будете вести себя хорошо, я ясно выразилась?
Мальчики могли двигать только глазами, и Гарри «покивал» своими изо всех сил. Гермиона поняла это как согласие.
- Спокойной ночи, - раздраженно сказала она, хватая Драко за ногу и подтаскивая его к своей кровати, чтобы улечься в постель. – Мальчишки, - пробормотала она, прежде чем закрыть глаза и опять заснуть.
Обычно полная парализация тела длилась недолго, но Гермиона от ярости перестаралась. Уже занялась заря, когда парни, наконец, смогли пошевелиться, так что у них было достаточно времени, чтобы перекипеть и осознать, что в гневе Гермиона может быть очень пугающей.
Гермиона проснулась полностью отдохнувшей и поняла, что снова лежит, прижавшись к Гарри; должно быть, он вернулся в кровать после того, как заклятье спало. Но Драко уснул часа через два неподвижного состояния и все еще находился рядом с ее кроватью. Гермиона толкнула его ногой: она хотела в туалет и не могла сама тащить его до ванной.
Драко проснулся, удивляясь, кто это посмел его трогать. Вспомнив прошлую ночь, он огляделся: Гермиона сидела в кровати и мягко, но настойчиво пихала Драко в бок, перевалившись через Гарри, рука которого перекрывала цепь.
- Прекрати, - вяло огрызнулся Драко. – Иди спать.
- Мне нужно в туалет.
- Используй кровать, - сказал Драко, слишком изможденный, чтобы что-то делать. – Поттер не будет возражать, правда.
- Слушай, я не могу даже слезть с кровати, не наступив на тебя, - заныла она.
- Наступишь на меня – умрешь.
- Ладно. Я буду просто лежать. И петь. На французском. Знаешь, как поют на французском «Звените, колокольчики»*? Подпевай мне, и… Он маршэ дан…
- Все-все, - простонал он, садясь. – Что угодно, лишь бы заткнуть тебя.
- Спасибо. Я только разбужу Гарри.
- А Поттеру обязательно там находиться? – заныл Драко. – Раз уж мне приходится бодрствовать, предпочитаю, чтобы он был в отключке.
Гермиона не обратила на него внимания и принялась трясти Гарри.
- Гарри? Гарри, просыпайся, - тот застонал, но не проснулся. – Гарри!
Гарри приоткрыл глаза. Он посмотрел на Гермиону, улыбнулся и прижал ее к себе, перекатившись, чтобы оказаться сверху.
- Гарри! – воскликнула Гермиона.
- Поттер!!! – завопил Драко, когда цепь дернула его руку вверх.
- Нужно еще поспать, - пробормотал Гарри, зарывшись лицом в подушку рядом с головой Гермионы.
- Гарри, Гарри, ты должен проснуться…
- Просыпаешься на счет три, Поттер, или я применяю Аваду Кедавру!
Гарри озадаченно открыл глаза.
- Малфой? – спросил он сонно, приподнявшись и посмотрев на Драко. – Уходи. Я сплю, - пробормотал он, закрывая глаза и снова опуская голову.
- Гарри! Вставай! – повысила голос Гермиона, в то время как Драко пытался дотянуться до волшебной палочки, которую оставил под подушкой на своей кровати.
Гарри вздохнул, кажется, наконец, проснувшись.
- Ну что еще? – простонал он.
Гарри сел – и чуть не сломал руку Драко. Тому пришлось, следуя за рывком цепи, перепрыгнуть через Гарри и приземлиться на кровать с другой стороны от гриффиндорцев.
- Черт. Ты еще здесь, - устало произнес Гарри, с интересом посмотрев, как Драко упал на кровать, отчего матрас слегка подпрыгнул.
- Ну, знаешь, мне это тоже радости не доставляет, - огрызнулся Драко.
В этот момент открылась дверь, и в комнату зашла Джинни, а затем остановилась, удивленно уставившись на них. Гарри сидел на Гермионе, Драко лежал рядом, и все трое раздосадовано смотрели на Джинни. Та ухмыльнулась.
- Я вам не помешала? – спросила она невинно.
- Джинни! – завопила Гермиона.
- Прости, не смогла удержаться.
- Привет, Джинни, - вяло сказал Гарри, скатываясь с Гермионы. – Какие ходят слухи?
- Расскажешь в ванной, - вмешалась Гермиона и поскорее слезла с кровати.
Джинни с любопытством последовала за ними в ванную комнату.
- Знаешь, кажется, ничего страннее ты в жизни еще не делала, - произнесла она отсутствующе, изучая просторную ванную.
- Да уж, никогда не думала, что буду брать с собой в туалет Малфоя, - устало сказала Гермиона, выходя из кабинки и подойдя к раковине помыть руки.
- Эй, Джинни? – попросил Гарри, когда Гермиона вернулась к кабинке туалета, чтобы Драко тоже мог ею воспользоваться. – Можешь остаться тут, пока Малфой моется?
Джинни уставилась на него:
- Чего?!
- Я не хочу оставлять с ним Гермиону одну, но если здесь будешь ты, я могу пойти в общие душевые, пока он принимает душ тут: так мы быстрее попадем на завтрак, - объяснил Гарри. – Ей не придется ждать еще и меня. Гермиона, ты ведь не возражаешь?
Гермиона потрясла головой.
- Ладно, - ответила Джинни, и Гарри обрадовано ушел.
Драко сонно забрел в душевую кабинку, а Гермиона и Джинни стояли снаружи, лениво переговариваясь.
- Ходит много слухов, - рассказывала Джинни. – В основном, о Гарри: кое-кто видел, как он заходил сюда вместе с тобой, одетый в пижаму, и кажется, все знают, что они с Роном поссорились…
- Дай, угадаю – я порвала с Роном и встречаюсь с Гарри?
- Угу. Еще все гадают, что же ты такое сделала, о чем узнал Дамблдор. Кто-то говорит, что это та шутка с квиддичными воротами… - Джинни повысила голос, чтобы ее расслышал Драко, - а другие считают, после того, как я случайно столкнула вас вместе, вы устроили большую дуэль, и Дамблдор об этом узнал.
- И кто победил в дуэли? – спросила Гермиона, улыбнувшись.
- Ну, гриффиндорцы уверены, что ты, равенкловцы и хаффлпаффцы, возможно, тоже, но слизеринцы наверняка будут настаивать, что Малфой…
- Да кому интересно их мнение?
- Точно.
Вскоре Гермиона начала дрожать в своей ночной рубашке.
- Эй, Джинни… можешь принести мне что-нибудь из одежды? – спросила она.
- Конечно, - сказала та, выйдя и вернувшись через несколько минут с лучшей юбкой и самым прелестным джемпером Гермионы.
- Я это не надену, - указала Гермиона на джемпер, и начала надевать остальное.
- Почему это? – спросила Джинни. – Он так классно на тебе смотрится!
- Мой лифчик и то больше закрывает!
- Я голосую, чтобы ты надела!
- Заткнись, Малфой! – воскликнули обе девушки в сторону душевой кабинки.
- Да ладно тебе, Гермиона, зачем покупать такие миленькие вещи, если ты их не носишь?
- Их не я покупаю. Их покупает моя мама и подсовывает в мой багаж.
- Пожалуйста?
- Нет.
- Ладно, - надулась Джинни и направилась в спальню.
Три раза она возвращалась с модными джемперами, которые Гермиона отказывалась надеть. К тому времени, как Джинни принесла подходящий джемпер, Драко уже вышел из душа, оделся и укладывал волосы гелем.
Гарри, одетый и готовый к выходу, прибыл, когда Гермиона и Драко чистили зубы, а Джинни переминалась у Гермионы за спиной и жадно смотрела на ее пышные волосы.
- Да брось, Гермиона, будет так классно, если мы их немного пригладим…
- Э-эт, - сказала та с полным ртом зубной пасты.
- Это значит «да»? – с надеждой спросила Джинни.
Гермиона выплюнула пасту.
- Нет!
- Пожалуйста?
- Оставь, Джинни, она и так нормально выглядит, - сказал Гарри, не обращая внимания на насмешливое фырканье Драко.
- Но если бы я могла просто…
- Ради всего святого, Джинни, я тебе не Барби, - сердито произнесла Гермиона.
- А что такое Барби? – спросила Джинни, недоумевая.
- Маггловская кукла, - рассеянно ответил Драко, внимательно разглядывая свое отражение в зеркале.
Гриффиндорцы уставились на него.
- А ты откуда знаешь? – потребовал ответа Гарри.
Драко сузил глаза и бросил на него сердитый взгляд.
- Я хожу на изучение магглов. Отец заставил.
- Точно, я и забыла, что ты был в том классе, - сказала Гермиона.
- Теперь мы можем пойти на завтрак? – раздраженно спросил Драко, выходя из ванной. Гермионе пришлось закинуть зубную щетку на полку, когда ее практически выволокли наружу.
Покормив Косолапа и надев мантии и другую зимнюю одежду, они вчетвером отправились в Большой зал, не обращая внимания на перешептывания студентов, снова в том же порядке: Гарри рядом с Гермионой, Джинни следует за Драко. Тот угрюмо молчал, никто не знал почему, но им и не было до этого дела.
- Ты теперь очень здорово вяжешь эти шапки, - заметил Гарри, когда они спускались по лестнице. Вязаные шапки Гермионы выглядели почти как купленные в магазине, одна из них была сейчас надета на гриффиндорке.
- Жаль, что эльфы их не подбирают, - грустно произнесла Гермиона. В прошлом году она узнала, что эльфы отказывались не только дотрагиваться до шапок, но и убираться в гриффиндорской башне.
- Что ж, зато Добби счастлив, - сказала Джинни.
- И эльфы тебя уже простили, - добавил Гарри.
- Вы и вправду странные, - пробормотал Драко, не понимая, о чем этот разговор. – Стойте… Добби? У нас был домашний эльф по имени Добби… интересно, что с ним случилось. Хмм… держу пари, отец его убил.
- Твой отец убивал своих эльфов?! – потрясенно спросила Гермиона.
- Иногда. Он много кого убивал, - вяло ответил Драко и обошел ее, направляясь дальше.
Гарри, Гермиона и Джинни обменялись взглядами, но ничего не сказали. Когда они приблизились к вестибюлю, кто-то кашлянул и сказал: «Э… Джинни?»
Они повернулись и увидели, что на них робко смотрит Дин Томас. Он медленно попятился, когда все четверо достали волшебные палочки и впились в него взглядами.
- А… Джинни, я просто хотел перед тобой извиниться, - пробормотал Дин. – И перед тобой, Гермиона. Я просто… Джинни, я вышел из себя, а когда увидел, что ты достаешь палочку, запаниковал – я знаю, как ты здорово колдуешь. Я… я понимаю, что вы все еще злитесь, но мне жаль, правда.
Джинни закусила губу.
- Ребят, идите без меня, - сказала она Гарри и Гермионе. – Увидимся позже.
- Простите? – выплюнул Драко, когда Гермиона и Гарри собрались уходить. Забыв, что он бы скорее умер, чем сражался на стороне Гарри, Гермионы и Джинни, он добавил: - Вы в своем уме? Нас четверо на одного! Надерем ему задницу!
- Заткнись, Малфой, - произнесли Гермиона, Джинни и Гарри. Драко, похоже, был готов напасть на Дина сам, но тут в вестибюле появилась МакГонагалл, и он передумал.
Как раз когда они набросились на завтрак, кто-то шлепнулся на скамейку рядом с Гермионой, и все удивленно подняли головы.
- Вуд! – воскликнул Гарри. – Как дела?
Оливер Вуд, с начала семестра преподающий защиту от темных искусств – он получил серьезную травму и был вынужден взять отпуск из команды «Пэдлмор Юнайтед» - улыбнулся Гарри.
- Просто решил посмотреть, как вы справляетесь, - произнес он. – Дамблдор рассказал преподавателям, что случилось на самом деле. Гермиона, у тебя все нормально?
Гермиона покраснела и не поднимала на Оливера взгляд – что не ускользнуло от внимания Гарри и Драко. Гарри нахмурился. Оливер присоединился к Ордену Феникса летом перед их пятым курсом и часто бывал на площади Гриммо. Гарри начал замечать между ними что-то странное, но не мог понять, что, и был тогда слишком озабочен войной, чтобы заинтересоваться. Но с тех пор, как Оливер стал преподавателем, дела между ними стали очень напряженными. Гермиона никогда не оставалась после урока, чтобы поболтать с Оливером, как это делали Гарри и Рон, и рано уходила с квиддичной тренировки, если Оливер появлялся на ней, чтобы предложить свою помощь. В течение войны они все сблизились с Оливером, но при этом Вуд с Гермионой, так дружелюбно относившиеся друг к другу на площади Гриммо, теперь едва разговаривали. Гарри постарался принять отсутствующее выражение лица, Драко выглядел заинтригованным тем, почему Гермионе так неуютно.
- Насколько можно этого ожидать, - ответила она. – А у тебя?
- Все хорошо, - произнес Оливер, тепло ей улыбаясь. Она нервно улыбнулась в ответ. – О… вот ваши новые расписания, - добавил он, вручая Гермионе и Драко по листу пергамента, - Дамблдор попросил передать. А… и Гермиона, ты не видела Снейпа?
Гермиона резко подняла голову и, наконец, посмотрела Оливеру в глаза.
- С чего ты взял, что я могла его видеть? – спросила она подозрительно.
- Ни с чего, - поспешно произнес Оливер. – Просто… ну, близнецы, э, как бы, знаешь, кое-что сказали, когда я был в последний раз в Косом переулке, - он быстро продолжил. – Что ты заключила союз со Снейпом…
- Они рассказали о шутке, которую я над ней сыграл, да? – самодовольно улыбнулся Драко.
- Заткнись, Малфой! – выкрикнули Гарри и Гермиона.
- Пять балов со Слизерина, - бросил Оливер.
- За что? – сердито спросил Драко.
- Ты только что признал, что сыграл шутку, - невозмутимо ответил Оливер. – Продолжишь в том же духе и пожалеешь, что вообще услышал о Хогвартсе.
Драко раздраженно вернулся к завтраку, и Оливер ухмыльнулся.
- Обожаю быть учителем, - удовлетворено произнес он. – Это в сто раз лучше, чем быть студентом.
- Близнецы и вправду тебе рассказали? – отчаянно спросила Гермиона. – Кому еще?
- Немногим, - уверил ее Оливер. – Только, ну, Биллу и Чарли… и Ли… и Анджелине, Алисии и Кэти, - Гермиона тяжело вздохнула. – И… э, Тонкс, - добавил он.
Гермиона застонала и уронила голову в ладони. Оливер похлопал ее по спине, но быстро остановился, заметив пронизывающий взгляд Гарри.
- Не волнуйся об этом, ладно? Оно не стоит того, чтобы расстраиваться. Как бы то ни было… ты все-таки встречала Снейпа или нет? Его никто не видел со вчерашнего дня, после того, как он отвел вас в кабинет Дамблдора, а когда стучались к нему в дверь, ответа не было. МакГонагалл взломала пароль к его комнатам…
- Что она сделала? – удивленно прервали Гарри, Гермиона и Драко.
- Она… ну, они со Снейпом большие приятели – когда дело не касается квиддича – и она достаточно хорошо его знает, чтобы угадать большую часть паролей. Она была там сегодня утром и сказала, что прошлой ночью, он, похоже, там не ночевал. Поппи – ну, знаете, мадам Помфри, я стараюсь называть учителей по именам – сказала, что сегодня он должен был сварить еще Бодроперцового зелья.
- Хм, я тоже не видела его со вчерашнего дня, - сказала Гермиона. – Но я уверена, что он объявится. Ему все-таки идет четвертый десяток, быть может, он просто не привык оставлять записки, если решил навестить друга на выходных.
- Гермиона, мы говорим о Снейпе, - скривился Оливер. – У него нет друзей, и он не исчезал на такой срок с тех пор, как умер Сами-Знаете-Кто.
- Ну, я бы не беспокоился, - произнес Гарри. – Он еще появится. А может, он уволился, кто знает? – добавил он с надеждой.
Оливер ухмыльнулся:
- Если бы так. Он совершенно кошмарный… правда, в последнее время стал чуть лучше. Все еще ублюдок, но теперь не постоянно, понимаете? Короче… мне нужно идти, надо позавтракать и подняться в кабинет – у меня там огромная стопка домашних работ для проверки.
- Постой, ничего нового про то, как ее убрать? – спросила Гермиона.
- Ты про цепь? Нет, пока нет. Мы поговорили со свидетелями и знаем, какие соединились заклятья, но не знаем, во что они соединились и как нейтрализовать эффект. Мы с Минервой работаем над этим больше всего, - сказал Оливер. – Мы с ней прекрасно понимаем, что вы легко можете друг друга поубивать… но и остальные тоже работают, и Флитвик шевелит мозгами. Я уверен, что скоро мы ее снимем… о, вы слышали слухи, которые витают вокруг?
- Например? – спросил Гарри.
- Что Гермиона бросила Рона ради тебя, что она превратила Малфоя в тыкву во время дуэли в Большом зале, что она убила Снейпа…
- Что? – воскликнула Гермиона.
- Ну, его ведь никто не видел, - пожал плечами Оливер, - все, что известно – он появился, когда вас двоих ударило заклинанием, а теперь его нет. Вокруг носятся самые сумасшедшие слухи… и, Гермиона, все студенты как-то узнали о твоей татуировке…
- Что?! – взревел Гарри.
Драко захихикал, предвкушая споры и объяснения по поводу того, как именно преподаватель защиты от темных искусств узнал о татуировке на заднице Гермионы. Все в Большом зале с любопытством взглянули на их компанию.
Гермиона и Оливер в ужасе уставились друг на друга, Оливер ярко покраснел, а Гермиона ужасно побледнела. Гарри широко распахнул глаза от злости и неверия, он буравил взглядом затылок Гермионы.
- Ты ему не рассказала? – слабо спросил Оливер.
- Заткнись! – прошипела Гермиона.
- Э… ну, в-видишь ли, - заикаясь, начал Оливер. Он нервно сглотнул и потер загривок. – Это, ну… это как бы так, Гарри, э… пока!
Оливер вскочил и, не оглядываясь, выбежал из зала.
Драко разразился хохотом, а Гермиона уставилась вслед Оливеру, не осмеливаясь посмотреть на Гарри и отказываясь верить, что Оливер оставил ее разбираться с тем, что сам натворил. Старательно приняв выражение лица «Я-твоя-лучшая-подруга-и-ты-меня-любишь-и-лелеешь», Гермиона медленно развернулась.
- Итак, - выплюнул Гарри, когда она, наконец, оказалась к нему лицом, - ты не только соврала мне, но еще и показывала свою задницу ему?!
- Ш-ш, - зашипела она, когда по всему залу послышались перешептывания. – Нет, я… ну хорошо, я… Гарри, пожалуйста, не… пока!
Решив, что она тоже может последовать примеру Оливера, Гермиона вскочила из-за стола, подбежала к Драко, схватила его сзади за мантию и потащила из зала так быстро, насколько это было вообще в человеческих силах.
- Нет, ты не убежишь! – воскликнул Гарри и бросился вдогонку за паникующей Гермионой и хохочущим Драко.

Примечание переводчика:
* "Звените, колокольчики" (‘Jingle Bells’) – самая известная рождественская песенка в США (определение из словаря ABBYY Lingvo).


Глава 14. Надутый болван


- Гермиона! А ну, вернись!!! – проорал Гарри, когда Гермиона вытащила Драко на улицу.
- Гарри, пожалуйста, успокойся! – умоляла она, обгоняя группу гуляющих второкурсников.
- Я и так спокоен!!! – проревел Гарри так громко, что второкурсники подпрыгнули и разбежались, когда он приблизился.
- Я могу объяснить! – завопила Гермиона, но, похоже, она не собиралась этого делать, так как удирала от Гарри со всей возможной скоростью.
- Уж ты постарайся! – закричал Гарри, несясь за ней. – Гермиона Грейнджер, остановись немедленно!
Гермиона случайно направилась в сторону озера и вскоре обнаружила, что деться ей некуда, разве что отправиться на знакомство с гигантским кальмаром. Она, наконец, остановилась и повернулась к Гарри, что позволило Драко свалиться на землю, так как он продолжал трястись от смеха.
Гарри остановился примерно в метре от нее – достаточно близко, чтобы схватить, если она снова попытается убежать (что было маловероятно, учитывая лежащего на земле Драко, который был не в состоянии даже встать, не то, что бежать куда-то).
- Гермиона, - холодно произнес Гарри, - ты всегда хранила секреты от нас с Роном. В начале меня это не особенно волновало – свои тайны были у каждого из нас – но теперь это старо. Маховик Времени. То, что Люпин – оборотень. Рита Скитер. А теперь это Снейп, и татуировка, и чертов Оливер Вуд… только богам известно, что еще ты от меня скрыла, но клянусь, Гермиона, лучше бы тебе рассказать, что здесь происходит, прямо сейчас!
Гермиона повесила голову.
- Мне… мне очень жаль, Гарри. Я… ты прав, я не должна хранить тайны от лучших друзей, но… ну, это просто неудобно, про татуировку, и я не думала, что это так важно… я сделала ее прошлым летом.
- С каких это пор ты относишься к тем, кто делает себе татуировки? – недоверчиво спросил Гарри.
- Я не отношусь! Просто… Гарри… ты знал, что у меня есть друзья?
- О чем ты? Я - твой друг.
- Нет… еще одни друзья. Друзья, которые были до Хогвартса. В маггловском мире. Целая компания… но с тех пор, как я отправилась в эту школу, нам не удавалось часто видеться, или даже разговаривать. Не так-то легко найти способ посылать письма с совами магглам, да так, чтобы они ничего не заподозрили. Но… суть в том, что этим летом, когда, наконец, можно было без опасений вернуться домой к родителям и друзьям… мы с ними гуляли. И они выросли, Гарри, им больше не по одиннадцать лет, как было, когда я уехала в Хогвартс. Последний раз до этого мы виделись перед четвертым курсом.
- И как это ведет к татуировке?
- Ну… мы много разговаривали о том, чтобы остаться друзьями навсегда, понимаешь? О том, что, неважно, как мы далеко друг от друга, мы всегда будем дружить. И… и мы немного тусовались, ничего такого, чуть-чуть выпивки, музыка… но один из них предложил сделать что-то, показывающее, что мы друзья. Сначала мы говорили о футболках, но кто-то еще сказал, это должно быть что-то постоянное. И они решили стать побратимами.
- Это когда протыкают пальцы и смешивают кровь? – спросил Гарри.
- Да. Правда, ужасная идея, со всеми маггловскими болезнями… но ведь я еще и ведьма, в моей крови есть магия, так что я не смогла бы это сделать, не нарушив около шести законов. И тогда кто-то предложил татуировки.
- И ты согласилась? – недоверчиво спросил Гарри.
- Я… ну… Гарри, этим летом все было по-другому. Я только что спасла мир, и была в эйфории, и гордилась собой… но при этом не все было так хорошо. Я все думала, как стану жить в магическом мире и покину мир магглов, и вот я окружена этим миром и людьми, с которыми выросла… я хотела что-то, показывающее, что это все равно часть меня, что-то… да ради бога, заткнись уже, Малфой!
- Продолжай, - подтолкнул Гарри. – Теперь к Вуду.
- Эта идея всем понравилась, и я сдалась. Мы сделали одинаковые татуировки. Мы хотели что-то связанное с силой и красивое, и эй, роза, кинжал… то, что нужно. Я не знаю, как это случилось. Потом я была в ужасе, в полнейшем, и дала себе обет, что никогда никому не расскажу, но когда я вернулась на площадь Гриммо к твоему дню рождения, ее увидела Джинни, мы ведь жили в одной комнате, и… и… так все и случилось. Мне жаль, что я тебе не рассказала. Просто… мне жаль.
- Хорошо, - Гарри глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться теперь, когда Гермиона с ним честна, - давай дальше. Когда именно ее увидел Оливер?
- Э… - казалось, Гермиона хочет отвечать на этот вопрос еще меньше, она даже оглянулась, спрашивая себя, так ли плохо встретиться с гигантским кальмаром. – Ну… ты, ну, ты помнишь Чемпионат мира по квиддичу? Летом перед четвертым курсом?
- Ого, какое у тебя летом насыщенное время, - заметил Драко.
- Закрой свой рот!!! – закричал Гарри, наконец, высвобождая свою злость.
Драко начал было отвечать, но тут его рот сам с собой закрылся, и губы выпучились наружу.
- Какого…? – Гермиона уставилась на его губы, которые по размеру теперь подошли бы скорее Грохху.
Драко издал горлом полузадушенный звук… и его нос вырос еще больше, чем губы, за ним последовали уши, глаза и, медленно, остальная часть головы.
Драко что-то мычал, когда его голова, размером почти такая же, как и остальная часть туловища, начала подниматься в воздух. Гарри и Гермиона в ужасе смотрели на него.
Драко стал размахивать руками и ногами, когда тело последовало за головой. Через несколько секунд Драко был в воздухе, легкий зимний ветерок медленно уносил его к замку… и в то время, как он поднимался все выше, поднималась и рука Гермионы.
- О нет, - прошептал Гарри, вспомнив, как надул тетушку Мардж, и зная, что его ждут большие неприятности.
- Гарри! – завопила Гермиона, возвращая его к настоящему. Драко начал поднимать ее с земли, как большой воздушный шар. Приготовившись к неизбежному, Гермиона подпрыгнула и крепко вцепилась в ноги Драко, она не хотела висеть на одной руке. Это замедлило того, но ненамного: он продолжал подниматься все выше и выше.
- Гермиона! – выкрикнул Гарри и, разбежавшись, прыгнул, обхватывая ее вокруг коленей. Он понадеялся, что это опустит Драко вниз… но веса Гарри и Гермионы было просто недостаточно.
- Поттер! – вскрикнул Драко, теперь снова способный говорить – и громкость его голоса увеличилась пропорционально размерам головы. – Какого черта ты наделал?!
- Правь к замку! – закричала Гермиона. – Мы влезем в окно!
- Не волнуйся! Кажется, я знаю, как его сдуть! – воскликнул Гарри, ничего подобного не зная, но горя желанием попробовать, прежде чем они улетят в голубую даль… и дальше, к голубому океану. Он не был привязан к Драко, в отличие от Гермионы, но скорее бы умер, чем отпустил ее.
- Нет! – завопила Гермиона. – Мы слишком высоко! Мы упадем! И не доставай палочку, можешь уронить!
Гарри застонал, понимая, что она права, хоть ему это и не нравится. Они были метрах в десяти над землей, и прыгать стало слишком опасно. С ушибами можно справиться, но если приземлиться неправильно – например, на шею – можно заработать что-нибудь неизлечимое, а то и вовсе умереть, и тогда ни мадам Помфри, ни целители Святого Мунго не смогут ничего сделать. Кроме того, он не может просто позволить Гермионе улететь в закат вместе с Драко, а из-за цепи невозможно избавиться от Драко без того, чтобы избавиться и от Гермионы, что, по мнению Гарри, было бы крайне досадно.
- Горгулья! Горгулья!!! – закричал Драко, когда они приблизились к одной из башен.
- А-а-а-а-а!
- Давай влево!
Гарри изо всех сил качнулся влево, и они еле-еле миновали каменные крылья горгульи.
- Туда! Правь туда! – крикнула Гермиона.
- Куда? – переспросил Гарри, он, как и Драко, не мог увидеть, куда она показывает. Обзор Гарри загораживала юбка Гермионы, а Драко было сложно вертеть огромной головой.
- Туда! Там открытое окно!
Гарри начал раскачиваться вперед и назад, чтобы приблизиться к окну над ними и уцепиться за что-нибудь ногами… и тут он увидел, как за окном меряет шагами комнату один из четырех людей, ответственных за все это – Оливер Вуд.
Гарри было плевать, что за тайны хранит Оливер, и как они касаются Гермионы, и что он сделал с ней на Чемпионате мира по квиддичу, и как он увидел татуировку, которую она поставила этим летом; все, что ему сейчас было нужно – спуститься вниз.
- Вуд! Помоги!
- О нет, только не Оливер, - тихо простонала Гермиона.
Оливер удивленно огляделся, прежде чем заметить за окном надутую голову Драко, который поднимался все выше и выше, но при этом приближался к окну, Гермиону, с закрытыми глазами вцепившуюся в ноги Драко, и наконец, Гарри, который одной рукой крепко обхватил колени Гермионы, а второй тянулся в сторону Оливера.
Оливер подскочил к окну. Он не успел схватить Гарри за руку, но зато поймал его ногу и потянул на себя. Оливер уперся в стену под подоконником сначала одной ногой, затем второй и тянул изо всех сил, сражаясь с силой, что тянула голову Драко вверх.
- Что тут у вас происходит? – потребовал ответа Оливер, затащив ноги Гарри в окно. Теперь Гарри был достаточно внутри, чтобы Оливер тянул его за талию, пока Гарри пытался подтащить ближе Гермиону.
- Позже, - пропыхтел Гарри.
Оливер втянул Гарри достаточно, чтобы тот мог встать.
- Хватай Гермиону и держи ее, чтобы я смог развернуться, - сказал Гарри.
Оливер потянулся и ухватил Гермиону за ступню:
- Держу.
Гарри отпустил ноги Гермионы, развернулся и снова потянулся к ней, но прежде чем он смог схватить ее, туфля Гермионы соскочила, обеспечив для Гермионы и Драко эффект рогатки.
- Гермиона! – закричал Оливер, болезненно приземлившись на спину и все еще сжимая туфлю. Гарри попытался схватить Гермиону, но не успел и чуть не выпал из окна.
- А-а-а-а-а-а-а-а-а! – завопила Гермиона, когда они с Драко взмыли вверх.
- А-а-а! – взвизгнул Драко. Он пытался поднять руки, чтобы оттолкнуться от башни, в сторону которой они с Гермионой сейчас летели.
- Оливер! Будь он проклят! – вопила Гермиона. – Я так и знала, когда он стал учителем…
- Заткнись, Грейнджер! Мне нет дела! – выкрикнул Драко, когда его голова стукнулась о башню.
- Я не смогу держаться долго, - захныкала Гермиона, жалея, что не отрезала ему руку с самого начала. Тогда Рон бы не злился, Гарри не узнал о татуировке, а Оливер бы не проговорился, что видел эту самую татуировку. Даже если Гермиону спасут, она попадет в такие неприятности…
Тут Гермиона почувствовала, как что-то обвилось вокруг ее лодыжки, и она остановилась так резко, что чуть было не отпустила ноги Драко. Посмотрев вниз, она увидела, что нечто, похожее на светящуюся голубую веревку, прочно привязано к ее лодыжке и тянется вниз к окну кабинета защиты от темных искусств. Метрах в десяти внизу можно было увидеть, как Оливер и Гарри затягивают эту «веревку» в кабинет.
- Беру назад все, что сказала плохого об Оливере, - облегченно выдохнула Гермиона, благодаря всех богов, которых только знала, за Оливера Вуда, так как заклинание, удерживающее ее, было слишком продвинутым для Гарри. – Он замечательный. Он потрясающий. Он…
- Мне все равно нет дела, Грейнджер, - устало сказал Драко, слегка успокоившись и попытавшись расслабиться теперь, когда их должны были спасти.
В кабинете Гарри и Оливер медленно втягивали наколдованную веревку внутрь – что было не так-то легко. Гермиона и Драко вместе были не очень-то легкими, плюс ветер и стремление головы Драко увидеть мир с высоты птичьего полета еще больше усложняли дело.
- Я… подумал… - выдохнул Гарри, - кажется… Малфой… не пролезет… в окно.
- Разберемся… когда… спасем Гермиону, - пропыхтел Оливер. – Гарри… возьми это… и привяжи к… чему-то тяжелому…
Оливер всегда был крепким, так что он мог удержать веревку один. Гарри схватил ее конец, на котором болталась волшебная палочка Оливера, и огляделся в поисках чего-то достаточно тяжелого, чтобы удержать Гермиону и Драко, пока Гарри и Оливер будут тянуть их внутрь.
- Поторопись, - сказал Оливер. – Кажется… его голова увеличивается.
Гарри, наконец, остановился на большом письменном столе красного дерева. Он рванулся вперед и быстро привязал веревку к письменному столу, но так чтобы не повредить волшебную палочку Оливера.
- Все, привязал, - крикнул он и пошел обратно, чтобы помочь Оливеру…
Но споткнулся о светящуюся веревку, врезался в Оливера, и оба они отлетели в сторону.
Гермиона почувствовала легкий рывок, но не успела удивиться этому, как снова взмыла вверх. Она услышала два потрясенных крика, какой-то грохот и звон и страдальческое: «Мой стол!!!».
Сильный рывок за ногу чуть не сорвал ее с Драко, и Гермиона поняла, что падает с пугающей скоростью. Она зажмурилась, уверенная, что голова Драко как-то сдулась, и они сейчас врежутся в землю…
Затем они снова начали подниматься, как будто отскочив от невидимой поверхности, и, наконец, остановились. Только тогда Гермиона открыла глаза и огляделась.
Они висели в воздухе метрах в пяти от стены, где находилось окно Оливера, а под ними, где-то в пятнадцати метрах внизу, наполовину увяз в земле большой письменный стол, очевидно, принадлежащий Оливеру.
- Гермиона! – проревел Гарри из окна. – Ты как?
- О, все отлично, Гарри! – завопила Гермиона. – Все просто потрясающе!
- Держись! – прокричал Гарри.
- Да что ты говоришь, Поттер! – крикнул Драко, его голос эхом отразился от земли.
- Гермиона, я сейчас! – послышался новый голос, и Гермиона удивленно оглянулась.
Верхом на метле к ним летел Рон.
- Рон!!! – завопила она счастливо. Драко застонал.
Рон остановил свой Чистомет рядом с Гермионой и криво улыбнулся:
- Стоило оставить тебя на две секунды, и посмотри, что случилось, - он потряс головой.
- Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! – закричала Гермиона, готовая расплакаться от облегчения. Она хотела обнять его, но знала: если отпустит Драко, ей станет очень больно.
Рон посмотрел на Гермиону: крепко держится за Драко, голова между его коленей, что-то голубое и светящееся обернуто вокруг лодыжки. Волосы еще пышнее, чем обычно, растрепанные ветром, а выражение лица можно описать только как несчастное. В общем, Гермиону очень хотелось пожалеть. Рон взглянул на Драко, который изо всех сил старался посмотреть на него свысока, но не преуспел из-за радостного настроения и размера головы.
- Взбирайся, - сказал Рон, опустив метлу под Гермиону и позволив ей сесть. Она отпустила ноги Драко, чтобы схватить его за лодыжку.
- О, спасибо тебе, - выдохнула Гермиона, отклоняясь назад и прижимаясь к Рону. Он обнял ее за талию, и Гермиона переплела свои пальцы с его, другой рукой крепко держа Драко.
Рон направил метлу вниз, и Гермиона зажмурилась (она не была большой поклонницей полетов, и на один день с нее было более чем достаточно).
- Кстати, Малфой, - позвал Рон, - неплохо выглядишь. Теперь твоя голова соответствует твоему самомнению.
- Оба больше, чем должны быть, - хихикнула Гермиона, чувствуя себя почти счастливой. Рон вернулся к ней, кризис предотвращен, и у нее мелькнула мысль, что Оливер сам виноват в происшествии со столом – не надо было проговариваться о том, что видел ее татуировку.
Они достигли земли, но не знали, что делать дальше: даже Гермиона не умела сдувать головы, и они не могли войти в замок – все, что удерживало их – это стол и сила метлы. Но из-за того же стола они не могли лететь дальше на метле.
- Что теперь? – спросил Рон.
- Хмм, - задумалась Гермиона. Она оценивающе посмотрела на стол и достала волшебную палочку.

***

Сегодня у мадам Помфри был замечательный, свободный от пациентов день. Ей не нужно было лечить учеников с тех пор, как она удалила чешую у гриффиндорской троицы, и она наслаждалась самыми мирными выходными с начала года. Мадам Помфри сидела у себя в кабинете, ноги на столе, чашка успокаивающего чая с ромашкой в одной руке, старый номер Ведьмовского Еженедельника – в другой, когда услышала голос своего самого частого пациента:
- Гермиона, мне очень, очень, очень жаль!
Стон, который издала мадам Помфри, мог принадлежать скорее раненому животному, чем сердитой медсестре. Устало отложив чай и журнал, она встала и повернулась посмотреть, что такое ужасное случилось с Гарри Поттером теперь… и раскрыла рот.
Рон Уизли и Гермиона Грейнджер слезали с Чистомета Девять рядом с выходом, Гермиона – потрепанная, а Рон – скорее веселый. Рядом с Гермионой стоял Гарри, он, похоже, чувствовал себя ужасно виноватым из-за чего-то. У дверного проема находился Оливер Вуд, который разрывался между тем, чтобы убежать (почему-то он не переставал встревожено поглядывать на Гарри), успокоить Гермиону и проверить состояние большого письменного стола. Стол, покрытый травой, грязью и разбитым стеклом, был привязан к ноге Гермионы заклинанием Павориана и блокировал нижнюю часть дверного проема. Верхнюю часть проема блокировала огромная голова, которая, похоже, не могла пройти в дверь. Все, что было видно мадам Помфри – это светлые волосы, но понять, кто это, было несложно, так как его правая рука тянулась к левой Гермионы, без сомнений присоединенная невидимой цепью.
- Ну все, с меня довольно, - раздраженно произнесла мадам Помфри. – Если вы останетесь на второй год, я уволюсь.


Глава 15. Возвращение близнецов Уизли


Остаток дня Гермиона наслаждалась жизнью. Гарри чувствовал себя очень виноватым из-за того, что заставил ее пройти через такое испытание. Он ни разу не упомянул татуировку, Оливера или Снейпа (кроме вины сказалось и присутствие в палате Рона), к тому же весь день оказывал ей разные мелкие услуги и вообще был милашкой. Рон тоже был очень внимателен, частично – так как только что помирился с Гарри, частично – чувствовал и свою вину, потому что бросил Гермиону разбираться с Малфоем одну. Оливер оставался недолго и чувствовал себя неловко. Когда Гермиона уверила его, что с ней все в порядке, Оливер умчался решать проблему со столом.
Но круче всего было то, что Малфоя, после того как удалили часть стены, чтобы он мог пролезть, а затем восстановили ее очень продвинутой магией, привязали к больничной койке и запретили разговаривать, пока мадам Помфри пытается найти лекарство.
- Будет неприятно, если он взорвется и забрызгает вас, - устало сказала медсестра, - и я не уверена, как уменьшить одну только голову… нужное средство уменьшает тебя целиком… хмм…
Гарри, Рон и Гермиона переглянулись и расхохотались, представив себе маленького Драко с головой обычного размера. Драко сердито посмотрел на них, но промолчал, чтобы не прерывать поиски лекарства мадам Помфри.
Незадолго до ужина мадам Помфри, наконец, нашла необходимое средство. Она вышла из кабинета с огромной книгой по колдомедицине в руках и триумфально воскликнула:
- Все что нам нужно сделать – намазать его голову специальным зельем и посыпать корицей.
- Что?! – взвизгнул Драко.
Так что, вдобавок к хорошему отношению друзей и тому, что Малфою приказали молчать, Гермиона любовалась тем, как он дуется, пока его голову смазывают ярко-розовым зельем.

***

Оливер брел в свой кабинет, его заляпанный грязью, полуразвалившийся, когда-то великолепный стол летел позади. Оливер любил свой стол. Очень. А теперь придется сильно постараться, чтобы вернуть ему прежний вид.
И как будто стола было недостаточно, ему придется иметь дело с тем, что Гарри, когда его вина пройдет, обязательно захочет знать, откуда же Оливеру известно про татуировку. Не нужно быть гением, чтобы понять: детали не понравятся ни Гарри, ни Рону. Оливер не хотел расстраивать Гарри, он был ему многим обязан. Если бы Гарри не выиграл для Гриффиндора кубок по квиддичу, никто в профессиональном квиддиче не узнал бы про команду Оливера, а тогда попасть в Пэдлмор было бы гораздо сложнее. Кроме того, Оливер считал Гарри своим другом, как и Рона с Гермионой, хотя Гермиона явно чувствовала себя неловко рядом с ним с тех пор, как Оливер начал преподавать. Он предвкушал, как встретится с Гермионой в Хогвартсе – и был весьма разочарован, что она встречается с Роном, хоть и попытался с этим смириться. А теперь, если Гарри или Рон узнают, чем Оливер с Гермионой занимались в прошлом, неизвестно, чем все закончится.
Он глубоко задумался и не сразу понял, что с ним кто-то разговаривает – точнее, двое кого-то: Фред и Джордж Уизли.
- Оливер? Ты что это делаешь? – спросил Фред, с любопытством переводя взгляд на парящий стол.
- А… ничего, - поспешно ответил Оливер. – А вы тут откуда?
- Услышали, что здесь много интересного происходит, - сказал Джордж.
- Вообще-то, мы собирались проведать Сыча и бесплатно позавтракать… - признался Фред.
- Но у хижины Хагрида столкнулись с Роном…
- И он рассказал нам обо всем, что тут происходит, - продолжил Фред. – Ну знаешь, война шуток, Снейп, Гермиона, Малфой, а теперь эта цепь…
- Все рассказал? Даже про татуировку? – пораженно воскликнул Оливер.
- Какую татуировку? – нахмурился Джордж. – Не припоминаю ничего о татуировках, а ты, Фред?
Фред потряс головой, и близнецы с ожиданием уставились на Оливера.
- Э, - Оливер нервно сглотнул. Он захотел себя пнуть: ну конечно Рон не рассказал про татуировку, он ведь даже не знал про нее. – Ну… я… я тоже не знаю, о чем это все говорят! Надеялся, что вы объясните.
Близнецы одновременно скептически приподняли брови, что выглядело жутковато. Оливеру вдруг захотелось медленно отступить, завернуть за ближайший угол и бежать отсюда так быстро, как он еще никогда не бегал. Он улыбнулся как можно невинней, и близнецы одновременно скрестили руки на груди. Оливер внезапно понял, что сейчас будет. Близнецы собирались вытянуть из него все самые страшные и темные тайны, если Оливер не расколется и объяснит все, либо не смоется.
- Ну, мне нужно вернуть стол обратно в кабинет, - торопливо произнес Оливер, развернулся и пошел так быстро, как мог, не срываясь на бег.
Но прежде чем он ушел далеко, Фред схватил его за руку.
- Твой кабинет в другой стороне, - сказал он.
- Да, почему бы нам тебя не проводить, чтобы ты не заблудился, - Джордж взял его под другую руку.
Оливер вздохнул и позволил своим старым друзьям отвести его к кабинету, признавая поражение.
«Себе на заметку, - подумал он измученно, - нужно научиться делать правдоподобные отговорки».

***

Незадолго до отбоя мадам Помфри выгнала Гарри и Рона из больничного крыла, и они пообещали вернуться рано утром. Пару часов Гермиона готовилась к контрольным работам (Гарри сам предложил принести ей книги), которые начинались в понедельник, а затем решила лечь спать. Она улыбнулась, взглянув на огромные розовые лицо и волосы Драко, и закрыла глаза.
Чтобы распахнуть их через две секунды от крика: «Герми!», после которого на ее живот приземлилось что-то большое и тяжелое.
- О-о-о, - застонала она и увидела, что поперек нее лежит Фред Уизли. – Фред, что?..
- Герми!
- Нет! О-о-о!
Джордж тоже запрыгнул на кровать, и близнецы ухмыльнулись в ответ на ее разгневанный вид.
- Вы что тут делаете? – потребовала ответа Гермиона.
- Пришли за обещанным – ты просила заняться с тобой сексом в библиотеке, забыла? – сказал Фред так, словно это совершенно очевидно.
Гермиона сердито на него посмотрела, а Драко фыркнул от смеха.
Фред и Джордж повернулись посмотреть, откуда исходит звук, и отскочили при виде огромного розового парящего шара в форме головы Драко, наблюдающего за ними.
- А-а-а!!! – взвизгнул Джордж, инстинктивно подался назад и упал с кровати.
- Это еще что за чертовщина?! – потребовал ответа Фред, удерживая Гермиону между собой и Драко, так, на всякий случай.
- Это должен быть Драко Малфой, - ответила Гермиона, ее губы расплывались в улыбке, когда она видела лицо Драко, которое с этого угла (когда Фред держал ее как живой щит) выглядело еще забавнее.
- Господи Иисусе, Гермиона, что ты с ним сделала? – с любопытством спросил Джордж, вставая и осторожно разглядывая Драко.
- Ты должна научить нас этому, - жадно произнес Фред, без сомнений, думая о товарах для своего магазина.
- Это не я сделала, - хихикнула Гермиона. – Это Гарри и мадам Помфри.
- В войне шуток участвует мадам Помфри? Клево!
- А Хогвартс вправду изменился! Сначала Снейп, а теперь и Помфри?
Гермиона рассмеялась над их удивленными, но довольными лицами и начала объяснять, и даже их комментарии и шутки не раздражали ее. Близнецы оказались хорошей компанией – тем более, что Драко то и дело бросал на них сердитые взгляды: возможно, из-за них он не мог заснуть, плюс, ему не нравился предмет беседы (которая в основном вращалась вокруг того, как он получил от нее с Гарри и Роном, включая случай с надутой головой).
- Вот что Малфою действительно не нужно – это надуваться еще больше чем прежде, - пошутил Джордж и поерзал. Близнецы и Гермиона сидели «по-турецки» на ее койке.
- Да уж, - ухмыльнулась Гермиона.
- Но что было плохо – Рон улетел в середине нашего разговора, - сказал Джордж. – Он изливал свои чувства по поводу войны шуток и только добрался до самого интересного, а именно, почему он так зол на Гарри, как мы услышали чей-то крик…
- Очевидно, твой, когда Гарри и Оливер упустили веревку, - прервал Фред.
- … и Рон полетел на выручку, - закончил Джордж.
- Настоящее явление героя, - добавил Фред. – Крик девицы, попавшей в беду, решительное выражение на лице Роннички и затем: «Вж-жик»! Он воспарил на метле.
Гермиона хихикнула, представив себе эту сцену как в старом маггловском фильме. Затем она нахмурилась:
- Постойте… ни один из вас не удивился, что я прикована к Малфою.
- Мы знали, - пожал плечами Фред.
- Кто сказал? – потребовала ответа Гермиона, но близнецы не обратили внимания на резкий тон.
- Оливер, конечно же.
«Оливер? Я его убью!» - яростно подумала Гермиона.
- Да, и вот что странно – мы разговаривали с ним сегодня и упомянули, что Рон нам все рассказал… - начал Джордж.
- И Оливер спросил: «Даже про татуировку?»
- Ну конечно, мы захотели узнать больше…
- И когда Оливер попытался сбежать, мы притащили его в кабинет и выбили из него рассказ, - жизнерадостно закончил Фред, как будто тут не было ничего особенного. – Он передал слова Дамблдора о ссоре в директорском кабинете, потом рассказал кое-что о том, как втягивал тебя через окно… и, после небольшого, гм, поощрения, сообщил, что Гарри, очевидно, так разозлился на тебя за тайны, что случайно раздул Малфоя, - Фред наклонился к Гермионе поближе. – И одна из этих тайн связана с тем, что у тебя есть татуировка. Оливер почти ничего не сказал…
- Например, как он сам узнал об этом… - добавил Джордж.
- Но про это, естественно, мы и сами догадались…
- Так что интереснее всего нам было, почему именно ты из всех людей сделала татуировку…
- И мы пришли сюда, чтобы услышать это от тебя, - с блеском в глазах закончил Фред.
- Да нет никакой татуировки! – возмутилась Гермиона, скрестив руки на груди и зло глянув на Малфоя, который ей ухмыльнулся (хотя розовое зелье уменьшило эффект насмешки).
- Нет? – прищурился Фред, - Скажи-ка, твои коленки все еще боятся щекотки?
- А ступни? – ухмыльнулся Джордж.
- А живот?
- А шея?
Гермиона в ужасе уставилась на них. За эти годы она довольно много времени провела в компании близнецов – особенно, пока они были заперты на площади Гриммо, когда Гарри все еще оставался на Тисовой, Джинни проводила большую часть времени со своим любимым братом Биллом, а Гермиона и Рон постоянно ссорились. С близнецами было весело, а во времена Волдеморта ей частенько было необходимо посмеяться, и Гермиона много времени проводила с ними, даже если Джинни была свободна, а с Роном они еще не повздорили. К тому же, как единственные подростки в доме, они впятером много общались. Близнецы были одной из причин, по которым Оливер сблизился с Гарри, Роном и Гермионой, когда присоединился к Ордену. Фред и Джордж узнали о ней больше чем нужно, например, что она боится щекотки, наверное, больше всех на свете.
- Вы не посмеете, - сказала она неуверенно.
- Хочешь нас испытать? – весело произнес Фред.
Гермиона нервно перевела взгляд с Фреда на Джорджа. Прежде чем она смогла придумать ответ, близнецы прыгнули на нее. Фред начал щекотать ребра, Джордж – коленки, и Гермиона стала хохотать.
- О… ха-ха! Стойте! Я… ха-ха-ха! Хватит!
- Будешь говорить?
- Нет! Ха-ха-ха! Прекратите!
- А теперь?
- Нет! О…эй! Л-ладно, я скажу! Ха-ха! Хватит! Я расскажу! Хватит!!!
Гермиона обещала рассказать все уже минут семь, когда близнецы остановились. Гермиона, смеявшаяся слишком сильно, чтобы даже разозлиться, рассказала им всю историю, гораздо подробнее, чем Гарри, и обнаружила, что говорить об этом им гораздо легче. Близнецы посчитали рассказ шокирующим, но забавным, как и Джинни, только они, похоже… ну, уважали ее за это. То, что Гермиона сделала татуировку, – пусть даже она никогда не решилась бы на это при обычных обстоятельствах – внушало благоговение и заслуживало похлопывания по плечу не меньше, чем поддразниваний.
- Значит… это кинжал с розой вокруг него? – произнес Джордж, когда Гермиона закончила рассказ. – Почему вы выбрали именно эту татуировку?
Гермиона пожала плечами:
- Она очень симпатично выглядела… и не смейте просить на нее посмотреть! – добавила она, видя, что близнецы открыли рты с подозрительным выражением лиц. Очевидно, она угадала правильно, так как они захлопнули рты и с ухмылками переглянулись. – Не знаю… тогда я чувствовала себя такой… мятежной. Мои друзья были еще глупыми подростками, а я уже спасла мир… и мы хотели что-то красивое, но чтобы оно показывало, как наша дружба сильна – что-то прочное. Вообще-то, это я предложила. Она просто… подошла мне. Кинжал символизировал бойца, а роза смягчала его и делала рисунок красивым, и поэтичным, и как бы… мудрым.
- Как ты, - сказал Фред серьезно. Затем он широко улыбнулся. – Тогда остается только один вопрос – как же случилось, что ее увидел Оливер.
Гермиона зарделась:
- Не скажу. Хоть щекочите вечно. Я никогда, никогда в жизни никому не расскажу, понятно?
Близнецы переглянулись, пожали плечами, дали Гермионе время решить, что они смирились, и прыгнули к ней, снова безжалостно ее щекоча.
Но прежде чем Гермиона сдалась и выдала тайну, в больничное крыло из своих личных комнат вошла мадам Помфри.
- Что тут происхо… о нет! – простонала она при виде близнецов Уизли, которые не только отправили кучу народу в больничное крыло, пока учились в Хогвартсе, но и были сущим наказанием, если сами оказывались ее пациентами.
- Здрасте, мадам Помфри! Вы по нас скучали? – радостно воскликнул Джордж, и они с Фредом сели.
- А вы что тут делаете? – мадам Помфри сама стала похожа на несчастного ученика.
- У нас вечеринка в пижамах, разве не видно? – Фред наложил иллюзию на свою одежду, чтобы она выглядела как невероятно глупая бело-розовая «заячья» пижама, дополненная пушистыми и ушастыми тапочками-«зайчиками». Джордж последовал его примеру. – Мы приехали кое-кого навестить, и Дамблдор разрешил нам остаться.
Мадам Помфри потрясла головой:
- Просто… просто идите и ложитесь спать, ладно? – пробормотала она, развернулась и пошла в свою комнату.
Близнецы усмехнулись и повернулись, чтобы щекотать Гермиону дальше, но она уже вооружилась волшебной палочкой.
- Ну ладно же, - надулся Фред, - но знай, что есть другие, более действенные способы заставить тебя говорить!
- Да, и мы используем их сразу же, как только придумаем! – согласился Джордж.
Гермиона рассмеялась:
- Идите спать. Я устала. Где вы остановились, в одной из гостевых комнат?
- Сказать по правде, мы не планировали оставаться, - сказал Джордж. – Это было для Помфри, чтобы она нас не выставила. Мы хотели просто заглянуть, проведать несколько людей, поесть нормальную еду…
- Я же говорил, что нужно научиться готовить, прежде чем переезжать из маминого дома, - пробормотал Фред.
- … и отправиться домой, но мы можем и задержаться, - продолжил Джордж. Он огляделся. – Не возражаешь, если мы останемся в больничном крыле с тобой? Чтобы получить пароль для гостевой комнаты, придется будить Дамблдора… к тому же, я никогда не устану смотреть вот на это, - он указал на розовую голову Драко, которая постепенно уменьшалась, но была все еще большой.
- Разве что ты дашь нам пароль к своей комнате, и мы сможем остаться там, - ухмыльнулся Фред.
- Я дам вам пароль только когда поставлю капканы у всех входов, - сухо ответила Гермиона. – Давайте, спите тут, я не возражаю. Вообще-то это даже хорошо, не хочу оставаться одна с Малфоем.
- И пока мы говорим о хорошем – хочешь заняться сексом в больничном крыле, раз уж библиотека тебя не привлекает? – спросил Фред, подвигав бровями вверх-вниз.
- Ох, заткнись, Фред, - засмеялась Гермиона и столкнула его с кровати.


Глава 16. Семь лет подавляемой злости


Гарри и Рон заявились в воскресенье ни свет ни заря вместе с Джинни, которая уже знала о вчерашних событиях, и очень сожалела, что все пропустила. Пришел и Оливер, он чувствовал себя обязанным проведать Гермиону. К счастью, близнецы уже пошли навестить своих друзей, так что никто не заставлял Оливера и Гермиону в чем-то сознаваться. Голова Драко почти вернулась к своему обычному размеру, но сам он был весь в комьях свернувшегося розового зелья и не переставая ворчал.
- Я принесла вам сменную одежду, - жизнерадостно сообщила Джинни Гермионе, протягивая юбку, которую Гермиона никогда не носила (из-за слишком маленькой длины), и обтягивающий джемпер с большим вырезом, а также нижнее белье, носки и мантию. Гермиона закатила глаза, но взяла все без возражений, и они стали решать, как Гермиона и Драко будут принимать душ в ванной комнате больничного крыла.
Для Гермионы все обернулось еще хуже, чем в первый вечер. Драко невольно всплывал к потолку, что означало: он может заглянуть через занавеску; поэтому за ним следили Гарри, Рон и – из всех людей – Оливер. Мадам Помфри попросила его как учителя остаться, пока она имела дело с четверокурсником, ноги которого покрылись большими зелеными нарывами. Гермиона мылась на рекордной скорости, постоянно поглядывая на Драко, чтобы убедиться, что он на нее не смотрит, и на края занавески, очень смущенная, что Гарри, Рону и Оливеру обязательно быть здесь. К тому времени, когда она собралась выйти, в голову Джинни пришла светлая идея временно ослепить Драко (чему он, понятное дело, не обрадовался, но не мог ничего сделать, так как Оливер согласился) и выгнать остальных парней из ванной комнаты, чтобы Гермиона смогла вытереться и одеться. Несмотря на то, что Драко не мог ничего увидеть, а Гарри, Рона и Оливера не было в комнате, Гермиона натянула все мигом, решив даже не надевать мантию (о чем пожалела позднее из-за мало что скрывающей одежды, которую выбрала Джинни).
Гермионе пришлось позволить Джинни сделать ей прическу, так как волосы были совершенно неуправляемы (ведь Гермиона не мыла их прошлым вечером). К тому времени как Джинни высушила ее волосы, и девушки сошлись на прическе (две косички, что было достаточно просто для Гермионы и достаточно миленько для Джинни), голова Драко уменьшилась до нормального размера, и он смог наконец смыть зелье. Драко очень разозлился, что Джинни лазила в его сундук, но так как не было другого способа достать сменную одежду, не показывая половине школы розовую голову, а Джинни не обращала на его разглагольствования никакого внимания, он вскоре перестал ругаться и быстро принял душ.
Вся компания покинула больничное крыло, занесла вещи Драко и Гермионы в их спальню и направилась на завтрак, попрощавшись с Оливером, который пробормотал что-то о домашних работах для проверки и поспешил в свой кабинет. По пути в Большой зал, на третьем этаже они встретили близнецов, сердечно приветствовавших Пивза, который прекратил погоню за какими-то второкурсниками, чтобы воссоединиться с собратьями-шутниками.
- Я скучал по вас, - печально произнес Пивз. – Никто больше не ценит искусство озорства так, как вы.
- Не волнуйся, Пивз, прежде чем уйти, мы выберем хороших, многообещающих первоклашек и подучим их розыгрышам, - торжественно пообещал Фред, и близнецы последовали в Большой зал вместе с гриффиндорцами и Драко.
Во время завтрака они все оживленно болтали, все, кроме Драко, который, с одной стороны, дулся, с другой – хотел спать (с раздутой, парящей в воздухе головой уснуть не так-то легко, знаете ли). Гермиона достала расписание, полученное от Оливера: менялось не особо много. У шести- и семикурсников было меньше предметов, так как после пятого года их можно было бросать, и обычно на занятии присутствовали все четыре факультета, а не один или два. Исключение составляли защита от темных искусств, чары и трансфигурация – наверное, самые важные предметы, и в условиях войны мало кто их бросил. У Гермионы уже были общие с Драко зелья, нумерология, чары и травология, а историю магии и астрономию оба бросили, так что изменить потребовалось совсем чуть-чуть. Она по-прежнему посещала большую часть общих предметов вместе с Гарри и Роном (ходивших на шесть из ее восьми дисциплин), за исключением трансфигурации, которая была у нее теперь общей со слизеринцами и хаффлпаффцами, чтобы Гермиона смогла посещать изучение магглов вместе с Драко.
После завтрака они отправились к Хагриду (пришлось угрожать Драко, пока он угрюмо не последовал за ними). Рон печально посмотрел на Сыча, который был теперь полностью совой сто девяносто пять сантиметров в высоту и все таким же сверхактивным (судя по тому, как он захлопал крыльями и попытался «нежно ущипнуть» Драко; тот запаниковал и чуть не наложил в штаны). Пока гриффиндорцы болтали с Хагридом, Драко вел себя пристойно и лишь иногда фыркал или смеялся. Он с интересом оглядывал хижину, так как бывал тут всего единожды (и был тогда отвлечен тем, что вместе с большинством четверокурсников прятался от хагридовых соплохвостов во время ухода за магическими существами). Потом они отправились на обед, и Гермиона как раз размышляла о том, какой сегодня хороший день, без всяких неприятных происшествий (если не принимать во внимание взгляды на нее и перешептывания во время завтрака, спасибо Драко и слухам), когда они подошли к Большому залу и застыли перед входом. В то время как за столами Равенкло, Хаффлпаффа и Гриффиндора сидело множество людей, столы Слизерина и преподавателей были совершенно пусты.
- Бежим! – вскрикнула Гермиона, уверенная, что слизеринцы задумали ужасную шутку для всей школы и как-то удержали учителей подальше.
Гарри, Рон и Драко развернулись вместе с ней, думая о том же самом, но близнецы не шевельнулись, а Джинни схватила Гермиону за руку.
- Не глупи, - сказала она спокойно. – Либо всем слизеринцам делают строгий выговор, либо кто-то что-то сделал с их гостиной – или с ними – и преподаватели пытаются это исправить.
- Да, я бы тоже так сказал, - Фред критично оглядел зал, как будто ища скрытые ловушки.
- И я – если бы они что-то сделали с Большим залом, то остались бы посмотреть на это, - добавил Джордж.
- Вы уверены? – спросила Гермиона, сомневаясь.
- Эй, если кто и должен знать о таком, то это мы, - успокоил ее Фред, и они вошли.
За столом им оставили довольно много места, так как никто из гриффиндорцев не испытывал желания сидеть рядом с Драко Малфоем.
Но когда они уселись, подошли Лаванда и Парвати и радостно улыбнулись Гермионе, подавившей стон. Когда о ней проходил очередной слух, Парвати и Лаванда подстерегали ее и наваливались с вопросами. Очевидно, они поняли, что на этот раз не смогут этого сделать, пока Гермиона не перейдет снова в их спальню.
- Привет, Гермиона, - проворковала Лаванда. – Как дела?
- Нормально, а у вас? – спокойно ответила Гермиона, надеясь, что они поскорее уберутся.
- Хорошо, - ответила Парвати, а Лаванда кивнула. – Ты слышала про слизеринцев? Кто-то наложил заклятье на дверь их гостиной: когда они входят или выходят, у них по всему телу вырастает красный и золотой мех.
Фред и Джордж стали насвистывать с невинным видом, одновременно ухмыляясь. Гермиона посмотрела на них с приятным удивлением, Гарри, Рон и Джинни захихикали, а Драко бросил на близнецов сердитый взгляд.
- Все учителя собрались внизу и пытаются это исправить, - добавила Лаванда. – Во всяком случае, так твердят слухи, - она выделила последнее слово и выразительно посмотрела на Гермиону.
- А разве Дамблдор не может сделать это в два счета? – нахмурился Гарри.
- Наверное, может, но поймали еще одного беглого Пожирателя Смерти…
- Кого? – одновременно спросили все.
- Кого-то по имени Мальсибер, - равнодушно ответила Лаванда. – Короче, как председателю Визенгамота, Дамблдору пришлось отправиться в министерство, чтобы с кем-то поговорить.
- Ты знаешь, кто именно его поймал? – спросил Драко.
- Да, женщина-аврор с забавным именем, Нимфа-что-то…
- Спасибо за новости, Лав, - вмешалась Гермиона, зная, что Лаванда ненавидит это прозвище, и надеясь, что до нее дойдет. Гермиона хотела узнать больше о поимке Мальсибера, но для такой информации у них были более надежные источники, чем Лаванда и Парвати. Что еще более важно, Гермиона считала, что подобную информацию не стоит слышать Малфою.
- Пожалуйста… мы… э, встречали слухи и о тебе, Гермиона, - отважилась Парвати.
- Если они как-то связаны с татуировкой или Снейпом, это неправда, - раздраженно ответила та.
Похоже, Лаванда и Парвати хотели сказать больше, но по выражениям лиц Гарри, Рона и Джинни поняли, что те не позволят докучать Гермионе вопросами, и разочарованные, ушли.
Гермиона закатила глаза:
- Как будет здорово, когда мне больше не придется жить с ними в одной спальне.
- О каких слухах про Снейпа и татуировки они говорят? – спросил Рон, недоумевая. Его не было в комнате, когда Драко рассказал о засосах, и в гостиной, когда Драко упомянул татуировку, а вчера он почти весь день был один, либо больничном крыле с Гермионой, и, следовательно, ничего не знал.
- Ну тот слух, о татуировке, которая у Гермионы на заднице, - ответил Фред, не подозревая о незнании Рона.
Гермиона подавилась тыквенным соком.
- О какой еще татуировке они, по-твоему, могут говорить? – добавил Джордж.
- Что еще за татуировка на заднице Гермионы? – потребовал ответа Рон.
- Да где ты был, Уизли? – Драко с удовольствием вмешался в разговор. – Благодаря мне об этом знает вся школа. Хотя, думаю, Вуд и Маленькая Крысли знали и раньше, - он с ликованием наблюдал, как краснеют шея и уши Рона. – Но полная история, похоже, известна только Поттеру, а также рыжим Труляля и Траляля*.
- Извините? – Рон зло уставился на близнецов, Гарри, Джинни и Гермиону.
- Но ты не волнуйся, Крысли, - добавил Драко, чтобы Рон точно взбесился. – О том, что Снейп поставил ей засосы, она не сказала никому, так что не чувствуй себя совсем забытым.
Рон распахнул глаза, и на его лице появилось выражение такого бешенства, что Гермиона слегка отодвинулась. Не говоря ни слова, Рон вскочил и сердито выбежал из зала.
- Я с ним поговорю, - сказали в унисон Гарри и Джинни, вскакивая на ноги.
- Мы тоже, - быстро добавили Фред и Джордж, поняв свою ошибку и зная, что единственный способ выжить – поскорее сбежать; но Гарри удержал их за плечи и силой усадил обратно.
- Ну нет, - решительно произнес он. – Вы как раз останетесь здесь и встретитесь с гневом Гермионы.
Гарри повернулся и поспешил за Джинни, которая пыталась догнать Рона.
- Нам очень жаль, Гермиона, - отчаянно взмолился Фред, когда у нее появилось почти то же выражение лица, что и у Рона.
- Мы не знали, что он не знает, - добавил Джордж.
- Если бы мы знали, то не сказали бы.
- Конечно, не сказали бы.
- Нет, честно!
Если бы не последние слова, Гермиона могла успокоиться. Но именно слова «нет, честно!» использовал Снейп, когда угрожал Драко бутылкой текилы, что привело к тому, что Джинни предположила, что Драко подумал, что Гермиона спала со Снейпом, что, возможно, привело Гарри к идее заставить Малфоя думать, что Гермиона и вправду спит со Снейпом. Если бы не это, Гермиона никогда не предложила бы Снейпу поставить ей на шею засосы, что мало того что смущало ее, но еще и грозило разрушить их с Роном отношения, который пережил бы татуировку, но наверное никогда не простит ее за то, что было у нее со Снейпом, потому что не поймет. Следовательно, Гермионе грозит опасность остаться одной, а все из-за слов «нет, честно!» и, частично, из-за близнецов Уизли.
- Мы бы не стали делать такого с нашим братом, или с тобой, правда! – настаивал Фред, когда Гермиона нахмурилась еще больше.
Наверное, стоит заметить, что мозг Гермионы был похож на административное здание. Одна его часть была полностью посвящена информации и, образно говоря, состояла из шкафов с документами, а управляла этой частью менее эмоциональная версия Гермионы. Так что нельзя сказать, что Гермиона не слышала оправданий близнецов, просто в данный момент они ее не заботили. Соответственно, эти призывы были сложены в маленькую папочку с надписью: «Близнецы Уизли» и уложены в шкаф, помеченный: «Со временем простить», прямо между папками «Корнелиус Фадж» и «Тот, кто изобрел туфли на шпильках».
Фред и Джордж увидели, как Гермиона тянется за волшебной палочкой, и быстро взмахнули своими, выкрикнув: «Протегара!»
Посвященная информации часть мозга Гермионы распознала это как очень продвинутые и сложные щитовые чары, блокирующие большинство проклятий на добрые пять минут; близнецов им научили в Ордене Феникса, когда Фред и Джордж сбежали из школы и присоединились к нему. Гермиона обратилась к части своего мозга под названием: «Логика и стратегия» и поняла, что щит блокирует только заклятья, но не острые предметы.
Гермиона потянулась за вилкой и ножом – и обнаружила, что у всех тарелок поблизости от нее лежат только ложки. Оказывается, она не заметила, как близнецы, предвидев подобную реакцию, стащили все опасные столовые приборы, что были поблизости.
«Ложки – тоже оружие!» - воскликнула стратегическая часть Гермионы. Она схватила свою и огляделась в поисках снарядов, намеренная добраться до Фреда и Джорджа, пусть и маггловским способом.
«Ага! Картофельное пюре!»
Встав и набрав полную ложку восхитительного пюре (без сомнений, приготовленного рабами-эльфами, что разозлило ее еще больше), Гермиона прицелилась во Фреда (который должен был умереть первым, так как именно он произнес плохие слова «нет, честно!»), отклонила чашечку назад на сорок пять градусов и отпустила. С еле слышным свистом пюре прочертило воздух, пролетело через невидимый магический барьер, окружающий Фреда, и размазалось у него по лбу. Пока Фред пытался справиться с потрясением, другой комок пюре шлепнулся в лицо Джорджа, и тут, внезапно, логическая часть Гермионы, слегка искаженная яростью, снова взяла контроль.
«Во всем виноват Малфой».
Так что третий, гораздо больший ком пюре шлепнулся в лицо хохочущего Драко Малфоя.
Драко замер, ошеломленный, с недоверчивым выражением на лице, как будто он не мог даже представить, что кто-то посмеет швырнуть в него картофельное пюре. Выражение лица Драко, похоже, удовлетворило Гермиону, так как она улыбнулась и бесстрастно взглянула на него. Медленно, очень медленно Драко повернулся к ней. И тут ему вспомнилось все ужасное, что случилось за последние два месяца. Снейп, единственный преподаватель, который хорошо к нему относился, глядит на него как на Поттера. Снейп предположительно трахается с Грейнджер. Грейнджер раздевает Драко и напяливает на него женское нижнее белье. Эрни Макмиллан рассылает свою квиддичную команду оповестить всех, что Драко привязан к воротам для квиддича. Снейп выгораживает Уизли и Грейнджер. Драко просыпается парящим над озером и видит под собой щупальца гигантского кальмара, а сам он полностью покрыт красными и золотыми полосками. Драко заходит в спальню, в него кидает испражнения шимпанзе и, прежде чем он может убежать, этот шимпанзе кусает его за руку. Бладжер ударяет Кребба и это приводит к тому, что Драко раздавлен между землей и огромным телом Кребба. Затем дуэль Дина Томаса и Джинни Уизли. Драко надеется увидеть, как Уизли проучат, и вдруг оказывается прикован к Грейнджер. Его заставляют делить комнату с Грейнджер и Поттером, раздувают ему голову, обзывают Пожирателем Смерти, накладывают Петрификус…
С задушенным воплем Драко схватил кубок с тыквенным соком и плеснул его содержимое в лицо Гермионы. Та поморщилась, протерла глаза, взяла большую миску картофельного пюре и вмазала ему в лицо, как клоун – торт. Когда она убрала миску, оставив на его лице маску из пюре, оказалось, что Драко поливал Гермиону горчицей, измазав ей всю ногу (из-за пюре он не мог нормально целиться), пока Гермиона не выхватила у него эту самую горчицу и не отплатила ему тем же. Вытирая картофель с глаз, Драко повернулся, заграждаясь руками, и поискал то, что сможет посильнее испачкать. Полуметром дальше, чем он смог бы дотянуться, стояло блюдо с тушеным мясом.
Драко прыгнул в сторону блюда, и Гермиона использовала эту возможность, чтобы отвинтить крышку у бутыли с горчицей и вылить остатки на его голову. Фред отодвинул блюдо с мясом подальше, так что Драко пришлось вскочить на стол, чтобы схватить его. Он повернулся вывалить содержимое на Гермиону, но обнаружил, что она уже стояла на столе у него за спиной и держала блюдо с цыплячьими крылышками. Она опрокинула тарелку на него. Крылышки скатились с Драко, оставляя красновато-коричневые следы соуса.
- Давай, Гермиона!!! – закричал Невилл Лонгботтом с дальнего конца стола.
- Задай ему! – крикнул Эрни от стола хаффлпаффцев.
- Гермиона, лови! – завопил Энтони Голдстейн, и движением, которое заставило бы гордиться самого Гарри, Гермиона поймала пластиковую бутыль с медом, которую кинул староста Равенкло. Правда тут же уронила, увидев летящий в нее поток тушеной говядины, едва успев отвернуться.
- Ставлю десять галлеонов на Гермиону! – выкрикнул Фред, на лбу его все еще оставалось пюре. Они с Джорджем давно покинули гриффиндорский стол, чтобы не попасть под горячую руку.
Гермиона снова подняла бутыль меда, дернула цепь, свалив Драко на спину, поставила ногу ему на грудь, удерживая, и начала лить мед. Драко схватил ее за лодыжку и рванул, заставляя Гермиону потерять равновесие и тоже приземлиться на стол. Когда она упала, его рука дернулась, и он быстро сел – и увидел чашу со льдом, поставленную для тех, кто предпочитал ледяной тыквенный сок, рядом с головой Гермионы. Драко вскочил и рванулся к чаше, но Гермиона поставила ему подножку. Он упал на спину, головой рядом с ее коленями… и тут пришла идея.
Гермиона вдруг поняла, что Драко сидит на ней задом наперед, ноги прижимают ее руки к бокам, и начинает щекотать ее коленки. Гермиона рассмеялась, пытаясь освободиться.
- Я покажу тебе, как злить меня! – кричал Драко, как будто применял к ней ужасные пытки, а не щекотал.
- Гермиона, целься в глаза! – завопил Джордж.
Она так и сделала, ударив Драко ногами в лицо и опрокидывая его на себя, что позволило его столкнуть. Гермиона перекатилась и встала коленями ему на спину, удерживая. Колин и Денис Криви швырнули ей блюдо со свиными отбивными. Она схватила сколько уместилось в ладони, грибной соус стекал на спину Драко, пока она тянулась к воротнику. Драко изворачивался все сильнее, а она кидала кусок за куском ему за воротник. В конце концов Гермиона спрыгнула с него, подождала, пока он встанет, и швырнула оставшиеся два куска, которые на мгновение прилипли к нему, прежде чем отвалиться.
К сожалению, теперь она осталась без оружия. Драко знал, что ему нужна каждая секунда и, вместо того, чтобы вытряхнуть куски отбивной из рубашки, он подскочил к ближайшим чашам, которые остались целы – одна с черешнями и две с сахаром.
Гермиона рванулась к сахару одновременно с ним, но успела схватить только обычный, а желтый сахар достался Драко. Он дернул на себя ее блузку и стал сыпать в вырез черешни и сахар. Гермиона завизжала от очень необычных ощущений, и видя, что она отвлеклась, Драко выхватил сахар у нее из рук. Гермиона успела только зажмуриться, прежде чем волна сахара ударила ее, прилипая к тыквенному соку на лице и волосах.
- Фу!!! – закричал Фред, и многие студенты последовали его примеру.
- За волосы его, Гермиона, за волосы! – завопил Джордж.
Оставив эту идею напоследок, Гермиона схватила кетчуп. Драко предвидел это и успел развернуться, кетчуп залил всю его уже испачканную спину. Драко побежал вдоль пустого стола, Гермиона за ним (гриффиндорцы оставили свои тарелки, боясь попасть под перекрестный огонь, и сейчас стояли у столов Равенкло и Хаффлпаффа, рассеянно суя в рот чужую еду, пока болели за Гермиону). Но Гермиона замерла, когда увидела, что Драко нагнулся и поднял салат с тунцом.
- Это за Снейпа! – крикнул он, бросив блюдо ей в голову. Гермиона нагнулась, блюдо задело ее покрытые сахаром волосы. Она схватила яичный салат, и его содержимое размазалось по бедру Драко.
- Нет, вот это за Снейпа! – парировала Гермиона, чувствуя, что, если кто и должен сердиться за что-то, связанное со Снейпом, то это она.
- Это за Поттера! – Драко кинул ей в голову яблоко.
- Ай! Это за Рона! – Гермиона ответила апельсином.
- Ай! За квиддичные ворота! – груша.
- Ай! За Эванеско! – грейпфрут.
- Ай! За последнюю игру в квиддич! – пригоршня ежевики.
- Фу! – воскликнула Гермиона, когда ягоды размазались по ней. Она подняла оставленную кем-то тарелку спагетти. – За заклинание иллюзии!
- Ха-ха! Это было отличное… Фу! – макароны и мясной соус прилипли к нему, и Драко потянулся за кашей. – За то, что оставили меня над озером!
- О, это было так… Гадость! – каша размазалась по животу. – За то, что заглянул мне в вырез!
- Убей его, Гермиона! – вмешался Фред, для выразительности размахивая цыплячьей ножкой, которую стянул со стола Равенкло.
Внезапно импровизированная битва едой превратилась в способ утолить злость и раздражение, накопившиеся за последние месяцы – или скорее, за все семь лет. Гермиона и Драко не беспокоились о том, чтобы что-то сломать или запачкать, о том, что ударит больнее и от чего пятно будет больше; главное – продолжать швырять.
- Это за пощечину! – Драко пустил в нее струю шоколадного соуса.
- О, это было так здорово… за то, что называл меня грязнокровкой! – ломтики сыра, один из которых прилип ко лбу Драко.
- За то, что выглядела прилично на Святочном балу!
- Это тут при чем?
- Мне пришлось слушать брюзжание Панси об этом! За то, что наложила на меня Петрификус на всю ночь!
- За то, что видел меня голой!
- Убей его посильнее, Гермиона! – проревел Фред на последней фразе.
- Хватай за горло! – сердито добавил Джордж.
- За отработку в Запретном лесу!
- За то, что заставил Рона отрыгать слизняков!
Это была, наверное, самая забавная битва в истории Хогвартса. Гермиона и Драко, стоящие достаточно близко друг к другу из-за цепи, швыряли что попало под странными углами и, в основном, одной рукой. Они кричали во всю мощь легких, не обращая внимания на остальных, извлекая на белый свет все, что каждый из них причинил другому.
- За шимпанзе!
- За Клювокрыла!
- За то, что освободили Клювокрыла!
- За заклинание одной фразы!
Драко начал смеяться над воспоминанием, и взбешенная Гермиона повернулась найти, что еще можно кинуть, желательно, чтобы посильнее запачкать. Как раз когда она увидела большое блюдо чили, Драко рванулся к ней. Гермиона наклонилась поднять блюдо, а Драко схватил ее за талию свободной рукой, чтобы удержать, и задрал юбку.
- Смотрите! Татуировка! Татуировка! – ликующе закричал он на весь Большой зал.
Десятки людей разразились смехом (многие вытянули шеи, чтобы разглядеть получше, впервые чувствуя признательность к Драко). Татуировка в виде кинжала и розы была хорошо видна, находясь пониже талии. Фред и Джордж отобрали камеру у Колина Криви, и Фред начал яростно щелкать кнопкой, стараясь сделать как можно больше фотографий под разными углами, пока Гермиона пыталась освободиться. Затем, чтобы кое-что добавить к ее позору, Драко взял кусок шоколадного торта и размазал по филейной части Гермионы.
Раздался нечеловеческий вой, нельзя было сказать, ярость это, или унижение, или что-то другое, но он заставил почти всех в Большом зале подпрыгнуть – всех кроме Драко, который спокойно обсасывал пальцы, измазанные кремом. Затем нога Гермионы ударила его в челюсть.
- А-а-а! – завопил он от боли и злости, а потом взвизгнул, когда цунами из чили хлестнуло его по животу. Он забыл о том, чтобы удерживать Гермиону, пытаясь стряхнуть с себя острое, жгучее вещество, попавшее в том числе и на кожу. Но это заняло Драко ненадолго, поскольку Гермиона развернулась к нему, намереваясь выцарапать глаза, задушить, запытать до смерти и как можно медленней. Она больше не понимала, что творит; эмоции взяли верх, единственная мысль выражалась одним словом, повторяющимся снова и снова: «Убить!»

Примечание переводчика:
*Труляля и Траляля – персонажи книги «Алиса в зазеркалье» Л. Кэрролла.


Глава 17. Удар кокосом


И снова Рон был в бешенстве, а Гарри и Джинни не могли его утихомирить. Рон злился на всех: на Гермиону – за то, что она сделала, на Гарри и Джинни – за то, что не рассказали. Не прошло и двадцати минут после того, как Гарри и Джинни выбежали из Большого зала вслед за Роном, а они уже возвращались обратно.
- Кажется, я останусь у Гермионы еще ненадолго, - мрачно произнес Гарри.
Джинни похлопала его по руке:
- Я бы тоже туда переехала, но места не хватит… ты слышал?
Гарри нахмурился:
- Какие-то радостные крики. Сегодня что, праздник?
- Вряд ли, - ответила Джинни, озадаченная. – То есть, нас ведь не было всего… Гарри, а что если слизеринцы… что если была еще одна причина, по которой они не появились?
Гарри взглянул на нее с широко раскрытыми глазами, и оба они рванули вниз по мраморной лестнице и подбежали к дверям Большого зала. Но как только они достигли входа…
- О-ох!
- Гарри!
В мгновение ока Гарри очутился на полу.
- Гарри! Гарри! Что с тобой? Скажи хоть что-нибудь! – кричала Джинни, бросившись перед ним на колени.
- Ай, - раздраженно ответил Гарри. Он сел и потер лоб, где виднелся большой красный отпечаток.
Джинни огляделась в поисках виноватого предмета, в то время как Гарри зажмурился, пытаясь унять боль. Рядом с ними с большой трещиной в боку, из которой капало молоко, медленно вращался…
- Кокос? – Джинни в недоумении подняла его. – Какой псих станет кидаться в тебя кокосом? Не легче ли было заклясть?
Гарри удивленно посмотрел на кокос, а затем, надеясь найти виновника, поднял взгляд на Большой зал… и разинул рот. Кокос, как можно было с уверенностью сказать, бросила Гермиона. Она стояла на гриффиндорском столе, вся измазанная едой, и сердито смотрела на Драко Малфоя, который смеялся, стоя спиной к входу.
Пока Гарри и Джинни наблюдали за ними с нездоровым интересом, Гермиона развернулась и наклонилась, а Драко удержал ее одной рукой, второй схватив край юбки и дернув вверх:
- Смотрите! Татуировка! Татуировка!
Гарри уставился на нее, щурясь, чтобы разглядеть; небольшая татуировка располагалась справа в нижней части спины Гермионы.
- Так вот как она выглядит, - оцепенело произнес Гарри, потрясенный этим видом и все еще не пришедший в себя после удара кокосом.
- О Мерлин, я знала, что надо было принести ей джинсы, а не юбку! Придется… - Джинни замерла в ужасе, когда Драко приложил Гермиону тортом по задней части. От фотовспышек было некуда деться (благодаря войне шуток мало кто из владельцев фотоаппаратов не брал их с собой), а улюлюканье и свист просто оглушали.
Пока Гарри и Джинни поднимались на ноги, Гермиона схватилась руками за стол и совершила сильный удар ногой. Драко выпустил ее и начал кричать, когда брошенное Гермионой чили стало жечь его руки и проникло сквозь рубашку. Затем Гермиона была уже на нем, повалив на стол, царапая, награждая тумаками и воя, похожая на безумное чудовище (возможно, отпрыск демона еды).
- Беру на себя Гермиону! – Гарри крикнул Джинни, запрыгнул на стол за Гермионой, схватил ее и сдернул с Драко. Драко оказался на ногах в мгновение ока, но обнаружил, что палочка Джинни упирается ему в переносицу. Он удовольствовался тем, что ухмыльнулся всем троим, особенно Гермионе, которая все еще пыталась ударить или пнуть его, хоть Гарри и оттащил ее так далеко, как только было возможно. Драко спокойно уклонялся от ее машущих кулаков и ног.
- Фред! Джордж! Помогите! – завопил Гарри, пытаясь ее удержать. В обычных обстоятельствах он был сильнее Гермионы, но совсем недавно получил удар по голове, а так как адреналин и магия Гермионы увеличивали ее силу, у Гарри были проблемы.
- Отпусти ее, Гарри! Я поставил на нее деньги!
- Да брось! Она как раз собиралась его убить!
- Если вы двое не поможете, клянусь, я расскажу маме про Анджелину и… - дальше Джинни могла не продолжать, так как близнецы подскочили к столу. Фред схватил Гермиону за одну ногу, Джордж – за другую, и все вместе они спустились со стола и понесли сопротивляющуюся Гермиону в вестибюль, Драко и Джинни поспешили следом.
- Все хорошо, Гермиона, - пропыхтел Гарри, пытаясь успокоить Гермиону и одновременно не дать ей освободиться. Достигнув вестибюля, Фред и Джордж отпустили ноги Гермионы, а Джинни взмахнула волшебной палочкой, закрывая двери Большого зала. Гарри продолжал: – Все будет хорошо, обещаю. Я позволю тебе убить его. Даже помогу. Но только там, где не будет свидетелей.
- Ну же, Гермиона, - добавил Джордж, вспомнив, что Гермиона все еще зла на них с Фредом, и рассудив по царапинам, синякам и остаткам еды на Драко, что лучше бы ее успокоить. – Все хорошо.
- Какие вы дилетанты, - закатила глаза Джинни, а затем испуганно воскликнула. – Учитель идет!
Гермиона тут же встрепенулась:
- Где?
Теперь Драко закатил глаза над реакцией Гермионы.
- Мерлин, ты такая…
- Драко?
Они повернулись: у лестницы в подземелья стояла высокая и стройная светловолосая женщина, с интересом глядя на них.
- Мама! – удивленно и слегка встревожено воскликнул Драко. – Что ты тут делаешь?
- О, я… пришла к… Дамблдору. Он… прислал сову. Чтобы объяснить… э, Драко, это сыр у тебя на голове?
Драко протянул руку и снял со лба ломтик сыра.
- Ну… это длинная история. Значит, Дамблдор послал тебе сову, чтобы объяснить, как я оказался прикован цепью к Грейнджер?
Нарцисса удивленно моргнула, но затем кивнула:
- Да… э, эта цепь невидимая или как?
- Да-да, Дамблдор не захотел разглашать.
- И как долго вы будете скованы?
Драко нахмурился:
- Пока не найдется способ ее снять. Точно не знаю.
- Ох, дорогой, - обеспокоенно произнесла Нарцисса. – Как же ты приедешь домой на Рождество? Она не будет против отправиться с тобой?
Драко и Гермиона в ужасе уставились друг на друга.
- Э, мы вообще-то еще не обсуждали это, м-миссис Малфой, - пискнула Гермиона. – Мы надеемся освободиться к тому времени.
- В таком случае мне точно нужно будет поговорить с Дамблдором, - улыбнувшись, произнесла Нарцисса. – А тебе, Драко, похоже, очень нужен душ… и смена одежды… так что я пойду, навещу Северуса. Я загляну в Большой зал к ужину, хорошо?
- Конечно, мама, - ответил Драко.
Она улыбнулась:
- Я бы тебя обняла, но не хочу смущать перед твоими маленькими друзьями… - все вздрогнули, а Фред попытался что-то сказать, но Джинни закрыла ему рот, - … или испачкать себе мантию. Скоро увидимся, Драко, дорогой.
- Пока, мама, - произнес Драко и вытащил рубашку из брюк, вытряхивая свиные отбивные.
Спускаясь по лестнице, Нарцисса прошла мимо Оливера Вуда, который быстро улыбнулся ей и застыл при виде Фреда и Джорджа с остатками картофельного пюре на лицах и еще чего-то на ладонях, приставшего, когда они держали Гермиону за ноги; Гарри с тушеным мясом на рубашке, оставленным Гермионой; Джинни, в одной руке держащую треснувший кокос, а другой целясь в Драко палочкой; и Драко и Гермиону, покрытых кусочками еды с головы до ног.
- Что с вами произошло? – потребовал ответа Оливер.
- Расскажем позже, - жизнерадостно сказал Фред, и Гермиона яростно на него посмотрела.
- Это что, сахар? – спросил Оливер у Гермионы, глядя на ее лицо и волосы: частицы сахара прилипли к тыквенному соку, покрывавшему большую часть ее головы и просочившемуся в косички.
Гарри провел по щеке Гермионы пальцем и облизнул его:
- Да, сахар… эй, а это вкусно, - он наклонился и провел языком по лбу Гермионы.
- Гарри! – потрясенно воскликнула та.
- Извини, - быстро сказал он, похоже, не менее удивленный своими действиями.
- Ты должен попробовать, что у нее здесь, - заметил Фред, сунув руку в ее низкий вырез и достав пригоршню черешен в шоколаде с желтым сахаром. Гермиона издала нечто среднее между визгом и рыком и шагнула к нему. Гарри схватил ее за руку.
- Ты хочешь, чтобы она тебя убила? – зашипела Джинни на Фреда.
- А что, этот способ получше других, - откликнулся Фред, передал Джорджу одну из ворованных черешен и съел одну сам.
- Это разве не камера Колина? – спросил Гарри у Джорджа.
- Ага. Он позволил нам ее позаимствовать. Мы сказали, что придумываем кое-что для копирования и редактирования фотографий, и он разрешил нам ее взять, если мы пришлем ему образцы и не забудем вернуть фотокамеру.
Гарри сжал руку Гермионы крепче, так как она бешено посмотрела на Джорджа.
- Слушайте, - Оливер оглянулся на вход в подземелья. – Не знаю, что у вас случилось, но могу поспорить, что учителям не стоит об этом знать. Только что вернулся Снейп, и он, похоже, знает, как снять заклятье с гостиной…
- Вот черт, - пробормотал Джордж.
- … потому что когда-то такое же наложил Сириус Блэк.
- Вы! – набросилась Гермиона на Фреда и Джорджа, зная, что близнецы провели кучу времени с Сириусом и получили от него множество «советов».
- Суть в том, - торопливо продолжил Оливер, прежде чем близнецы смогли ответить, - что остальные учителя уже идут сюда!
- О нет, - завыла Гермиона.
- Ой-ой, - сказала Джинни.
- Черт, нам нужно… - начал Драко, но Гарри его прервал.
- Да, именно это нам и нужно. Джинни, ты знаешь, где слизеринская гостиная?
- Угу.
- Откуда? – потребовал ответа Драко, но на него не обратили внимания.
- Отлично, - сказал Гарри. – Хорошенько себя прокляни и иди туда. Задержи их, насколько сможешь, расплачься, если придется.
- Уже иду, - Джинни направилась к лестнице в подземелья, по пути окрасив свою кожу в синий и бормоча разные ужасные заклятья.
- Фред, Джордж, вы знаете заклинания, чтобы очистить Большой зал? - продолжил Гарри.
- Конечно, - ответил Джордж. Близнецы знали много подобных заклинаний благодаря Ордену Феникса и работе в магазине розыгрышей (и, конечно, оттого, что были лучшими шутниками Хогвартса).
- Хорошо. Идите туда, поправьте, что сможете, и убедите всех, чтобы ничего не упоминали при учителях. После этого поговорите с Роном.
- Зачем? – спросил Фред.
- Вы – единственные, на кого он пока не злится. Он считает: вы думали, что он знает о… обо всем, и потому не сказали. По крайней мере, я думаю, что он так считает. В любом случае, вы – наша последняя возможность.
- Ладно, - пожал плечами Джордж.
- Оливер, - продолжил Гарри, - отведи Драко и Гермиону в ближайшую ванную, чтобы они помылись, и убедись, что они друг друга не убьют.
Оливер кивнул, слишком волнующийся за друзей, чтобы вспомнить, что он учитель, и именно он должен раздавать приказы – или, в данном случае, назначать отработки.
- А как же ты, Гарри? – спросила Гермиона, не обрадованная этим выбором, раздумывая, не лучше ли было бы взять Фреда и Джорджа вместо Оливера… нет, конечно, не лучше, о чем она только думает? Это же… ну, Фред и Джордж.
- А я пойду к мадам Помфри убедиться, что из-за кокоса у меня нет сотрясения, - ответил он, потирая шишку на лбу и глядя на полоску в сахаре, которую провел на лбу Гермионы. – Ладно, ребята, за дело.
Фред и Джордж пошли в сторону Большого зала, Фред передал что-то Гарри, направляющемуся в больничное крыло, и Оливеру, сопровождающему Гермиону и Драко к секретному проходу, который ведет к ванной старост. Только когда она увидела, как Оливер убрал руку ото рта, Гермиона поняла, что Фред угостил их черешнями.

***

- Знаете, что? – сказала Гермиона, когда они вошли в ванную старост. – Когда все это закончится, я пойду к Дамблдору и потребую личную ванную комнату.
Оливер улыбнулся, а Драко закатил глаза.
- Прекрати ныть, Грейнджер, - произнес он, снимая рубашку; из нее выпала пара кусков свиной отбивной. Драко кинул грязную рубашку на пол и застыл. – Постойте… а как мы достанем чистую одежду?
- Ну… думаю, я могу принести, - медленно сказал Оливер. Он чувствовал себя неловко во всей этой ситуации, но не хотел оставлять Гермиону наедине с Драко.
- Стой! – в панике воскликнула Гермиона. Она не знала, что может сделать Драко, если они останутся одни; все что ей было известно – Драко готов ее удушить, что, возможно, и сделает, как только она отвернется. Она слишком разозлила его, чтобы рисковать… и не была уверена, что сама не убьет его, если представится возможность. – Э… знаю! Оливер, ты можешь связаться с одним из домовых эльфов?
Гермиона прочитала в «Истории Хогвартса», что преподаватели могут вызывать эльфов.
- О, да, конечно, я только…
- Нам нужен определенный эльф, - прервала его Гермиона, зная, что большинство домовиков все еще опасаются ее из-за Г.А.В.Н.Э., и в любом случае не станут дотрагиваться до одежды по просьбе человека. Эльфы выполняли стирку, но никогда не держали человеческую одежду в руках и не принимали ее от людей. Эльфы избегали прикосновений к одежде, как только могли, она была для них чем-то ужасным и оскорбительным, и они управлялись с нею магией. – Нам нужен Добби.
- Тот чудак, смешно одетый? – спросил Оливер, сбитый с толку. Гермиона кивнула.
- Ладно… Добби, сюда!
Добби появился с громким треском.
- Что Добби может сделать для вас, сэр? – спросил он у Оливера, но забыл о нем, увидев Гермиону.
- Мисс Гермиона! – обрадовался Добби.
- Ты знаешь Гермиону? – нахмурился Оливер.
- Ну конечно Добби знает мисс! Мисс сделала Добби его шапки! Мисс Гермиона – друг Гарри Поттера, и такая же добрая и великая, как…
- О, Мерлин, - пробормотал Драко.
Добби пискнул и повернулся к Драко.
- Молодой хозяин Малфой!
Драко уставился на эльфа, завернутого в разные одежки и носящего около тридцати вязаных шапок.
- Постойте… Добби? Наш старый домовой эльф Добби? Это ты?
- Да, сэр! – сказал Добби. – Гарри Поттер освободил Добби, сэр!
- Я думал, отец убил тебя! – произнес Драко, потрясенный. – Постой… что? Поттер освободил… неважно, расскажешь потом, ладно? Я должен сначала смыть все это дерьмо.
- Нам нужна одежда и полотенца, Добби, - сказала Гермиона. – Они в нашей комнате. Ты сможешь их достать?
- Конечно, мисс. Добби сейчас вернется!
- Э… пожалуйста, убедись, что захватишь мне джинсы, ладно? Никаких юбок, - добавила Гермиона, думая, что никогда в жизни больше не наденет юбок, после всех неприятностей, которые они принесли за последние два дня.
Добби кивнул и исчез. Драко ухмыльнулся.
Добби вернулся через несколько секунд с двумя комплектами совершенно не сочетающейся одежды. Однако ни Драко, ни Гермиона ничего не сказали, так как хотели только вернуться в свою комнату, неважно, в чем, лишь бы оно не было измазано горчицей, медом, сахаром и другими продуктами.
- Мисс нужно что-нибудь еще? – спросил Добби.
- Нет, спасибо, Добби, - благодарно сказала Гермиона, - Я очень это ценю.
- Все что угодно для величайшей подруги Гарри Поттера! – пискнул Добби.
Драко закатил глаза при комментарии насчет «Гарри Поттера».
- Большое спасибо, Добби, - сказал он без единого намека на сарказм.
- Большое пожалуйста, молодой хозяин… э, сэр, - ответил Добби, выглядя довольным собой.
Драко улыбнулся:
- Наслаждаешься свободой, Добби?
- О да, сэр, - Добби закивал так, что его уши захлопали. – Вы поздороваетесь за меня с госпожой?
- Да, конечно, - ответил Драко. – Еще раз спасибо.
Добби кивнул и поклонился, прежде чем снова исчезнуть. Гермиона начала разбирать одежду: Добби принес ей джинсы, слитный купальник, блузку, джемпер, две пары трусиков, бюстгальтер, галстук и еще около семи аксессуаров. Она взглянула на кучу Драко, которая была совсем не такой бессистемной.
- Эй, почему тебе он принес нормальную одежду? – возмутилась Гермиона и затем нахмурилась. – И почему вы были так вежливы друг с другом? Я думала, вы друг друга ненавидите.
Гермиона сначала не обратила внимания на разговор Добби и Драко, занятая другими мыслями (в том числе про Оливера, злость Рона, начинку торта и про черешни).
- Мы с Добби ненавидим друг друга? – фыркнул Драко. – С чего это я должен его ненавидеть?
- Так ты вправду его не ненавидишь? – потрясенно спросила Гермиона.
- Занимайся своими делами, - огрызнулся Драко. Он повернулся и посмотрел на ванну, Гермиона тоже.
К сожалению, в ванной старост не было душа, только одна большая ванна. Обычно никаких проблем не возникало, так как люди приходили сюда поодиночке (а если нет, то с кем-то, кому можно было видеть их в ванне). Но данная ситуация была очень необычной…


Глава 18. Отважное спасение из ванны


Оливер Вуд неловко переступил с ноги на ногу, удивляясь, что им не нравится теперь. Этим утром Гермиона помылась без проблем; она, конечно, была смущена, но отлично справилась… она со всем отлично справлялась… «черт, только об этом не думай!» - приказал он себе, чтобы не зайти в мыслях слишком далеко.
Это было нелегко, впрочем, как всегда, когда дело касалось Гермионы. Оливер влюбился в нее целую вечность назад, он понял это, когда она еще училась на первом курсе, а он – на пятом. Он заметил ее во время церемонии распределения, и несколько месяцев Оливер смотрел на нее, думал о ней и так далее, пока не понял, что она ему нравится. Случилось это перед первым матчем по квиддичу для Гарри. Гермиона заставляла того съесть хоть кусочек гренки, и когда он наконец откусил от протянутого Гермионой ломтика, Оливеру захотелось убить своего ловца, а еще самому съесть гренку. Следующие два года Оливер с ней почти не разговаривал, только изредка флиртовал, а еще проводил время с Гарри, чтобы быть поблизости от Гермионы. Когда Оливер окончил школу, он проклинал себя, что так и не признался… и вдруг они встретились на чемпионате мира по квиддичу, вечером после матча…
«Эй! Ты собирался не думать об этом!»
«Я стараюсь, - начал спорить сам с собой Оливер. – Но теперь она порвала с Роном… согласно слухам…»
«Ну да, а слухи всегда так надежны. Она порвала с Роном, она убила Снейпа. Оставь эти мысли! Ты учитель, а она ученица!»
«Надо выбираться из этой ванной, - устало подумал Оливер, искоса поглядывая на Гермиону и отсутствующе вертя между пальцами черенок от съеденной ягоды. – Себе на заметку: купить Фреду хороший подарок на Рождество…»
Он попытался не думать о Гермионе, но в данной ситуации ни о чем другом думать не получалось. Порвала ли она с Роном? Это возможно, но вчера в больничном крыле они так дружески общались… хотя, если подумать, Рон был с ней не более дружелюбен, чем Гарри. Гермиона ни с кем из них не держалась за руки; она обращалась с ними так же, как и раньше, когда Оливер учился в школе – когда они вместе гуляли, вместе болтали, вместе смеялись, но глазки никто никому не строил. Так что, может, Гермиона и вправду теперь одна…
«Живо в ванну! – закричала на Гермиону и Драко благоразумная… ну, более или менее благоразумная… часть Оливера. – Залезайте внутрь, чтобы я смог поскорее отсюда убраться!»
- Ну? – подтолкнул их Оливер с легким отчаянием в голосе.
Ни Драко, ни Гермиона этого не заметили. Оба озабоченно смотрели на ванну и не обращали на Оливера особого внимания, но, похоже, услышали его слова.
- Э… может, соорудить занавеску? – нервно предложила Гермиона, доставая волшебную палочку.
«Ах, так вот в чем проблема, - подумал Оливер. – Здесь нет душевой занавески. Отлично, давайте исправим это, и я смогу убраться отсюда прежде, чем у Малфоя появятся новые поводы для слухов».
Оливеру всегда было непросто оставаться наедине с Гермионой, а теперь – особенно, так как ему то и дело вспоминались черешни, а еще то, что Гермиона, возможно, стала свободна.
- Пусть даже так, но как мы сможем мыться поодиночке? – спросил Драко больше у себя самого, чем у Гермионы. – Невозможно плавать и плескаться, когда нас разделяет всего полтора метра. Ванна слишком глубокая, придется держать одну руку поднятой в воздух. Это не то, что принимать душ…
Гермиона вздохнула:
- Что ж… тогда мы просто найдем другую ванную, и все.
Они направились к двери, чистую одежду держал Оливер, так как Гермиона и Драко могли ее испачкать. Драко открыл дверь и замер.
- Не могу поверить, что у нее и вправду есть татуировка! – послышался снаружи пронзительный голос Лаванды.
- Ага! Кто бы мог подумать? – вопросила Парвати. – Я считала, что Малфой все это выдумал!
- И я! – воскликнула близняшка Парвати, Падма.
- Интересно, где она сейчас… мы должны вытянуть из нее эту историю! – сказала Лаванда.
Гермиона схватила Драко за руку, втащила его внутрь и захлопнула ногой дверь.
- Ладно, неважно, – поспешно произнесла она, дав себе обет избегать однокурсниц, насколько это будет возможно. – Эмм… ну, хм. Думаю, мы можем… я просто… черт, я не знаю! – простонала она. – Я просто хочу убрать эти проклятые черешни из своего лифчика!
Оливер покраснел, и Гермиона краем глаза заметила, что он постарался как можно незаметнее отшвырнуть черенок подальше.
«Надо отсюда выбираться… да эта пена совершенно прозрачная… Плевать, что они не хотят этого делать, я не могу оставить их одних, но и сам не могу тут оставаться!
- Что ж, - Оливер кашлянул. – Тогда есть единственный способ, так? Вы должны мыться одновременно.
- Ты что, свихнулся? – спросила Гермиона со смешком.
- Я буду следить за ним, обещаю, - сказал Оливер. – Либо это, либо мы ищем другую ванную, а я знаю, как тебе не терпится встретить кого-нибудь и отвечать на их вопросы…
Гермиона застонала.
- Ну хорошо, - произнесла она так, словно разрешила кому-то подстрелить ее в ногу, хоть и понимала умом, что это единственное решение.
- Я не буду мыться в одной ванне с ней! – настаивал Драко, скрестив руки на груди.
- Ну, слизеринцы уже выбрались из подземелий, - беспечно заметил Оливер. – Пока будешь искать другую ванную, сможешь рассказать им про вашу битву едой. И что теперь ты ищешь уютное местечко, где сможешь принять душ вместе с Гермионой, магглорожденной гриффиндоркой. Или это могу рассказать я, выбирай.
Драко закусил губу и взглянул на ванну в новом свете.
Несмотря на то, что оба более или менее смирились, прошло уже много времени, а они еще не начали мыться. Гермиона и Драко тянули время и, как обычно, в процессе этого постоянно спорили. Сначала они не могли сойтись на том, какие включить краны: Драко считал, что в некоторых пена пахнет слишком по-девчоночьи, а Гермиона беспокоилась, будет ли эта пена достаточно плотной, чтобы сквозь нее нельзя было ничего разглядеть. Затем, когда ванна наполнилась, кто-то из них предложил все-таки найти другую ванную, а другой не соглашался. Они спорили и спорили: кто будет мыться первым, чья все это вина, кто заслуживает быть задушенным больше, кто победил в битве едой, у кого больше прав жаловаться и так далее.
Наконец, Оливер взорвался:
- Может, вы заткнетесь и уже начнете? Я не собираюсь ждать весь день! Мне нужно проверять домашние работы и готовить планы уроков! Я даже еще не придумал завтрашнюю контрольную! Но нет, Гарри на меня злится, Фред и Джордж вытягивают мои тайны, мой стол вылетает в окно, и у меня появляются мысли, которых не должно быть в отношении учениц…
- Оливер! – воскликнула Гермиона.
- Ой, брось! Все знают, что я, как минимум, видел твою татуировку! Почему бы нам просто не пойти и не рассказать всем, как мы…
- Силенцио! - взвизгнула Гермиона. – Ты свихнулся?! Снаружи могут быть люди!
- Позволь ему закончить, - произнес Драко. Он снял Заглушающее заклинание и посмотрел на Оливера в ожидании развлечения. – Он как раз добрался до самого интересного.
Оливер залился краской.
- Знаете, что? Я преподаватель. Мне не обязательно вас уговаривать. В ванну, оба!
- Ты не можешь приказать нам мыться! – возмутилась Гермиона.
- Ну тогда смотри! Я приказываю, я приказываю, я приказываю! – произнес он в манере чокнутого злодея и вдобавок изобразил злодейский смех.
Гермиона и Драко нервно сделали шаг назад, тревожась за его рассудок.
Глядя на спятившего Оливера, Гермиона вдруг поняла, насколько изменилась ее жизнь. За последние месяцы она полностью погрузилась в войну шуток и, как следствие, стала настоящей заговорщицей и параноиком. Упрямство подвигало ее на самые сумасшедшие поступки: как когда она спустилась с Гарри и Роном в люк, который охранял Пушок, или когда освободила Клювокрыла и Сириуса, или когда торжественно поклялась найти то, чем можно будет шантажировать Риту Скитер, и нарушила не просто правила, а законы. Только вечером она пыталась отговорить Гарри и Рона от участия в войне шуток, а уже утром собиралась уничтожить Драко Малфоя любой ценой. Она заключила нелепый союз с одним из самых ненавидимых ею людей; она раздела парня, напялила на него свое нижнее белье и подвесила его к квиддичным воротам; она всеми силами старалась его превзойти; а сейчас она стояла в ванной комнате с этим парнем и Оливером Вудом. Оливером Вудом, преподавателем, в компании которого она чувствовала себя ужасно неловко, главным образом, из-за его обыкновения подмигивать ей, глазеть на нее или сердито смотреть на Рона, когда тот вел себя как ее парень, – все это навевало воспоминания. Конечно, хорошие воспоминания, но те, о которых Гермиона не хотела думать, пока встречалась с Роном…
«О Боже, - ошеломленно подумала Гермиона. – Я стою тут с Оливером и Драко и собираюсь принимать с Драко ванну при том, что Рон на меня злится, Гарри я чуть не убила кокосом, Джинни задерживает учителей, Фред и Джордж делают бог весть что, все вокруг распускают слухи, а я в это время безнравственно думаю о собственном преподавателе!
Гермиона расхохоталась. Оливер, похоже, слегка обиделся, а Драко сердился – и от этого почему-то стало еще смешнее. Все, с чем она имела дело в последние несколько недель, от Снейпа и Малфоя до Гарри и Рона, мелкие шутки и крупные шутки, татуировка, засосы, Оливер и все остальное, вдруг всплыло на поверхность и открыло новый смысл во фразе: «позже ты вспомнишь об этом и просто посмеешься». Она весь год избегала Оливера, смущаясь и беспокоясь о своих чувствах к нему, которые еще не исчезли. Она волновалась, что позволила Снейпу поставить ей засосы, и изо всех сил старалась об этом забыть. Она твердо намеревалась не дать никому узнать о татуировке. Она строила планы, чтобы подшутить над Драко, и чуть ли не каждый день какие-нибудь глупые шутки исполняли над ней самой. Ее отношения с Роном, можно сказать, закончились, Гарри вел себя как лучший друг и защитник, Драко был прикован к ней, а Снейп… ну, кто знал, что там произошло. Разве это не забавно? Как же все это случилось? Как она до такого дошла? Да, наверняка, это вина Малфоя, но все же… это просто… неправильно.
- Что тут смешного? – спросил Оливер, обидевшись, и Гермиона засмеялась еще громче.
- Ты… - выдохнула она, указывая на него. – И ты… - она показала на Драко. – Вы двое… Гарри… Рон… близнецы… Снейп… жизнь… Малфой… Добби… отбивные… черешни…
Она согнулась пополам от смеха, не в силах продолжать. Но вот Драко уже не развлекался и не удивлялся, а только злился. Он целиком покрыт остывшей едой. Он провел последние несколько дней – скорее даже месяцев – в состоянии бесконечного унижения. С него хватит. Он хотел задушить Гермиону, но сомневался, что ему позволят. Так что Драко удовольствовался другим.
Он схватил Гермиону за плечи и швырнул ее в ванну.
… Конечно, Драко тут же понял, что это было ошибкой, так как он был прикован к Гермионе.
Взвизгнув, Драко упал вслед за ней. После двух вскриков и двух всплесков усталый и раздраженный Оливер вздохнул.
- Что ж, по крайней мере, они теперь в ванне, - пробормотал он.
Гермиона вынырнула первой, затем Драко, оба отплевывались.
- Как ты посмел! – завопила Гермиона, брызгая в него водой.
- Ах ты тварь! Это все ты виновата! – крикнул Драко, еще сильнее брызгая на нее в ответ.
С этого началось впечатляющее водное сражение. Оливер бросился спасать сухую одежду и полотенца от плещущей во все стороны воды. Когда одежда оказалась на полке, Оливер был слишком занят, чтобы их остановить: ему пришлось снять обувь и носки, поставить это все подальше, закатать брюки и подобрать мантию. Драко с Гермионой стали уже немного чище, и Оливер с интересом понаблюдал за сражением. Однако мыльной воды было недостаточно, чтобы помыть двух полностью одетых (и очень грязных) людей, и когда на полу оказалось столько воды, что свиные отбивные, выпавшие из рубашки Драко, уплыли под дверь ванной, Оливер объявил конец битвы:
- Стоп!!! Вы вдвоем в ванне, так что мойтесь уже! – Оливер указал на несколько флаконов с шампунем и всем остальным, которые всегда хранились в ванной комнате.
Гермиона взглянула на Оливера в подвернутых джинсах и с полами мантии в руках и хихикнула. Драко признал поражение, но плеснул в нее последний раз; Гермиона ответила, и водное сражение началось было снова, но Оливер воскликнул:
- Эй!
- Ладно, - пробормотал Драко, отворачиваясь от Гермионы. – Я буду вести себя по-взрослому.
- Ты не умеешь вести себя по-взрослому! – фыркнула Гермиона, двигаясь к краю ванны как можно дальше от Драко, и открыла кран: во время битвы они потеряли много воды. Когда уровень воды достигнул ее шеи и оставался на пару сантиметров ниже плеч Драко, она закрыла кран. Драко уже снимал ботинки, выливал из них воду и ставил их на пол. Гермиона последовала его примеру, стараясь не покраснеть, когда за ботинками последовала одежда Драко. Наблюдая за пеной, чтобы быть уверенной, что другим ничего не видно, Гермиона, стараясь не упасть, с трудом стянула юбку и трусики и еще более нервно принялась за блузку. Оливер стоял, отвернувшись; Гермиона подозревала, что он наблюдает за ней краем глаза, но не была уверена.
Это были самые неловкие минуты в ее жизни, а это что-то говорило. Она стояла в гигантской ванне полностью обнаженная, а в полутора метрах от нее находился ее злейший враг. В довершение всего, когда Гермиона сняла бюстгальтер, из него выпали и остались плавать черешни, хотя некоторые из них расплющились о ткань. Гермиона поскорее сунула лифчик под блузку, чтобы никто не увидел его или раздавленные черешни. Она призвала несколько флаконов, положила волшебную палочку рядом с одеждой, подальше от Драко, и начала мыться.
Стоя по шею в воде, делать это было нелегко. Гермиона не могла наклониться, чтобы помыть ноги, без того, чтобы погрузиться в воду целиком, а она не хотела терять из виду Драко, все время оставляя его в поле периферийного зрения. Отмывать некоторые части тела было совершенно унизительно; она знала, что для Драко или Оливера не составит труда угадать, что именно она сейчас моет. Большая проблема была с ногами: их нужно было хорошенько потереть, чтобы избавиться от пятен (горчица, кетчуп и все остальное оставили ее ноги разноцветными), но Гермиона не могла достать дальше середины бедер. В конце концов, ей в голову пришла светлая идея ухватиться рукой за край ванны, стоя на одной ноге, поднять другую как можно выше и отмывать ее так. Драко ухмыльнулся, когда увидел, что часть ее ноги торчит из воды. Он уже не стеснялся смотреть на Гермиону, и она практически видела, как крутятся колесики в его голове, пока он пытается придумать оскорбление.
Волосы тоже доставили ей неприятности: две косички оказались неудачным вариантом, так как они были липкими и не хотели расплетаться. Еще Гермионе пришлось решать, как помыть голову: она не хотела поднимать руки, чтобы намылить ее – боялась, что так будет видно часть груди (возможно, слишком большую часть), так что Гермиона слегка согнула ноги в коленях, а потом погрузилась в воду, смывая шампунь. Вынырнула она быстро и убедилась, что Драко не сдвинулся с места. Наконец она почувствовала себя вполне чистой, но продолжала оттираться, не желая приближать неловкий момент, когда им с Драко придется вылезать.
- Ты еще не все? – спросил Драко, уже давно закончивший мыться. Он отдыхал у края ванны, опираясь на него локтями и оставляя под водой только нижнюю часть тела.
- У тебя все еще горчица в волосах, - заметила Гермиона, и Драко в панике поднес руку к волосам, другой хватая шампунь. – Ты и вправду тщеславный, знаешь это?
- Главное, что я не выгляжу как жертва железнодорожной аварии вроде тебя, - отпарировал Драко, намыливая волосы.
- Если затеете еще один спор, утоплю обоих, - мрачно пригрозил Оливер. Он сидел на конторке в дальнем углу, где стояли раковины и зеркала, позади двух туалетных кабинок. Оливер снял мантию, чтобы не намочить ее, и выглядел забавно в подвернутых джинсах и с усталым и раздраженным выражением лица. Он наполовину дремал, так как мало спал прошлой ночью: был занят, пытаясь восстановить стол и беспокоился, что скажет Дамблдор (и другие люди), если правда о прошлом Оливера и Гермионы выйдет наружу.
- Оливер, у меня на лице еще остался сахар? – спросила Гермиона, не доверяя в этом вопросе Драко.
- Гм, да. Все еще видно, где Гарри тебя… э, лизнул.
Гермиона залилась краской и начала тереть еще сильнее, но сахар смывался плохо. Тыквенный сок оставил следы, которые этот сахар закрепил.
- Теперь нормально, - наконец, сказал Оливер, когда Гермиона почти содрала с себя кожу.
- Что, правда? – неясно откликнулся Драко, снова отдыхающий у края ванны.
Гермиона сердито глянула на него, затем поискала, что бы еще отмыть, и как раз решила убедиться, что у нее сзади не осталось следов от торта, когда дверь распахнулась.
Ужаснувшись, Гермиона нырнула.

***

Мадам Помфри вылечила шишку на голове Гарри за считанные секунды и не заинтересовалась, когда он сообщил, что это был ничем не вызванный удар кокосом (хотя эта история заставила ее долго и тщательно искать повреждения мозга). Чувствуя себя как новенький, Гарри отправился искать Гермиону, чтобы удостовериться, что она жива, никого не задушила и не накидала отбивных ни в чью рубашку.
«Милая Гермиона», - подумал он с усмешкой и начал поиск ванной. Гарри был уверен, что они все еще там: чтобы все смыть, потребуется много времени, к тому же им придется принимать душ по очереди (и наверняка, они перед этим будут целую вечность спорить). Первое, что пришло Гарри в голову – это ванная старост; насколько он знал, в учебной части школы были только туалеты, а души находились рядом со спальнями. Ванная старост достаточно уединенная, и гораздо ближе к Большому залу, чем гриффиндорская башня, что было еще одной причиной пойти туда, если ты покрыт едой и был только что опозорен перед всей школой.
Гарри сразу понял, что был прав: весь коридор перед ванной старост оказался затоплен, в воде плавали две свиные отбивные. Приподняв полы мантии и осторожно ступая, Гарри направился к двери. Его сделали старостой на шестом курсе, когда в помощь обычным старостам, заваленным работой, выбирают еще двух.
- Кроличья лапка, - произнес Гарри, с улыбкой вспоминая пароль «любовь-морковь», не то, чтобы эти два были связаны.
Дверь распахнулась, Гарри вошел и замер. Драко раздраженно взглянул на него, Оливера нигде не было видно (так как он пристроился с обратной стороны от туалетных кабинок)… как и Гермионы. Но она должна быть здесь… где-то.
«Наверное, она под водой», - удивленно подумал Гарри, не понимая, что Гермионе там делать. Он подождал несколько секунд, но она так и не появилась… и ему в голову пришла ужасная мысль. Драко выглядел очень расслабленным, по крайней мере, пока Гарри не вошел… она ведь не делала ему… она бы не стала… не стала бы?
- Уходи, Поттер, - бросил Драко. – Я занят.
«О боже, она стала! – исступленно подумал Гарри. – Она там внизу, делает ему… нет. Нет, только не моя Гермиона. Нет-нет-нет. Она бы не стала. Она никогда такого не делала… правда? Думай, Гарри! Используй мозги! Почему ушел Оливер? Может, он за что-то на нее разозлился? О боже, а вдруг он подумал, что она все рассказала мне о нем, рассердился и ушел? Вдруг Малфой с ней что-то сделал… обожемой! Он ее утопил!»
- Гермиона, держись! – крикнул Гарри, сбросил ботинки и прыгнул в ванну. Удивленное, испуганное выражение лица Драко было бы забавным, если бы Гарри не был слишком занят, ныряя в воду.
Между тем, Оливер слегка задремал, но, вздрогнув, проснулся от крика Гарри. Он встал, удивляясь, что Гарри тут делает, и вышел из своего укромного уголка как раз вовремя, чтобы увидеть, как Гарри прыгает в ванну, а Драко в ужасе окунается в воду. Изнуренный, Оливер почесал голову и просто остался стоять, закрыв дверь заклинанием.
Гермиона находилась под водой и молилась, чтобы тот, кто пришел, увидел Драко, не заметил ее одежду и ушел прежде, чем у нее кончится воздух. Вскоре ей придется всплыть, она не сможет задерживать дыхание вечно.
Внезапно ее обхватили сильные руки и дернули вверх. Гермиона вскрикнула, но подавилась мыльной водой. Драко ее лапает! Она убьет его… или это он пытается ее убить?
«Боже, нужен воздух! Не могу дышать!»
Тут ее голова оказалась на поверхности, и Гермиона начала кашлять и отплевываться, едва замечая, что ее тащат к краю ванны. Кто-то поднял ее и положил на пол, Гермиона, уже и вправду паникуя, открыла рот, чтобы закричать… но кто-то зажал ей нос и накрыл ее рот своим.
Гермиона распахнула глаза, когда ей в легкие ворвался поток воздуха… и увидела мокрое лицо Гарри. Какого черта он делает? Он… он просто вытащил ее из ванны и… целовал, если это можно так назвать. Ему определенно нужно научиться целоваться.
Гермиона была слишком потрясена, чтобы реагировать (не каждый день твой лучший друг достает тебя из ванны, чтобы доказать свою любовь – очень-очень неудачно доказать), и только когда Гарри отодвинулся и положил руки ей на грудь, Гермиона взвизгнула и оттолкнула его… прямо в ванну. Гарри успел только вскрикнуть, прежде чем ушел под воду. Драко начал истерично смеяться, наконец, поняв: Гарри решил, что Гермиона утонула.
Гарри всплыл, выглядя озадаченным. Когда он увидел, что Гермиона сидит на краю ванны и пристально глядит на него, то рванулся к ней и обнял.
- Гермиона! Ты жива!
- Да что с тобой случилось, Гарри? – потребовала ответа Гермиона, безуспешно пытаясь его оттолкнуть. Как сильно она в него попала, когда Малфой уклонился от кокоса? – Я думала, ты пошел к мадам Помфри!
- Я подумал, ты утонула! – выдохнул Гарри. – Когда я вошел и понял, что ты под водой…
- О боже, - вздохнула Гермиона. Ну конечно он не целовал ее, он пытался оказать первую помощь. – Прости меня, Гарри, но тебя и вправду вечно тянет кого-то спасать! Ну что мне с тобой делать?
Гарри отпустил ее, он выглядел как мокрая (но радостная) крыса.
- Я не мог понять, почему ты не всплываешь! Сначала я подумал… ну, неважно, что я… ты жива! И… ты голая, - он потрясенно посмотрел на ее тело.
- Гарри! – воскликнула Гермиона, совершенно забывшая об этом. Оливер подошел сзади и протянул мантию. Гермиона завернулась в нее, пока Гарри смотрел в сторону, а Драко старался не упасть от смеха.
- И вообще, какого черта ты делала в ванне с Малфоем? – потребовал ответа Гарри, все еще стоя к ней спиной.
Гермиона встала, мантия Оливера облепила ее, и она потянулась за своей палочкой, чтобы призвать полотенце.
- Что еще важнее, какого черта ты делала в ванне с Малфоем голая?
- Мылась, Гарри, что же еще? Ванна слишком глубокая, чтобы мыться по отдельности, и вообще… ну, и когда мы оказались там, то решили искупаться…
- Постой, вы забрались туда, и только потом решили, что вместе искупаетесь?
- Гарри, почему ты воспринимаешь это так… так… странно? – недовольно спросила Гермиона. – Малфой втолкнул меня, Малфой упал сам, Оливер слетел с катушек…
- Эй!
-… и приказал нам помыться. Так мы и сделали, стараясь оставаться друг от друга как можно дальше, - продолжала Гермиона, насухо вытираясь полотенцем, слишком переполненная одновременно раздражением и весельем над странностями жизни, чтобы стесняться. – Затем открылась дверь, и я нырнула, подумав, что это кто-то из старост… не могу поверить, что я забыла поставить на дверь заклинание… - Когда старосты принимали ванну, они обычно накладывали на дверь заклинание, чтобы никто не вошел. – Затем кто-то схватил меня, и я собиралась его убить, но вдохнула воду и следующее, что я помню, ты делаешь мне дыхание «рот-в-рот».
- Это теперь так называется? – весело спросил чистокровный Оливер.
- Это маггловский метод! – возмутилась Гермиона. – Так спасают тех, кто тонул.
- Как скажешь, - скептически произнес Оливер. Он не понимал, каким образом то, что Гарри целовал Гермиону, могло быть маггловским способом спасения жизни. Более того, Оливер почувствовал облегчение и радость, когда Гермиона столкнула того в ванну.
Гарри выбрался из ванны, с него стекала вода.
- Ну вот… я весь промок, - пожаловался он.
Гермиона взмахнула волшебной палочкой, так что из ее конца хлынул поток горячего воздуха, передала палочку Гарри и продолжила вытираться.
- Что ж, в любом случае, спасибо, что пытался спасти мне жизнь, - сказала она, тряся головой. Затем Гермиона взглянула на Малфоя, который смеялся так, что уже не мог издавать звуков. – О, заткнись, Малфой!


Глава 19. Союз Уизли


Рон лежал в кровати и сердито пялился в потолок. Они были вместе уже столько времени, и Гермиона его предала. Рон встречался с ней около семи месяцев, а дружили они свыше шести лет, но она все равно хранила от него тайны и на самом деле занималась… занималась… чем-то со Снейпом! С сальноволосым ублюдком Снейпом! Как она могла?
Рон услышал, как открылась и закрылась дверь, но не озаботился приветствием. Он только надеялся, что это не Гарри и Джинни снова пришли с ним поговорить – Рону хотелось придушить обоих. То, что они в этом участвовали, было немногим лучше того, что Гермиона это делала. Предполагается, что они – команда: Гарри, Рон и Гермиона, но нет…
- Эй, Рон, ты здесь? Мы хотим с тобой поговорить!
- Фред? – удивленно спросил Рон. – Что тебе нужно?
- Сказали уже, поговорить с тобой, - ответил Джордж, раздвигая полог вокруг кровати Рона.
- И о чем же? – раздраженно спросил Рон. Он не собирался просто стиснуть зубы и простить своих друзей. Черт, даже Джинни узнала раньше него!
- Видишь ли, - протянул Фред, - мы решили помочь тебе… ну, отомстить.
Рон подавил гневную тираду о том, как он не собирается извиняться за то, что его исключили из общего круга. Он полагал, близнецы не будут участвовать, либо примут сторону Гарри, Джинни и Гермионы – они были ближе к Джинни, чем к Рону.
- Почему это? – подозрительно спросил Рон, когда близнецы уселись на его кровать.
- Ну, - медленно произнес Фред, - мы… э-э-э, чувствуем себя как бы виноватыми из-за Сыча и все такое.
- И со стороны Гермионы было очень невежливо кидать в нас картофельным пюре, - добавил Джордж, оттирая что-то белесое со лба.
- Гермиона кидала в вас картофельным пюре? – повторил Рон, сбитый с толку.
- Ах да, ты ведь ушел… не волнуйся, мы пришлем фотографии, - уверил его Фред.
- Да, как только Фред закончит коллаж, чтобы обклеить свою комнату изображениями… ай! Эй, это было грубо! – Джордж потер руку там, где Фред ткнул его кулаком.
- Этот фотоаппарат разве не Колина? – Рон смотрел на камеру, висящую на груди Джорджа.
- Ага, мы его позаимствовали. Для разнообразия с разрешения владельца.
- Зачем?
- Эмм… вообще-то, ты как бы пропустил битву столетия, - сказал Фред. – Но вернемся к делам: мы решили, что настало время направить тебя по нашим стопам.
- В смысле? – нервно спросил Рон.
- Война шуток, Рон, как долго до тебя доходит? – воскликнул Фред, раздраженно вскидывая руки. – Когда вы в последний раз сыграли над кем-то хорошую шутку, а? Что ж, теперь, когда ты зол на Гарри, Гермиону и Джинни, настало время нанести удар самому, братишка!
- А что вы двое имеете против них? – не понял Рон.
- Ну подумай, Рон, все эти годы мы издевались над тобой просто от нечего делать, и теперь ты думаешь, мы что-то против них имеем? – Джордж печально потряс головой и глянул на своего близнеца. – Ты был прав, Фред, мы слишком долго запускали его обучение.
- Бедняжка Рон, - Фред тяжело вздохнул. – Слушай, Ронничка, дело не в том, что ты имеешь против них. Дело в веселье! Хотя… Гермиона так и не переспала со мной в библиотеке, как предлагала.
- Фред был очень расстроен, - согласился Джордж, не обращая внимания на сердитое выражение лица Рона.
- Да уж, - Фред опять вздохнул и хлюпнул носом. – Короче… урок номер один: разыгрывать можно всех. Друзей, членов семьи, преподавателей – всех.
- Урок номер два, - сказал Джордж, - не попадаться. Что ведет нас к…
- Уроку номер три, - продолжил Фред, – все тщательно продумывать.
- Урок номер четыре: всегда иметь алиби, запасной план и пути отступления.
- Урок номер пять…
- Я все понял, - вмешался Рон. – Так есть у вас идеи или нет?
- Нет, это у тебя есть идеи, а мы здесь для мотивации и поддержки, - сообщил ему Фред, как будто это должно было быть очевидным. – Для этого и нужны братья.
- В каком смысле «у меня есть идеи»? Нет у меня идей. Я об этом даже не думал.
- И все же у тебя есть идеи, братишка, - сказал Джордж. – Множество идей. И уже давно. Что-то от нас, что-то от Сириуса и Ремуса, что-то, что ты придумал сам.
Рон распахнул глаза. У него и вправду были идеи: способы отплатить лучшему другу, подружке и сестре… не говоря уже о Малфое. И никто из них не будет его подозревать… по крайней мере, какое-то время… и тогда Рон сможет, наконец, доказать, что он ничем не хуже них.
Рон ухмыльнулся:
- О, это будет весело.

***

Джинни направлялась в гриффиндорскую башню, надеясь, что никого из компании не поймали (и что Гарри не слишком пострадал от удара), когда наступила одной ногой в лужу, а другой – на кусок отбивной.
- Нашла их, - пробормотала Джинни.
Она подкралась к ванной старост, стараясь не поскользнуться; весь беспорядок очень напоминал дело рук Плаксы Миртл. Послышался смех, а затем голоса Гарри и Гермионы. Джинни прижала ухо к двери.
- О, заткнись, Малфой! – раздраженно сказала Гермиона, когда Малфой начал задыхаться от смеха. – Может, вылезешь уже из ванны? Я хочу убраться отсюда.
Джинни улыбнулась, удивляясь, что же там случилось, и постучала в дверь.
- Ребят, это я! – крикнула она и произнесла пароль, чтобы войти.
Она удивленно огляделась: сценка была еще необычнее той, когда Джинни застала Гарри сидящим на Гермионе, а Драко – лежащим рядом с ними. Гермиона, одетая в огромную мантию Оливера, сушила волосы. Драко, очевидно голый, сжимал край ванны, его лицо покраснело от беззвучного смеха. С Гарри, полностью одетого, но без ботинок, стекала вода, очки надеты криво. Оливер же просто стоял рядом, одновременно усталый и веселый.
Джинни вопросительно взглянула на Гермиону, которая вздохнула:
- Расскажу позже. Как все прошло с преподавателями?
- Они только сейчас покидают подземелья, - гордо сообщила Джинни. – Потратили кучу времени, выясняя, что я на себя наложила. Но нужно возвращаться в башню: они скоро будут здесь, и я сомневаюсь, что вам хочется объяснять весь этот беспорядок… по крайней мере, учителям, а так это был бы отличный рассказ. А что с Малфоем? Кто-то наложил на него Веселящие чары?
- Если бы, - холодно проговорила Гермиона. – Давай уже, Малфой, нужно уходить! Иначе нас поймают!
Прошло еще много времени, прежде чем Драко вылез из ванны; Гермиона уже надела несочетающуюся одежду, которую принес Добби, и Джинни привела в порядок ее волосы. Как раз когда Драко начал вытираться, они услышали снаружи громкое мяуканье.
- Ой, - встревожилась Джинни, открыла дверь и увидела миссис Норрис, которая взглянула на нее так злобно, как только это возможно для кошки, и исчезла с глаз.
- Это миссис Норрис! Она побежала к Филчу!
- Бегите! – прошептал Оливер, натягивая обратно слегка повлажневшую мантию. – Давайте, а я что-нибудь придумаю!
- Спасибо! – крикнули трое гриффиндорцев, рванувшись в сторону своей гостиной с Драко на буксире.

***

- Значит, ты извинился перед Джинни? – спросил Шеймус у Дина, когда они сидели в гостиной вместе с Лавандой и Парвати. Шеймус и Дин играли в шахматы, чтобы не слушать болтовню девчонок.
- Да, - мрачно ответил Дин. – Она ко мне не вернется, но, по крайней мере, можно не волноваться, что один из ее друзей или братьев убьет меня во сне.
Шеймус издал смешок:
- Двигайся дальше, приятель. В море полно другой рыбы.
- Но не для тебя, - отрезала Лаванда, с которой встречался Шеймус.
- Конечно, - поспешно ответил тот.
- Подкаблучник, - закатил глаза Дин.
- Вовсе нет, - возразил Шеймус.
- Вовсе да.
- Зато я не мечтаю о какой-то шестиклашке, с которой расстался больше года назад, - отпарировал Шеймус.
- Эй, сам попробуй встречаться с ней несколько месяцев, а уже потом мы поговорим о том, каково ее забыть, - печально сказал Дин. – Джинни такая… - Дин резко замолчал, глядя на вход в гостиную.
Шеймус посмотрел туда и увидел входящую Джинни, которая держала охапку одежды.
- Заходите уже, - прошептала Джинни, поманив кого-то рукой. – Пока на нас не смотрит вся гостиная.
Шеймус тут же толкнул локтем Лаванду, чтобы привлечь ее внимание, и они вчетвером с интересом уставились на вход. Еще несколько человек с любопытством глядели на Джинни.
Через несколько секунд появился Гарри, насквозь промокший, он направлял волшебную палочку на свои волосы, чтобы высушить их. В результате часть волос топорщилась еще больше, чем обычно, в то время как остальные лежали гладко. Затем вошла Гермиона, одетая так, словно на нее упал гардероб. На Гермионе красовался красный купальник, джинсы и расстегнутая фиолетовая блузка. На одной ноге надет темно-зеленый носок, на другой – оранжевый с маленькими черными кошечками, оба ужасно дисгармонировали с розовыми туфлями на шпильках.
Но если Гермиона и была одета странно, это не шло ни в какое сравнение с тем, что было на Драко Малфое – гриффиндорское алое банное полотенце.
Только гриффиндорское алое банное полотенце.
Все в гостиной начали смеяться; Драко сердито глянул на них и поплотнее обернул полотенце вокруг талии.
Гарри ухмыльнулся:
- Эй, Малфой, какой там у вас пароль? Я что-то запамято…
- Любовь-морковь!!! – зло крикнул Драко на стену, которая тут же открылась.
Дин, Шеймус, Лаванда и Парвати смотрели, как странная (и не в одном смысле) компания исчезла за стеной.
- Мерлин, - выдохнула Парвати сквозь смех, обхватив себя за бока. – Мы просто обязаны выяснить, что с ними происходит!

***

«Я могу объяснить, - предположил Оливер, пытаясь придумать хорошую причину, по которой четвертый этаж залит водой, а сам он стоит рядом с ванной старост, сжимая в руках ботинки и носки. – Нет, «я могу объяснить» звучит так, словно это я натворил… черт, что же сказать? «Я не видел, кто это сделал»? Нет, моя мантия влажная, а обувь – нет, они поймут… обвинить слизеринцев? Нет, они были заперты в подземельях…»
Его мысли прервал голос МакГонагалл, идущий с лестницы:
- Вы уверены, что они еще в ванной, Макмиллан? – строго произнесла она.
- Они оставались там, когда я отправился вас искать. Я слышал голоса, но не знаю, кто это был, - ответил Эрни Макмиллан.
Оливер застонал; Макмиллан стал фанатичным приверженцем правил с самого назначения старостой факультета, не говоря уже о старосте школы.
- Я признательна, что вы пришли ко мне, Макмиллан, - холодно сказала МакГонагалл. – Возможно, более суровые наказания положат конец этой сумасбродной войне шуток.
Оливер состроил гримасу. Если и есть человек, с которым он не хотел бы иметь дело, то это МакГонагалл. Она не терпит нарушения правил и тут же поймет, что Оливер покрывает Гарри. Другими словами, Оливеру грозит гибель.
В четвертый раз за два дня Оливер повернулся и побежал.

***

Как только они вошли, Драко выхватил свою одежду у Джинни и заперся в ванной, пока Джинни и Гермиона, стоя под дверью, спорили, во что Гермионе следует переодеться. Когда она, наконец, нормально оделась, Джинни пошла за сухими вещами для Гарри, но в итоге решила приволочь весь сундук, так как Рон еще злился.
- Что самое странное, - сообщила Джинни, нахмурившись, пока Гарри копался в сундуке, - Фред и Джордж разговаривают с Роном, и им, похоже, весело, но Рон все равно сердито на меня посмотрел.
- Хм, - Гермиона решила обдумать это позже, так как была занята, выискивая заклинание, чтобы очистить обувь, которая была на ней во время битвы едой.
Когда Драко вышел из ванной комнаты, с ним никто не говорил и не смотрел на него, что его вполне устраивало. Он сел на свою кровать, гриффиндорцы уселись на кровать Гермионы, и обе стороны принялись игнорировать друг друга. Какое-то время Гарри, Гермиона и Джинни искали подходящие проклятья и защитные заклинания, чтобы наложить их на сундуки Гарри и Гермионы, отчего Драко закатил глаза: сдались ему их вещи.
- Конечно, Рон успокоится, - уверяли они друг друга и со временем перешли на беспечную болтовню, почти забыв о присутствии Драко.
Наконец, Драко встал, напоминая о себе.
- Сейчас ужин, - сказал он бесстрастно. – Пошли.
- Я не пойду на ужин, - сообщила Гермиона. – Я не буду появляться в Большом зале следующие несколько месяцев, большое тебе спасибо за это.
- Там моя мама, думаешь, я бы иначе пошел? – огрызнулся Драко. – Мне нужно ее увидеть.
- Мне плевать, кто там есть, я…
- Ребята, давайте не будем спорить, - устало произнес Гарри. – Мне уже хватило представлений на сегодня. Может, просто спустимся вниз, один из нас позовет мать Малфоя, чтобы они смогли поговорить, обняться и что там еще, а затем мы пойдем и поужинаем на кухне, хорошо?
- Ты что… идешь на компромисс… с Малфоем? – потрясенно спросила Гермиона.
- Гермиона, - сказал Гарри, - за последние два дня я был обездвижен на половину ночи, полетал на малфоевских авиалиниях, Рон дважды на меня разозлился, ты меня чуть не убила кокосом, а совсем недавно я попытался спасти тебя из ванны, только чтобы войти в гостиную с Малфоем, на котором было одно полотенце. С меня хватит проблем на сегодня, ясно? Я не выдержу. А учитывая, что мои выходные были лучше твоих, думаю, ты согласишься.
Гермиона закусила губу и повернулась к Драко, который пожал плечами.
- Ладно, - проворчала она.
Джинни дали задание пойти в Большой зал, и вскоре она появилась вместе с Нарциссой Малфой.
- Драко, зачем весь этот ажиотаж? – недоумевая, спросила Нарцисса.
- О… я… мне не хотелось идти в зал, - сказал Драко. – Я…
- О! Миссис Малфой! – послышался новый голос, и все повернулись к Дамблдору, только что вошедшему в замок. – Как поживаете?
- Хорошо, Альбус, а вы? – спросила она вежливо.
- Отлично, отлично: какое облегчение, что поймали еще одного Пожирателя Смерти, - сказал он. – Мальсиберу снова присудили пожизненный срок в Азкабане.
- И в самом деле, облегчение! – воскликнула Нарцисса. – О, я так рада, что этого ужасного человека поймали…
- Правда, рады? – нахмурился Гарри.
- Ну конечно, а вы разве нет? – удивилась Нарцисса. Затем она встряхнула головой и повернулась к Дамблдору. – Альбус, пока мы все здесь, я бы хотела обсудить эту проблему с… цепью, если не возражаете.
- Ну конечно, - сказал Дамблдор, - почему бы нам всем не пройти в мой кабинет?
Побаиваясь предстоящего разговора (другими словами, беспокоясь, какой скандал закатит мать Драко, вдова человека, бывшего правой рукой Волдеморта, до сих пор имеющая множество связей в Министерстве), Гарри, Джинни и Гермиона последовали за Дамблдором в его кабинет, где расселись по удобным, обитым ситцем стульям.
- Хорошо, что ты все с себя смыл, Драко, - сказала Нарцисса, когда все уселись. – Я боялась, пятна от горчицы не сотрутся.
Четверо учеников обеспокоенно глянули на Дамблдора, надеясь, что тот ничего не скажет и не назначит им наказание. Дамблдор понимающе улыбнулся и не стал комментировать.
- Во-первых, - сказал он, - исследование вашей проблемы проходит замечательно. Мы надеемся вскоре найти решение… но сомневаюсь, что это случится прежде рождественских каникул.
- Профессор, - нерешительно произнесла Гермиона, - я… я пообещала родителям, что это Рождество проведу с ними. Мы не встречали его вместе с моего первого курса, а в этом году в доме дедушки с бабушкой встретится вся семья, все мои дяди, тети и их дети… а канун Рождества я собиралась провести с… э… в Лондоне, – быстро исправилась она, чтобы не упоминать Орден Феникса перед Малфоями.
- Эй, а как насчет моего Рождества? – сердито спросил Драко. – Я хотел встретить его с мамой.
Гермиона закусила губу, не желая спорить перед директором и Нарциссой.
- Э, - она повернулась к Дамблдору. – а вы что думаете, профессор?
- Так, - медленно произнес тот, – во сколько соберется ваша семья, мисс Грейнджер?
- Мы договорились встретиться в одиннадцать и, возможно, оставаться там весь день.
- В таком случае, - сказал Дамблдор, - я поговорю с членами Ордена и посмотрю, можно ли передвинуть празднование Рождества на вечер. Мистер Малфой сможет сопровождать вас на обе встречи, а вы сможете сопровождать его в особняк Малфоев в канун Рождества.
Гермиона в ужасе уставилась на него.
- В-взять на встречу с моей семьей его? – пролепетала она. – Но… но профессор, они же магглы…
- Ну, если ты не хочешь идти… - Драко ухмыльнулся.
- Я полагаю, мистер Малфой ходит на изучение магглов, - произнес Дамблдор, его глаза мерцали. – А вас, Нарцисса, это устраивает?
Она кивнула.
- Да, можно будет принять необходимые меры, - сказала она.
- Постойте… как же я туда попаду? – спросила Гермиона. – То есть, я не могу приехать к бабушке и дедушке на «Ночном рыцаре»… Я собиралась отправиться домой из Лондона на автобусе, а потом поехать с родителями…
Дамблдор обдумал это.
- Я уверен, проблему с транспортом мы решим, - произнес он. – Хотя это может занять некоторое время.
- Профессор, - заговорила Джинни, - а что насчет остальной части каникул? Где они останутся?
- Позволим мистеру Малфою и мисс Грейнджер решить это самим, - сказал Дамблдор. – Но я бы настоятельно рекомендовал провести это время с Орденом, либо в Хогвартсе. Сообщите мне свое решение к концу недели, к тому времени я должен буду решить вопрос с транспортом. А теперь, полагаю, нам осталось обсудить твою отработку, Гарри…
- Отработку? За что? – беспомощно спросил Гарри.
- За то, что летал на малфоевских авиалиниях, - сказала Гермиона, бросая на него многозначительный взгляд.
- Этот молодой человек украл метлу Драко? – потрясенно спросила Нарцисса.
- Нет-нет, мам… - Драко закусил губу. Он достаточно знал свою мать, чтобы понять: как только ей скажут, что Гарри раздул его голову, она захочет в деталях узнать, за что. – Не волнуйся, это просто такое выражение.
Дамблдор улыбнулся:
- Я бы попросил провести с тобой отработку мистера Филча, но так как Северус не приготовил вовремя Перечное зелье, нам пришлось бы ждать, пока мистер Филч не почувствует себя лучше. Так что твою отработку, Гарри, согласился провести Северус, и мы назначили ее на четверг.
- Хорошо, - произнес Гарри. – Э… мне, правда, жаль, что так получилось, профессор.
- Никто не может всегда контролировать свои эмоции, - напомнил ему Дамблдор, снова улыбнувшись.
- Это точно, - в унисон пробормотали Гарри, Джинни, Гермиона и Драко.
Дамблдор тихо засмеялся.
- Я надеюсь, вы пользуетесь возможностью, чтобы преодолеть свои разногласия?
Сложно было не заметить, как все четверо отчаянно пытаются не расхохотаться.
- Э… мы стараемся, профессор, - соврал Гарри.
- Хорошо, - сказал Дамблдор. – Что ж, если больше ничего обсуждать не нужно, у меня еще много работы…
- Спасибо, что уделили время, Альбус, - произнесла Нарцисса, вставая.
Гарри, Гермиона и Джинни повернулись, чтобы вслед за Драко и Нарциссой выйти из комнаты, но на полпути к выходу Драко остановился.
- Профессор, - медленно проговорил он, - я слышал, что Мальсибера поймала Нимфадора Тонкс, и… она… она в порядке?
- Все хорошо, - уверил его Дамблдор. – Она даже получила повышение, так как это пятый пойманный ею Пожиратель Смерти.
- Спасибо, - сказал Драко, выражение его лица невозможно было прочитать.
Гарри и Гермиона обменялись взглядами, удивляясь, что ему за дело до Тонкс; они сомневались, что он просто волновался о ней. Именно Тонкс убила Люциуса Малфоя.
Гарри с Гермионой посмотрели на Джинни, та кивнула: нужно будет поговорить об этом, как только у них появится время без Малфоя поблизости.
Они спустились вниз. В вестибюле Нарцисса и Драко попрощались, и они вчетвером направились в кухню, как только были уверены, что Нарцисса ушла.
Когда Нарцисса удалилась на достаточное расстояние, Гермиона взорвалась:
- Не могу поверить, что мне придется знакомить со своей семьей его! Они все… все… странно! И Малфой! Ха! Получит он домашнюю стряпню! Одно неверное движение, и будет ему дедушкин старый дробовик!
- Гермиона, ты говоришь ерунду, - мягко сказала Джинни.
- Ну почему же, - возразил Гарри. – Она сказала, что не хочет никуда брать Малфоя, так как ее семья посчитает странным, если она приведет домой на Рождество парня, тем более, что, возможно, упоминала, как ненавидит этого самого парня. А потом она сказала, что, если Малфой что-то сделает, она кинет в него блюдом с чем-то, приготовленным бабушкой, а затем убьет его грязным маггловским способом.
- О, ладно, - ухмыльнулась Джинни. – Если у нее есть план.


Глава 20. Вопросы


- Гермиона? – обратился Гарри к подруге, остановившись перед входом в кухню. – Мне нужно сказать пару слов Джинни, не возражаешь?
Гермиона улыбнулась:
- Я смогу контролировать Малфоя несколько минут, Гарри, не волнуйся.
- Уверена? – Джинни каверзно улыбнулась. – Если ты не знаешь, там на кухне много разной еды.
- Ой, как смешно, - Гермиона закатила глаза. – Просто не задерживайтесь, ладно?
Драко, который никогда раньше не был на кухне, с интересом смотрел, как Гермиона пощекотала грушу, и, когда дверь открылась, последовал за гриффиндоркой.
- Так о чем ты хочешь поговорить? – спросила Джинни, вдруг занервничав. Она сомневалась, что Гарри хочет выразить восхищение ее волосами или спросить ее мнения о правах домовых эльфов.
Гарри встал перед входом в кухню и наградил Джинни взглядом, говорящим, что не он позволит ей уйти, пока она не ответит.
- Рассказывай, Джинни. Сейчас.
- О… о чем?
- Сама знаешь, о чем, - строго произнес Гарри. – Вы с Гермионой – близкие подруги. Она рассказывает тебе то, о чем не говорит нам с Роном. Девчачьи секреты.
- Ну, просто есть то, что не рассказывают друзьям мужского пола, - сообщила Джинни, нервно сглотнув.
- Я думаю, настало время все же раскрыть кое-какие из тайн Гермионы одному из ее друзей мужского пола, - сказал Гарри, сузив глаза. – Например, что происходит между ней и Вудом. Или почему ни одна из вас не рассказала мне о Снейпе.
- Гарри, я не собираюсь предавать доверие Гермионы, - произнесла Джинни. – Ее тайны – это ее тайны, и я раскрою их не раньше своих. Даже тебе.
- Она все равно собиралась мне рассказать, перед тем как я… э… случайно раздул Малфоя, - ответил Гарри.
- Возможно, только потому, что ты припер ее к стенке… то есть к озеру, - возразила Джинни. Гермиона рассказала ей эту историю утром, пока одевалась; Драко в это время мылся, а Гарри, Рона и Оливера уже выставили из ванной. С другой стороны, Гермиона сообщила ей, что расскажет Гарри, как только найдет правильные слова. И Джинни знала, что Гермиона скорее обрадуется, чем рассердится, если Джинни все сделает за нее.
- Рано или поздно она бы мне все равно рассказала, - не уступал Гарри. – Ты знаешь, что рассказала бы.
Джинни закусила губу и вздохнула, понимая, что, если уж на то пошло, Гермиона будет ей благодарна за то, что Джинни спасла ее от неловкой ситуации.
- Ну хорошо, Гарри, если ты так уж хочешь знать… ты уверен, что хочешь? Ты можешь пожалеть. Честно.
- Джинни, слово «честно» скоро станет запретным, ты так не думаешь? Расскажи мне. Начни с чемпионата мира по квиддичу… не помню, чтобы Гермиона тогда оставалась наедине с Вудом.
Джинни глубоко вздохнула:
- Вообще-то, оставалась, дважды. Когда она выскочила из очереди за водой, то столкнулась с ним, и они немного поболтали. А потом, ночью после матча, она не могла уснуть и вышла прогуляться…
- Ты шутишь?! – Джинни потрясла головой. – Она с ума сошла? Бродить одной, когда там было столько Пожирателей Смерти?
- Она сказала, что была так встревожена и расстроена, что просто должна была выйти наружу. Она решила: после случившегося Пожиратели Смерти слишком потрясены, а министерство бдительно, так что с ней ничего не случится. Она подумала, что Пожиратели будут тише воды, и оказалась права. Затем… ну, она наткнулась на Оливера, которому тоже не спалось. Они погуляли вместе и… короче говоря, Оливер проводил ее до палатки, и все закончилось поцелуем. Долгим.
- И Гермиона показала ему татуировку прямо на пути к палатке?
- Не будь идиотом! – воскликнула Джинни. – Конечно же, нет. Тем более, татуировки тогда еще не было. Гермиона сделала ее прошлым летом, забыл?
- Тогда как он ее увидел? – нетерпеливо спросил Гарри.
- Ну, - протянула Джинни, решая, как много рассказать, - помнишь, мы говорили тебе, что Оливер присоединился к Ордену как раз перед тем, как ты приехал на площадь Гриммо?
Гарри кивнул. Разговаривая с Фредом, Джорджем, Роном, Гермионой и Джинни летом перед пятым курсом, он узнал, что несколько его знакомых стали членами Ордена, среди прочих и Оливер. Отец Оливера работал в отделе обеспечения магического правопорядка, а несколько членов их семьи погибло из-за Волдеморта, так что Оливер отыскал Дамблдора, чтобы узнать, правдивы ли слухи. Подтвердив их, Дамблдор предложил Оливеру стать членом Ордена Феникса, и тот охотно согласился.
- Когда Оливер только присоединился к Ордену, он заглядывал на площадь Гриммо – учился, посещал собрания и все в таком духе. Потом начались тренировки в «Пэдлмор», и у него оставалось мало свободного времени… но, ну, когда он приходил на Гриммо, они с Гермионой… ну, проводили время вместе, - Джинни подавила смешок, глядя на выражение лица Гарри, и продолжила. – Похоже, почти каждый раз, когда Оливер оставался на выходные на площади Гриммо в те два года, что Ты-Знаешь-Кто был на свободе, они с Гермионой… бывали наедине.
- Но… но ведь прошлым летом она сошлась с Роном. Как же – она не…
- Нет, она не изменяла Рону. Когда война закончилась, Гермиона сообщила Оливеру, что проводит часть времени со своей семьей и маггловскими друзьями. И Оливер время от времени гулял с ней и ее друзьями – они ходили вечеринки и все такое. Не очень часто, ведь Оливер – чистокровный волшебник, и ему было сложно не вызывать подозрений среди магглов, но я знаю, что иногда он гулял с ними. Что же до того, как он увидел татуировку… я не знаю. Возможно, он был там, когда Гермиона ее делала. Они много времени проводили вместе, пока она не присоединилась к нам в штаб-квартире на твой день рождения. Вообще-то, Оливер мог и не видеть татуировку; возможно, Гермиона только рассказала про нее.
- Значит… постой. Получается, когда она сошлась с Роном, то изменила Оливеру?
- Она никогда не встречалась с Оливером. Не совсем. Они… они нравились друг другу и как бы ходили на свидания, но не были парой. Гермиона не хотела ни с кем встречаться во время войны, и при том, что она училась в школе, а Оливер играл в профессиональный квиддич… это было просто неосуществимо. Гермиона сошлась с Роном за пару недель до начала учебного года, спустя значительное время после того, как в последний раз видела Оливера. И когда она узнала, что Оливер в этом году станет нашим учителем, то рассказала ему про Рона, - выражение лица Джинни смягчилось. – Бедняга Оливер. Мне кажется, он считал, что, согласившись на преподавание, окажется ближе к ней. Вообще-то, я думаю, Оливеру все еще нравится Гермиона, но при том, что у нее есть парень, а Оливер – ее преподаватель, у них только случаются время от времени неловкие беседы.
Гарри сложно было усвоить все сказанное.
- То есть… давай уточним. Ты имеешь в виду, что они спали друг с другом с лета перед четвертым курсом, и при этом даже не встречались?
- Да нет же! – раздраженно ответила Джинни. – Ты что, Гарри, Гермионе тогда не было и пятнадцати! Ты, правда, считаешь, что она занималась сексом с Оливером в четырнадцать лет?
- Я вообще не представлял, что она могла что-то делать с Оливером, - отрезал Гарри.
- Ой, да брось, она же девушка, а не монахиня! – повысила голос Джинни. – То есть, ты наверняка видел, как она целуется с Виктором…
- Нет, не видел, - прервал ее Гарри, нахмурившись: Гермиона всегда казалась ему недотрогой.
Джинни фыркнула:
- Какой ты наивный! Почему, по-твоему, он тогда пригласил ее погостить в своем доме в Болгарии – где, между прочим, жил один? Чтобы было с кем играть в квиддич?
Гарри открыл рот от удивления:
- Ты что, серьезно?
- Да, Гарри, - Джинни закатила глаза. – Брось, этот мистер Я-еще-никогда-ничего-подобного-к-девушкам-не-чувствовал пригласил ее остаться в своем доме в другой стране, что обычно предполагает больше, чем однодневное пребывание. Я не уверена в его тогдашних намерениях, но сомневаюсь, что они были такие уж невинные.
- Но ведь Гермиона думала поехать!
- Ну да.
- Но… но…
- Достань свою голову из задницы, Гарри, - вздохнула Джинни. – Виктор богатый, знаменитый, милый, умный, хороший танцор и довольно симпатичный.
- Гермиона сама сказала, что красивым его не назовешь!
- Да, ну… она сказала: «красивым не назовешь», а не «некрасивый», значит, он ей хоть немного симпатичен. И девушки не всегда говорят то, что думают о парнях, Гарри. Тем более, если говорят это другим парням. Одна из твоих лучших друзей – девушка, как ты мог этого не замечать? Сколько ты уже знаком с ней?
- Гермиона – не настоящая девушка, она… она… Гермиона!
Джинни хлопнула себя по лбу.
- Короче, Гарри… мы можем вернуться к теме? Я есть хочу, - Гарри поджал губы и кивнул. – Я, правда, не знаю, спали ли они вместе, но даже если и так, сомневаюсь, что это случилось на чемпионате мира. Со временем они могли начать делать это, имей в виду, я никогда особо не расспрашивала Гермиону. Не знаю. И это ее дело, не наше. Но, как я уже сказала, возможно, он даже не видел ее татуировку.
- Видел, - уверенно ответил Гарри. – Они весь год странно вели себя друг с другом. Я никогда об этом не задумывался, но теперь все становится на свои места. То есть, она рядом с ним обычно молчала, а он странно поглядывал на нее… я раньше не обращал внимания, но теперь… понятно.
- Это и вправду не твое дело, Гарри, - тихо произнесла Джинни. – То, с кем она спала или чем занималась с тем или иным парнем… она не обязана этим делиться.
- Может быть, а может, и нет, - уперся Гарри, - но как бы ты себя чувствовала, если бы один из твоих лучших друзей тайно общался с кем-то больше двух лет, не рассказывая тебе?
Джинни вздохнула:
- Я понимаю, Гарри. В любом случае… теперь мы можем пойти ужинать?
- Пока нет. Что было между ней и Снейпом?
- Ради бога, Гарри, она просто дурачила Малфоя! – воскликнула Джинни, всплеснув руками. – Ничего не было. Она так хотела выиграть эту войну, а ты знаешь, какая она, на что она способна, чтобы достичь цели…
- Она позволила Снейпу поставить ей засосы только для того, чтобы отыграться на Малфое? – не мог поверить Гарри.
- Гарри, - медленно произнесла Джинни, - ты представляешь, в какие неприятности Гермиона бы попала, если бы стало известно, как она шантажировала Риту Скитер, чтобы та не писала свои статьи? Шантаж незаконен, пусть даже он оправдан… а когда тебе известно, что кто-то совершил преступление, ты просто обязан об этом сообщить, иначе ты сам преступаешь закон. Но Гермиону это не остановило, потому что она, во-первых, считала, что не попадется и, во-вторых, ненавидела Скитер настолько, что риск разделить с той одну камеру в Азкабане стоил того. Гермиона шантажировала Скитер уже дважды: чтобы та не писала целый год и чтобы взяла у тебя интервью. Итого: два шантажа и бог знает сколько обвинений за то, что не выдала незарегистрированного анимага. Не знаю, могут ли ее еще обвинить, через такое время после совершения преступления, но… выслушай мое мнение: Снейп был не более чем участником запутанного плана мести и советником в плане новых идей для шуток. Да, это звучит неестественно, но мысль об ином еще более абсурдна. Это все война шуток и ничего больше. Она не рассказала вам с Роном только потому, что решила: вы не поймете; и она была права, ведь так?
- Все равно, мы бы лучше восприняли эту новость от самой Гермионы, а не от Малфоя.
- Ну, я уверена, она бы сказала вам, если бы знала, что Малфой в ближайшем будущем окажется прикован к ней, - Джинни закатила глаза. – Послушай, Гермиона через многое прошла. Ты можешь оставить ее в покое? Сейчас ей не нужно это ни от Рона, ни, тем более, от тебя.
Гарри кивнул:
- Хорошо. Пошли, убедимся, что они опять не начали ругаться.
Но в кухне Гарри и Джинни открылось удивительное зрелище: мало того, что Гермиона и Драко не ссорились, но Драко еще и сидел за столом рядом с Добби, и эти двое болтали как старые друзья.
- Что тут происходит? – прошептал Гарри Гермионе, видя, что Драко не обратил на них внимания. Добби же вообще не заметил вошедших.
- Сама не понимаю… они так… любезны друг с другом, - прошептала Гермиона в ответ. – То же самое было в ванной, я не знаю, почему.
- Малфой любезен с домовым эльфом? С тем, что раньше принадлежал ему? – прошипела Джинни.
- Потом, когда появится возможность, я поговорю с Добби и узнаю, в чем дело, - сказал Гарри, и все трое набросились на гору еды, что лежала на столе между Гермионой и Драко.

***

В понедельник Гарри, Гермиона и Драко встали ни свет ни заря. Все трое нервничали, Драко даже не язвил. Сегодня им придется идти на занятия, чему ни один из них не был рад. Учитывая слухи, уже витающие по школе, и то, что Гермиона и Драко проводят время вместе, нахождение рядом с другими учениками не казалось хорошей идеей.
- Какие у тебя сегодня предметы? – спросил Гарри у Гермионы, когда они выходили из комнаты. Было еще очень рано, они надеялись спуститься вниз, позавтракать и уйти, прежде чем Большой зал заполнится людьми.
- Зелья, чары и затем трансфигурация, - ответила Гермиона.
- Привет, ребят, - позвала Джинни, когда они спустились в гостиную. – Я как раз собиралась к вам… решились сегодня спуститься в Большой зал?
- Да, - ответил Гарри. – Невилл вчера сказал, что Филч выздоровел, а мы не хотим дать ему знать, что нам известно местоположение кухни. Так что мы решили позавтракать рано.
- Слишком рано, - пробурчал Драко, выходя вслед за ними сквозь портретный проем.
- Ну что, вы готовы к контрольным работам? – спросила Гермиона у Гарри и Джинни. Гарри нервно кивнул, а Джинни пожала плечами. – У меня сегодня контрольная по трансфигурации, но думаю, я готова… вы не хотите позаниматься сегодня вечером? Или у вас тренировка по квиддичу?
- Нет, на сегодня поле заняли слизеринцы… ой.
Все четверо замерли. Драко хлопнул себя по лбу.
- Как я мог забыть про сегодняшнюю тренировку! – простонал он.
- Что ж, можешь ее пропустить, - холодно заметил Гарри, - вы все равно не выиграете кубок.
- Вы опередили нас всего на пятьдесят баллов, Поттер, - огрызнулся Драко. – Все, что нам нужно – это размазать Хаффлпафф, и тогда…
- Вы не побьете хаффлпаффцев, пока их капитан Макмиллан, и…
- Эй, единственные, кто когда либо проигрывал Хаффлпаффу, – это гриффиндорцы, Поттер.
- Ой, брось, по крайней мере, я лучший ловец. Ты же вообще не можешь выиграть.
- Может, хватит спорить? – вмешалась Гермиона. – Все равно с этой тренировкой ничего не выйдет. Ты не сможешь пойти на нее, Малфой. Я не собираюсь взбираться на метлу и летать рядом с тобой.
- Да? Еще посмотрим, - рыкнул Драко и отправился в сторону Большого зала, таща за собой Гермиону.
К счастью, когда они прибыли, Большой зал был почти пуст, хотя учителя уже пришли. Драко прошествовал мимо гриффиндорского стола и направился к преподавательскому, Гарри и Джинни остались.
- Профессор, - позвал он Дамблдора, прерывая беседу того с Флитвиком, - у меня сегодня тренировка по квиддичу, и мне очень нужно там быть… можно что-то сделать?
Дамблдор улыбнулся:
- Почему бы вам не взять с собой мисс Грейнджер?
- Мне? Летать с ним? На тренировке Слизерина?! – вскрикнула Гермиона.
- Я понимаю, что это может быть немного опасно, - медленно произнес Дамблдор. – Вы ведь не очень привыкли летать, да?
- Да, - ответила Гермиона, которая ненавидела летать и решалась на это только в крайних случаях.
- Что ж, тогда я попрошу одного из преподавателей присмотреть за тренировкой, - сказал ей Дамблдор. – Чтобы предупредить несчастные случаи.
- Но… но… но…
Драко ухмыльнулся.
- Спасибо, профессор, - произнес он, уже раздумывая над тем, как бы испортить ей вечер. Он поискал взглядом мадам Трюк, но не нашел; ее стул, стоящий между стульями Стебль и Оливера, был пуст, и Драко смутно вспомнил, что она вроде бы подцепила у Филча простуду. – Э… а где можно найти мадам Трюк? Нам нужна школьная метла для Грейнджер.
- О, это будет совсем небезопасно, - сказал Дамблдор, не переставая улыбаться. – Очень сложно летать рядом с кем-то, тем более, если один – неопытный летун, а вокруг носятся бладжеры. Мисс Грейнджер придется летать на вашей метле.
- Что?! – воскликнули оба.
- Полагаю, так будет гораздо безопаснее, - закончил Дамблдор.
Гермиона и Драко вернулись к гриффиндорскому столу. Гермиона сердито уселась между Гарри и Джинни, а Драко шлепнулся на скамейку напротив нее, раздраженный. Только он решил, что ему в чем-то повезло, как услышал, что должен летать на одной метле с Грейнджер.
- О чем говорили? – спросил Гарри у Гермионы.
- Я должна буду летать с ним! – бесилась Гермиона. Она с такой силой шлепнула масло на тост, что джем разлетелся во все стороны. – Дамблдор ожидает, что я отправлюсь на тренировку вместе с Малфоем!
- Мы тоже пойдем, - сочувственно сказал Гарри. Джинни кивнула.
- Нет, не пойдете, Поттер! – вмешался Драко.
- Ты меня не остановишь.
- А семь слизеринских игроков?
Гермиона вздохнула: она устала от бесконечных ссор с Малфоем.
- Не волнуйся, Гарри, Дамблдор пошлет одного из учителей за нами присмотреть, - неохотно сказала она.
Гарри нахмурился; он не хотел указывать на причины, почему должен быть там, так как любая из них напугала бы Гермиону еще больше.
- Все нормально, Гарри, правда, - уже тверже сказала Гермиона. – Лучше готовься к контрольным.
- Ладно, - надулся Гарри. Джинни выглядела так же уныло.
Они ели быстро, но зал начал заполняться, а им было еще далеко до конца завтрака. Как раз когда Гермиона собиралась предложить пойти на зелья пораньше, кто-то кашлянул. Гермиона подняла взгляд и увидела двух уродливых, одетых в розовое девушек, что стояли позади Драко.
- Малфой, - произнесла та из девушек, что повыше, с двумя хвостиками. На ней было надето розовое платье с низким вырезом и оборками, и, как и подруга, она была огромной: равная смесь мускулов и жира. Гермиона уставилась на нее, а затем повернулась к другой девушке. Та была в короткой розовой мини-юбке, открывающей толстые волосатые ноги, и белой футболке с радужной надписью: «Лесбиянка и горжусь этим».
Драко повернулся и удивленно посмотрел на девушек, не понимая, почему они к нему обратились, и внезапно узнал их.
- Кребб? – выдохнул он, глядя на девушку в мини-юбке. Повернулся к другой. – Гойл?
- Мы не можем расцепить руки, - низким голосом произнес Кребб, в то время как Гарри, Гермиона и Джинни расхохотались. Кребб поднял свою руку, которой сжимал руку Гойла.
- Кто это с вами сделал? – посмеиваясь, спросил Драко и достал палочку.
- Мы не рассмотрели, - сказал Гойл. – Были заняты, «общаясь» с Лонгботтомом. Но их было двое, и у них были рыжие волосы.
- Значит, Фред и Джордж еще тут, - выдохнул Гарри, по лицу которого текли слезы - так сильно он смеялся.
- Черт возьми, ребят, что я вам говорил? Избегайте гриффиндорцев, - Драко сердито потряс головой.
- Мы просто веселились, - оправдывался Гойл.
Драко закатил глаза и дотронулся волшебной палочкой до их соединенных рук. Кребб и Гойл расцепили пальцы и потерли запястья.
- Будьте осторожнее, ясно? Вас могут соединить навечно, - сказал Драко, взглянув на собственное запястье, металлический браслет на котором приковал его к Гермионе. – Или еще хуже.
- Ты можешь вернуть нашу одежду? – жалобно спросил Кребб.
- У меня нет времени, - холодно ответил Драко. – Идите, переоденьтесь.
- Ты скоро вернешься? – заныл Гойл.
Драко пожал плечами:
- Надеюсь. Идите и переоденьтесь. Не забудьте про сегодняшнюю тренировку.
Кребб и Гойл поспешили из зала; везде, где они проходили, раздавались смешки.
- О, это было потрясающе, - держалась за бока Гермиона.
- Как бы близнецы тебя не раздражали, нельзя отрицать, что они знают толк в веселье, - выдохнула Джинни.

***

Гарри, Гермиона и Драко пришли на зелья первыми, уйдя из Большого зала так быстро, как это было возможно. Они сразу зашли в класс и выбрали стол в дальнем углу, надеясь, что так будут менее заметны.
После них первыми пришли слизеринцы, которые автоматически садились как можно дальше от Гарри и Гермионы. Драко большинство из них не заметили, так как тот сидел, сгорбившись, на стуле, почти скрытый столом и своим котлом. Затем появились Лаванда и Парвати, они зашептались, ухмыляясь и глядя на Гарри и Гермиону, и выбрали стол перед ними.
- Как дела, Гермиона? – спросила Лаванда.
- Великолепно, - сухо ответила та.
- Значит так, - тон Парвати ясно говорил, что Гермионе захочется врезать ей, что бы та ни произнесла. – Скажи-ка нам, Гермиона…
- Парвати! Лаванда! – позвал Дин, только что вошедший вместе в Шеймусом и Невиллом. – Вы слышали, что случилось с Креббом и Гойлом?
- Нет! Расскажи! – воскликнула Лаванда.
Невилл сел рядом с Гарри, а Дин и Шеймус уселись перед Парвати и Лавандой и оживленно начали рассказывать о последней шутке близнецов. Когда Дин отвлек внимание девчонок, Гермиона почувствовала такое облегчение, что немедленно простила его за дуэль и ее последствия.
Пока четверо гриффиндорцев смеялись над Креббом и Гойлом, Гермиона начала нервничать: если урок скоро не начнется, у Парвати и Лаванды закончатся темы для критики (хотя в Креббе и Гойле можно было много чего критиковать), и они снова начнут расспрашивать Гермиону. Она посмотрела на часы и с удивлением поняла, что урок начался пять минут назад.
- Где же Снейп? – произнесла она. – Он опаздывает.
- А почему тебя это интересует? – спросил Гарри.
- Я не… просто это странно. Сколько раз Снейп опаздывал на уроки?
- Ну… ни разу, - признал Гарри.
- Не думаешь, что это ненормально?
- Его не было и все выходные, - вмешался Невилл, сидящий с другой стороны от Гарри. – Вся школа знает. Особенно была расстроена мадам Трюк, так как он должен был сварить Перечное зелье для мадам Помфри, которое закончилось, а мадам Трюк как раз заразилась ужасной простудой от Филча.
Гарри нахмурился:
- По-твоему, это могут быть «дела»? – спросил он у Гермионы. Хоть Волдеморт и умер, у Ордена оставалось достаточно работы: они помогали ловить Пожирателей Смерти и защищать людей вроде Гарри, Рона и Гермионы, которым все еще могла грозить опасность со стороны беглых Пожирателей, так и не пойманных после битвы с Волдемортом. Гарри и Гермиона подозревали, что Орден вообще никогда не прекращал борьбу с темными силами.
Гермиона потрясла головой, вспомнив, как Оливер сказал, что преподаватели не знают, куда исчез Снейп.
- МакГонагалл тоже его искала, помнишь? Если бы это были «дела», большинство учителей бы знали.
Гарри пожал плечами:
- Вполне возможно, тут нет ничего особенного.
- Грейнджер просто скучает по своему дружку, - ехидно произнес Драко.
Гермиона поджала губы, а Гарри сердито глянул на него, но оба решили не обращать на него внимания.
- Кстати о пропавших людях, - сказал Невилл, который не слышал комментария Драко насчет Снейпа, - а где Рон?
Гермиона вздрогнула. Она не заметила, что Рона нет: Гермиона старалась не думать о нем, так как от мысли, что он может никогда ее не простить, ей хотелось расплакаться.
- Не знаю, - ответила она, обеспокоенно глядя на Гарри.
- Я тоже, - произнес Гарри.
Невилл нахмурился:
- Вы что, поссорились?
- Не хочу об этом говорить, - отрезала Гермиона, очень стараясь не думать о Роне, но все равно беспокоясь, где он сейчас.

***

Оливер сидел за своим полностью восстановленным столом и наспех проверял последние из домашних заданий для следующего урока, который начнется после обеда. Сочинения были неплохие – за многие он поставил высшую отметку – но ведь существовало так много видов водяных тварей. Большинство студентов просто рассказали побольше о гриндилоу; самое же изобретательное сочинение пока было у Луны Лавгуд, которая, похоже, считала, что русалки крайне опасны, и что существуют какие-то «гриады», которые живут во всех озерах и питаются пальцами ног купальщиков (поэтому Луна всегда плавала в обуви). Он только начал одно из трех оставшихся сочинений, когда дверь его кабинета распахнулась. Оливер удивленно поднял взгляд.
В дверном проеме с самым кровожадным видом стоял Рон Уизли.

От переводчика: Мне очень-очень стыдно, что я не делала обновлений так долго и не выложила новую главу еще вчера, как собиралась. Надеюсь, вы меня простите)
Еще оказалось, что январь у меня будет не свободнее декабря, но я постараюсь обновляться вовремя. Следующая глава, правда, побольше обычного, плюс я собираюсь за эту неделю перевести один мини-фик, но он совсем крошечный, так что думаю, я успею.
(Запоздало) поздравляю всех читателей с Новым годом и Рождеством. Желаю, чтобы вам не приходилось слишком долго ждать обновлений любимых фанфиков;)


Глава 21. Ответы


- Войдите, - произнес Дамблдор, когда в его дверь постучали, и поднял взгляд на посетителя. Как он и подозревал, это оказалась МакГонагалл. – Здравствуй, Минерва, - поприветствовал он ее. – Чем могу быть полезен?
- Для начала, верни мир на свои места, - прямо сказала МакГонагалл, усаживаясь перед его столом и устремляя на Дамблдора свой самый строгий взгляд. – Что случилось с Северусом?
- Не понимаю, о чем ты.
- Пожалуйста, не разыгрывай передо мной невинность, Альбус, - повысила голос Минерва. – Я слишком долго тебя знаю. Меня еще ничто так не тревожило, как Северус вчера.
- Он выглядел довольно жизнерадостно.
- Вот именно. Единственное, что может осчастливить Северуса, - это страдания гриффиндорцев. Где он был все выходные, Альбус? Ты посылал его на миссию для Ордена?
- Северус отсутствовал по своим личным делам, а не по орденским, - ответил Дамблдор.
- И что за дела? – спросила МакГонагалл.
- Боюсь, рассказать это может только сам Северус.
МакГонагалл вздохнула:
- Ладно, но можешь хотя бы объяснить, что произошло между ним и мисс Грейнджер?
- В каком отношении?
МакГонагалл со значением на него посмотрела:
- Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Как случилось, что эти двое стали вместе участвовать в войне шуток?
- Разве? – спокойно произнес Дамблдор. – Я и не знал. Это очень интересно.
- Когда-нибудь, Альбус, я стащу твой Омут Памяти, - сухо сказала МакГонагалл. Дамблдор лишь тихо засмеялся. – Ну ладно, хорошо, ты не хочешь отвечать, - кисло произнесла МакГонагалл. – Но объясни хотя бы, почему ты заставляешь страдать мисс Грейнджер и мистера Малфоя?
- Полагаю, ты имеешь в виду цепь?
Она кивнула:
- Почему ты ее не снимешь? Ты знаешь так же, как и я, что ничего хорошего из этого не выйдет. Они убьют друг друга, Альбус. Для того чтобы превратить двух врагов в друзей, было бы легче сковать Северуса и Сириуса, а мы оба знаем, что в такой ситуации Северус уже через тридцать секунд отгрыз бы себе руку.
Дамблдор не удержался от смеха при мысли о Снейпе и Сириусе в положении Гермионы и Драко.
- Мисс Грейнджер достаточно благоразумна, а мистер Малфой не такой плохой, каким хочет казаться. Будем надеяться, какое-то время, проведенное вместе, поможет им преодолеть прошлое.
МакГонагалл скептически приподняла бровь:
- И что, Поттер, Уизли, Грейнджер и Малфой станут лучшими друзьями?
- Куда мисс Грейнджер, туда и Гарри с мистером Уизли.
МакГонагалл фыркнула:
- Может, Грейнджер и благоразумна, но она еще и злопамятна. Она не простит Малфоя так легко, особенно после этой глупой войны шуток. Нам повезло, что они пережили седьмой год до соединения цепью, уж что говорить про после. У них обоих взрывной характер, много подавляемой злости, а также куча заклинаний в распоряжении.
- Я полностью уверен, что они способны преодолеть свои разногласия, - твердо сказал Дамблдор.
МакГонагалл потрясла головой:
- Ты ведь разъединишь их к окончанию школы, правда?
- Если решение проблемы будет найдено, да, - улыбнулся Дамблдор.
- Ну же, Альбус, - подначила МакГонагалл. – Ты с самого начала знал, как убрать цепь.
- Возможно.
- Возможно, невозможно. Ты и вправду считаешь, что этим можно чего-то добиться? Наверняка ты уже слышал, какие витают слухи?
- Некоторые слышал, - Дамблдор снова издал смешок. – Интересно, кто придумал историю, что мисс Грейнджер убила Северуса.
МакГонагалл против воли улыбнулась:
- Ну правда, Альбус, Хогвартс больше не вынесет. Поппи готова уволиться, а Аргус ужасно расстроился, когда, наконец, выздоровел и был вынужден вытирать затопленный коридор на четвертом этаже и убирать сыр и отбивные с пола в вестибюле. Они оставили след из еды от Большого зала до ванной старост, Альбус. Ты ведь не позволишь этому продолжаться слишком долго?
- Они справятся, Минерва, - сказал Дамблдор. – Я в этом уверен.

***

Оливер нервно сглотнул, глядя на взбешенного Уизли, стоящего в дверном проеме. В обычных обстоятельствах Оливер не испугался бы студента-семикурсника, разве что очень умного и отпрыска Пожирателя Смерти (а сочетавших в себе оба качества почти не было), и даже тогда он бы наверняка победил. Его отец много лет служил в отделе обеспечения магического правопорядка и научил сына всему, что знал. Кроме того, члены Ордена Феникса обучили его множеству чар и заклинаний, и для защиты и для нападения, да Оливер много чего изучил и сам, так как любил этот предмет. Так что его дуэльные способности были хороши.
Но Рон – это совсем другое дело. Рон был упрям, возможно, не так искусен, как Гарри или Гермиона, но все равно он был бойцом от природы и собирался стать мракоборцем. К тому же, было в этом что-то пугающее, когда на тебя сердито смотрел парень, который, едва достигнув семнадцати лет, помог победить самого опасного темного волшебника этого столетия, если не самого опасного вообще. Еще более пугающе было то, что этот самый парень держал в руках волшебную палочку и, возможно, знал, что Оливер видел задницу его девушки.
- А… Рон. Привет, - заикаясь, сказал Оливер, жалея, что в его кабинете нет другого выхода, кроме того перед которым стоял сейчас Рон. – Чем могу быть полезен?
Рон улыбнулся улыбкой маньяка, что обеспокоило Оливера еще больше.
- До меня не сразу дошло, Оливер, - вкрадчиво произнес Рон, делая шаг вперед. – Я был слишком потрясен, узнав о татуировке и засосах. А потом я вспомнил слова Малфоя: «Хотя, думаю, Вуд и Маленькая Крысли знали и раньше». Не расскажешь, ты-то откуда узнал про татуировку моей девушки?
- Эй, это не то, что ты думаешь, - отчаянно воскликнул Оливер, вставая на случай, если понадобится бежать. И кто только придумал дурацкое правило, что в Хогвартсе нельзя аппарировать? – Она никогда тебе не изменяла. То есть, насколько мне известно. Честно.
На последнем слове Рон нахмурился еще больше.
- Ты знаешь, как давно мне нравится Гермиона? – угрожающим тоном спросил Рон. – С тех пор как мы стали друзьями. С первого курса. Прошлым летом я, наконец, предложил ей встречаться. Она согласилась. Мы решили не вести себя как парочка рядом с Гарри. У нас были действительно хорошие отношения. Мы продолжали постоянно спорить, но ведь мы не одни такие. И потом я обнаруживаю, что она крутит у меня за спиной с другими парнями?
- Послушай, Рон, серьезно, я не прикасался к ней с тех пор, как вы начали встречаться! – настаивал Оливер.
- Но прикасался до этого? – Рон направил палочку на Оливера, в глазах читалось чистое бешенство.
«Ой».
- Ну… ну… немножко.
- Определи свое «немножко», - лицо Рона медленно наливалось краской, так же как и шея и уши.
- Не… немножко… э… чуть-чуть! Мы… мы почти ничего не делали! – да, это наглая ложь, но, по крайней мере, Рон теперь смотрел на него подозрительно, а не с яростью.
- Если вы «почти ничего не делали», тогда как ты увидел татуировку? – потребовал ответа Рон.
- Эмм… ну… - Оливер отчаянно думал, что сказать. Он видел ее несколько раз, но Рону это знать необязательно. И вообще, это не его дело, Рон бы ничего не услышал, если бы не был в данный момент разъяренным парнем, который помог убить Волдеморта. Оливер знал, что ему нужно быть осторожным: вспыльчивость Рона была хорошо известна.
Наконец, ответ пришел: «расскажи про первый раз, когда ты ее увидел… и притворись, что тот раз был единственным». Это было гениально. Это было гениально и должно было сработать. Он скажет полуправду, которую засечь сложнее, чем ложь, да и первый раз был относительно невинным. Впрочем, Оливер был убежден, что Гермиона все равно никому не рассказала: как она однажды упомянула, о татуировке узнала только Джинни, и то сокращенную версию. Это случилось потому, что тем летом они жили в одной комнате, и однажды, когда они переодевались, Джинни заметила татуировку и захотела узнать, откуда она. Также Джинни знала про Гермиону и Оливера, но далеко не все; Джинни – единственная, кому Гермиона рассказала о поцелуе на чемпионате мира по квиддичу. Вообще-то, это была их первая общая тайна, и то, что Джинни не предала доверия Гермионы, сделало их подругами в первую очередь.
Оливер сглотнул, надеясь, что Рон поверит и не возжаждет крови еще больше.
- Я был там, когда она ее сделала.
Рон застыл и нахмурился, очевидно, не ожидая подобного ответа.
- Что?
- Я был там, когда она ее сделала, - повторил Оливер, - В салоне тату.
Рон посмотрел на него, сощурившись.
- Хорошо, - сказал он. – Давай, объясняй. И лучше бы мне это понравилось.
Оливер кивнул и выдохнул, размышляя, откуда начать:
- Гермиона когда-нибудь тебе говорила, что летом мы с ней иногда проводили вместе время?
- На площади Гриммо?
- Нет. То есть, да, но в последний раз, когда она отправилась на пару недель к родителям, я, бывало, гулял с ней и ее друзьями.
- Какими еще друзьями?
- Ее маггловскими друзьями. С которыми она дружила еще до Хогвартса.
- Например?
- Их было человек десять. Неважно. Дело в том, что мы как-то собрались вместе потусоваться, и когда я пришел, Гермиона и четыре ее подружки уже были там; они говорили о том, чтобы сделать себе татуировки. Я был сбит с толку, Гермиона оказалась слегка навеселе…
- Гермиона была пьяная? – недоверчиво прервал его Рон.
- Нет… слегка навеселе. Вот остальные были пьяными. Короче, следующее, что я помню – они затащили меня в салон татуировок. Я был там, когда она выбрала и сделала ее. Дурак-татуировщик внушил ей светлую мысль сжать мою ладонь, чтобы отвлечься от боли. Она чуть не сломала мне пальцы.
- Она позволила тебе сидеть рядом, пока кто-то ставил татуировку на ее задницу?
- Вообще-то, татуировка не на заднице. Она в нижней части спины. Я не видел ничего особенного, - быстро добавил он.
Рон все еще смотрел на Оливера подозрительно:
- И ты думаешь, я во все это поверю?
Оливер отчаянно пытался найти доказательства:
- Я… стоп! – он задрал рукав, открывая взгляду татуировку с логотипом команды «Пэдлмор Юнайтед». – Я сделал ее, когда был там. Попроси Гермиону показать тебе фотографию. Сразу оттуда мы отправились в бар в Лондоне, где встретились с остальными друзьями, и один из них захотел сделать фото. Это маггловская фотография, там пять девушек показывают татуировки у себя на спинах. Там еще видна моя рука – Гермиона втянула меня в последнюю секунду, требуя, чтобы я тоже был на фото. Одной рукой она сдвигает шорты вниз, чтобы было видно татуировку, а другой – вытягивает мою руку в сторону камеры.
Рон подумал над этим:
- И вы больше ничем не занимались после того, как я начал с ней встречаться? – спросил Рон, в его глазах ярко сверкнуло предупреждение.
- Конечно же, нет. Гермиона не стала бы делать ничего такого, да и я тоже.
«К сожалению», - добавил про себя Оливер.
- Хорошо, - кивнул Рон.
Оливер постарался не издать вздох облегчения, иначе Рон мог бы подумать, что он лжет. Рон встал и бесстрастно улыбнулся.
- Если когда-нибудь я узнаю, что ты соврал, то оглушу тебя и порежу на мелкие кусочки ржавым ножом, понятно?
Оливер энергично кивнул, и Рон, не оглядываясь, вылетел из кабинета.
Оливер вздохнул, чувствуя изнурение, теперь, когда адреналин стал уходить… и ощущая еще большую безысходность по отношению к Гермионе, чем за весь предыдущий год.
Оливер погрузился в воспоминания о Гермионе. Ее Распределение, когда все первокурсники старались не наложить в штаны, а она в восхищении оглядывалась и что-то оживленно шептала. Она показалась ему хорошенькой, но так как ей было всего одиннадцать, Оливер попытался выбросить это из головы. Перед первым матчем под квиддичу он понял, что не сможет игнорировать ее вечно. Когда он смотрел, как Гермиона заставляет Гарри позавтракать, то вспомнил свой собственный первый матч. И когда Гарри, наконец, откусил от гренки из рук Гермионы, Оливеру вдруг ужасно захотелось придушить своего ловца. В тот день он понял, что она ему нравится… и вся его гриффиндорская храбрость не помогла собраться с духом и что-то по этому поводу сделать.
В последующие три года он не сказал ей практически ни слова. Когда они собирались всей командой, плюс Ли, Гермиона, Рон и иногда Невилл и Перси (живший в одной комнате с Оливером), он узнал о ней чуть больше. Например, то, что она – магглорожденная, или, что она младше Оливера на три года, а не на четыре, так как к поступлению в Хогвартс ей было почти двенадцать. Но один на один они общались всего пару раз во время его седьмого года, и эти разговоры вертелись вокруг первого проигранного Гарри матча. А за два дня до матча Равенкло с Хаффлпаффом Гермиона решила отчитать Оливера.

Воспоминание

Оливер жалел, что в спальне кроме него был еще и Перси. Выйти означало бы подвергнуться громогласным подшучиваниям и приколам близнецов – что называлось «давайте развеселим Оливера», в результате чего сам Оливер или кто-то по соседству оказывался в больничном крыле, либо Анджелина, Алисия и Кэти чрезмерно веселыми голосами старались бы его ободрить. Поэтому он решил остаться в комнате – вот только Перси лучше было принимать в маленьких дозах, особенно с тех пор, как его сделали старостой.
Это не означало, что Оливеру не нравился Перси. У них было много общего. Они оба были очень целеустремленными – только устремлялись в разных направлениях – и оба разделяли почти безрассудную храбрость всех гриффиндорцев, как и стремление твердо стоять за себя и других. Но иногда Перси становился очень нудным, и не было ничего хуже, чем находиться поблизости от него, когда он Учился. Нет, он не был слишком разговорчивым или рассеянным. Он просто громко жевал перо, и громко затирал помарки, и громко произносил «Ш-ш!», если кто-то в комнате говорил не шепотом, и шуршал пергаментом и книжными страницами, и что-то бормотал, и громко вскрикивал, когда не мог чего-то вспомнить или пропускал что-то важное в процессе написания домашней работы. Так что Оливер просто лежал на спине, стараясь заглушить раздражение, которое вызывал в нем Учащийся Перси, и засекал время, чтобы узнать как долго еще сможет выдержать, и пытался придумать, чем заняться после того, как он выскочит из комнаты. Затем, без предупреждения, кто-то заколотил в дверь.
- Оливер, не мог бы ты? – рассеянно произнес Перси. В его голосе звучало раздражение от одной мысли, что кто-то смеет стучать во Время Учебы.
- Прости, - Оливер задернул занавески вокруг своей кровати, уверенный, что это девчонки пришли за ним. – Отдам последнюю шоколадную лягушку, если скажешь им, что меня нет.
- И зачем мне шоколадная лягушка? – презрительно спросил Перси.
- Пенелопа собирает карточки, - заметил Оливер и ухмыльнулся, услышав, как открылась дверь.
- О, здравствуй, - голос Перси прозвучал удивленно. Оливер понадеялся: это значит, что пришел не кто-то из команды – большинство друзей Оливера Перси приветствовал скучающим или обычным тоном, а близнецов – раздраженным. – Чем могу быть полезен? – продолжил он вежливо, почти официально. Оливер нахмурился.
- Мне нужно увидеть Оливера, Перси, - прозвучал, к его крайнему изумлению, голос Гермионы. Оливер распахнул глаза, удивляясь, что же ей от него нужно. Наверняка это насчет Гарри, подумал он со вздохом. Гермиона относилась к Оливеру неплохо, но и не обращала на него особого внимания.
- Его нет, - солгал Перси. Оливер чертыхнулся про себя и постарался быстро придумать, как выбраться из кровати, не выглядя при этом идиотом. Можно сказать, что Перси просто не заметил, как он пришел.
- Ой, правда? – сказала Гермиона. Оливер вздохнул. Ее голос не был даже чуточку расстроенным, только… решительным?
- Эй! – воскликнул Перси. Замешательство Оливера еще больше возросло, когда вдруг полог вокруг его кровати раздвинулся, открывая взгляду Гермиону. Оливер резко сел.
- Эй! – вскрикнул он испуганно, - А если бы я был голым?
Гермиона закатила глаза, как будто сама мысль, что нельзя отдергивать занавески вокруг кровати семнадцатилетнего парня, не зная, одет ли он, была смехотворной. Она бросила сердитый взгляд на Перси и снова посмотрела на Оливера:
- Здравствуй, Оливер.
- Здравствуй, вторженец, - огрызнулся он. Он знал, что в разговоре с объектом влюбленности – особенно, если этот объект только что ворвался в твою спальню – следует вести себя обходительно, но она его насмерть перепугала, да и не выглядела так, словно хотела броситься к нему в объятья. Скорее собиралась наброситься с кулаками.
- Меня пригласили войти, - высокомерно ответила Гермиона.
- Что ты, вампир? – отпарировал Оливер.
- И тебя, вообще-то, не приглашали, - пробормотал Перси. Он с кислым видом потер руку. – Это больно.
- Перси, можешь дать нам минуту? – попросил Оливер. Он не знал, зачем пришла Гермиона, но решил, что будет лучше без Учащегося Перси на заднем фоне.
- Я – учусь, - возмутился Перси.
- Что невозможно делать, если рядом разговаривают, - указал ему Оливер.
- Ладно. Только поскорее, - надулся Перси. Все еще потирая руку, он захлопнул за собой дверь.
- Ну? – спросил Оливер. - Что тебе нужно?
- Чтобы ты перестал вести себя как придурок.
Он разинул рот, в замешательстве:
- Когда это я вел себя как придурок?
- Ты дуешься как двухлетний ребенок с того самого матча. Если я еще хоть раз от кого-нибудь услышу, что ты пошел топить свою печаль, то утоплю тебя по-настоящему!
- Так случилось, что я слегка расстроен, понятно? – холодно ответил Оливер. – Это мой последний год здесь, Гермиона. Если в этом году я не выиграю кубок, профессиональные команды не обратят на меня никакого внимания. Я хороший вратарь. Квиддич – это все, чем я когда-либо хотел заниматься. Но я не смогу, если буду просто «вратарем из команды Хогвартса, которая не выигрывала с самого ухода великого Чарли Уизли».
- Да, но ты расстраиваешь Гарри, - произнесла она строго. – Не его вина, что дементоры зашли на территорию школы, это вина дементоров.
Оливер сердито глянул на нее:
- Ох, ну прости. Гарри знает, что я его не виню, а если и нет, тогда он не поверит, когда я ему это повторю. Не понимаю, чего ты хочешь от меня.
- Я хочу, чтобы ты перестал ныть.
- Я вовсе…
- Ты дуешься, и это плохо. Я ничего не понимаю в квиддиче, зато понимаю в цифрах, и из того, что я слышала от Фреда и Джорджа, вы отстаете всего на сто очков, и вратарь Равенкло лучше хаффлпаффских охотников, а Чжоу Чанг считают лучшим ловцом, чем Диггори…
- И Гарри считали, - пробормотал Оливер.
- Так что есть большая вероятность, что Равенкло опередит Хаффлпафф хотя бы на сто пятьдесят очков, может, больше, - продолжала она, как будто и не слышала его. – Им нужно всего лишь опередить Хаффлпафф на пятьдесят очков, прежде чем поймать снитч, а учитывая, что Хаффлпафф вас побил, равенкловцы наверняка захотят разбить его наголову, если собираются заполучить Кубок впервые за много лет. Равенкловцы решат: если они размажут Хаффлпафф, то им останется хоть с минимальным перевесом победить вас и Слизерин, и тогда они получат Кубок. Так что, думаю, их капитан прикажет им подождать со снитчем, пока они не окажутся далеко впереди по очкам. Так что вы еще можете выиграть Кубок, если ты только прекратишь сидеть тут и жалеть себя.
Оливер приподнял брови. Он не думал, что Равенкло может серьезно надеяться получить Кубок; за последние десять лет право на него у слизеринцев оспаривал только Гриффиндор. И теперь, когда хаффлпаффцы их побили, они с Равенкло тоже включились в игру.
Он сжал челюсти. Это его кубок. Его.
- Может, ты и права, - признал он.
- Конечно, я права, - напыщенно произнесла она, сильно напомнив Оливеру Перси. – А теперь выметайся из кровати и начинай думать над стратегией. У Гарри и так достаточно проблем, особенно теперь, когда за ним охотится убийца, вся школа потешается над его проблемой с дементорами, и он впервые проиграл матч.
Оливер почувствовал угрызения совести, но все равно улыбнулся ей:
- Ты всегда такая… воодушевляющая? – поддразнил он.
Она ухмыльнулась в ответ:
- Нет, обычно я гораздо хуже.
Гермиона повернулась к выходу.
- Эй, - позвал он, не желая, чтобы она уходила так скоро. Она вопросительно посмотрела через плечо. – Спасибо.
- Пожалуйста.
Он потряс головой.
- Не только за это. Я все хотел сказать, как это было здорово, что ты заколдовала очки Гарри на том матче.
Она пожала плечами:
- Все равно не помогло.
- Помогло. Если бы мы и выиграли тот матч, то только благодаря тебе. Перед тем, как Гарри упал, я закричал ему, что снитч рядом. Если бы ты не заколдовала очки, он бы не знал, о чем я, не увидел бы его. Мы не побили их только из-за дементоров; но даже если бы они не появились, мы бы не победили. Только не без тебя. Ты была потрясающа.
Она залилась краской и постаралась выглядеть скромно:
- Да ничего особенного.
- Это гораздо больше чем ничего особенного. Это было не просто хорошо наложенное заклинание, но еще и отличное мышление. Я знаю это заклинание с пятого курса, но совершенно не подумал о нем, а ты оказалась умна настолько, чтобы догадаться, что его можно использовать, причем за два года до того, как вас ему научили. Ты поразительная.
Гермиона улыбнулась, ее лицо цветом не отличалось от квиддичной мантии Оливера.
- Я… спасибо.
Оливер кивнул, и она ушла. Он счастливо улыбнулся и снова улегся; Гермиона пришла сюда, чтобы помочь Гарри, но при этом она также помогла и Оливеру, и она была очень польщена, когда он похвалил ее.

Конец воспоминания

Оливер вздохнул. Тот разговор что-то изменил между ними. Она стала его другом. Не самым близким, но другом. Когда она поссорилась с Гарри и Роном, то болтала с ним, если только не занималась домашней работой – а занималась она ею пугающе много – и иногда даже ела вместе с ним. Однажды она пришла к Оливеру, чтобы рассказать, как услышала в девчачьем туалете, что во время матча Гриффиндора и Равенкло ловцом будет Чжоу Чанг. Она с сочувствием слушала, пока он изливал свое возмущение тем, что Чжоу так скоро выздоровела после падения с лестницы в башне Равенкло, а ведь это благодаря Чжоу равенкловцы разгромили Хаффлпафф; ходили, правда, слухи, что если бы Седрик Диггори не был так очарован ловцом Равенкло, то обращал бы больше внимания на снитч… каким-то образом это привело к спору, не слишком ли Седрик стар для Чжоу. В конце концов, Седрик учился на шестом курсе, а она – на четвертом, но если смотреть по датам рождения, между ними было около трех лет разницы. Наверное, Оливеру не стоило говорить, что «это все равно как сказать, что мы с тобой не можем встречаться», так как Гермиона порозовела и сбежала при первой же возможности, а Оливер потом проклинал себя последними словами.
Он не представлял, что она и вправду может отвечать на его чувства, до чемпионата мира по квиддичу. Он наткнулся на нее, когда Гермиона хихикала рядом с очередью за водой. Она сказала, что он хорошо выглядит, затем покраснела и поспешила добавить: он умеет одеваться как маггл. Оливер начал над ней подшучивать, и она сказала что-то про Гарри и Рона и сбежала. Потом они погуляли вместе… оба не могли уснуть, волнуясь насчет Волдеморта… и Оливер каким-то образом набрался храбрости, чтобы поцеловать ее на прощание у входа в палатку. После этого он хотел удрать, но она схватила его за куртку… полчаса спустя из палатки вышел Билл, напугав их до полусмерти. Они оба что-то жалко лепетали – Оливеру смутно припоминались слова Гермионы о сцепившихся зубных скобах, хотя ни он сам, ни Билл понятия не имели, что это такое – но Билл отреагировал спокойно; он сказал, что шел будить девочек, и что им лучше поскорее прощаться, если они не хотят, чтобы близнецы увидели, чем они тут занимаются.
После этого они начали писать друг другу письма: он писал о своем разочаровании, что его взяли в «Пэддлмор» только запасным вратарем, а она – о Рите Скитер и проблемах Гарри с Кубком. Оливер был весьма удивлен, когда, войдя в Орден, увидел ее в штаб-квартире. Они сумели отвлечь внимание близнецов и встретиться на чердаке; Гермиона объяснила, что не писала ему, поскольку Орден проверял все их письма, чтобы удостовериться, что они не говорят ничего важного Гарри, и она не хотела им объяснять, почему переписывается с Оливером. Этим и следующим летом они провели возмутительное количество времени вместе; Оливер даже пропустил парочку своих первых тренировок, чтобы встретиться с ней. К лету перед победой над Волдемортом Оливер чувствовал себя особенным, поскольку она пригласила его гулять вместе с ее маггловскими друзьями. Друзьями, о которых Гарри с Роном даже не подозревали. Они хорошо приняли Оливера, и он не раз слышал, как его называли «тем классным бой-френдом Гермионы из ее школы».
После дня рождения Гарри, где Оливер тоже побывал, он перестал видеться с Гермионой, вернувшись к тренировкам перед приближающимся сезоном по квиддичу, но все равно чувствовал уверенность по отношению к ней. Их время, проводимое вместе летом, и письма – это становилось все серьезнее. Затем он получил травму и решил преподавать в Хогвартсе, чтобы быть к ней ближе… и тут она ошеломила его тем, что теперь встречается с Роном и собирается остаться с ним, и ей очень жаль. Как же ему тогда хотелось придушить Рона.
В конце концов, он решил подождать и посмотреть, как у тех двоих все пойдет. И вот еще не наступило Рождество, и не прошло шести месяцев, как они встречаются, а у них уже проблемы. В самом начале года у Оливера был очень тайный и очень воодушевляющий разговор с Джинни – очевидно, сестра Рона и лучшая подруга Гермионы тоже не думала, что у них все сложится.
- Это все равно, как если бы он женился на своей матери, - сказала Джинни. – Они просто не подходят друг другу, Оливер. Не то, чтобы Рон не был умным, он просто не хочет им быть. Не то, чтобы Гермиона не любила нарушать правила и ходить по краю лезвия – просто она знает, что это плохая идея. Гермионе нужен тот, кто может быть страстным, напористым и сосредоточенным. А с Роном она за неимением другого. Рону нужна та, что будет смеяться над его шутками и заботиться о нем, а не приказывать, что делать. Я думаю, они вместе потому, что нравятся друг другу. Но, по-моему, этого недостаточно. Для сохранения отношений нужно нечто большее, чем просто влечение. Им гораздо лучше было бы остаться друзьями, и надеюсь, когда они поймут это, будет не слишком поздно.
Оливер не был уверен, что она не говорит ему это все только потому, что знает про него с Гермионой – их поцелуй после чемпионата мира был первой тайной, которой Гермиона поделилась с Джинни, и именно эта тайна скрепила дружбу девушек. И все же Оливер надеялся, что дело не в этом. Ему очень нравилась Гермиона… но в последнее время тихий голос у него в голове ворчал, что если бы он не начинал с ней встречаться, было бы гораздо проще.
Он просто не знал, сколько еще сможет выдержать. То безумие, всегда окружавшее, ее, Гарри и Рона, не собиралось исчезать в ближайшее время. Он замечал это снова и снова – черт, да он танцевал на столе в гостиной, когда узнал, что Гарри будет ловцом, только чтобы обнаружить странную способность того постоянно оказываться в больничном крыле или в сражении с гигантскими змеями, или становиться объектом охоты массового убийцы, или всем магическим миром считаться психически неуравновешенным. Проскальзывали слухи, что эти трое периодически оказывались в Запретном лесу, сражаясь с темными созданиями или болтая с кентаврами и с настоящим живым великаном. Что до войны шуток… она никогда не была такой масштабной. Война шуток во время седьмого года Оливера была такой скучной, что он ее и не замечал, разве что Фреду и Джорджу (которым было наплевать, что сами они еще не достигли седьмого года) становилось скучно, и они выбирали своей целью Перси и иногда самого Оливера (впрочем, последнее случалось редко, так как Оливер мог вышибить их из команды или заставить тренироваться до двух часов ночи).
Он видел, что это затягивало и других людей. Невилл Лонгботтом – если и есть человек, которому всякие странные происшествия нужны меньше всего, то это он. Луна Лавгуд… ну, тут сложно сказать, что притягивало к ней неловкие ситуации – космические проблемы Гарри или ее самой. Но и у самого Оливера было много проблем, особенно в этом году. Он не знал, как долго еще вынесет.
И это был только первый его семестр как преподавателя.

***

- Рон? А ты чего не на занятиях? Стал, наконец, полноценным Уизли? – спросил Фред, повернув к кабинету по защите от темных искусств и налетев на Рона.
- Хотел поговорить с Вудом, - мрачно произнес Рон. – Было к нему несколько вопросов.
- Почему не попросил нас? – удивился Джордж. – Ты же знаешь, мы бы все из него вытянули.
- Я и так получил ответы, - пробормотал Рон.
- Насчет чего?
- Гермиона, - прорычал Рон. – Он сказал, они ничего не делали после того, как я начал с ней встречаться.
- Это ты мог и у меня спросить, - закатил глаза Фред. – Гермиона не стала бы тебе изменять; обязательно для этого нужно было ходить к Вуду?
- А как же засосы? – указал ему Рон. – Те, что упомянул Малфой.
- Ой, да брось, Ронничка, подумай над тем, что ты сейчас сказал, - вздохнул Джордж. – Малфой? Не самый надежный источник информации.
- Про татуировку он говорил правду.
- Это не значит, что он не солгал насчет остального, - отрезал Джордж.
- А даже, если так, - добавил Фред, - это означает, что он видел у нее на шее засосы, которые, как он думает, - Фред подчеркнул последние слова, – оставил Снейп. Разве не ты говорил, что Гермиона дурила ему голову, заставляя поверить во всякую ерунду насчет нее и Снейпа?
Рон задумчиво нахмурился и затем воспрянул духом.
- Может, вы и правы.
- Мы всегда правы, - сказал Джордж. – Наверняка все и вполовину не так плохо, как ты думаешь.
- Хм, - Рон вздохнул и сдвинулся с места, решив просто погулять до начала следующего урока. – Но это не означает, что я должен простить ей татуировку.
- Брось, Рон, она знала, что ты не оставишь ее в покое, если она тебе расскажет, - объяснил Джордж.
- Ну да, что ты и собираешься сделать, - ухмыльнулся Фред. – Слушай, не хочешь перед ней извиняться – не надо. Но чем дольше ты ждешь, тем меньше вероятность, что уже она тебя простит.
- Плевать, - соврал Рон, чувствуя себя так, будто его пнули в живот. Он обожал Гермиону. Да, она часто раздражала его своим упрямством, и стремлением приказывать, и обожествлением домашней работы, и вспыльчивостью, и непониманием ценности квиддича, и все же она ему нравилась. Он не хотел терять ее, ни как подружку, ни как друга.


Глава 22. Рождественское настроение Снейпа


- Прекрати мурлыкать, Грейнджер, - раздраженно бросил Драко.
- Я не мурлычу, - отсутствующе ответила Гермиона, слишком обеспокоенная отсутствием Снейпа и Рона и присутствием Парвати и Лаванды, чтобы обращать внимание на попытки Драко ей досадить. Когда они учились на пятом курсе, Дамблдор настоял, чтобы Снейп ослабил свои требования к студентам, идущим на уровень ЖАБА по зельеварению, так что в этот класс попало больше студентов – точнее, больше гриффиндорцев, хаффлпаффцев и равенкловцев, так как слизеринцы могли пойти в класс Снейпа с любой оценкой. Высшие результаты по зельеварению на СОВ тогда получили только Гарри, Гермиона, Драко и (достаточно неожиданно) Невилл, но в свете войны остальные гриффиндорцы решили не бросать этот курс. В то время Гермиона считала, что Дамблдор был прав, но сейчас это казалось ей самым глупым из всех решений директора. Где же Снейп? Парвати и Лаванда уже скоро о ней вспомнят!
- Да брось это ребячество, я же слышу, как ты мурлычешь, - утомленно произнес Малфой.
- Я не мурлычу, Малфой! – огрызнулась Гермиона.
Драко открыл рот, чтобы возразить, и закрыл его, поняв, что звук продолжался, пока она говорила.
- Поттер! Это ты мурлычешь?
- Нет, Малфой, - отрезал Гарри. – Никто не мурлычет. У тебя галлюцинации.
- Я тоже это слышу, - сказал Невилл.
- Ну, это не я, - произнесла Гермиона, оглядываясь, когда мелодия достигла и ее ушей. Дин, Шеймус, Парвати и Лаванда все еще разговаривали, а слизеринцы не производили впечатления людей, которым может понравиться веселая песенка, что напевал себе под нос обвиняемый. Теперь, когда Гермиона вслушалась, мелодия показалась знакомой.
- Подождите, - протянул Гарри. – Это же песня из диснеевского мультфильма… «Насвистывай, работая».
- Дурацкое название для мультфильма, - усмехнулся Малфой.
- Есть мультфильм… который называется «Насвистывай, работая»? – спросил Невилл, пытаясь вспомнить, что преподаватель маггловедения рассказывал о мультфильмах.
- Нет, так называется песня из мультфильма, - ответила Гермиона. Она нахмурилась, удивляясь, кто же в Хогвартсе может напевать песенку из диснеевской версии «Белоснежки». Внезапно этот вопрос получил ответ… и Гермиона тут же пожалела, что его узнала. Она раскрыла рот, не в состоянии осознать, что видела перед собой, ошеломленная, как и ее одноклассники.
Снейп вернулся.
Были, правда, сомнения, что это действительно он. Обычно сальные волосы, очевидно, хорошенько помыли, а за распахнутой черной мантией были видны свободные зеленые брюки и красный свитер на рождественскую тематику. Вокруг воротника свитера шла желтая надпись «Хо-хо-хо!»; другая, гласившая: «Счастливого Рождества!», располагалась над живописной картинкой, где Санта в санях, запряженных северным оленем, приземляется на крышу пряничного домика. Изображение дополняли снеговик, пряничная семья в маленьких шапочках и варежках, заснеженные сосны и горы на заднем фоне, а наверху – ночное небо со звездами и серпом полумесяца. К переднему карману мантии были прикреплены два маленьких позвякивающих колокольчика с привязанным к ним зеленой с серебром ленточкой лоскутом с надписью «Звените, колокольчики!». Но это было не самое худшее. Снейп не просто мурлыкал, он мурлыкал «Насвистывай, работая», при этом улыбаясь и двигаясь вприпрыжку, как маленький ребенок, который рождественским утром спешит к елке открывать подарки.
Это было страшно.
Дойдя до своего места, Снейп сделал короткое танцевальное движение, домурлыкал песню и еще шире ухмыльнулся потрясенным гриффиндорцам и слизеринцам. Он взмахнул руками (Панси Паркинсон и Милисента Булстроуд, сидящие в переднем ряду, инстинктивно пригнулись) и радостно произнес:
- Доброе утро, класс!
Ну, тут была только одна возможная реакция: весь класс как один решил, что Снейп весьма опасен, так что студенты в унисон удивленно вдохнули и отодвинулись от него настолько, насколько позволяли стулья.
- Как у вас дела? Надеюсь, хорошо? – спросил Снейп все тем же жизнерадостным тоном. В ответ пара учеников распахнула рты, а еще несколько содрогнулись в ужасе.
- Отличная песня, не правда ли? – продолжил Снейп, не замечая смятение и испуг на лицах студентов. И он сделал непостижимое.
Снейп начал петь.
Он пел достаточно красивым голосом, затем принялся насвистывать так громко, что многие подпрыгнули на стульях, и продолжил петь и насвистывать, когда этого требовала песня. Панси и Милисента отодвигали свои стулья, пока не уперлись в стол Кребба и Гойла. Несколько учеников нервно сглотнули, несколько опять содрогнулись, когда Снейп эффектно закончил мелодию.
«Боже, он знает маггловскую песню, - в ужасе подумал Драко, весь его мир готов был разбиться вдребезги. – Он знает маггловскую песню из маггловского мультфильма! И что это за свитер!!! У Снейпа нет рождественской одежды! У него вообще нет цветной одежды! И колокольчики! Нет, этого не может быть, это просто сон, ночной кошмар, вызванным тем, что я живу в комнате с Грейнджер и Поттером… стоп! Это должно быть их вина!»
Драко резко повернулся к Гермионе, намереваясь спросить, что она сделала со Снейпом… и обнаружил, что она пялится на того с таким же выражением шока на лице, как и остальные. Выражение лица Гарри отличалось лишь слегка, он, очевидно, занимался тем, что ему часто приходилось делать с начала войны с Волдемортом: просчитывал варианты действий, выбирал заклинания для нападения и защиты. Драко видел, как Гарри обегает взглядом комнату, задерживаясь на возможных выходах и оружии.
- Ну, - продолжил Снейп, - это была только одна версия песни. Кто-нибудь хочет услышать вторую?
Невилл заскулил.
- Нет? О, современное поколение – ничего не понимают в музыке… - он тихо засмеялся. – Что ж, простите за опоздание…
- Как только он сделает неверное движение, бежим к двери и захлопываем ее за собой, - прошептал Гарри Гермионе. – Мы постараемся выпустить как можно больше людей, но лишь он приблизится, запечатываем дверь и бежим к Дамблдору, ясно?
Гермиона удивленно моргнула, слегка придя в себя, и раздраженно повернулась к Гарри. Даже Драко бросил на него взгляд, говоривший: «насколько параноидным придурком ты можешь быть?», хотя Невилл после инструкций Гарри распахнул глаза и выглядел готовым наложить в штаны. Надув губы, Гермиона повернулась обратно и медленно, все еще робко, подняла руку.
- Да, Гермиона? – спросил Снейп, очевидно, слишком поглощенный своим собственным мирком, чтобы заметить потрясенные возгласы после того, как он назвал ее по имени.
- Э, п-профессор, - пискнула Гермиона. – С-с-с вами все в порядке?
- Все великолепно! – воскликнул он, сцепив руки за спиной и слегка раскачиваясь на пятках. – А у тебя как дела?
- О-очень хорошо, спасибо, - с запинкой произнесла она.
- Профессор, можно мы теперь напишем контрольную? – отчаянно спросил Шеймус, чтобы им побыстрее выбраться из кабинета.
- Ах да, контрольная… я собирался подготовить ее на выходных, но оказался слишком занят, - ответил Снейп.
Все потрясенно уставились на него: Снейп забыл подготовить контрольную работу? Для класса, полного гриффиндорцев? Обычно он придумывал самые сложные задания, просто чтобы как можно больше гриффиндорцев провалились; при этом он хорошо оценивал работы слизеринцев или нашептывал им советы, пока слонялся по классу. Но потрясение, вызванное отсутствием контрольной, было ничем по сравнению с тем, что вызвали следующие слова Снейпа: - Знаете что, давайте просто… просто пропустим контрольную работу и сварим свои любимые зелья. Или зелья, которые можно подарить кому-то на Рождество, а?
- Это… как… да ни за что на свете я не буду варить зелье для рождественского подарка! – неожиданно воскликнул Теодор Нотт.
- О, предпочитаешь подарки покупать? – улыбка Снейпа на мгновение угасла, но тут же вернулась. – Или у тебя не празднуют Рождество, Теодор? Прости, я должен был подумать…
Блейз Забини пихнул Нота локтем в ребра и пробормотал что-то вроде:
- Ты что делаешь? Хочешь решать контрольную?
Блейз фальшиво улыбнулся Снейпу и сказал:
- По-моему, превосходная идея, профессор.
Снейп улыбнулся в ответ:
- Помню, я каждый год дарил маме зелья на Рождество, - произнес он со взглядом, устремленным вдаль. – А еще покупал ей шоколадки. Она любила одни из «Сладкого королевства»… Да, почему бы нам всем этого не сделать? Сварим зелья для тех, кого любим! А в конце занятия я дам вам красивые флаконы, чтобы вы смогли подарить их на Рождество! Или что вы там празднуете, – добавил он, кивнув на Теодора. – И почему бы нам не сделать это задание факультативным? Если не хочется, не волнуйтесь, я не заставляю…
Никто не сделал ни движения, чтобы начать варить зелье, но Снейп не обратил внимания.
- Те, кого любим… Знаете что? Я вдруг вспомнил свое первое зелье…
- О Боже, он ударился в воспоминания, - прошептала Гермиона. – Ладно, Гарри, ты был прав.
- Это случилось прямо перед тем, как я пошел в Хогвартс, - продолжил Снейп, все еще улыбаясь. Он сел на свой стол и уставился в потолок. – Это было любовное зелье, можете поверить? – все решительно затрясли головами. – Покупая школьные принадлежности в Косом переулке, я встретил самую чудесную девочку… она была очень хорошенькая, зеленоглазая и рыжеволосая, и такая умная и отзывчивая… жаль, что позже она попала в Гриффиндор. – Снейп вздохнул и опустил голову, снова посмотрев на учеников. А затем он расхохотался, глядя на Гарри. – Ох, Поттер, видел бы ты сейчас выражение своего лица, ты бы сам посмеялся.
Все посмотрели на Гарри, на лице которого было выражение ужаса и отвращения. Гермиона, помнившая, что она сказала Гарри после шутки, которую Малфой сыграл над ней и Снейпом, была единственной, кто понял, что с ним, и не смогла сдержать смешок. Гарри повернулся к ней с таким взбешенным взглядом, что она отпрянула, врезавшись в Драко. Драко, оттолкнув ее, нахмурился, пытаясь вычислить, что случилось с Гарри; он знал, что это связано не только со Снейпом, так как Гарри выглядел сейчас гораздо хуже, чем пару минут назад… и тут Драко вспомнил, что Гарри унаследовал зеленые глаза от своей рыжеволосой матери.
- ХА-ХА-ХА!
Все подпрыгнули, а Гермиона развернулась и врезалась спиной в Гарри. Драко стал смеяться еще сильнее.
- Что, догадался? – ухмыльнулся Снейп. – Потрясающе, да? – он снова засмеялся, и Гарри недоверчиво потряс головой.
- Не могу поверить, - благоговейно произнес он. – Даже притворяясь мистером Роджерсом*, он все равно меня ненавидит.
Гермиона фыркнула, все еще пытаясь сдержать смех, и Гарри снова зло на нее глянул.
- В любом случае, - Снейп смахнул слезы, выступившие от хохота, - как Поттер может вам с уверенностью сказать, зелье не получилось, и результат был ужасен.
- И отлично, - пробормотал Гарри, сжимая волшебную палочку и сердито уставившись на Снейпа.
- Я нашел этот рецепт в одном из учебников, которые проглядел перед началом учебного года… до сих пор помню все ингредиенты, - продолжал Снейп, не услышав слов Гарри. – Вначале требовалась драконья кровь и две пинты измельченных цветов розы…
Драко слушал Снейпа, ухмыляясь от уха до уха. Снейп был влюблен в маму Гарри! О, Гарри должен быть в ужасе…
- … и у меня не было корня саспариллы, так что я послал достать ее домового эльфа. Только эльф был не особо умный, и он вернулся с маггловским напитком – корневым пивом «Barq’s»**. Мне показалось, что оно подойдет, так как в составе был корень саспариллы. Я думал, все пойдет как по маслу, но ошибся… результат получился скорее сырным, - Снейп засмеялся, хотя никто не понял шутки.
Веселье Драко медленно стихло. Что случилось со Снейпом? Почему он так себя ведет? Это что, снова какая-то хитрость, чтобы запутать его?
«Ну конечно, - сказал он себе, все поняв. – Он снова пудрит мне мозги. Ну, на этот раз не сработает. Я докажу, что он все выдумал! Он бы никогда не признался, что был влюблен в кого-то, даже чтобы заставить Поттера… - Драко взглянул на позеленевшее лицо Гарри, ухмыльнулся и вернулся к мысленной тираде о Снейпе. – Я не позволю ему издеваться надо мной… я не… это все война шуток! Что ж, если он решил сыграть по крупному, я сделаю то же!»
Драко достал свои ингредиенты для зелий и начал выстраивать их рядом с котлом, аккуратно запоминая все, что говорил Снейп.

***

- Так, братишка, тебе не обязательно решать, хочешь ли ты подшутить над Гермионой, прямо сейчас, - говорил Фред, пока они бесцельно бродили по коридорам Хогвартса. – То есть, о чем я: придумай план, затем реши, хочешь ли ты этого – потому что если хочешь, у тебя должен быть план, так?
- Наверное, - неясно ответил Рон, погруженный в свои мысли.
- Блин, - внезапно сказал Джордж, глядя в конец коридора. – Там слизеринка, она расскажет Снейпу, что ты прогуливаешь. Лучше убраться, пока она не подошла, Рон…
Рон прищурился на слизеринку, которая, как оказалось, не была одной из старост.
- Я – староста, - напомнил Рон Джорджу. – Это я могу ее наказать. – Рон направился к слизеринке, при ближайшем рассмотрении оказавшейся Дафной Гринграсс, которая была на его курсе и в его классе зелий, крашеной брюнеткой, вечно пахнувшей сигаретным дымом. – Эй ты! Гринграсс! Ты почему не на зельях?
- А сам, Крысли? – парировала та. – Тоже видел Снейпа?
Рон остановился:
- Снейп? А что с ним?
- Значит, не видел… ну, ты пропускаешь самое жуткое событие в своей жизни. Я опаздывала на зелья, а передо мной шел такой странный тип с шикарными волосами и что-то напевал под нос. Потом он повернулся, чтобы войти в класс зелий, и я поняла, что это Снейп. Или кто-то, выпивший неправильное Многосущное зелье. Я развернулась и ушла. И мне без разницы, что ты будешь со мной делать, Крысли, но я не пойду туда, пока его не приведут в порядок.
Трое Уизли переглянулись. Затем, не сказав друг другу ни слова, они бросились в сторону подземелий.

Примечания переводчика:
* Мистер Роджерс. Из того, что я нашла про него в английской Википедии: Фред Роджерс вел детскую передачу «Mister Rogers' Neighborhood» с 1968 по 2003 год. В начале каждой серии он входил, напевая песню. Иногда он вел разговоры с телевизионной аудиторией или с гостями в студии.
** Корневое пиво (англ. «Root beer»), также известное как Саспарилла, это газированный напиток. Основной ингредиент, искусственный сассафраса, комбинируется с другими составляющими, такими как ваниль, вишнёвая кора, корень лакрицы, корень саспариллы, мускатный орех, анис, меласса, корица и гвоздика. А также один бренд корневого пива, Barq's, содержит кофеин (взято из Википедии).


Глава 23. Стихи о любви и корневое пиво


Драко внимательно слушал, как Снейп описывает ингредиенты для зелья и процесс его варки. Затем Снейп перешел к тому, как, собираясь начать зелье, он получил письмо от объекта своего обожания и немедленно сел писать ответ маме Гарри, чье имя, однако, он классу еще не открыл. Рассказ становился все забавнее и забавнее, но Драко по-прежнему продолжал злиться. Чем больше Снейп говорил, тем больше Драко убеждал себя, что это какая-то искусная шутка, предназначенная заморочить ему голову, и тем больше он желал разоблачить обман Снейпа.
Драко запомнил процесс приготовления и достал все ингредиенты, кроме одного. Где же ему найти баночку маггловского корневого пива?
В классе зельеварения, очевидно, никакого корневого пива не было. У волшебников не продавались маггловские безалкогольные напитки, так что Драко не был уверен, что он вообще сможет найти такое в Хогвартсе, но попытаться стоило. Он смутно припомнил, как преподаватель по изучению магглов упоминал, что эльфы иногда приносят ему маггловские напитки, так что можно было попытать удачи на кухне, особенно зная, что там работает Добби. Надо надеяться, у Добби оно либо будет в запасе, либо он знает, где его можно достать. Но как добраться до Добби?
Драко резко поднял руку:
- Профессор! – громко сказал он, прерывая Снейпа на полуслове. – Нам с Грейнджер нужно в туалет!
Гермиона бросила на него пораженный взгляд, говоривший: «Да что с тобой случилось?!», а Снейп удивленно на него посмотрел.
- Можете идти, - сказал он и вернулся к рассказу.
Драко вскочил со стула, схватил Гермиону за шкирку и потащил ее из кабинета. Гермиона успела только изумленно глянуть на Гарри, и они уже оказались за дверью. Гриффиндорцы и слизеринцы уставились сначала на дверь, а затем на Гарри, который пожал плечами, сам ничего не понимая.
- Ты что делаешь? – прошипела Гермиона, отталкивая Малфоя, как только они вышли из класса.
Драко закусил губу: у него не было времени придумать хоть немного правдоподобное объяснение. Так что он удовольствовался правдой:
- Мы отправляемся на секретное задание, Грейнджер! Собираемся вернуть мне рассудок!
С этими словами он рванулся в сторону вестибюля, держась ближе к стене и нервно оглядываясь, чтобы вовремя заметить приближение неприятностей. Гермионе пришлось практически бежать за ним; все это время она ворчала и ругалась:
- Что ты делаешь? Куда мы идем? У меня для тебя новости, Малфой: ты не сможешь его вернуть. Твой рассудок потерян навсегда. Можно помедленнее? Малфой! Да что с тобой такое?
Драко молча тянул ее за собой к вестибюлю, а затем через коридор, ведущий к гостиной Хаффлпаффа.
Они остановились у входа в кухню. Драко пощекотал грушу, и Гермиона пораженно на него уставилась:
- Все это для того, чтобы поесть?! – недоверчиво спросила она. – А нельзя было просто подождать, пока закончится урок?
Драко открыл дверь, зашел и быстро закрыл ее перед лицом Гермионы.
- Эй! – воскликнула она и толкнула ручку. Драко уперся спиной в картину, чтобы удержать Гермиону снаружи. Последнее, что ему было нужно, это чтобы она разрушила весь план.
- Драко, сэр! – послышался знакомый писк Добби. – Вы пришли навестить Добби, сэр?
- Ну… вообще-то, мне нужна твоя помощь, - извиняющим тоном произнес Драко.
- Что угодно, сэр!
- Значит так… ты когда-нибудь слышал о корневом пиве «Barq’s»?

***

Гермиона изо всех сил толкала дверь, но безрезультатно. Малфой был для нее слишком тяжелым.
- Драко Малфой! – крикнула она в дверь. – Не знаю, что ты там замышляешь, но ей-богу…
Картина внезапно качнулась внутрь, и Гермиона, толкавшая ее, потеряла равновесие и влетела в кухню, не удержавшись на ногах. Она чуть не столкнулась с Драко, который открыл дверь и стоял с улыбкой, преобразовавшейся в ухмылку, когда Гермиона упала. Она бросила на него убийственный взгляд и встала.
- Пошли, Грейнджер, - сказал он. – Мы пропускаем урок.
С этими словами он пошел по коридору. Гермиона отправилась следом, пытаясь прожечь взглядом его спину.

***

- А в конце, верите или нет, нужно произнести заклинание. Как я обнаружил позднее, в зельях это требуется редко, зато увеличивает их силу. Я весьма удивился, узнав, что на последнем этапе приготовления нужно представить человека, которому зелье предназначено, и произнести вслух стихотворение о любви. Оно должно содержать три четверостишья, все строки должны рифмоваться через одну, и, что еще более важно, сочинить его должен тот, кто варит зелье. Как вы можете себе представить, времени это заняло немало. Умение писать стихи никогда не входило в набор моих достоинств, - рассказывал Снейп некоторое время спустя.
Он засмеялся вместе с несколькими учениками. Когда семикурсники поняли: изменение поведения Снейпа не означает, что он выхватит волшебную палочку и начнет посылать Аваду Кедавру во все, что движется, они понемногу расслабились. В конце концов, вид Снейпа в рождественском свитере, рассказывающего, как он влюбился в гриффиндорку, не мог не уменьшить их страх и заменить его весельем.
Единственным, кому было ни капельки не смешно, оставался Драко (плюс, возможно, Гарри). Зелье, аккуратно приготовленное согласно инструкциям из рассказа Снейпа, было почти готово. Когда же процесс будет завершен, Драко докажет, что это что угодно, но не испорченное любовное зелье, что докажет, что Снейп все выдумал, что означает, что Снейп все еще злой слизеринский ублюдок, что означает, что к Драко вернется маленький кусочек рассудка, потерявшийся, когда он подлил сонное зелье в тыквенный сок Грейнджер.
К сожалению, если он действительно хотел быть уверенным, что Снейп лжет, необходимо было выполнить следующий этап варки зелья – и сочинить стихотворение.
Драко чуть было не решил все бросить.
После долгого спора с самим собой он пришел к выводу, что не может быть настолько сложно сочинить двенадцать рифмующихся строчек. Это ведь постоянно делают, так?
«Посмотрим, - подумал он, нахмурившись над густым, розового цвета зельем. – Что бывает в стихотворениях о любви? Всякая чушь о… э… да какая разница, я просто возьму кучу девчачьих слов и все. Девчачьи слова… миленький, хорошенький, прелестный, сладенький… сладкий – это подойдет. «Ты слаще, чем…» Что у нас сладкое? Ну, шоколад… И что же рифмуется со словом «шоколад»? Э-э-э… Ладно, забудем про шоколад. А если взять слово «хорошенький»? Что бывает хорошенькое? Щенки? Ненавижу щенков, к черту их…»
Драко нахмурился: сочинять стихотворение оказалось сложнее, чем он думал. И все же он решил, что если это так тяжело для него, то Снейпу было еще сложнее. А так как Драко был более чем уверен, что Снейп в действительности никогда этим не занимался, то через двенадцать строчек Драко определенно докажет, что Снейп – просто обманщик. Драко решил думать усерднее, но зелье пахло совершенно омерзительно, нарушая его сосредоточенность и заставляя жалеть, что он не озаботился выучить заклинание по освежению воздуха… стоп.
««Слаще, чем освежитель воздуха!» Нет, не пойдет. А если по-другому? Воздух… воздух… «Ты мне нужна сильней, чем воздух!» Ладно, что дальше?»
Драко оглядел класс в поисках источника вдохновения. Перед ним Парвати что-то писала в тетрадь и хихикала вместе с Лавандой. Гермиона смотрела на Снейпа со смесью веселья и задумчивости, как будто пыталась понять, что с ним такое, несмотря на то, как все это забавно. Драко сердито глянул на нее, напоминая себе: что бы ни случилось со Снейпом, наверняка это связано с ней. В конце концов, во всем виновата она.
И тут ему внезапно вспомнилась битва едой и то, как Гермиона поставила ногу ему на грудь, сжимая в руках бутылочку с медом. Прошлая злость вернулась, вскипела кровь… и Драко широко ухмыльнулся, так что Гермиона странно на него глянула, заставляя вспомнить, что он смотрит на нее и при этом выглядит счастливым.
«Кровь! – радостно подумал он, побыстрее отворачиваясь от Гермионы. – «Ты мне нужна сильней, чем воздух, твой вид тревожит мою кровь»… теперь мне нужно что-то, что рифмуется с воздухом. Так… э-э-э… ну… Стоп… стоп… Свадебная фотография тетушки Анди, что там была за надпись? У них с дядей Тэдом на всех фотографиях и открытках эти маленькие стишки написаны… черт, что же там было? Дух, последнее слово было «дух»! Да! «Влюбиться мне хватило духу!» Я запомнил эту строчку, потому что ни капельки ее не понял… ладно, чуть поменяем первую строчку, и у нас есть уже три. «Ты мне нужна сильней воздУха, твой вид тревожит мою кровь, влюбиться мне хватило духу…» Как там стихотворение заканчивалось? Не помню. Так, ладно, что у нас рифмуется со словом «кровь»? Свекровь, любовь, морко… о нет. Я отказываюсь использовать эти слова! Отказываюсь! Я больше никогда не смогу без смущения произносить ни «любовь», ни «морковь», спасибо Дамблдору за это. До сих пор не могу поверить, что он принял мое предложение… да какое предложение? Это была шутка! Язвительное замечание! И он знал это, я уверен… Я отказываюсь использовать эти слова! Все. Они все против меня. Грейнджер, Поттер, даже Снейп! Вот почему я варю предположительно неправильное любовное зелье, чтобы доказать, что Снейп врет, и убеждаю себя не использовать слова «любовь» или «морковь». Что ж, они не победят. Я отказываюсь использовать эти слова! Отказываюсь! В мире еще куча слов, тут они меня не обойдут…
…И все же, даже если я использую эти слова, Поттер и Грейнджер не узнают, что я отказывался это делать, так что они не будут знать, что победили, а ведь все дело в этом, так? Нет! Я все равно не буду их использовать! О, они в этом хороши, даже повернули против меня мой собственный ум! Но я не буду использовать эти слова! Не буду! Я никогда не произнесу эти слова вслух, разве только в этом жалком пароле! Я отказываюсь! Я отказываюсь использовать слова «любовь», или «морковь», или… стойте, я уже использовал «влюбиться», а это то же самое. Ну, это же о любви стихотворение, в конце концов… блин, ну почему нельзя просто сказать какую-нибудь ерунду про секс?»
За десять последующих минут Драко так и не придумал ничего лучше, чем «любовь». С неохотой он припомнил первые три строчки, добавил к ним «Отдай и ты свою любовь» и перешел ко второму четверостишью.
«О боги, ну и запашок у этого зелья… давайте, мозги, думайте… кого я еще знаю со стихами, чтобы украсть пару строчек? Э… чертова вонь, несет хуже, чем от протухшего сыра… эй, стойте, это можно использовать! «Вонючее сыра»… нет, нельзя использовать слово «вонючее», это не романтично… так… нужны синонимы, подумаем… запах, душок, аромат… «Ароматнее сыра», или нет, «Любого сыра ароматней»! Тут можно кучу рифм придумать… ладно, какая следующая строчка? Что у нас подают с сыром? Спагетти? Нет, я тут рифму не придумаю… вино? Вино! А вино у нас какое? Вкусное. «Вкусней»… рифмуется с «моей»… ага! «Любого сыра ароматней, и даже чем вино вкусней» и потом… про… про… море. Да, девчонки постоянно пишут в стихотворениях что-то про моря и океаны, так? Каким может быть океан? Он притягивает… притягательным? «И океана притягательней, ты будешь только моей!» Эй, а это не так уж сложно. Оно, конечно, отстойное, но ведь он не говорил, что это должно быть хорошее стихотворение, так? Постойте… а в стихах разве не должен быть… удар, или что-то в этом роде? Как там мама его назвала, ритм? Ой, да какая разница, все равно сработает. И есть тут этот ритм… на-на на-на на-на на-на-на… о Мерлин, я мысленно напеваю стихотворение. Ну все, теперь мне нужно несколько строчек про выпивку, или про квиддич, или… эй, это же мое стихотворение, почему оно не может быть о сексе? Это ведь тоже что-то вроде любви, верно? То есть, с девчачьей точки зрения. Значит, так…
«Займемся сексом на…» чем-то, что легко рифмуется… «Займемся сексом на…» чем-то еще, что легко рифмуется… а потом еще две строчки, и я, наконец, покажу ему! Ха! Посмотрим, где люди обычно трахаются? Да какая разница… дура Грейнджер, она все портит. Я мог бы заняться этим на выходных, но не-э-эт… Гм, может, просто привести девчонок в гостевую комнату? Только нужно что-то сделать с Поттером и Грейнджер… это все Грейнджер виновата. Я буду прикован к ней еще черт те знает сколько… она вмешивается в мою личную жизнь! Сколько мне еще страдать? Почему Грейнджер все портит? Почему я не оказался прикован к кому-то, с кем могу трахнуться? Не то, чтобы Грейнджер так плохо выг… А-а-а! - Драко зажал уши ладонями и яростно затряс головой, как будто эти мысли вызывала зловредная внешняя сила, а он только что закрыл все ее пути к мозгу. Затем он мысленно простонал: - Нет, она выглядит просто ужасно, она уродина… проклятье, я знал, когда увидел ее голой, что это ранит меня на всю жизнь…»
- Что ты делаешь? – прошептала Гермиона, и Драко увидел, что она странно на него смотрит. – Пытаешься сохранить в голове мысль? Конечно, их ведь у тебя не так много…
- Как смешно, Грейнджер, - огрызнулся он и огляделся, желая убедиться, что больше никто не заметил (и быстро отпустив свои уши, на случай, если та мысль поведет себя в соответствии с предположением Гермионы). Представления Драко не заметил даже Гарри; он был занят, убеждая себя, что нужно оставаться бдительным, а то вдруг Снейп придет в себя. Гермиона же обратила внимание на Драко только потому, что цепь дергала ее за руку.
Драко постарался вести себя естественно и выбросить из головы мысли о Гермионе. Нужно было закончить стихотворение. Нужно было доказать, что его учитель – все еще слизеринец, чтобы Снейп вновь оказался на стороне Драко и поставил уже этих гриффиндорцев на место!
«Я схожу с ума, - понял Драко и тяжело вздохнул, прежде чем вернуться к стихотворению. – «Займемся сексом на…» Хм… люди занимаются сексом в кроватях… и на полу… и в пустых классных комнатах… нет, слишком длинно… в гостиных, в душе, в раздевалках, а зимой – у камина… в лесу… в лесу? Девчонки часто пишут о природе. Посмотрим… на поляне? Да, тут можно будет подобрать рифму. Ладно, что еще? Мне нужна вторая строчка. Подумаем… у озера… нет, не пойдет… у реки? Нет, это рифмуется только с «буйки» и «жуки». Так… у пруда? Какие тут рифмы? Сюда, туда, беда, тогда… да, это подойдет. А теперь, что рифмуется с «на поляне»? Гуляния, мерцание… желание! Да, для любовного стихотворения как раз подходит… а теперь… хм…»
Оглядывая классную комнату в поисках других источников вдохновения, Драко не мог не обращать внимания на Снейпа. Мастер зелий, которого боялись многие ученики, сидел сейчас за своим столом, вытянув ноги, отклонившись на стуле, с руками за головой, и продолжал рассказ, очевидно, еще не дойдя до конца:
- И тогда я взял иглы дикобраза, произнес стихотворение, добавил последнюю строчку: «Ведь я тебя люблю» и кинул иглы…
«Утолим свое желанье,» - Драко широко раскрыл глаза и съежился, когда из ниоткуда возникла эта мысль, отчего Гермиона снова странно на него посмотрела. Теперь в его воображении проходили картины Снейпа и Гермионы вместе. Он содрогнулся.
- Это было жутко, - говорил Снейп. – К моему ужасу, из котла повалил густой зеленый дым, а запах вы даже не можете себе представить…
«Сейчас или никогда, Драко» - сказал себе Драко и взял иглы дикобраза, отложенные заранее.
- И из котла появилось самое ужасное создание, - продолжал Снейп. Затем он засмеялся, - О, оно было просто чудовищным.
- Ты мне нужна сильней воздуха, - еле слышно и трясущимся голосом произнес Драко, - твой вид тревожит мою кровь, влюбиться мне хватило духу, отдай и ты, - горечь наполнила рот, когда он заставил себя продолжить, - свою любовь.
- Что теперь случилось? – прошептала Гермиона, закатив глаза.
Драко нервно сглотнул и продолжил, стараясь не обращать на нее внимания. Но ее взгляд все равно нервировал, и его голос слегка дрожал; Драко впервые подумал: «А что, если Снейп говорит правду?»
- Любого сыра ароматней, и даже чем вино вкусней, и океана притягательней, ты будешь только моей…
- Малфой? – Гермиона недоверчиво на него уставилась. – Ты что, произносишь любовное стихотворение?
Тут даже Гарри заинтересовался – он с любопытством взглянул на них.
Драко услышал, как Снейп говорит:
- И он стоял там, метр ростом, невозможно злой…
- Займемся сексом на поляне…
- Ты что творишь? – шепотом потребовала ответа Гермиона.
- Займемся сексом у пруда…
- Омерзительный, ужасающе вонючий… - говорил Снейп.
- Утолим свое желанье…
- Что-что? – переспросили Гарри и Гермиона.
- Дух сыра, - драматично закончил Снейп.
- Забудем обо всем тогда! – завершил стихотворение Драко.
Он сделал движение, чтобы бросить иглы в котел, и тут до Гермионы дошло.
- Нет!!! – взвизгнула она и попыталась отбросить его руку в сторону, но Драко успел вскочить со стула и отступить вбок.
Все повернулись к ним: семь лет в одном классе с Невиллом Лонгботтомом сделали их бдительными к любым крикам в кабинете зельеварения. Тринадцать пар глаз сосредоточились на Гермионе и Драко, когда Драко ликующе прокричал (ликовал он, потому что знал, что сейчас докажет притворство Снейпа, но ведь никто этого не знал): «Ведь я тебя люблю!!!», а Гермиона бросилась к нему…
- Не-э-эт! – завопил Снейп, вскочив на ноги и выхватив палочку, но было слишком поздно.
С широкой победной ухмылкой Драко кинул в котел иглы дикобраза.

Примечание переводчика: Наконец-то, наконец-то закончена самая сложная глава. Мне очень жаль, что ее перевод занял столько времени. Естественно, стихотворение пришлось частично изменить: больше всего изменений коснулось первого четверостишья (с которым было больше всего проблем), зато второе осталось практически в неприкосновенности. Третье – серединка на половинку. Если хотите взглянуть на эту главу в оригинале, вот ссылка (примечание: пароль «любовь-морковь» на английском звучал как ‘love and bunnies’):
http://www.fanfiction.net/s/2011487/24/The_Prank_War


Глава 24. Дух сыра


Гарри все еще пытался понять, что произошло. Только что они слушали какую-то нелепую историю Снейпа, который, похоже, вконец съехал с катушек, и вдруг Драко начал бормотать что-то о вине, сексе и желании. Затем Гермиона испугалась, Драко признался ей в любви, и она бросилась в его объятия.
Но Гарри не успел задуматься об очередном невероятном событии, произошедшем за это утро. Гермиона врезалась в Драко с вытянутыми вперед руками (Гарри предположил: чтобы обнять того за талию), но Драко потерял равновесие, и оба упали с другой стороны от котла с зельем, которое приобрело болотно-зеленый цвет и начало выделять густой дым. Комнату стал заполнять невероятно отвратительный запах, как от целой горы сыра Лимбургер*, и послышался неприятный звук, похожий на долгое и громкое мычание.
- Замрите! Стойте спокойно! Без паники! – судя по голосу Снейпа, он сам как раз паниковал.
Завеса зеленого дыма быстро уплотнялась, так что Гарри уже не мог разглядеть поднятой к лицу руки.
- Гермиона! – крикнул он и закашлялся, подавившись зловонным дымом.
- Гар… - голос Гермионы прервался звуками кашля, когда она тоже вдохнула дым.
- Слезь с меня, Грейнджер! – выдохнул Драко.
Медленно-медленно дым начал рассеиваться, оставляя за собой лишь прогорклый запах.
- Гермиона! – снова позвал Гарри, когда, наконец, смог более или менее дышать через рот. – Ты как?
- Ей будет очень плохо, если она с меня не слезет! – рыкнул Драко.
- Ты что натворил?! Придурок! – завопила Гермиона.
Когда дым рассеялся полностью, Гарри увидел, как взъерошенная Гермиона и встревоженный Драко уставились на котел. Гарри повернулся к нему и почувствовал, что у него открылся рот.
В котле стояло одно из самых жутких созданий, которое только доводилось видеть Гарри. Оно было около метра ростом, человекообразное, с бугорчатой кожей, цвет которой колебался от бледно-зеленого до желтовато-белого и желтовато-оранжевого. У него отсутствовали волосы и уши, имелись только две небольшие вмятины на месте последних, а пальцы были клинообразными как куски сыра. Большие черные глаза смотрели с лица, которое напомнило Гарри локонсовских пикси.
Все застыли на местах, задержав дыхание (ну, возможно, это было как-то связано со зловонием), и осторожно за ним наблюдали. Дух сыра улыбнулся, показывая двойной ряд бритвенно-острых зубов.
- БУГА-БУГА!!! – крик Сырного духа был настолько внезапным, что многие подпрыгнули, а затем начали вопить. Все немедленно пришли в ужас, как будто Дух сыра пригрозил убить их или включил бензопилу.
- Без паники! Без паники!!! – орал Снейп, но его никто не слушал: все были слишком заняты, пытаясь пробраться к двери.
- Гарри, пошли! – крикнул Невилл.
- Ты иди! – ответил Гарри, твердо решивший сначала убедиться, что Гермиона благополучно отсюда выберется. – Я догоню!
- РОВГ! – Дух сыра прыгнул вперед и угрожающе замахал руками, клинообразные пальцы сжались в кулаки. Гарри отскочил и достал волшебную палочку, осторожно за ним наблюдая.
- Ох, да ради Бога, к чему такие крики? – пробормотал Драко, подойдя к духу. – По-моему, он вовсе не опа… А-а-а-а-а!!!
С гортанным криком Дух сыра прыгнул на Драко, оскалился, перебрался к нему на голову, крепко вцепился и, грациозно повернувшись, вонзил зубы Драко в плечо. Тот взвизгнул и начал пританцовывать, пытаясь стряхнуть Сырный дух с головы, в результате чего Дух только вонзил зубы еще глубже. Драко начал бить себя по голове, чтобы заставить Дух сыра отпустить его плечо, до смерти испуганный и удивленный, что не чувствует боли. Когда Дух сыра поднял голову, не было видно ни крови, ни дыр в одежде Драко. Облизнувшись, Дух сыра повернулся к Гермионе и зловеще оскалился, а она попятилась и наконец вспомнила о волшебной палочке. Сложно думать ясно, когда на тебя готовится прыгнуть Дух сыра, так что выбор заклинания Гермионы был не лучшим:
- Экспеллиармус!
Дух сыра был озадачен только на секунду, а после он рванулся к Гермионе, но тут Гарри, который не мог в него нормально прицелиться, подбежал и попытался ударить Духа по голове. Тот заметил Гарри, укусил его руку и выплюнул обратно. Гарри поморщился при виде своей руки и палочки, покрытых теплым, вязким сыром, который смердел просто ужасающе.
Голос Снейпа заставил подпрыгнуть всех, даже сам Дух сыра:
- Делайте что хотите, но не выпускайте его из комнаты!
Снейп пытался пробраться в конец класса, но поток студентов, бегущих к двери, замедлял его, хоть он и расшвыривал их в стороны.
Взвизгнув, Дух сыра повернулся к Снейпу и прошипел:
- Сефе-е-еру-у-у-ус… - издав звук, похожий на смех, Дух сыра отвернулся от трех учеников, запрыгнул на ближайший стол и рванулся к Снейпу. – СЕФЕ-Е-ЕРУ-У-У-УС!
Последний студент – Невилл – выбежал, захлопнув за собой дверь, и Снейп повернулся на крик Сырного духа. Он поднял волшебную палочку и с читаемой на лице решимостью наблюдал за нелепым зрелищем: Дух сыра мчался к нему, опрокидывая все на своем пути, пронзительно вскрикивая и размахивая руками, как жрец Вуду.
На самом деле это могло выглядеть впечатляюще – злой маленький демон бежит прямо на могущественного волшебника. Вот только демон был сделан из сыра, а могущественный волшебник выжил из ума и носил дурацкий рождественский свитер. Гарри, Гермиона и Драко нервно смотрели на них, когда Дух сыра, приблизившись к Снейпу, вдруг сделал длинный прыжок.

***

- Эй, успокойтесь! Успокойтесь все! Оно заперто внутри, все в порядке! – Рон старался успокоить вопящих гриффиндорцев и слизеринцев, которые выбегали в коридор (вообще-то, его беспокоили только гриффиндорцы, а слизеринцы просто оказались в том же месте). Он повторил: - Оно заперто! Снейп и Гарри с Гермионой сделают все что надо.
Рон, Фред и Джордж начали тайно наблюдать за уроком задолго до появления Духа сыра и все видели, но не успели сбежать, когда семикурсники выскочили из дверей и отрезали им путь к первому этажу. Теперь слизеринцы стояли с одной стороны от троих Уизли – стороны коридора, ведущей в слизеринскую гостиную – а гриффиндорцы с другой, ведущей к вестибюлю.
- Что это была за чертовщина? – выдохнула Парвати.
- Гарри и Гермиона остались внутри! – тревожно воскликнул Невилл.
- Эй, если кто и может с ним справиться, так это Гарри и Гермиона, - сказала Лаванда. Рон бросил на нее недобрый взгляд. – И Рон. - Быстро добавила она.
- Ребят, не волнуйтесь, нам ничего не грозит, и я уверен… - Рон прервался, услышав изнутри злобное гоготанье Сырного духа, нервно тряхнул головой и на всякий случай отступил от двери. – Я уверен, что они справятся. Невилл, не сходишь к Дамблдору? Ему следует об этом знать.
- Да, конечно, - Невилл умчался на предельной скорости.
- А нам что делать? – спросила Парвати, заламывая руки.
- А мы будем ждать здесь, - ответил Рон, пытаясь придать голосу уверенность, которой не чувствовал. – Сейчас нам остается только ждать сигнала, что там все чисто. Если услышим, что дела у них идут плохо, то вернемся в класс и поможем им.
- Забудь об этом, - выплюнул Блейз Забини. – Я линяю.
- Эй! Драко еще внутри! – закричала на него Панси.
- И что?
- Мы не можем просто его оставить!
- Эй, если хочешь вернуться туда и сражаться с каким-то нелепым демоническим созданием, то пожалуйста, - рявкнул Теодор Нотт.
Панси глянула на него с прищуром:
- Отлично. Идите. Я обязательно расскажу Драко, как вы ушли!
Внезапно оказалось, что никто из слизеринцев не горит желанием уйти.
Рон закатил глаза и повернулся к гриффиндорцам:
- Я уверен, что все будет в порядке, ребят. Гарри и Гермиона сталкивались с проблемами и похуже.
- Как я рад, что ты здесь, Рон, - Джордж вцепился в его руку и изобразил на лице ужас. – Ты такой большой и сильный, и можешь все взять на себя.
- Ты ведь защитишь нас, правда? – дрожащим голосом спросил Фред, хватая Рона за другую руку и стреляя глазами по сторонам, как будто боясь увидеть там демона.
- Ох, да заткнитесь, - рыкнул Рон, пытаясь стряхнуть близнецов.
- О Боже, что это?! – вскрикнул Фред.
- А-а-а-а-а! – завопили все остальные, и, не оглядываясь, гриффиндорцы и слизеринцы бросились в разные стороны, оставляя троих Уизли в коридоре одних.
Фред и Джордж расхохотались, отпустив Рона и прислонившись к стене, чтобы удержаться на ногах.
- О, это было потрясающе, - прохрипел Фред.
- Отлично, Фред, - выдохнул Джордж.
- Меня окружают идиоты, - пробормотал Рон и осторожно оглянулся на дверь.

***

Гарри, Гермиона и Драко смотрели, как Дух сыра, прыгнув, все приближается и приближается к Снейпу, и…
- Джусто!
… и Дух сыра просто вырубается прямо в воздухе. Он упал бессознательной кучкой на пол перед Снейпом, который ухмыльнулся.
- Ха! – позлорадствовал он, указывая палочкой на Дух сыра. – На этот раз я был готов, понял, Дорвиларон? Ты, истекающий сыром ублюдок! Ха-ха-ха! – Он посмотрел на троих студентов. – Не волнуйтесь, все в порядке. Я знаю, как избавиться от Дорвиларона.
- Дорвиларона? – повторила Гермиона.
- Да, Сырного демона Дорвиларона.
- Сырного демона Дорвиларона?
Снейп кивнул:
- Так я его назвал.
Гарри, Гермиона и Драко странно на него посмотрели.
- Вы… дали ему имя? – слабым голосом спросил Драко.
Снейп закатил глаза:
- Я испортил зелье и вызвал сырного демона, так что я решил, что его нужно как-то называть, пока он был заперт в моем гардеробе, а я шесть часов искал заклинание, чтобы все исправить. Я поклялся, что больше никогда не совершу подобной глупости, - увидев, как на него смотрят Драко, Гермиона и Гарри, Снейп наконец нахмурился. – Мне было десять, понятно? – Он повернулся к Драко. – Кстати, а какое оправдание у тебя? Что, мало было неприятностей с Гермионой, и ты решил создать их сам, или тебе просто захотелось сыра?
Драко сердито глянул на Снейпа:
- Я думал, что вы лжете. И решил это доказать.
Снейп изумленно посмотрел на него и начал смеяться прямо как старый Снейп – с горечью и сарказмом:
- А если я скажу, что нельзя произносить заклинание смерти, указывая палочкой на себя самого, а то умрешь, ты тоже примешься доказывать мою неправоту? Ну что ты за бестолочь? Глупый мальчишка!
- Как ты мог даже подумать о таком? – рявкнула Гермиона. – Только богам известно, что ты сделал с Гарри!
- Меня не волнует, что я сделал с Поттером! Меня волнует, что я сделал со мной! – резко ответил Драко, ужаснувшись при мысли о том, что укус Сырного духа может иметь побочные эффекты.
- Какой дурак станет варить зелье с подобными ингредиентами? – вопросила Гермиона. – Кофеин в корневом пиве вызывает отрицательную реакцию у лепестков розы, а все знают, что розовые лепестки используются для вызова духов! А все дополнительные экстракты, что ты использовал: кориандр, имбирь, ваниль… не говоря уже обо всем остальном! Мускатный орех и анис…
- Ты о чем вообще говоришь, Грейнджер? – оборвал ее Драко.
- Ты хоть представляешь себе, что содержится в корневом пиве? – Гермиона уже кричала. – Куча трав, большинство из которых используют для улучшения гадальных и экстрасенсорных способностей или для любовных зелий!
- Ну, по крайней мере, есть утешение, - пробормотал Снейп. – Дорвиларон его укусил.
- А это что значит? – с испугом спросил Гарри.
- Боже, что это с Малфоем? – воскликнула Гермиона.
Волосы и часть кожи того приобрели розовый оттенок и постепенно потемнели до прелестного цвета фуксии.
- Это все укус, - устало объяснил Снейп. – Та часть твоего тела, до которой Дух сыра дотронулся или укусил, становится…
- Моя рука! – взвыл Гарри.
- Мои волосы! – взвыл Драко и схватил с ближайшего стола стеклянную бутыль, чтобы посмотреть на свое отражение. – А-а-а-а-а!
- Не волнуйтесь, оно закончится! – поспешно произнес Снейп.
- Когда? – крикнул Драко. – Когда?! Моя голова розовая! Снова!
- Ну, розовый цвет уйдет часов через шесть, если не ошибаюсь, - сказал Снейп, уголки его рта подергивались. – Затем она станет цвета белого сыра, потом желтого сыра, примерно на шесть часов, а потом цвета такой зеленой плесени еще на час. Кажется. В общем, вместе это длится всего лишь тринадцать часов.
- Всего лишь? – взревел Гарри. – Всего лишь?!
- Ну, в сравнении с другими проблемами, что вызывает укус, эта вполне незначительна…
- С какими еще проблемами? – потребовал ответа Драко.
- Как сказала Грейнджер… корневое пиво вызывает много проблем. Кстати, где ты его нашел?
Драко нахмурился:
- Добби. Я сходил на кухню, когда вы позволили мне выйти в туалет.
- Ты ходила с Малфоем на кухню? Во время занятий? – недоверчиво спросил Гарри у Гермионы, доставая из кармана перчатку из драконьей кожи и натягивая ее на свою розовую руку.
- Нет, меня на кухню приволокли, - ответила Гермиона, сердито глядя на Малфоя.
- Что за другие проблемы? – тревожно повторил Драко, направляясь к своему столу за шляпой и натягивая ее как можно глубже.
- Насколько я помню, хуже всего были видения. Они достаточно надоедают, в основном, потому что обычно не имеют ни малейшего смысла. Что же до других эффектов… кого ты себе представлял, Драко?
- А?
- Ты строго следовал инструкции?
- Ну да…
- Тогда кого ты себе представлял, когда произносил стихотворение?
Драко моргнул.
- Я никого не представлял, - сказал он. Драко был тогда слишком занят, беспокоясь, что Грейнджер поймет его замысел и все испортит, и совершенно забыл, что должен был представлять себе девушку, которую хочет в себя влюбить.
- А вы, Поттер? Вы думали о ком-то, когда он произносил стих?
- Нет…
- Тогда вам, наверное, не грозят другие побочные эффекты, - произнес Снейп. – Так что не беспокойтесь о них. Больше всего мешают видения: вы увидите мгновения из будущего, просто беспорядочные изображения, которые не будут иметь смысла, пока не случатся на самом деле. Это пройдет примерно через неделю. Возможно, вы также будете произносить маленькие пророчества – пару строчек о будущем. Будем надеяться, раз уж никто из вас никого себе не представлял, воздействие оказалось меньше. И всю эту неделю не обращайте внимания на любые странные сны, хорошо?
Гарри и Драко смотрели на него в ужасе.
- Э… ясно, - сказала Гермиона. – Вернемся к делам… что будет с Духом сыра?
- Давайте его сожжем, - произнес Драко, натянув шляпу еще глубже и потирая плечо.
- Но ведь он демон. Разве это сработает? – спросил Гарри.
- Не сработает, - ответил Снейп. – Существует только один способ от него избавиться, как я и обнаружил двадцать девять лет назад. И способ этот определенно не назовешь приятным.
- Ух ты, ритуал изгнания демона, - зачарованно произнесла Гермиона. – А можно мне участвовать? Это будет так интересно…
- С тобой определенно что-то не в порядке, - Драко раздраженно на нее посмотрел.
- Заткнись, Розочка.
- Вообще-то, - сказал Снейп, не обращая внимания на спор, - участвовать должны будете вы все. В этом ритуале требуются четыре человека. Мне пришлось завербовать Эйвери и братьев Лестрейндж.
- Пожирателей смерти? – резко спросил Гарри.
- Они единственные могли мне помочь, - пожал плечами Снейп. – Это были мои друзья, дети друзей моего отца. Что ж, надо поскорее начать, - и он направился к двери.
- Куда вы? – спросила Гермиона.
- Собираюсь найти ничего не подозревающего ученика, чтобы втянуть его в изгнание Духа сыра, - жизнерадостно ответил Снейп. – Когда мы изгнали его, я поклялся, что больше никогда-никогда не буду делать этого снова. Хотя формально, - добавил он, открывая дверь класса, – я поклялся, что больше не буду настолько глуп, чтобы вообще его вызы… Уизли! Вы-то мне и нужны!
Снейп, открывший дверь, чтобы найти трех Уизли, стоящих в коридоре (и теперь начавших нервничать), ухмыльнулся при виде них, схватил за руку Рона и втянул его в класс.
- Вы будете четвертым человеком для ритуала изгнания, - сказал он, ведя Рона к бессознательному демону на полу.
- Эй, да ни за что на свете я не подойду к этой штуке, - Рон скрестил руки на груди. – Тем более, чтобы помочь вот этим. – Он презрительно усмехнулся Гарри, Гермионе и Драко.
- О, вы это сделаете, Уизли, - радостно сказал Снейп, - или у вас будут серьезные неприятности.
Драко удивленно посмотрел на Снейпа, единственного учителя в школе, которому он нравился, который относился к нему лучше, чем к Гарри и Гермионе, единственного учителя, который, он чувствовал это, был на его стороне, угрожая Уизли даже в то время, когда носил чудной свитер с колокольчиками и улыбался.
- Я знал! – завопил Драко, бросаясь вперед и обхватив Снейпа руками. – Вы по-прежнему злой слизеринский ублюдок!
Все остальные уставились на него, Снейп в том числе.
- Да, ну, мы, злые слизеринские ублюдки, обычно не обнимаемся, знаешь ли, - Снейп неловко похлопал Драко по спине.
- Можно, мы теперь изгоним демона, пожалуйста? – спросила Гермиона. – Я вправду хочу посмотреть, как он исчезнет, а сразу после обеда у нас другой урок…
- К тому же это просто отвратительно, - Гарри кивнул на Драко, который все еще обнимал Снейпа.
- Да, надо начинать, - произнес Снейп и нахмурился, пытаясь вспомнить ритуал. – Точно. А теперь… думаю, у профессора Вектор есть цветные чернила, которые мы можем позаимствовать, а домашних эльфов попросим сделать Драко ожерелье из чеснока…
- Что?! – Драко тут же сделал шаг назад.
Фред и Джордж, которые до этого стояли в дверях, решая, уйти ли им, прежде чем случится что-то плохое, или остаться и наблюдать, тут же зашли в класс, закрыли за собой дверь и уселись на одну из парт.
- Нет, такого мы ни за что не пропустим, - заметил Фред, ухмыляясь во весь рот.

***

- Минерва? Ты здесь?
МакГонагалл подскочила и повернулась к классному камину, откуда ей улыбалась голова Снейпа, улыбалась так же жутко, как и вчера.
- Здравствуй, Северус, - осторожно сказала она. – Я провожу контрольную у второго курса, что…
- Простите, что прерываю, - Снейп кивнул ученикам, которых озадачил его извиняющий вид, - но мне нужно с тобой поговорить о Грейнджер и Малфое. Мне надо, чтобы ты назначила им контрольную на другой день.
МакГонагалл приподняла бровь:
- Почему это?
- О… неважно, просто они ненадолго мне нужны, и я думаю, они будут не в состоянии писать сегодня контрольную работу…
- Рассказывай, - рыкнула МакГонагалл, устав от того, что никогда не получает ответов. – И надеюсь, это не связано с войной шуток, Северус, иначе…
Позволив этому высказыванию повиснуть в воздухе, МакГонагалл потерла переносицу, ожидая ответа.
Снейп нервно улыбнулся:
- Ну… я рассказал сегодня классу про свое первое зелье… и как все пошло… не так… Ну, и теперь Драко носит ожерелье из чеснока, а Грейнджер и Поттер рисуют символы на его лице…
- Что?! – изумленно пролепетала МакГонагалл.
В классе послышались перешептывания и смешки, вынуждая ее повернуться и строго на них посмотреть, чтобы шепот затих, прежде чем вернуться к камину.
- Это долгая история…
Снейпа прервал внезапный крик, который, похоже, принадлежал одному из близнецов Уизли и был только слегка приглушен прохождением через камин:
- А-а-а! Дух сыра проснулся!
- Бежим! – послышался панический возглас Драко Малфоя.
- Ну, в общем, расскажу позже, - поспешно произнес Снейп и исчез.

Примечание переводчика:
* Лимбургер – сорт сыра, известный за свой запах, который часто сравнивают с запахом потных ног.


Глава 25. Изгнание Дорвиларона


От переводчика:
ВНИМАНИЕ! Для полного понимания этой главы необходимо знать изображения некоторых рун и знаков Зодиака. Для тех, кто их не знает, я нарисовала памятку:
http://s39.radikal.ru/i086/0904/10/eff544bb419c.gif

- Стой спокойно!
- Заткнись, Грейнджер.
- Если не будешь стоять спокойно, я ткну тебя пером в глаз.
- Если поднесешь эту штуку чуть ближе к моему глазу, я… ай!
- Ой, - невинно произнесла Гермиона.
Затем она вздохнула и убрала перо от лица Драко. После того, как Снейп притащил Рона в класс (а близнецы пригласили себя сами), он откопал старую книгу с ритуалом изгнания. Оказалось, что им нужно сварить зелье, чернилами определенных цветов нарисовать на Драко магические символы и повесить ему на шею чесночное ожерелье, а затем произнести простое стихотворение-заклинание и совершить еще некоторые действия, которые уничтожат Дух сыра. Снейп поручил близнецам приготовить зелье (они были довольно способными в зельеварении, учитывая их талант к изобретению товаров для магазина шуток, хотя Снейп никогда не признал бы этого) и достал необходимые ингредиенты, затем заставил Рона составить список того, что им еще может понадобиться для ритуала, пока он сам помог Гарри и Гермионе начать рисовать символы. Нет нужды говорить, что никто не был особо рад своему заданию.
- Ты специально это сделала! – завопил Драко, зажмурив глаз от боли.
- Да неужели? – Рон закатил глаза, но не смог подавить ухмылку.
В настоящий момент Снейп ушел достать цветных чернил у профессора Вектор, так как в классе зельеварения были только обычные, и приказал всем оставаться здесь. Близнецы отправились на кухню захватить еды, отговорившись тем, что кто-то должен попросить Добби сделать ожерелье из чеснока для Драко. Тем временем Рон просматривал книгу в поисках других интересных заклинаний, а Гарри удерживал Драко (то есть держал его за заведенные за спину руки), пока Гермиона рисовала на его щеках перевернутую руну Альгиз внутри круга. Или, скорее, пыталась. Цепь осложняла дело, да и Драко не был от природы услужливым.
- Если не будешь стоять спокойно, ничего не получится, - раздраженно сказала Гермиона.
- И что? Снейп может просто запереть Дух сыра в сундуке или что-нибудь в этом роде.
- Почему бы не запереть его в твоем? – пробормотал Гарри.
- Хорошая мысль. Тогда я смогу выпустить его, пока ты будешь спать.
- Ох, заткнись уже, Малфой, - рассердилась Гермиона.
Тут появились близнецы и свалили на стол кучу еды.
- Вот, держи, крошка Ронни, - поддразнил брата Фред и потрепал его по голове, пока Рон сердито на него глядел.
- Да, мы знаем, какой ты становисся лаздлазытельный, когда хоцес кусать, - ухмыльнувшись, добавил Джордж.
- Вам еще не пора домой? – проворчал Рон, схватил эклер и начал жевать.
- Мы не можем бросить свою семью и друзей, когда они в нас нуждаются! – воскликнул Фред, притворяясь потрясенным. – Мы бы никогда… о, черт, зелье еще кипит?
Они с Джорджем рванулись к котлу, в котором варили зелье для ритуала.
- Пожалуйста, только не испорите его, - устало произнесла Гермиона. – Я хочу с этим покончить.
- Да, у меня сегодня квидди… ай!
- Молчи! Ты мне все портишь! – Гермиона в шестнадцатый раз стерла заклинанием неудавшийся символ и начала заново.
- Еще немного, и я тебе так все испорчу… - прорычал Драко. Его эта ситуация донимала больше всех, чего, впрочем, и следовало ожидать: не так-то легко позволить злейшему врагу рисовать на тебе, предвкушая при этом стихотворные заклинания и ожерелье из чеснока.
- А почему ты рисуешь на Малфое знак мира? – поинтересовался Джордж.
- Это перевернутая руна Альгиз, вписанная в круг, - рассеянно ответила Гермиона.
- Знак мира пацифик – это перевернутая руна, вписанная в круг? – повторил Джордж.
- Нет… да… ох, заткнись и вари зелье, - простонала Гермиона, когда Малфой снова шевельнулся, испортив рисунок. – Гарри, это не работает!
- Знаю, - вздохнул Гарри. Затем он просветлел, - У меня идея: давай прижмем его к стене, чтобы он не мог шевелить руками, и тогда я смогу держать его голову!
- Чего?!
- Отличная идея, Гарри!
- Даже не ду… ох!
В следующую секунду Драко оказался придавлен к каменной стене, локоть Гарри упирался в его живот, а второй рукой гриффиндорец пытался удерживать на месте его голову. Но Драко не собирался этого терпеть.
- Это же нелепо! – проревел Драко, изо всех сил дергая головой, чтобы избежать пера Гермионы, но ему мешала рука Гарри. – Просто бросим его в огонь! Это сработает! Вовсе незачем заниматься всей этой фигней!
- Давай оглушим его, - предложил Гарри, удерживая Драко.
- Нам придется постоянно обновлять оглушающее заклинание, а его повторное наложение через короткие промежутки времени может нанести непоправимый вред, - с сожалением ответила Гермиона.
- И что? – не понял Гарри.
- А то, что я оставлю эту идею до тех времен, когда он больше не будет прикован к моему запястью, - объяснила Гермиона. – Он меня раздражает и без дальнейших мозговых нарушений.
Следующие несколько минут Уизли с весельем наблюдали за мини-войной Гарри и Драко, а Гермиона случайно тыкала в лицо последнего пером, оставляя множество черных точек (вообще-то, «случайно» - не совсем верное слово). Наконец, Гермиона рассерженно отступила.
- Надо придумать, как удерживать его лучше, - сказала она Гарри.
- Связывающее заклинание?
- Слишком быстро спадает.
- Петрификус Тоталус?
- Тоже, и нельзя будет изменить положение тела.
- …Что ж, остается одно. Помоги уложить его на пол.
После долгих воплей Драко, а также смеха близнецов, Рона и, временами, Гарри и Гермионы, слизеринец оказался лежащим на полу; Гермиона сидела у него на груди, своими ногами прижимая его руки к бокам, а Гарри уселся ему на ноги, при этом поедая что-то из принесенного близнецами перекуса.
- С Малфоем можно иметь дело только так, - Гарри потянулся за следующим котелковым кексом.
- Клянусь, Поттер, я с тобой за это… ай! Проклятье, Грейнджер!
- Оно соскользнуло, – ответила Гермиона тем же невинным тоном, которым защищала себя каждый раз, когда перо болезненно в вонзалось в кожу Драко. – А теперь замри!
Левой рукой Гермиона повернула его голову и начала рисовать. Драко обмяк, наконец, признавшись себе, что это необходимо сделать, а закончится все быстрее, если он перестанет сопротивляться.
Через полминуты Гермиона нарисовала на обеих его щеках перевернутую руну Альгиз в круге (что и вправду выглядело прямо как пацифик – символ мира).
- Все, - сказала она, откидывая волосы с лица. Затем Гермиона сглотнула и обратилась к Рону, не глядя на него: он все еще злился и говорил с ней только, если это было крайне необходимо, и даже тогда использовал ледяной тон. – Что дальше?
Рон просмотрел страницу.
- Черным цветом нарисовать на лбу заклинателя руну Дагаз, - ответил он холодно.
Гермиона хихикнула:
- Дагаз?
- Это та, что похожа на бантик? – недоверчиво спросил Фред, ухмыляясь во весь рот.
- Чего?! – взвизгнул Драко.
Одной рукой удерживая его голову, Гермиона с большим удовольствием нарисовала руну Дагаз.
- Хе-хе, и вправду похоже на бантик, - сказала она и ткнула Драко пером в висок, просто так.
- Ты мне за это еще заплатишь, - прорычал Драко.
- Слева от Дагаз нарисовать Эваз, а с другой стороны – Манназ, - сообщил Гермионе Рон.
- А они как выглядят? – с жадностью спросил Гарри.
- В основном, как буква «М», - ответила Гермиона. – Отличаются только слегка. Гм… «слева» - это слева для меня или слева для Малфоя?
- Э… наверное, для Малфоя.
- А что если все-таки для Гермионы? – вмешался Гарри.
- А может, с левой стороны от Дагаз?
- У Дагаз есть лево? Как узнать, где у него какая сторона?
- Да, невозможно определить, руна направлена к Малфою или от Малфоя.
- Да, она же симметричная.
- Наверняка это не имеет значения.
- Ну, даже если имеет, то не такое уж и большое, правда?
- Вообще-то, Эваз – это женская руна, а Манназ – мужская, так что если традиционно сопоставлять мужское начало с правой стороной, а женское с левой…
- То это нам не поможет, если мы не знаем, какая сторона левая.
- Ха-ха, ты рисуешь на нем женскую руну?
- Если ваша беседа собирается быть еще более скучной, не могла бы ты чуть-чуть отодвинуться, Грейнджер? Мне плохо виден твой вырез… ай!
- Еще хоть раз скажешь что-то подобное, и я проткну этим пером твой мозг!
Все засмеялись (кроме Драко).
- Не, не сработает, - сказал Фред. – У него слишком толстый череп.
- Тогда я воспользуюсь чем-то поострее, - рыкнула она.
- А зачем ждать провокации? – заметил Джордж.
- Действительно, - задумчиво произнесла Гермиона и оглядела комнату, как будто надеялась, что кто-нибудь забыл поблизости меч. Но, похоже, никто не носил мечи на занятия; больше всего смахивали на оружие перья для письма, оставленные сбежавшими учениками. Гермиона вздохнула, а затем чуть улыбнулась. На несколько секунд все как будто вернулось на круги своя: Рон улыбался и смеялся над ее угрозой, и это были гриффиндорцы против Малфоя, прямо как раньше…
Она отогнала мысли о ссоре с Роном и снова задумчиво посмотрела на Драко.
- Что ж, - сказала она, - Эваз и Манназ очень похожи, так что я просто нарисую пока то, что у них общее, а когда Снейп вернется, спрошу у него, где какая сторона.
Закончив с рисованием, Гермиона отклонилась назад и оценивающе посмотрела на свою работу.
- Хорошо, что я так и не бросила древние руны, - отметила она.
- Может, теперь ты слезешь с меня? – вяло поинтересовался Драко.
- Нет, - неохотно ответила Гермиона. – Нам нужно будет порисовать еще, и я не собираюсь укладывать тебя на пол снова.
Драко вздохнул:
- Я не буду сопротивляться.
Гермиона фыркнула в ответ, и Драко закатил глаза.
В камине полыхнуло зеленое пламя, и появился Снейп с коробкой в руках.
- А, - сказал он, кивнув на Гарри, Гермиону и Драко, - вы уже начали рисовать. Позволить ему лечь – это хорошая идея; стоять неподвижно, пока друзья на мне рисовали, было весьма утомительно.
Драко бросил на него злой взгляд, а гриффиндорцы постарались сдержать смешки.
- Значит, вы и вправду все это делали? – спросил Фред. В отличие от всех остальных, Фред и Джордж положительно восприняли это странное новое поведение Снейпа. Они только что выиграли громадную кучу денег у Ли Джордана, с которым давно еще поспорили, когда же Снейп слетит с катушек; к тому же, близнецы были специалистами в области странного.
- Да, - Снейп чуть улыбнулся. – Теперь, когда прошло столько времени, вспоминать это забавно.
- У профессора Вектор были чернила, профессор? – вмешалась Гермиона.
Снейп кивнул.
- Да, но чтобы объяснить, зачем они мне, пришлось постараться. Вот, держи, Гермиона, - он передал ей коробку.
- С какой стороны от Дагаз рисовать Эваз? – спросила Гермиона.
- Слева для Драко, - ответил Снейп. – По крайней мере, там мы рисовали ее на мне.
Гермиона хихикнула, представив себе Снейпа с тремя рунами на лбу и символами мира на щеках, и вернулась к рисованию мужской и женской рун.
- А почему на лице Малфоя рисует она? – надулся Фред, кивнув на Гарри и Гермиону и одновременно наливая в котел с зельем розмариновое масло. – Это гораздо веселее, чем то, что делаем мы.
- Потому что в последний раз, когда я проходила мимо зелья, из него выпрыгнул Дух сыра, - сухо ответила Гермиона.
- И потому вы доверили это нам? – Фред озадаченно взглянул на своего близнеца. Джордж уставился на него в ответ, также в недоумении, что кто-то доверил им нечто настолько важное.
- Доверили? – повторил Снейп. Затем он нахмурился, поспешил к котлу и озабоченно отогнал близнецов. Те усмехнулись и уселись наблюдать за раскрашиванием лица Малфоя.
Аккуратно дорисовав Эваз и Манназ, Гермиона снова выпрямилась.
- Готово, - сказала она, с гордостью обозревая свои рисунки. – Что дальше?
- Надо придумать семь символов, связанных со стихотворением, - рассеянно ответил Снейп, внимательно рассматривая зелье.
Все беспомощно на него уставились.
- То есть, если он сказал что-то про любовь, надо нарисовать сердечко или нечто в этом роде? – наморщила нос Гермиона.
- Точно.
Гермиона нахмурилась:
- Как там звучало стихотворение, Малфой?
- Я больше никогда не собираюсь произносить его снова, спасибо.
- Нам нужны эти семь символов, - закатила глаза Гермиона. – О чем в нем было?
Драко заскрежетал зубами. Он не хотел повторять стихотворение, никогда в жизни, но если промолчать, Гермиона не слезет с него и, возможно, снова ткнет его пером.
- Да всякая чушь, - неохотно произнес он. – Я едва его помню. Вино… пруд… море… Подобная девчачья ерунда.
- Это только три, нужно больше, - уголки губ Гермионы подергивались, а ребята смеялись открыто.
- Кровь, - прорычал Драко. – Э… сыр. Дух… и любовь. Это семь.
- Где рисовать эти символы, профессор? – спросила Гермиона.
- У него на груди, - ответил Снейп. – Пусть снимет рубашку.
- Постойте, на груди? – прервала его Гермиона.
- Да, и…
- Я не буду рисовать у него на груди!
- Да, она не будет рисовать у меня на груди!
- Гарри, давай ты! – взмолилась Гермиона, бросая на того взгляд через плечо.
- Он тоже не будет на мне рисовать!
- Да, я тоже не буду на нем рисовать!
- Гарри, пожалуйста?
- Э… может, мы все потянем жребий?
- А может, тянуть жребий будете вы двое? – вмешался Рон. – Мне так больше нравится.
- А… я не умею рисовать, - поспешно произнес Гарри.
- Я тоже не очень умею, - добавила Гермиона.
- Ну, ты же девчонка. Ты умеешь рисовать сердечки и все подобное.
Гермиона угрожающе сузила глаза:
- Это еще что за логика?
Гарри понял, что сказал не то, и решил сменить тему:
- Фред, Джордж, вы ведь хотели на нем рисовать, так?
- Забудь, приятель.
- Да, желание прошло.
- Рон? – умоляюще произнес Гарри.
- Ну уж нет, - усмехнулся тот.
- У меня идея: давайте мы будем держать это острое перо подальше от моей груди?
- Я говорил тебе, Драко: это необходимо, - Снейп не то улыбнулся, не то ухмыльнулся.
- Я не верю, что вы вправду через это прошли! – огрызнулся Драко.
- Все это есть в книге, Малфой, - указал Рон, его уши и шея покраснели.
- Да плевать! Вот вы встречались с братьями Лестрейндж?
- Да, - выплюнул Гарри. – Правда, нас официально не представили. Мы были слишком заняты, стараясь друг друга убить.
- Так вот: никогда в жизни они не стали бы рисовать сердечки на груди Снейпа!
- …Вообще-то, это был Эйвери, - признался Снейп. – Помнится, он был очень недоволен тем, что должен на мне рисовать, но он единственный рисовал более или менее норм…
- Я не позволю никому рисовать у меня на груди! Со мной сегодня случилось достаточно!
- Так тебе и надо! – рыкнула Гермиона. – Да и выбора у тебя нет. – Она выхватила палочку, зная, что никто кроме нее рисовать на груди Драко не станет, и решив покончить с этим поскорее. – Окаменей! – крикнула она, а затем использовала заклинание, которым они разрезали свои мантии и рубашки, чтобы их снять. Гермиона швырнула обрывки в сторону и уселась на живот Драко, крепко зажав ногами его руки. Только тут она заметила, что все пораженно на нее уставились. – Ну что? – сердито спросила она, пристально глядя каждого по очереди. Все торопливо отвернулись. Гарри начал было что-то насвистывать, но спохватился и замолчал.
Через секунду Драко пришел в себя.
- Ах ты… - завопил он, пытаясь сесть.
- Лежи, - рявкнула Гермиона, толкая его назад. – Мне это тоже не особо нравится.
- Не особо нравится? Не особо нравится?! Сейчас же слезь с меня, иначе…
- Это необходимо сделать, Драко, - успокаивающе произнес Снейп. – Дух сыра нужно отослать обратно в его мир.
- И что же это за мир? Сырная планета? Страна молочных продуктов? – Драко снова попытался сесть, и Гермиона толкнула его обратно с такой силой, что он ударился затылком об пол. Драко сердито уставился на нее, как только смог сфокусировать зрение, но подняться больше не пытался. Решив, что ему остается только делать комментарии, которые наверняка выведут ее из себя, он сказал: - Я всегда знал, что тебе нравится быть сверху… ай! Грейнджер!
- Ох, прости, - протянула Гермиона. – Кажется, я только что ткнула тебя в глаз – снова – этим острым, заточенным… острым-преострым пером? – Она опустила перо к лицу Драко, готовая ткнуть его. Драко бросил на нее злой взгляд, но промолчал.
Гарри фыркнул, пытаясь сдержать смех, и Гермиона яростно к нему повернулась, все еще сжимая перо. Все в комнате вдруг стали выглядеть ужасно серьезно.
- Так, - рыкнула Гермиона, – для этих символов нужны определенные цвета или порядок?
- Обычные чернила, - произнес Снейп. – Не помню, чтобы был какой-то порядок… посмотрите в книге, Уизли.
Рон проглядел страницу и потряс головой:
- Написано просто нарисовать.
- Начните составлять список цветов, которые будут ей нужны для символов планет и знаков Зодиака, - сказал ему Снейп и вернулся к зелью.
- Ладно, - неохотно произнес Рон и достал из сумки Гарри кусок пергамента.
Гермиона мрачно посмотрела на грудь Драко. Одно дело – рисовать на его лице, и совсем другое – на груди. Еще сильнее нахмурившись, Гермиона очень постаралась не обращать внимания на то, что было перед ней – точнее, под ней. Очевидно, солнечные лучи вообще не достигали его кожи, одежда там или нет, как будто вокруг него было силовое поле с надписью-заповедью: «Не окрась». И все же она не могла удержаться от разглядывания. Проклятье, злым слизеринским ублюдкам нужно запретить выглядеть так! Перо угрожало сломаться – так Гермиона его сжимала, пытаясь удержать себя, чтобы не проверить на ощупь, вправду ли кожа у Драко такая гладкая как выглядит.
«Это же Малфой, - убеждала себя Гермиона. – Если ты изнасилуешь его в комнате, полной людей, именно этих людей, они никогда не дадут тебе этого забыть. Это Малфой!»
Гермиона содрогнулась. Это просто нелепо. Неважно, как он выглядел, Малфой был самым большим козлом, которого она встречала, за исключением, возможно, нескольких Пожирателей Смерти и самого Волдеморта. Он не заслуживал даже второго взгляда, не говоря уже о том, чтобы им любоваться. К тому же его грудь была не лучшей из тех, что видела Гермиона. У Оливера гораздо лучше. И у Виктора ничего. Так что Малфой оказывается на третьем месте из… трех.
Гермиона вдруг осознала, о чем думает, и подавила отчаянный стон. Все. Она просто обязана тщательно исследовать эту цепь, и неважно, подозревает ли их мадам Пинс. Если придется, она проберется в библиотеку под гарриным плащом в три часа утра.
Она случайно взглянула на лицо Драко и увидела, что он весело ухмыляется над ее неловким положением. Он приподнял бровь и вскрикнул, когда Гермиона ткнула его пером. Полная решимости не показывать Драко свое смущение и волнение, она опустила перо к его груди и начала рисовать.
В комнате стояла почти полная тишина, слышно было только, как перо чертит по коже Драко или окунается в чернильницу, да еще бурлил котел с зельем. Все трое Уизли внимательно изучали книгу, и близнецы делали записи (что вызывало, скорее, тревогу). Гермиона, наконец, закончила символы и поскорее выпрямилась, оглядывая результаты своего творчества. Пруд, стакан с вином и сердце были выполнены очень хорошо. Пипетка с кровью, кусок сыра и маленькие волны для моря выглядели удовлетворительно. Вместо духа она нарисовала привидение Каспера. Гермиона хихикнула, снова посмотрев на этого маггловского персонажа.
- Гермиона, только, пожалуйста, не издавай радостных звуков, пока рисуешь на груди Малфоя, - попросил Гарри, который сидел к ней спиной и не видел, над чем она смеется. – Это слишком жутко.
- О, заткнись, - пробормотала она и угрожающе приподняла перо, когда Драко открыл рот, чтобы что-то сказать. Он неохотно заткнулся.
Довольная получившимся результатом, Гермиона слезла с Драко, чувствуя себя так, будто занималась чем-то ужасно безнравственным. Слегка содрогнувшись, Гермиона подобрала коробку с цветными чернилами, избегая смотреть на Драко, пока тот садился, столкнув Гарри со своих ног.
- Гарри, помоги мне раскрасить его руки, - сказала Гермиона. – Так будет быстрее.
- Зачем ты разрешила ему сесть? – раздраженно спросил Гарри, потирая плечо, которым ударился об пол.
- Я не могу рисовать на его руках, сидя у него на животе, - вспылила Гермиона, чувствуя, что это лучший ответ, чем: «когда я сижу на нем, это слишком отвлекает».
К счастью, Драко сидел спокойно, пока Гарри и Гермиона выбрали себе по одной руке. Рон говорил им, какие символы рисовать каким цветом, а близнецы сидели рядом, вставляя комментарии и надоедая всем вопросами вроде «А почему этот зеленого цвета? Это же не символ планеты? Что еще за Харон? Разве это не спутник Плутона?.. Это ведь не планета… А разве ты этот уже не нарисовала? Выглядит так же. А почему тогда Дева так похожа на Скорпиона? Который из них Овен? Эй, нет ничего смешного в том, что мы родились в день всех дураков!»
Когда Гермиона уже начала размышлять, в какие неприятности попадет, если проверит, можно ли использовать перо для письма в качестве дротика и проткнуть им лоб одного из Уизли, она дорисовала символ Плутона и выпрямилась.
- Наконец-то, - проворчала она. – Гарри, ты еще не все?
Гермиона обошла Драко, чтобы посмотреть на результаты Гарри… и обнаружила, что ему осталось еще три символа, да к тому же он нарисовал Близнецов боком, а Стрельца – задом наперед, и перепутал Деву со Скорпионом; и все символы были начерчены дрожащими линиями. Гермиона вздохнула и протянула руку за его пером.
- Я же говорил, что не умею рисовать, - извиняющее произнес Гарри, с облегчением вставая.
- Хорошо, - сказал Снейп, - зелью нужно только двадцать минут покипеть. Я свяжусь с Филиусом и Минервой, чтобы назначили ваши сегодняшние контрольные на другой день…
- Рисунки готовы, - Гермиона устало выпрямилась и заклинанием поменяла цвета тех трех изображений Гарри, что были нарисованы более или менее сносно. – На будущее запомни, Гарри, цвет Близнецов – желтый, Овен должен быть красным, не розовым… а Рак – серебристым.
- Прости, - пожал плечами Гарри. Он никогда особо не интересовался астрономией.
Пока Снейп говорил через камин с Флитвиком, Гарри, Рон, Гермиона и близнецы проглядывали книгу, а Драко печально осматривал свои разноцветные руки.
- Понятно, - протянула Гермиона, - очевидно, мы должны будем встать втроем вокруг Малфоя и Духа сыра и…
Слова Гермионы прервал громкий треск; все подскочили и с палочками наизготовку повернулись к бессознательному Духу сыра, но оказалось, что звук вызвало другое магическое существо.
- Добби сделал ожерелье! – пискнул маленький домовой эльф, протягивая им сильно пахнущее ожерелье из чеснока, которое было длиннее самого Добби.
Драко издал разочарованный рык, посмотрел на свою разукрашенную кожу и неохотно принял ожерелье, пробормотав слова благодарности, а затем надел его. Добби остался лишь на несколько секунд, подождав, пока Снейп закончит разговор, чтобы спросить, нужно ли ему еще что-нибудь. Снейп ответил отрицательно и полез в камин связываться с МакГонагалл.
- Это так глупо, - проворчал Драко. – Он все это выдумал, я знаю!
- Так же, как он выдумал зелье, да? – закатила глаза Гермиона.
- Заткнись, грязнокровка, - огрызнулся Драко, и тут же понял, что совершил ошибку, так как Гарри, Гермиона и Уизли повернулись к нему, выхватив палочки.
- С меня довольно! – прошипела Гермиона и подняла волшебную палочку, но прежде чем она успела произнести заклятье…
- А-а-а! Дух сыра проснулся! – воскликнул Фред.
- Бежим! – вскрикнул Драко и бросился к двери, в спешке решив перебраться через стоящий на пути стол, а не оббегать его. Только собираясь спрыгнуть на пол, Драко осознал, что все гриффиндорцы лопаются от смеха.
- О, это было потрясающе, - Гермиона сжимала спинку стула, чтобы удержаться на ногах. – Огромное тебе спасибо, Фред.
Драко сердито посмотрел на нее, испытывая соблазн наступить ей на пальцы.
Огонь в камине исчез, и Снейп попытался вскочить, ударившись головой о каменный выступ. Шатаясь, он взобрался на ноги, одной рукой держась за голову, а во второй сжимая палочку. Увидев, что Дух сыра так и лежит без движения на полу, а все потешаются над угрюмым Драко, Снейп тихо засмеялся.
- Ох уж эти дети… - пробормотал он. – Что ж, давайте начнем? Зелье как раз должно было приготовиться… да, оно стало зеленым. Пора!
Фред и Джордж отошли подальше и сели рядом со столом Снейпа, пока он сам указал остальным встать вокруг Духа сыра в центральном проходе между партами. Драко пробормотал еще несколько жалоб и занял свое место рядом с Дорвилароном в середине треугольника, образованного Гарри, Роном и Гермионой.
Гарри взял котел и плеснул часть зелья на Дух сыра.
- Аллутло, мантрутло, - нараспев произнес он.
- Жабини, жабини, жабини, - монотонно проговорил Драко.
Гарри плеснул на Дорвиларона еще немного зелья. Внезапно всех четырех окружила стена зеленого дыма, обвиваясь вокруг них подобно живому пламени. Гермиона заинтересованно посмотрела на нее, прежде чем произнести свою строчку.
- Еще не победило зло, - сказала она с радостным волнением в голосе.
- Жабини, жабини, жабини, - нервно повторил Драко, размышляя, сможет ли он пробежать сквозь эту дымовую завесу, или у нее есть волшебные свойства, чтобы его не пропустить. Дым начал бледнеть, медленно превращаясь из зеленого в белый.
Гарри вылил почти все оставшееся зелье на Дух сыра и посмотрел на Рона.
- Все духи, что есть среди нас, - сказал Рон так же нервно, как и Драко до него, и слегка отодвинулся от дымовой стены, хоть она и стала рассеиваться.
- Жабини, жабини, жабини, - пробормотал Драко, зажмурившись.
Гарри плеснул ему в лицо остатки зелья.
- Должны исчезнуть вы сейчас! – крикнули все четверо, Драко при этом плевался и кашлял.
Послышался грохот, как от стада бегущих бизонов, шум нарастал, пока не начало казаться, что они все сейчас оглохнут. Снейп вдруг нырнул за свой стол; Фред и Джордж посмотрели на него, переглянулись и рванулись к двери. Но не успели.
Оглушительный грохот резко смолк, и с громким хлопком Дух сыра взорвался. Во всех направлениях полетел отвратительно пахнущий сыр, покрыв комнату теплыми, вязкими, противными его комками.
Все потрясенно замерли, истекая сыром. Снейп, ухмыляясь, выглянул из-за стола.
- Ха! – радостно произнес он. – Хорошо, что я вовремя про это вспомнил.
- Могли бы и нас предупредить, - сухо сообщила ему Гермиона.
- Ну, я… э… вспомнил только в последнюю секунду, понимаешь… ну да…
Все сердито на него посмотрели.
- Что ж, - сказал Фред Джорджу, с его волос упал комок сыра и приземлился на пол с тихим «плюх», – кажется, нам пора.


Глава 26. Тренировка по квиддичу. Часть первая


- Да что с тобой такое? – бушевала Гермиона, заходя вместе с Гарри и Драко в пустую гостиную. – Ты совсем спятил?
- Я должен был доказать, что он лжет! – огрызнулся Драко. – И заткнись уже.
- Какая разница, лгал ли он? – завопила Гермиона. – Нельзя было выбрать другой способ, чтобы это доказать, а не варить предположительно опасное зелье?
- Ты не понимаешь! – выкрикнул Драко. – Мне нужно было знать, что с ним такое! Его надо остановить!
Драко начал вышагивать вперед и назад, насколько позволяла цепь.
- Что же с ним могло случиться? – пробормотал он. – Уизли его оскорбил… он исчез на все выходные… и… - Драко нахмурился, - вернулся счастливым. – Тут у Драко открылся рот, а лицо приняло выражение такого ужаса, что Гарри с Гермионой тревожно на него уставились. – О Боже мой, - Выдохнул Драко и потрясенно повернулся к Гермионе. – У Снейпа был секс.
Гарри распахнул глаза и тоже повернулся к Гермионе, ожидая, что она использует свою беспристрастную логику и убедит его, что нет, Снейп никогда ни с кем не занимался сексом… но Гермиона поняла его взгляд совершенно неверно.
- А почему ты смотришь на меня?! – рассердилась она.
Гарри имел достаточно здравого смысла, чтобы потрясти головой и пробормотать: он, мол, ничего такого не имеет в виду; но вот Драко не был таким проницательным, когда дело доходило до настроения Гермионы.
- Признай, это была ты! – завопил он, обвиняющее наставив на нее палец. – Вот и доказательство! Ты трахалась с ним уже целую вечность, много месяцев! Это все ты! Это ты свела Снейпа с ума!
- Во-первых, ты просто кретин, если считаешь, что я могла даже подумать о том, чтобы делать это с ним! Это был розыгрыш, придурок! И во-вторых, все выходные я была прикована к твоей надоедливой заднице, так что у меня вообще не было для этого возможности!
- Возможности? Что… - Гарри позеленел.
Гермиона мрачно на него глянула:
- Ты мне сейчас не помогаешь.
- Ха! – завопил Драко, тыча в нее измазанным сыром пальцем. – Ты не сможешь меня одурачить! Ты знаешь какой-то тайный способ снять цепь, да? Да? Признавайся!
- Если бы я могла снять проклятый браслет, то никогда не надела бы его снова!
- Ну да, Грейнджер. Конечно! Ты каждую ночь снимаешь цепь, чтобы пойти потрахаться со своим старым сальноволосым дружком, и возвращаешься прежде, чем я проснусь! Потому что… потому… - Драко запнулся на секунду, задумавшись. Наконец, на его лице проступило понимание. – Потому что ты пытаешься меня соблазнить!
- Чего?! – недоверчиво выкрикнули Гарри и Гермиона.
Гарри расхохотался, но Драко продолжал разглагольствовать:
- Я раскусил тебя, Грейнджер! Тебя просто тянет к плохим парням! Вот, в чем дело! Тебе нравятся опасные ребята, а теперь ты захотела меня! Ты наверняка подстроила дуэль мелкой Крысли и Томаса только, чтобы до меня добраться! Ну, теперь мне все известно, Грейнджер! И этого не случится! Мне плевать, насколько ты сексуальна! А-а-а! – Драко зажал рот ладонью, похоже, питая отвращение к самому себе.
Гермиона просто глядела на него, открывая и закрывая рот, как будто пыталась найти, что сказать. Так и не придумав достойного ответа, она обратила тот же дикий, полусумасшедший взгляд на все еще хохочущего Гарри.
- Гарри, - взмолилась она, - я больше этого не вынесу. Не смогу! Я… мы… Цепь нужно снять! – взревела она.
И тут сквозь дымку сумасшествия проник голос Джинни, спокойный и решительный, каким она успокаивала подругу, когда цепь только появилась:
«Гермиона, если мы не придумаем, как снять эту цепь, то просто отрежем Малфою руку, хорошо?»
Пораженная этой «логикой», Гермиона сначала замерла… а затем рванулась к Малфою и вонзила зубы в его запястье.
Драко по-девчачьи взвизгнул от боли и ужаса и начал колотить Гермиону по голове и спине другой рукой. Гриффиндорка со всех сил пыталась прокусить ему руку, но мешали его мантия, рубашка, мышцы, а также мерзкий вкус протухшего сыра, которым ребята все еще были покрыты. Гарри стоял рядом, разрываясь между тем, чтобы удержать Гермиону от попадания в Азкабан за откусывание руки Драко, и тем, чтобы с удовольствием за ними наблюдать.
В конце концов, Гермиона поняла: запястье Драко так просто не прогрызть, и решила, что остается только одно – задушить его, а потом отрубить руку. Тогда можно будет снять его часть цепи и обратить проклятую штуковину в симпатичный браслетик.
Гермиона отпустила его руку, выплюнула заполнившие рот сыр и обрывки мантии, с грустью посмотрела на ту самую руку (она даже не прокусила кожу! какая жалость…) и потянулась к горлу слизеринца. Драко рванул от нее, все еще издавая пронзительные вопли… но, конечно же, он не мог сбежать от того, кто хотел отгрызть ему руку, будучи соединен с этим человеком цепью, которая и послужила причиной умопомешательства. Гермиона гонялась за ним с вытянутыми вперед руками, что, в сочетании с безумным выражением лица, делало ее похожей на очень быстрое зомби.
У наблюдавшего за ними Гарри от смеха струились из глаз слезы. И будто того, что они гонялись друг за другом, оказалось не достаточно, они до сих пор были все в сыре, у Драко на лице красовались чернильные символы, а когда он перепрыгнул через диван и потерял шляпу, стало видно, что половина его лица и волос была яркого, насыщенно-розового цвета.
- А, черт с ним, - пробормотал Гарри. – Ей не повредит немного повеселиться.
Уворачиваясь от Драко и Гермионы, Гарри направился в гостевую комнату, чтобы захватить сменную одежду и пойти в душ.

***

Незадолго до ужина Гарри вернулся из душа и обнаружил, что на ступеньках лестниц, ведущих в спальни, стоят небольшие компании учеников и с удовольствием наблюдают, как Гермиона все еще гоняется за Драко. Отличие состояло лишь в том, что Драко уже не кричал, сберегая дыхание, а большая часть столов и прочей обстановки была перевернута.
- Привет, Гарри! – крикнул Фред, стоящий на лестнице, что вела в спальню мальчиков, вместе с Джорджем, оба смыли с себя сыр и теперь весело смотрели представление; Рон стоял рядом. Похоже, близнецы решили, что просто не могут долго оставаться вдали от Хогвартса в разгар войны шуток. Фред продолжил: - На кого ставишь?
- Пока что большинство ставок на Гермиону, четыре к одному, - добавил Джордж.
Гарри закатил глаза и достал волшебную палочку.

***

Восемь заклинаний, множество разочарованных гриффиндорцев, два душа – и Драко с Гермионой уже готовились к тренировке по квиддичу, ни с кем почти не разговаривая. Огромный синяк, что оставили на запястье Драко зубы Гермионы, покрывала толстая повязка, а большая часть розовых пятен на его волосах была скрыта под черной вязаной шапкой.
- Ты точно не хочешь, чтобы я с тобой пошел? – в шестой раз спросил Гарри, пока Гермиона повязывала вокруг шеи шарф и надевала одну из связанных своими руками шапочек.
- Дамблдор сказал, что там будет учитель, - устало повторила Гермиона. – Лучше… сосредоточься на контрольных.
Гарри не стал указывать, что учеба без Гермионы будет практически бесполезной, и смирился. Он спустился вместе с ней и Драко в кухню, чтобы перекусить, а затем направился в гриффиндорскую башню; Драко и Гермиона пошли на поле для квиддича.
Землю покрывал толстый слой снега, а холодный ветер пробирал до костей. Гермиона вся закуталась в плащ и нервно посмотрела на слизеринскую команду, большую часть которой составляли неповоротливые громилы.
- Здорово, Драко! – Кребб ухмыльнулся Гермионе. – Привел, на ком можно потренироваться с бладжерами?
- К сожалению, нет, - проворчал Драко, и Гермиона взглянула на него с изумлением. Он не обратил внимания. – Эта маленькая грязнокровка будет летать со мной на одной метле. И как я повторял уже тысячу раз, лучше бы никому не отбивать бладжер в мою сторону, понятно?
- Грейнджер будет летать с тобой на одной метле? – выплюнул один шестикурсник. – Может, ты хочешь отменить тренировку?
- Нет, я не хочу отменять тренировку, – прорычал Драко, - потому что вы, к сожалению, ни черта не умеете играть в квиддич.
- В чем обычно виноват капитан, - пробормотала Гермиона.
- А тебе откуда знать, ты…
- Простите, я опоздал, - произнес новый голос, прервав Драко, и Гермиона тихо застонала: из всех учителей, что могли бы следить за тренировкой, Дамблдор выбрал Оливера. Конечно, он должен был знать о квиддиче больше всех, за исключением Трюк – а может и больше нее – но Оливер был последним, с кем Гермиона сейчас хотела бы иметь дело.
- А ты что тут делаешь? – рявкнул Драко.
- Наблюдаю за вашим жалким подобием квиддичной команды, - отпарировал Оливер. Он повернулся к Гермионе: - Ты как, нормально?
Гермиона вымученно ему улыбнулась и кивнула. По крайней мере, она знала: если кто из слизеринцев попытается что-нибудь выкинуть, Оливер даст фору Гарри. А может даже и Рону.
Драко заметил, как нежно Оливер посмотрел на нее, и как они друг другу улыбнулись. Он фыркнул:
- Да что у тебя такое с учителями, Грейнджер?
- Что? – Оливер с удивлением повернулся к нему.
- Может, уже хватит?! – вскрикнула Гермиона, заставляя всех кроме Драко (он за последнее время привык к ее крикам) съежиться. – Не сплю я со Снейпом! Я думала, то, что я чуть не откусила одну из важнейших частей твоего тела, это докажет!
Все на них уставились. Гойл недоуменно поскреб затылок, а несколько слизеринцев поумнее задумчиво нахмурились.
- Гм, - Оливеру было интересно, что конкретно это значило, - … о какой… части тела… мы сейчас говорим?
- Даже не пытайся строить из себя невинность, - завопил Драко, не обращая внимания на Оливера. – Ты спишь с Вудом, ты спишь со Снейпом и ты…
- Да не сплю я со Снейпом! – крикнула Гермиона так громко, что ее голос вызвал эхо.
- Ха! Так ты признаешь, что спишь с Вудом, да?
- Нет!
Оливер подавил ухмылку.
- И не старайся отрицать! Теперь это все знают! С кем еще из учителей ты трахаешься? Хагрид? Флитвик? Дамблдор? Вот почему у тебя такие оценки? Ай!
Гермиона выхватила у Оливера метлу и треснула ею Драко по голове.
- Ты совсем больной? – закричала Гермиона. – Заткни рот, или я убью тебя во сне!
- Ну да, конечно! Я сам уже убил бы тебя во сне, но ты ведь никогда не спишь, ты всегда с кем-то трахаешься! Мисс Паинька, как же! И ты пытаешься меня соблазнить! Я это знаю!
Оливер сжал переносицу, отчаянно стараясь не засмеяться. Казалось, эти двое совершенно сошли с ума, а то, что на лице Драко (который не был так одарен в заклинаниях как Гермиона и не мог стереть чернильные рисунки магией) красовались блеклые символы и пятна чего-то вроде розоватой, постепенно выцветающей краски, только усиливало впечатление. Слизеринская команда, члены которой не были самыми умными в школе, смотрела на них со смесью веселья, ужаса, потрясения и тревоги.
- Я бы не стала тебя соблазнять, даже если бы от этого зависела моя жизнь!
- Ха! Я знаю, что ты меня хочешь!
Гермиона снова замахнулась метлой Оливера, но на этот раз Драко был готов и отразил ее удар своим «Нимбусом-2001». Никто не успел и глазом моргнуть, а у них уже начался поединок на метлах, только прутики и снег летели во все стороны.
- Эй-эй! – крикнул Оливер и получил четыре удара, прежде чем смог расцепить эту парочку. Он отобрал у Гермионы свою любимую метлу. – Ты с ума сошла? Это же «Молния-2», подписанная самим Шоном Ламбдином! Ты хоть представляешь себе, сколько она стоит? – Гермиона закатила глаза, а Оливер огляделся и обратился к одному из слизеринцев: - Эй, ты! С паршивой метлой! – слизеринец неохотно выступил вперед, и Оливер выхватил его метлу. – Держи, - сказал он, передавая метлу Гермионе. – Вот прекрасный «Чистомет-9».
Гермиона попыталась сердито на него посмотреть, но не удержалась от улыбки: типичный мальчишка, всегда помешанный на квиддиче. И кстати о квиддично-помешанных мальчиках…
Гермиона отшвырнула метлу в сторону и достала волшебную палочку. Но Драко выхватил свою прежде, чем она успела наложить проклятье, и Гермиона помедлила. Она за сегодня уже достаточно пострадала от неправильно использованной магии, к тому же не хотела приносить неприятности Оливеру: кто знает, что с ним сделают, если станет известно, как он покрывал их последние несколько дней?
- Опусти палочку, - сказала Гермиона Драко, - и…
- А-а, - внезапно заговорил Гойл. – Так вот что означало «одна из важнейших частей тела»! Драко, она и вправду пыталась у тебя откусить?
После этих слов что-то дошло и до остальных слизеринцев.
- Ты подпустил ее так близко? – изумился Кребб.
- Свихнулся, она же грязнокровка! – воскликнул Блейз Забини.
- И ты оставил ее в живых? – Теодор Нотт уставился на Драко.
Гермиона в ужасе зажмурилась. И как она будет объясняться, когда это дойдет до Гарри и Джинни? И до Рона?!
Оливер больше не мог сдерживаться – он расхохотался. Почему-то в сознании Гермионы это сделало все только хуже. Слизеринцы подумали, что она пыталась откусить «одну из важнейших частей тела» Драко (ну почему она использовала именно эти слова?!), Оливер, по-видимому, тоже. И он считает, что это смешно!
- Можно, мы теперь поиграем в квиддич? – простонала Гермиона.
- Она укусила мою руку, идиоты, - рыкнул Драко. – Мою руку!
Несколько секунд слизеринцы обдумывали это утверждение.
- Э… но зачем ей кусать тебя за руку? – спросил Кребб.
- Ага, это не имеет смысла, - поддержал его Гойл.
- Брось, Драко, мы ведь твои друзья, - ухмыльнулся Блейз. – Нам-то ты можешь сказать правду.
Драко бросил на Блейза взгляд такой яростный, что Забини начал с невинным видом изучать пейзаж.
- Последний. Раз. Повторяю, - выплюнул Драко. – Это была моя рука. Рука!
Гермиона вздохнула:
- Хочу домой.
- Никто тебя не держит, - рыкнул Драко.
- Меня держишь ты, придурок! – завопила Гермиона. – Ты! Ты-ты-ты!
Драко ухмыльнулся, зная, что никому кроме Оливера не известно про цепь, и потому они не понимают истинного смысла ее слов; слизеринцы не представляют себе, как Драко мешает ей пойти домой.
- О… так ты меня все-таки хочешь. Что ж, прости, Грейнджер, но этого никогда не случится.
- Кто бы говорил, - огрызнулась Гермиона. – Если бы эти семь лет мне давали по галеону каждый раз, когда ты меня разглядывал, я могла бы уже купить Хогвартс.
Драко разинул рот. Она ведь не могла этого на самом деле замечать? Неужели он делал это так часто? Конечно нет, он вовсе не заглядывался на нее эти семь лет… лишь после той шутки, когда обнаружил, что у нее действительно неплохие формы… ну ладно, Святочный бал тоже оказал влияние… но…
- Ага! Кто-то выглядит виноватым! – торжествовала Гермиона.
Паника Драко мгновенно превратилась в ярость. Гермиона выставила его на посмешище перед друзьями – ну, так близко к друзьям, насколько это вообще возможно в Слизерине. Он уже слышал, как Блейз и Теодор сдерживают смех.
Драко рванулся к Гермионе, неодолимо желая стискивать ее горло, пока ее кожа не приобретет прелестный багровый оттенок. Но до цели своей он так и не добрался: на пути Драко, все еще посмеиваясь, вырос Оливер.
- Пусть все это и весело, - Оливер попытался придать голосу суровость и провалился, - но у меня еще есть дела. Либо начинай тренировку, Малфой, либо отменяй ее.
Драко сердито поглядел на Оливера, умирая от желания что-нибудь ответить, но понимая, что не стоит этого делать.
«Да, Вуд – гриффиндорец, псих и придурок, который трахается с Грейнджер, - напомнил себе Драко, - но он также и учитель. И он на стороне Грейнджер».
- Ладно, - рыкнул Драко и выхватил у Блейза контейнер с мячами. – Взлетаем! – Он выпустил снитч, кваффл и один из бладжеров. – Стандартная тренировка!
Остальные члены слизеринской команды оттолкнулись от земли, насколько им позволял слой снега, и Драко повернулся к Гермионе. Помедлив несколько секунд, Драко неохотно вытянул вперед свой «Нимбус-2001». Он очень не хотел, чтобы Гермиона находилась поблизости от него или его метлы, но ему нужно было хоть ненадолго отвлечься от всего этого, а полеты приносили ему радость как мало что другое.
- Садись! – рыкнул он.
Гермиона смотрела на метлу, внутри ее поднималась паника. На первом курсе она посещала уроки полетов, но никогда в них не блистала и вообще боялась отрываться от земли. За исключением этого она летала только два раза: на Клювокрыле и на тестрале, причем оба раза не принесли ей удовольствия. К тому же уроки полетов и магические существа это совсем не то же самое, что квиддич. Что же ей делать? Не может ведь она сесть на метлу со слизеринцем, с Драко Малфоем?!
- Садись! – раздраженно повторил Драко.
- Нет! – пискнула она в панике.
- Мы это уже проходили, Грейнджер. Дамблдор…
- Дамблдор совершает ошибки! Он всего лишь человек! Я не сяду!
- Нет, сядешь! – завопил Драко.
- А что, если я столкну тебя? А? Ты об этом подумал?
- Ты со мной связана цепью. Если столкнешь, погибнем мы оба.
Что ж, это не утешало.
- Но… но…
Она посмотрела на Оливера, который знал, как она не любит летать, и бросил на нее сочувствующий взгляд.
- Я рядом, - мягко сказал он. – С тобой ничего не случится, я этого не допущу.
Гермиона глубоко вздохнула. Конечно, Оливер не позволит, чтобы с ней что-то произошло. Она облегченно улыбнулась… но затем постаралась не чувствовать себя уютно рядом с ним. Гермиона не хотела этого в ситуации, когда ее парень злится, Оливер – ее преподаватель, Малфой к ней прикован, а жизнь ужасно несправедлива.
Гермиона вдруг почувствовала себя глупо. Куда делась ее гриффиндорская храбрость? Как она могла испугаться метлы? Она встречалась с Волдемортом, Пожирателями Смерти, трехголовыми собаками, великанами, кентаврами и так далее; уж с метлой-то она справится. И метлу, в отличие от тестралов, можно увидеть. Она сможет. Она сможет. Она смо… проклятье, ну почему именно она?
Очень неохотно, со скоростью человека, которого вежливо попросили присесть на электрический стул, Гермиона перекинула ногу через метлу.
- Назад сдвинься, - проворчал Драко, и Гермиона сдвинулась как можно дальше, до самых прутьев в хвосте. Драко тоже сел как можно дальше от нее, оставляя перед собой самый кончик метлы, чтобы держаться и управлять. – Нам надо будет оттолкнуться одновременно, - Кисло произнес Драко, – а то не получится. Мы слишком много весим. На счет «три» отталкивайся. Раз… два… три!
Драко оттолкнулся как можно сильнее вместе с передней частью метлы, но все остальное не сдвинулось с места, и он чуть не упал. Если бы он крепко не сжимал метлу, то соскользнул бы вбок и свалился в снег; Драко болезненно приземлился обратно на древко и вскрикнул.
Оливер разразился хохотом.
- Ох, эти дополнительные опасности квиддича, - выдохнул он.
Драко понадобилась вся сила воли, чтобы прямо здесь не наложить на них Аваду. Какое-то время спустя он повернулся и бросил на Гермиону злой взгляд поверх плеча.
- Если. Сделаешь. Так. Снова, - прорычал он сквозь зубы, - я тебя убью!
Гермиона сглотнула, впервые вспомнив, что это, вообще-то, сын главного подручного Волдеморта, и он может сделать много чего ужасного, если его сильно рассердить.
- Я не хочу летать, - заныла она.
- Но все равно будешь, с метлой или без нее, - рявкнул он и снова сел прямо. – А теперь отталкивайся на счет «три»!
На этот раз Гермиона подчинилась, но оттолкнулась так слабо, что они взлетели совсем невысоко (толчок Драко тоже был гораздо меньше, чем до этого). Они с трудом набирали высоту, пока Оливер с легкостью поднимался вслед за ними, все еще пытаясь сдержать смех.
Гермиона крепко сжимала древко метлы, стараясь расслабиться. Они почти не двигались с места, пока Драко оглядывал стадион в поисках снитча. Висеть на одном месте было почти не страшно. Да, висеть на одном месте ее устраивало.
Несколько минут все было в порядке. Оливер подлетел к слизеринскому вратарю и стал кричать на него:
- Держись в центре, идиот! Ты что, не видишь: он пытается тебя одурачить! Если ты позволяешь провести себя этим жалким подобием охотников…
- Ага! – крик Драко заглушил слова Оливера. Он, наконец, увидел снитч и не раздумывая повернул метлу в нужном направлении, рванувшись вперед.
- А-а-а-а-а!
Но, конечно, он забыл о Гермионе.
Она в панике схватила Драко за талию, цепляясь за свою жизнь, как только могла. Сначала удивленный, а затем разъяренный, Драко отпустил рукоять и попытался разжать пальцы Гермионы, а метла медленно начала снижаться.
- Отпусти меня!
- Мы умре-о-ом!
- Отцепись!
- Помогите! Помогите!
- Драко, осторожно!
К ним приближался бладжер. Драко вскрикнул и схватил рукоять метлы, но Гермиона тоже увидела бладжер и попыталась отклониться назад, все еще сжимая Драко за талию и, соответственно, дернув его за собой. Метла одной из последних моделей, реагирующая на малейшее прикосновение, стала двигаться назад и вверх; они увернулись от бладжера, но начали вращаться назад.
- А-а-а-а-а! – вопила Гермиона, пока метла делала обороты. Наконец, на шестом Драко сумел ее выровнять. Затем он позволил метле свободно парить и попытался расцепить пальцы Гермионы, но та впала в совершеннейшую истерику, вопя во все горло и сжимая Драко, как тонущий человек держится за обломок корабля.
Тут же подлетевший к ним Оливер десять минут пытался успокоить Гермиону, прежде чем до нее дошло, что он вообще здесь. Увидев Оливера, она тут же обняла его за шею.
- О Господи, он и вправду пытался меня убить! – лепетала она. – Полеты… убить… страшно… пусти меня к себе!
Она схватилась за метлу Оливера и начала поднимать ногу, чтобы перебраться на нее… но тут увидела землю, до которой было пятнадцать метров.
- А-а-а-а-а!
Она снова схватилась за Драко, сжимая руки так крепко, что тот начал задыхаться. Несколько квиддичных игроков бросили игру и наблюдали за странным, но забавным зрелищем: Гермиона Грейнджер прижималась к Драко, который выглядел так, будто его сейчас вырвет, а Оливер с умоляющим видом парил рядом.
- Э… Блейз, - Кребб склонил голову к плечу, глядя на них, - по-твоему, это правда? Что ей нравятся Драко и Вуд?
- Я начинаю так думать, - ответил Блейз. Для него все выглядело так, будто Гермиона обнимает Драко; Забини не видел ее лица и не слышал, о чем они говорят, но Драко, похоже, тошнило, и Блейз подумал: возможно, Оливер убеждает Гермиону, что она вовсе не хочет Драко.
- И раз уж мы заговорили о Драко, - произнес один из охотников, - почему у него лицо и волосы розовые?
- Меня больше интересуют эти сероватые символы мира на его щеках, - отозвался Теодор.
А тем временем Гермиона начала, наконец, успокаиваться благодаря ободряющей речи Оливера (после нескольких лет в качестве капитана команды подобные речи стали его коньком). Она разжала дрожащие руки, и Драко стал судорожно заглатывать воздух. Гермиона отодвинулась назад и вцепилась в рукоять метлы перед собой так, что побелели костяшки пальцев.
- В порядке, - сказала она. – Я уже в порядке.
- Не забывай, что я здесь, рядом с тобой, хорошо? – напомнил Оливер. Гермиона кивнула… и взгляд Оливера тут же вернулся к слизеринской команде, на лице было написано тоскующее выражение. Вратарь пропустил еще один мяч, Оливер закатил глаза и рассеянно произнес: – Я сейчас вернусь.
Гермиона возмущенно провожала взглядом его спину.
- Дурацкий квиддич! – зарычала она.


Глава 27. Тренировка по квиддичу. Часть вторая


Гарри сидел в комнате для гостей и готовился к контрольным. Он не мог сосредоточиться: учеба приносила гораздо меньше результатов без помощи и руководства Гермионы, к тому же Гарри беспокоился, как она там, на стадионе, одна среди слизеринцев, хоть и под присмотром учителя.
Он отложил свои записи, глаза слипались. Прошлой ночью он спал довольно хорошо, зато почти двое предыдущих суток прошли без сна. Да, в последние несколько лет он привык недосыпать, но после поражения Волдеморта постепенно стал отдыхать больше и начал забывать, каково обходиться долгое время без полноценного сна.
Гарри уронил голову на грудь и погрузился в дрему. Скоро ему приснился сон.

Гарри наполняло приятное чувство, по его груди вниз скользила женская рука. Он обнимал девушку, которая, очевидно, была полностью или почти обнажена – он чувствовал под своими пальцами шелковистость ее кожи, – но Гарри не открывал глаз. Так было забавнее.
Он поглаживал спину девушки… когда его пальцы наткнулись на руку, которая никак не могла быть рукой девушки – она была слишком большая и находилась не в том положении. Гарри распахнул глаза и увидел пышные волосы, которые могли принадлежать только Гермионе… а позади нее был Драко. Гарри видел только его руку, лицо и часть груди, и одежды там не было. Он с ужасом посмотрел на Гермиону, которая улыбнулась в ответ и нежно поцеловала его, а затем развернулась и потянулась к Драко. Их губы оказались достаточно близко для поцелуя…


Гарри с криком проснулся.

***

Гермиона крепко сжимала метлу, мысленно ругая себя, что испугалась и цеплялась для поддержки за Драко Малфоя, и Оливера, так как в поглощении квиддичем он забыл о своем обещании держаться рядом. Он все еще говорил со слизеринским вратарем, очевидно, слишком скучая по игре и не заботясь, что таким образом уменьшает шансы Гриффиндора на Кубок.
- Кто только придумал этот тупой вид спорта? – пробормотала Гермиона.
Если Драко и слышал ее, он этого не показал. Она задалась вопросом, не забыл ли он о ее присутствии – Гарри, Рон, Джинни и еще несколько ее знакомых были склонны так поступать, когда дело доходило до квиддича.
Очевидно, заметить снитч было сложно. Драко время от времени перемещался по полю, двигаясь медленно, - наверное, он не хотел, чтобы Гермиона вцепилась в него и опять сжимала до хруста костей. Она пообещала себе, что останется спокойной, когда он снова сорвется с места, и чувствовала себя все увереннее каждый раз, когда он медленно перелетал на другое место… и тут Драко увидел снитч.
- А-а-а-а-а!
Все мысли Гермионы остались позади, вместе с ее решимостью сохранять спокойствие, и она обхватила руками Драко, сжимая его со всех сил. Драко разрывался между стремлением наконец поймать снитч и желанием, чтобы Гермиона его отпустила; одной рукой держась за рукоять метлы, он второй пытался отодрать от себя ее пальцы, но она не сдавалась. Метла начала опасно вихлять, увеличивая панику Гермионы; «Нимбус-2001» оказался гораздо быстрее тестралов, гиппогрифов и школьных метел, даже на половине предельной скорости, и по впечатлениям это было очень похоже на поездку в автомобиле, который занесло при ста тридцати километрах в час. Зажмурившись, Гермиона кричала какую-то бессмыслицу о Гарри, о Роне, о свете впереди и о том, что хочет домой, пока Драко кричал какую-то бессмыслицу о грязнокровках, об убийствах, о чокнутых девчонках и о сыре.
Внезапная остановка метлы с резким поворотом заставила Гермиону распахнуть глаза, и она тут же перестала кричать: прямо перед ней парил крошечный золотой снитч. Гермиона никогда еще не видела его так близко, и она не могла вспомнить, когда ей в последний раз попадалось что-то хоть вполовину настолько же интересное. Он будто бы искрился в свете магических прожекторов стадиона, а серебряные крылышки заставляли вспомнить ангелов. Гермиона не задумываясь отпустила Драко и осторожно обхватила снитч.
- Какой красивый, - выдохнула она, удивляясь, как ее друзья могли часами болтать о восторгах квиддича, при этом ни единого раза не упомянув потрясающую красоту снитча.
Удивленный внезапным отстранением Гермионы, Драко повернулся к ней – и открыл рот от изумления, увидев, что она держит двумя пальцами снитч и заворожено на него глядит.
- Дай сюда! – он попытался выхватить мяч.
- Нет! – Гермиона отдернула руку и прижала снитч к груди, очень похожая на Горлума, лелеющего «свою прелесть».
Драко попытался отобрать снитч, но Гермиона стала бить его свободной рукой и звать Оливера, который, однако, был слишком далеко, чтобы услышать. Метла начала снижаться, Драко все сильнее дергал Гермиону за запястье, а она с остервенением била его в ответ.

***

- Так это правда, что Гермиона и Малфой спят в одной кровати? – спросила одна из однокурсниц Джинни, очень напоминавшая ей Лаванду и Парвати. Джинни вздохнула. Она решила узнать новые сплетни и отвлечься от всего этого сумасшествия с Гермионой и Драко, что означало посиделки с подругами-однокурсницами – ну, скорее не подругами, а хорошими знакомыми. Гермиона, Невилл, Луна Лавгуд и Колин Криви были Джинни ближе, чем ее сокурсницы, но она очень старалась ладить с последними, чтобы не превращать проживание с ними в одной комнате в настоящий кошмар.
- Нет, неправда, - ответила Джинни. Она тряхнула головой: «Чего только люди не придумают!» Джинни надеялась услышать, что происходит в остальной школе – услышать, кто на кого зол (в период войны шуток подобное знание не помешает) и все в этом роде – но ее однокурсницам было гораздо интереснее узнать что-нибудь о Гермионе, Драко, Гарри и Роне. Она по опыту знала, что они еще долго не успокоятся: люди часто видели знакомство Джинни с Гарри, Роном и Гермионой как способ разнюхать что-нибудь скандальное о трех самых известных учениках Хогвартса, и Джинни уже привыкла развеивать слухи о своем брате и двух его лучших друзьях.
- Но Орла Квирке сказала, что им приходится спать в одной кровати, - с сомнением произнесла другая сокурсница Джинни.
- Орла Квирке – четверокурсница из Рэйвенкло, - закатила глаза Джинни. – Она ни разу не была даже в гриффиндорской башне, чего уж говорить о комнате Гермионы. А я была. У них отдельные кровати.
Разочарованные, девчонки взялись за другую тему.
- А правда, что Гермиона бросила Рона из-за Гарри? – спросил кто-то.
Джинни подавила стон. Ну почему люди всегда начинают вопросы о достоверности слухов со слов «а правда?» Как раз правде они почти никогда не верят.
- Нет, - ответила она. – Гермиона и Гарри – только друзья.
- А что там насчет ее татуировки?
- Не знаю, - устало произнесла Джинни. – Я…
- А-га!
Развернувшись, Джинни машинально схватила волшебную палочку (эта привычка осталась у нее после войны с Волдемортом, как и у Гарри с Роном и Гермионой). Но тут же опустила при виде бегущего к ней Гарри, его волосы взъерошены сильнее обычного, очки сидят криво, а лицо красное и все в поту.
- Нашел тебя! – выдохнул он. – Наконец-то!
- Гарри, что… эй!
Гарри схватил ее за руку и потянул за собой дальше по коридору.
- Нет времени, объясню позже, - сказал он. – Нужно торопиться, торопиться…
Удивленная его поведением, Джинни помахала своим не менее удивленным однокурсницам, которые уже начали перешептываться, без сомнений, порождая новые сплетни.
- Гарри, что происходит? – спросила она, когда их уже не могли услышать. – Это Гермиона? С ней что-то сделал Малфой? Куда мы идем?
- В библиотеку, - Гарри тяжело дышал. – Рон со мной не разговаривает, Гермиона на квиддичном поле, а кто-то должен помочь мне с исследованием.
- С исследованием чего? – спросила Джинни, но Гарри не ответил. Он тащил ее за собой всю дорогу до библиотеки, затем сквозь двери и до секции об экстрасенсорных способностях и психометрии: семь лет дружбы с Гермионой заставили его запомнить планировку библиотеки. Джинни предприняла новую попытку: - Гарри, я помогу тебе найти то, что ты ищешь, но мне надо знать, что происходит.
- Мне нужно заклинание, чтобы блокировать видения, - произнес Гарри.
Мечась по школе в поисках Джинни, он продумал все возможности и с ужасом вспомнил, что Снейп говорил о видениях в качестве побочного эффекта от укуса Сырного духа. «И всю эту неделю не обращайте внимания на любые странные сны», - сказал он, но Гарри не хотел не обращать внимания. Он хотел их остановить и сомневался, что в данном случае поможет окклюменция – она блокировала ментальные атаки, а не сумасбродные сны, вызванные сырными демонами. Гарри лишь предположил, что это видения, но на самом деле ему было плевать – он только хотел, чтобы видения прекратились, а потом собирался убедиться, что они не сбудутся. Ну конечно они не сбудутся, такого не случится, никогда не случится, это же просто нелепо… он, Гермиона и Малфой вместе…фу! Конечно же, нет…
- У тебя было видение? – ахнула Джинни.
За Гарри никогда такого не наблюдалось; у него была мысленная связь с Волдемортом, но к видениям это никак не относилось, он просто видел глазами Темного Лорда.
- Да, - ответил Гарри. – Но больше их никогда не будет. – Он бросил книгу, которую до этого просматривал, и схватил Джинни за плечи, с тревогой глядя ей в глаза. – Ты должна помочь мне, Джинни. Мы друзья. Мы спасали друг другу жизни. Мы вместе играли в квиддич! Ты должна мне помочь, пожалуйста, помоги мне это остановить…
- Гарри, успокойся, пока мое желание с криком от тебя убежать не стало еще сильнее. Я помогу, не волнуйся, - Гарри облегченно выдохнул, и Джинни ухмыльнулась. – Но сначала…
- Что?
- Ну, - невинно произнесла Джинни, - мне нужно знать, о чем эти видения.

***

- Если ты паришь справа, то у тебя не будет и шанса, подберись они к тебе слева. Но если оставаться в центре, ты сможешь среагировать и на обманные движения, и на настоящие броски и вынудить нападающих направиться влево или вправо, и…
- Эй, поглядите на Драко, - крикнул Гойл, прерывая поучения Оливера слизеринскому вратарю.
Оливер чертыхнулся и развернул метлу, проклиная себя за то, что совсем забыл о Гермионе. Через пару секунд он нашел ее с Драко внизу, метрах в шести над землей, и высота эта продолжала уменьшаться, пока они были заняты странной борьбой, сидя рядом на древке метлы немногим больше метра в длину.
Оливер застонал и направился к ним… а затем оглянулся на остальных игроков. Как же он скучает по квиддичу… а Гермиона в порядке, она справится с Малфоем… даже упав с такой высоты, они ничего себе не сломают… ей не нужна помощь.
Оливер вернулся к вратарю:
- Как я говорил…

***

Гермиона на мгновение задумалась, что будет, если она спихнет Драко с метлы. Наверное, он снова завопит как девчонка, и это хорошо… но резкое уменьшение веса, возможно, заставит метлу взмыть вверх, а Гермиона даже пытаться не хотела покорять скоростную метлу… и, ах, да, он же прикован к ее запястью, так что у них появится проблема как в тот раз, когда Гарри раздул голову Драко…
- Отдай его мне!
- Нет, это я поймала!
- Дай сюда!!!
Гермиона яростно на него глянула. Одной рукой он тянул на себя ее запястье, а второй пытался отражать ее удары. На его лице (где розовые пятна медленно бледнели до цвета белого сыра) была написана смесь бешенства, разочарования и решимости. Что-то в этом выражении, яростном взгляде, повороте головы, растрепанных волосах… вдруг показалось ей привлекательным.
«О Боже, - подумала она, – нужно непременно снять эту цепь…»

Мысли Драко были похожи. Да, она часто выводила его из себя, но он не мог отрицать, что выглядела она очень даже ничего. Особенно хорошенькой Гермиона была в гневе – он замечал это не раз за последние годы, когда намеренно злил ее. Если бы только она не была магглорожденной подругой Гарри, возможно…
«Не смей так думать! – завопил на себя Драко. Он мысленно простонал: – Себе на заметку: узнать, можно ли отгрызть свою руку и потом присоединить ее обратно…»

Гермиона огляделась в поисках путей побега: она не знала, как долго еще сможет отталкивать Драко, не сбросив его с метлы, и ей не нравилось направление, которое приняли ее мысли. Тут она с удивлением заметила, что до земли осталось всего метра два. Она запросто может спрыгнуть…
Гермиона должна была догадаться, что это не лучшая идея, но сейчас она была не в состоянии мыслить ясно. У нее выдался тяжелый день – скорее даже тяжелая неделя – и частые приливы адреналина сыграли свою роль. К тому же она очень-очень хотела вернуться на землю. Какой бы не была причина – или ее отсутствие – Гермиона спрыгнула с метлы.
… И Драко, конечно, пришлось последовать за ней.

***

Оливер услышал громкий вопль и поспешно развернулся туда, где в последний раз видел Драко и Гермиону. Драко лежал лицом вниз с метлой в руке, а Гермиона переминалась с ноги на ногу поблизости, прижимая к груди снитч. Не нужно было быть гением, дабы понять, что произошло.
Оливер разразился хохотом.

***

- Ну ладно тебе, Гарри! Хоть намекни?
- Нет.
- Мы все умрем, что-нибудь в этом роде?
- Нет. То есть, не в ближайшее время.
- … Может, хоть расскажешь тогда, почему сегодняшние контрольные у Снейпа перенесены, и следующие несколько дней его уроки будут проводиться в другом кабинете?
- … Нет.
- Видение было связано с Гермионой?
- Я. Не. Скажу.
- Ха! Значит, да!
- Нет!
- Я поймала тебя, Поттер. Ты не произнес: «нет», ты ответил: «я не скажу», а потом выпалил «нет» слишком быстро. О чем было видение? О ней с Роном? Но почему тогда… о Боже, оно было о Гермионе и Малфое, так?
- Нет!!!
- Ха! Значит, да. Но что могло тебя так напугать? Она его убила, что ли?
- Джинни…
- Значит, не убивала.
- Эй, этого не говорил…
- Ты не сказал: «нет», потому что думаешь, я приму «нет» за «да».
- У тебя какая-то странная логика…
- Но если она его не убивала, тогда что… О Боже мой. Оно же не могло… оно… видение было об ЭТОМ?
- Джин…
- О Боже! Значит, да! О, Гермиона просто с ума сойдет, когда я…
- Если расскажешь, я тебя убью! Видение было не о том, о чем ты думаешь…
- Неужели? Тогда откуда ты знаешь, о чем я думаю?
- …
- Если бы ты сам видел, как покраснел…
- Ох, заткнись.

***

Драко еле успел отпустить руку Гермионы и схватить рукоять метлы, чтобы она не улетела, как его резко дернуло вбок и вниз. Сначала он удивился неожиданному решению гриффиндорки спрыгнуть с метлы и подумал что-то вроде: «Видно, она ну очень ненавидит летать»… а потом он завопил, в полете мысленно проклиная Гермиону. Она приземлилась, выпрямилась и быстро отскочила в сторону, а он упал лицом вниз, снег лишь слегка смягчил удар.

Первым побуждением Гермионы было бежать, потому что: а) Драко хотел забрать снитч, и б) Драко вряд ли будет доволен, когда вспомнит, как двигаться. Но как раз его падение напомнило ей, что она не может никуда деться без него в паре метров позади. Так что она осталась на месте, как можно дальше от его неподвижного тела, готовая чуть что бежать, и смутно удивлялась, почему он не шевелится.

У Драко не было сил встать. У него сегодня выдался очень утомительный день, за который его травмировали не один раз: Гермиона врезалась в него и повалила на пол в кабинете зелий, на него напал Дух сыра, Гермиона укусила его за руку, он ударялся о диваны и столы в гриффиндорской гостиной, неудачно пытался взлететь, Гермиона била его минут пятнадцать во время борьбы за снитч, а теперь он еще и упал в снег с двухметровой высоты.
«Почему я?!» - мысленно простонал он, чувствуя боль во всем теле, и тут его накрыла новая волна ненависти к Гермионе. Во всем этом, он был уверен, так или иначе виновата она. Это по ее вине его кожа то и дело окрашивалась в разные цвета, это по ее вине ученики в коридорах говорили ему: «Отличное бельишко», это по ее вине его предал любимый учитель, и это по ее вине он оказался к ней прикован, посадил синяки на местах, о существовании которых у себя даже не знал, делил комнату с ней и Гарри, его друзья-слизеринцы были теперь убеждены, что она пыталась откусить «одну из важнейших частей его тела», и подозревали, будто у них с Гермионой тайный роман, а его последний год в школе оказался почти полностью испорчен. Во всем этом была виновата она.

Гермиона тревожно смотрела на Драко, ожидая, что он может вскочить в любую секунду, и одновременно начиная подозревать, что она его покалечила или даже убила.
- Малфой? – наконец произнесла она и нерешительно шагнула ближе. – Ты жив?
Он не пошевелился, так что Гермиона осторожно подошла к нему и подтолкнула ногой.

Драко почувствовал ее пинок, и тут вся его злость вырвалась наружу.
- Я убью тебя!!! – взревел он и вскочил на ноги так быстро, словно дернула вверх рука какого-то божества.

Гермиона взвизгнула и замахала руками, падая на спину. Все это время перед ее мысленным взором стоял образ Драко, выросшего из снега подобно разъяренному чудищу, подобно снежному человеку, придуманному пьяным продюсером для фильма ужасов; всего покрытого снегом и как меч сжимающего в руке свой «Нимбус-2001». Упав на землю, она тут же перекатилась на четвереньки, вскочила и побежала, так и не выпустив из рук снитч, в ужасе от того, что может случиться, если Драко ее поймает. Она направилась к выходу из стадиона, намереваясь добежать до замка, где ее может спасти какой-нибудь учитель, не одержимый квиддичем.
Гермиона переложила снитч в левую руку и сделала движение запястьем правой, чтобы достать волшебную палочку из специальной кобуры на предплечье. Пятнадцать метров до выхода… десять… семь… и тут она начала падать – это Драко прыгнул вперед и обхватил ее вокруг коленей. Она извернулась в полете и упала на спину, Драко прыгнул на нее сверху. Упершись коленями по обе стороны от Гермионы, он руками потянулся к ее шее, а она приставила к его горлу волшебную палочку. Драко замер и с ненавистью уставился ей в глаза, она так же яростно глядела в ответ.
Наконец, Драко опустил руки и уселся на ее бедра, все еще злясь, но, очевидно, неохотно признавая ничью. Гермиона также опустила палочку, но оставалась настороже. Они принялись играть в гляделки, тяжело дыша… и тут напряжение между ними приняло совсем другое направление. Она увидела, как в глазах Драко что-то мелькнуло, и его взгляд стал отстраненным, задумчивым, почти тоскующим. Драко склонил голову набок, и взгляд его переместился ниже… он что, смотрит на ее губы? Ну конечно нет. Наверное, нет. Нет. Это невозможно. Просто… на ее подбородок, к примеру. Без какой-либо… видимой… причины.
Гермиону поглотил всплеск спутанных эмоций; о чем он думает, неужели хочет ее поцеловать? Но с чего вдруг ему думать о таком? Да нет, не может быть. Над ними в воздухе летают шестеро его друзей и учитель – бывший гриффиндорец… который, если подумать, наверное, сейчас ласково гладит гриффиндорские квиддичные кольца и болтает со слизеринцами, предаваясь воспоминаниям о днях былой славы.
Гермиона не знала, что говорить и что делать; Драко снова посмотрел ей в глаза, все еще сердитый, но явно тоже думая о чем-то другом. Она вдруг почувствовала страх при мысли о том, что он может поцеловать ее, страх и одновременно волнение, ужас и одновременно желание, и, черт возьми, почему он никак с нее не слезет?
Драко начал наклоняться к ней, очень-очень медленно, то опуская взгляд на ее губы, то снова поднимая к ее глазам, как будто предлагая ей его остановить. Гермиона замерла от испуга, часть ее просила его поторопиться и поцеловать ее уже, а другая перебирала список проклятий, которые можно на нем использовать, если он попытается. Драко закрыл глаза, но Гермиона оставила свои открытыми, уверенная, что все это шутка, ну конечно это шутка, он не собирается ее целовать, но что ей делать, если все же поцелует?
Гермиона только решила закрыть глаза, посмотреть, что случится, и заклясть его до беспамятства, как бы он ни поступил, но тут Драко слетел с нее, приземлившись в снег неподалеку, и Гермиона увидела над собой полностью красного Гарри. Она запаниковала еще больше: Гарри видел, как Драко пытался ее поцеловать! Он собирается убить Драко – ну, это, вообще-то, звучит неплохо, – а потом он потребует ответа, почему это она даже не пыталась остановить Драко…
Нет. Нет, Гарри даже не заметил того-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем, он почти не обратил на Драко внимания, бросившись на колени рядом с Гермионой. Он выглядел очень встревоженным, и у Гермионы мелькнула мысль: быть может, что-то случилось, что-то, связанное с Орденом или Пожирателями смерти; но она просто не могла думать о чем-то другом, кроме Драко и того-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем.
- Гермиона! Ты должна мне помочь! Мне нужна твоя помощь с исследованием, как блокировать видения, у меня был сон, как сказал Снейп, и я не знаю, что делать! Снейп сказал не обращать внимания, но нет, о нет, я не могу не обращать внимания, я должен их остановить, они должны уйти, надо найти способ! Но я не могу найти, и Джинни мне не помогает, потому что я не говорю, о чем мои видения, а она не понимает, что не захочет этого знать, и я не думаю, что окклюменция поможет, потому что она для когда твой разум атакуют, а мой никто не атакует, это все из-за сыра, проклятье, ну почему сыр, я ненавижу сыр, ты должна мне помочь!
Гермиона удивленно моргнула, отдельные слова Гарри прорвались сквозь туман замешательства и волнения, окутывавший гриффиндорку с тех пор, как Драко повалил ее на землю. Исследование. Да, исследование, книги, библиотека. Место, где то-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем никогда бы не случилось. Обыденность. Да, обыденность: книги и… сны-видения, вызывающие ненависть к сыру… верно, это обыденность.
Гермиона села. Шесть квиддичных игроков приземлились рядом с Драко, а Оливер направлялся к ней, двигаясь с трудом – так сильно он смеялся, опираясь о свою «Молнию-2» как старик о трость. Гермиона глубоко вздохнула и посмотрела на Драко.
- Как ты, Драко? – спросил Гойл, держащий под мышкой один из бладжеров.
Драко застонал, не в состоянии сфокусировать взгляд.
- Тренировка окончена, - сообщил он и закрыл глаза.
Гермиона довольно улыбнулась. Она не знала, что означало то-что-вероятно-почти-могло-бы-стать-поцелуем, но была уверена, что Драко до сих пор нравился ей меньше всех учеников Хогвартса, и ничто не могло этого изменить.
Она повернулась к Гарри и вытянула левую руку, все еще сжимающую крошечный золотой мячик.
- Угадай что, Гарри? – она счастливо ухмыльнулась и приоткрыла ладонь. – Я поймала снитч!

Примечания переводчика: Мне очень-очень жаль, что вам так долго пришлось ждать этой главы, следующую постараюсь перевести побыстрее. А тем временем у меня для вас не очень хорошие вести: этот фанфик в оригинале не обновлялся больше года. Последняя глава – сорок четвертая (по нашему счету сорок третья, так как я не выделяла в отдельную главу пролог), и к финалу дело даже близко не подходит. Так что у нас впереди еще шестнадцать глав, и это все, если автор не решит продолжать.
Теперь к приятному: у автора этого фанфика есть законченный фик “Just a Harmless Joke” (http://www.fanfiction.net/s/2074348/1/Just_a_Harmless_Joke ). Помните, в начале «Войны шуток» упоминалось, как Фред однажды нашел Гермиону спящей над книгами в гостиной и отнес в спальню девочек; Лаванда и Парвати его увидели, и Фред «признался», что встречается с Гермионой. “Just a Harmless Joke” как раз об этом: очень разозлившаяся Гермиона решила отомстить Фреду, и между ними началось противостояние. Немного смахивает на «Войну шуток», но противостояние здесь другого рода. Это Фред/Гермиона, роман/юмор, PG-13. Возможно, кто-нибудь захочет этот фанфик перевести (если никто не возьмется, быть может, я сама переведу, но не гарантирую).


Глава 28. Фэлиз Навидад


От переводчика: в этой главе упоминаются аж три популярные в США (откуда родом автор), но не настолько известные у нас рождественские песни, так что расскажу о них заранее:
“Feliz Navidad” (исп. «Счастливого Рождества») состоит всего из двух повторяющихся фраз: "Feliz Navidad, próspero año y felicidad" (исп. «Счастливого Рождества, удачного года и благополучия») и "I wanna wish you a Merry Christmas from the bottom of my heart" (англ. «От всего сердца желаю счастливого Рождества»)
“Santa Clause Is Coming To Town” («В город едет Санта-Клаус»), перевод в тексте главы мой, приблизительный
“Jingle Bell Rock” (Я перевела это как «Колокольчик звенит рок», если кто-то придумает лучший вариант, сообщите. Не путать эту песню с “Jingle Bells”)
Тексты последних двух песен на английском с сопутствующей музыкой можно найти здесь:
http://www.christmas-carols.net/carols/santa-claus-coming-town.html
http://www.christmas-carols.net/carols/jingle-bell-rock.html

Мадам Пинс, которой уже сообщили о цепи, связавшей Драко с Гермионой, и которая знала теперь, почему в прошлую пятницу они исследовали заклятья и любовные зелья, не возражала присутствию Гарри, Драко и Гермионы, засевших за стол в дальнем углу с огромными стопками книг. Драко отсутствующе смотрел на обложку книги, в которой мог быть способ разорвать цепь, и почти не слышал разговор Гарри и Гермионы.
Драко понял, что случилось: он выжил из ума. Полностью свихнулся. Ни один вменяемый человек не попытался бы поцеловать Грейнджер. Вуд, Снейп и Уизли только подтверждали это. Драко чокнулся. Он не знал, когда точно, но был почти уверен, что это случилось, когда он начал фанатично планировать первую шутку… аккуратно варя зелья и не подпуская к ним даже близко Кребба и Гойла, снова и снова проговаривая план действий с ними и Панси. Может, это и стало причиной; сейчас весь розыгрыш казался чертовски глупым замыслом. Он знал из первых рук, что, хоть Грейнджер и старалась обычно не попадать в неприятности, она на многое способна, если ее довести, а Снейп… ну почему он выбрал Снейпа? Да, Снейп единственный из учителей способен был привести ее в ужас… но ведь он еще и бывший Пожиратель смерти, Мерлина ради! И похоже было, что Драко не только заставил этих двоих работать вместе, но и полностью уничтожил своего декана.
- Значит, Джинни не стала тебе помогать?
- Ну да, она сказала, что не будет, если я не скажу ей, о чем эти видения.
- Но ведь это совершенно обоснованное условие…
- Вовсе нет. Ты просто не понимаешь…
Драко не мог думать ясно. Решение отгрызть себе руку с каждой минутой казалось все более привлекательным. Почему он почти поцеловал ее? Почему?!
- Но как мы можем прекратить эти видения, если ничего о них не знаем?
- Ты не захочешь знать, о чем они!
- Гарри… а ты уверен, что их стоит прекращать?
- Извини? Теперь мисс Я-Не-Отстану-От-Тебя-Пока-Не-Возобновишь-Занятия-Окклюменцией хочет, чтобы видения у меня были?
- Видения, Гарри, а не сны, засылаемые в твою голову Волдемортом!
Драко даже не вздрогнул, услышав имя Темного Лорда, он был слишком погружен в свои мысли. Как он мог хотя бы подумать о том, чтобы ее поцеловать? Она же грязнокровка и, что еще хуже, подруга Поттера!
- Ладно. Там были ты, я и Малфой, и ужасней этого зрелища я не видел с… с… да за всю свою жизнь!
- Постой, что? – вмешался Драко. – У тебя было видение обо мне?
- А почему еще я хочу от них избавиться? – огрызнулся гриффиндорец.
- Гарри, - неловко спросила Гермиона, - ты видел, что мы… умерли?
- Нет.
- Тогда я не понимаю, что тебя так расстроило. Ты, я и Малфой… нас пытали? – Гарри потряс головой. – Э-э… мы видели, как пытали кого-то другого? – Гарри потряс головой. – Кто-нибудь… кто-нибудь умер? – Гарри потряс головой. – Мы поссорились? – Она раздраженно вздохнула. – Ну, что еще тогда может быть настолько…
- О Боже мой!!!
Гарри и Гермиона подпрыгнули и повернулись к Драко, который уставился в никуда с выражением ужаса на лице.
- А с тобой что? – рыкнула Гермиона, но он не ответил.
Перед глазами Драко библиотека превратилась в незнакомую ему комнату, больше всего похожую на спальню. Будто в хрустальном шаре, он видел себя и Гермиону. Он целовал ее, а она… била его по затылку…
И, так же внезапно, как оно появилось, видение исчезло. Драко вернулся к действительности с таким толчком, словно упал с Астрономической башни. Он оцепенело уставился в пространство и не сразу понял, что глядит на Гарри.
- Ты тоже это видел, - произнес тот с дрожью в голосе.
Драко моргнул и вернулся на землю:
- Черт! Так ты видел это?!
Гарри кивнул, и Драко с ужасом на него уставился. Ладно еще, если бы это привиделось только одному из них. Такое можно было бы объяснить галлюцинацией, вызванной различными травмами и духами сыра. Блин, да он лишь час назад показал своими действиями на стадионе, что начинает сходить с ума. Но если это видел и Гарри…
«Такого не может быть, – в отчаянии подумал Драко. – Просто не может. А даже если и может, мне все равно, я никогда не поцелую Грейнджер, никогда…»
Драко резко потянулся в сторону Гарри и Гермионы, так что оба вздрогнули и подались назад, но он всего лишь придвинул к себе две стопки книг.
- Быстрее, - прорычал он. – Я хочу убрать это из своей головы.

* * *

МакГонагалл вздохнула и нацарапала «В» на последней из стопки контрольных работ. Остались только Драко с Гермионой, которые напишут свои работы завтра, и до среды с проверкой контрольных будет покончено.
Она встала и выпрямила спину, ноющую после нескольких часов в сгорбленном состоянии. Сегодняшние тесты были проверены, большинство гриффиндорцев вели себя хорошо, и теперь можно надеть тапочки и хорошенько…
- Держись наготове, не зли никого, будь милым ребенком – и вот отчего, - пропел мужской, очень громкий и очень фальшивый, голос.
«Это еще кто может быть?» - удивилась МакГонагалл.
Голос звучал старше, чем у большинства учеников, и казался знакомым, а его обладатель, по-видимому, не практиковался в пении много лет. Нахмурившись, она направилась было к двери, но та распахнулась сама.
В комнату, вальсируя – вальсируя! – вплыл Северус Снейп в нелепом рождественском свитере, принеся с собой бутыль вина и легкий запах тухлого сыра.
- В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус! – громко пропел Снейп.
МакГонагалл потрясенно уставилась на него. Она в жизни не видела ничего более поразительного, это было все равно, как если бы Санта принялся продавать наркотики.
Снейп, вытанцовывая, направился к ней:
- Он пишет свой список, его проверяет; кто вел себя плохо, сразу узнает. В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус! В город едет Санта-Клаус!
МакГонагалл во все глаза глядела на Снейпа, который приблизился к ней и обнял за плечи, и размышляла: быть может, он пьян. Однако, выпив, Снейп бывал либо подавленным, либо язвительно-веселым, и уж никогда не распевал радостно песен. Кроме того, бутыль была все еще запечатана, а пахло от слизеринского декана только сыром.
- Ну же, Минерва, подпевай! Санта-Клаус…
- Допой эту строчку, и умрешь медленно! – крикнула МакГонагалл.
Снейп удивленно замер. Она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, отступила в сторону из-под его руки и посмотрела на него с выражением, от которого первоклашки, бывало, ходили под себя.
- С меня хватит, - рыкнула МакГонагалл. – Достаточно. Ты сейчас же расскажешь, что с тобой случилось, или я буду колотить тебя, пока ты не вспомнишь, что ты. Злобный. Слизеринский. Придурок!
Снейп изумленно посмотрел на нее, а затем пожал плечами и откупорил бутылку.
- Хорошо, - произнес он. – Я все тебе расскажу. Но брось, на носу Рождество! Выпьем в честь него, а?
МакГонагалл вздохнула и смерила жаждущим взглядом бутыль.
- Почему бы и нет, - проворчала она. – Выпивка мне не повредит.

* * *

- Это было потрясно, - в сороковой раз повторил Фред. – Я про то, что он вопил как девчонка.
- Ставлю десять галлеонов, что с рукой ему это сделала Гермиона, - сказал Джордж. – Похоже, она его укусила; вы видели отметины зубов сквозь дыру в рукаве?
- Гермиона пыталась откусить руку Малфою, - с удовольствием произнес Фред. – Хотел бы я присутствовать при этом… а ты, Рон?
Рон неопределенно промычал. Да, наблюдать за убегающим Малфоем было весело, но одновременно это зрелище подавляло. Было мучительно осознавать, что они с Гермионой поссорились, по-настоящему поссорились, а не повздорили, как обычно (что случалось по несколько раз на дню, и мирились они почти сразу). Было мучительно осознавать также, что у Гермионы оказались от него тайны. Мучительнее же всего было знать, что он оставил ее одну.
Когда они впервые приехали в дом на площади Гриммо, то были сильно на взводе и постоянно ссорились: то и дело один из них выбегал из комнаты и не разговаривал с другим по нескольку часов. Наконец, спустя три недели оба просто сорвались. Рон начал кричать, что он всегда в их компании третий лишний, всегда в стороне, и хотя Гермиона пыталась сначала перед ним извиниться, он не успокаивался, и тогда она тоже начала кричать, что Рона и Гарри никогда не было рядом с ней, не так, как она была рядом с ними. Рон попытался было это отрицать, и она швырнула ему в лицо все подобные случаи: Виктор, их ссоры на третьем курсе из-за Коросты и «Молнии» и так далее, и тому подобное, кое-что из этого он сам едва мог вспомнить. Рон впервые осознал, как часто за прошедшие годы он причинял ей боль, как часто он принимал ее поддержку как должное, и как часто он подводил ее, оставляя справляться с неприятностями самой. Проблемы Гермионы всегда были ее собственными, тогда как проблемы Рона и Гарри были и проблемами Гермионы тоже. Она была в слезах, когда закончила перечислять.
Когда она попыталась выбежать из комнаты, Рон остановил ее и извинился, и сказал, что не имел ни малейшего понятия, и пообещал в будущем всегда быть рядом. С тех пор он старался выполнять свое обещание, чувствуя себя ужасно, когда подводил ее, неважно, насколько сильно. Теперь же она прикована к Малфою – и мало что требовало большей поддержки, – а он гуляет со своими братьями, оставляя ее решать проблемы одну. Нет, он считал, что имеет полное право сердиться, но все равно чувствовал себя виноватым, пренебрегая обязанностями ее парня и, что еще важнее, друга.
- Да что с тобой? – ворвался в размышления Рона голос Фреда. – У тебя такой вид, словно Сыч умер.
Рон бросил на него злой взгляд:
- Или превратился в канарейку размером с библиотеку?
- Ах да, - Фред притворился, что ему стыдно. – Извини.
- Эй, слушайте! – поднял руку Джордж.
Из дальнего конца коридора послышался раздраженный голос Гарри:
- Я не скажу!
- Джинни, отстань от него, - это была Гермиона.
- Отлично! – воскликнул Фред. – Спросим их, как началась эта погоня.
Рон запаниковал. Чего он не смог бы сейчас вынести, так это встречи с Гермионой.
Схватив Фреда и Джорджа за шкирки, Рон потащил их к секретному проходу.

* * *

Оливер чуть ли не вприпрыжку шел по коридору. Ему всегда было хорошо после полетов, но этот раз оказался совершенно потрясающим.
Как можно было понять из поведения Гарри, Рона и Гермионы в последние два дня, Гермиона с Роном поссорились. С одной стороны, Оливер ей сочувствовал, с другой – это обнадеживало. Добавьте сюда их с Малфоем комичные выходки на квиддичной тренировке, и остается удивляться, почему Оливер не несется по коридору на своей «Молнии-2», словно маленький ребенок. Это был его лучший вечер за очень долгое время, несмотря на то, каким ужасным казалось утро с Роном – и хоть та сцена была неудобной, приятно знать, что Рон больше не жаждет его крови.
Припомнив, что он должен был сообщить МакГонагалл об окончании тренировки и поведать, как все прошло, он повернул к ее кабинету. Подходя туда, Оливер услышал, что она говорит со Снейпом: они общались громко и неофициально, слова прекрасно можно было различить сквозь закрытую дверь. Что-то в их голосах было неправильно, Оливер поначалу не понял, что именно.
- То есть, их ожидают видения и пророчества? – весело спросила МакГонагалл.
- И это не самое худшее, - ответил Снейп, его голос действительно звучал как-то не так. – Понимаешь, того, кого укусит Дух сыра, начинают изводить сны о человеке, которого он представлял себе, пока этот дух создавался.
- Стоп-стоп, - простонала МакГонагалл. – Я сейчас не воспринимаю длинных слов, дай-ка подумать…
- Когда я произнес заклинание, - объяснил Снейп, - то представлял себе Эванс. Так что всю следующую неделю я видел сны только о ней и не мог думать почти ни о чем другом.
МакГонагалл расхохоталась, гораздо громче, чем обычно:
- И кого представлял себе Малфой?
- Он сказал, что никого, - ответил Снейп. – И Поттер, предположительно, тоже.
- Но если они все же представляли, то будут видеть сны об этом человеке? И думать о нем?
- Да. Причем в очень интимном плане, - засмеялся Снейп, и Оливер содрогнулся: смеющийся Снейп – это просто неестественно. – Надеюсь, Поттер все же неосознанно о ком-нибудь думал.
- Может, и думал. Да и Малфой тоже. Или он просто не захотел говорить, кто был тогда у него на уме.
Что-то в том, как она это произнесла – слова искажены так, что это звучало как «ли онпро стоне захтел грить тобл тада унво нуме», - вдруг заставило Оливера осознать, в чем дело. Как большинство ребят лет двадцати с небольшим, Оливер мог на слух отличить пьяного человека от трезвого. Но, как профессиональный спортсмен, он был слишком хорошо знаком с нечеткой речью и распознавал ее автоматически, даже не понимая, что здесь не так.
Он постучал в дверь, вошел, не дожидаясь ответа, и вытаращил глаза при виде Снейпа и МакГонагалл. Снейп развалился в кресле, рядом пустая бутылка вина, а в руке почти полный бокал. МакГонагалл лежала на письменном столе, свесив с края голые ноги, под головой свитки пергамента, исписанные, кажется, студентами, в одной руке большая бутыль вина. Оливер ошарашено смотрел, как МакГонагалл, не поднимая головы, сделала большой глоток прямо из бутыли и улыбнулась ему.
- А ты нас напугал, - невнятно произнесла она. – Подумали, это ученик.
Оливер повернулся к Снейпу, надеясь на объяснение, но тот лишь слегка ему помахал.
- Здорово, Вуд, - сказал Снейп, колокольчики на его свитере звякнули.
- Что это на вас? – пробился сквозь шок Оливера вопрос.
- Дух Рождества, - ответил Снейп. – Не путать с Сырным.
- Рождества… дух? Сырным?
- Точно, Рождество – это время для духов. И счастья. Я теперь счастливый человек, - он рукой прикрыл рот с одной стороны, как будто не хотел, чтобы услышала МакГонагалл, и громко прошептал: - У меня теперь есть подружка.
Оливер потряс головой, не в состоянии справиться с новым потрясением.
- Э-э… ну тогда я пойду, - пробормотал он.
- Брось, Вуд, не будь такой размазней, - вмешалась МакГонагалл.
- Вы назвали меня размазней?! – возмутился Вуд. Его только что назвала размазней его пьяная преподавательница трансфигурации? Да что такое происходит с его жизнью?
- Останься и выпей, - добавила она. – Выпей как мужчина, ты… ты… маменькин сынок.
- Маменькин сынок! – радостно повторил Снейп.
- Лучше я вернусь, когда вы протрезвеете, - сухо ответил Оливер.
- Маменькин сынок! – крикнула МакГонагалл. – Маменькин-сынок-маменькин-сынок-маменькин-сынок!
- Ма-мень-кин сы-нок! Ма-мень-кин сы-нок! – проскандировал Снейп.
- Я… да вы… прекратите это… я… Я НЕ МАМЕНЬКИН СЫНОК! – взревел он, да так, что те двое подскочили. Оливер бросился к МакГонагалл, выхватил бутыль и сделал большой глоток. – Вот, довольны? Я… эй, оно совсем неплохое, - он поднял бутыль к глазам, чтобы прочитать этикетку.
- Лучшее вино-о-о-о в волшебном мире-е-е-е-е, - пропел Снейп.
- Угощайся, - произнесла МакГонагалл. Она открыла ящик стола, достала другую бутылку и открыла ее прикосновением палочки. – У нас еще много.
Оливер нахмурился. С одной стороны, все это очень и очень странно. С другой, сегодня все его встречи со странностями заканчивались вполне даже хорошо. И вино было замечательное.
- Почему бы и нет, - пробормотал он и глотнул еще.

* * *

Джинни присоединилась к Гарри, Гермионе и Драко по пути назад – так как тем нужна была помощь, чтобы нести библиотечные книги (пятьдесят две штуки), они смирились с ее назойливостью в обмен на тяжелый труд. Она узнала от Гермионы, что у Драко появились схожие с гарриными видения, и они как-то связаны с дошедшими до Джинни слухами о сырном монстре (ну конечно, это была та единственная сплетня, которую Джинни автоматически посчитала неправдой, подумать только) и происшествии в кабинете Снейпа, но больше никто ни в чем признаваться не хотел, и похоже было, что Гермиона знала немногим большее нее. О квиддичной тренировке она тоже говорить не хотела, но Джинни решила, что сейчас лучше сосредоточиться на видениях.
- Ну ладно тебе, хоть намекни? – умоляла она, внутренне потешаясь над двумя испуганными мальчишками.
- Я не скажу!
- Джинни, отстань от него, - устало произнесла Гермиона, стараясь не отставать от Драко, который очень быстро шел в гостиную, чтобы поскорее вернуться к исследованию.
- Он что, тебе рассказал? – обвиняющее спросила Джинни.
- Нет. Но рано или поздно тебе придется, Гарри, - строго произнесла Гермиона. – Вдруг это поможет. Если бы я знала, о чем твое видение, то смогла бы сузить поиск – например, пророческие видения о смерти наверняка будут отличаться от видений о том, что мы будем есть завтра на обед. И они могут быть важны, в том смысле, которого ты…
- Нет, - ответил Гарри. – Они не важны. Они, наверное, даже не реальны. Но они должны исчезнуть!
- Похоже, это что-то значительное, - самодовольно произнесла Джинни. – Ну что ж, тогда можно просто подлить Малфою сыворотку правды и вытянуть все из него, раз уж у него тоже начались эти видения…
Драко резко остановился и повернулся к Джинни, напугав ее. Он строго посмотрел ей в глаза:
- Слушай сюда, Маленькая Крысли, и слушай внимательно. Ты. Не. Хочешь. Этого. Знать.

* * *

Оливер, в стельку пьяный, лежал на полу между креслом Снейпа и столом МакГонагалл.
- И что, вы часто так развлекаетесь? – спросил он.
- Временами, - ответил Снейп и протянул руку с бокалом к МакГонагалл. – Минерва, наполни.
По большей части МакГонагалл лила вино мимо – на ковер и грудь Оливера, – но и в бокал попадало достаточно, так что через несколько секунд Снейп убрал руку. МакГонагалл продолжила лить, уже привыкший к этому Оливер сам выровнял бутылку, и МакГонагалл ее убрала.
На волшебников и ведьм спиртное влияло не совсем так, как на магглов, - магия в их крови начинала вытворять разные странности, - но алкоголь все равно делал свое дело. Снейп, МакГонагалл и Оливер уже довольно долго находились в кабинете, и Вуд был пьян почти так же, как и двое других. Они рассказывали ему о «Дорвилароне», кто бы это ни был – кажется, какой-то сырный демон, – а он кивал и говорил в нужные моменты: «Ясно», решив подумать надо всем этим позже, когда будет трезв.
- Мне скучно, - заявила МакГонагалл и попыталась сесть. – Эй, я знаю. Давайте сыграем в «Удери, удиви или устраши ученика»!
- А как в нее играют? – нахмурился Оливер.
- Ну, мы бродим по замку, - начал Снейп, - и если встречаем умного студента или того, кто может о случившемся всем растрепать, то мы удираем.
- То же относится к Аргусу и Альбусу.
- Если ученик туповат или нам не нравится, мы стараемся его ошарашить.
- Обычно это бывают слизеринцы, - услужливо вставила МакГонагалл.
- Но если этот ученик хладнокровный и невозмутимый – и не станет после всем рассказывать: «угадайте, что сделали Снейп и МакГонагалл», либо ему никто не поверит, – то мы его пугаем.
- У меня хладнокровных студентов больше, чем у Северуса, - захихикала МакГонагалл.
- Как именно пугаете? – подозрительно спросил Оливер, припоминая дикую историю, рассказанную Анджелиной Джонсон на его четвертом курсе.
- Увидишь, - загадочно произнесли Снейп и МакГонагалл.
Оливер пожал плечами и сел:
- А можно взять с собой вино?
- Да в «Удери, удиви или устраши ученика» нельзя играть без вина! – ответил Снейп.
- Или еще чего-то спиртного, - добавила МакГонагалл.
- Тогда я в игре, - охотно согласился Оливер.

* * *

Прячась в секретном проходе за гобеленом, Рон, Фред и Джордж смотрели, как Гарри и остальные возобновили свой путь.
- Странно все это, - пробормотал Фред.
- А представьте себе, каково находиться рядом с этими двумя постоянно? – сказал Джордж. – Я о Гарри и Гермионе.
- Сколько всего тогда приходится терпеть, - произнес Фред. – Видения, сражения со злом и боги знают, что еще… - Тут Фред увидел, как сверлит его взглядом Рон. – Ах да, извини. Не представляю, как ты все это делаешь.
- Практика, - сухо ответил Рон и вышел из-за гобелена, благо Гарри, Гермиона, Джинни и Драко уже ушли. Близнецы последовали его примеру.
- Ну… пойдем за ними и подслушаем еще? – с энтузиазмом предложил Джордж. – Можно узнать чего полезного для войны шуток.
Рон потряс головой. Уже подслушанный разговор только усугубил его терзания: мало того, что Гермиона была прикована к Малфою, так теперь еще они с Гарри пытались разгадать какую-то новую тайну. Без него.
- Наверное, мне лучше побыть одному, - пробормотал он.
- Ну… ладно, - удивился Фред. – Мы тогда… навестим Оливера.
- Точно. Он говорил, что должен смотреть за тренировкой слизеринцев; наверняка ему есть, о чем нам рассказать…
Джордж замолчал – они снова услышали голоса… но эти были гораздо интересней, чем Гарри и Гермионы. К тому же они пели.
- Что, опять Снейп? – предположил Фред.
- С ним кто-то еще, - сказал Рон. – Я их слышу.
- Но кто будет разгуливать по замку и распевать песни с компании Снейпа? – изумился Джордж.
- А может, все просто свихнулись, - жизнерадостно предположил Фред. – У Гарри и Малфоя общие видения, Джинни взяла в руки библиотечные книги, Рон ведет себя не как подобает Уизли и хочет кого-то разыграть, а Снейп поет песни.
- Мир действительно сошел с ума, да? – произнес Джордж и тут же нахмурился. – Не надо, не отвечайте.
Но ответ все равно пришел – вывернул прямо из-за угла. Снейп, МакГонагалл и Оливер с бутылками в руках, покачиваясь, шли по коридору. Обняв друг друга за плечи, они пели… если это можно было так назвать.
- Фэлиз Навидад! – орали они вразнобой и при этом нечетко, так что троим Уизли не сразу удалось распознать эти слова как испанские.
Рон, Фред и Джордж вылупились на троих преподавателей, - с одним из которых дружили вот уже несколько лет, - остановившихся перед ними. Тут Снейп рванулся к Рону и схватил его за плечи; Фред с Джорджем непроизвольно выхватили палочки, но Рон был слишком удивлен, чтобы отреагировать.
Снейп уставился Рону в глаза, а близнецы тем временем решали, будет ли нападение на него ужасной ошибкой. Затем зельевар открыл рот и очень громко пропел английский куплет «Фэлиз Навидад». Закончив, он выжидающе посмотрел на Рона.
Рону не было, что на это ответить.
Долгое-предолгое время спустя Снейп оттолкнул Рона и повернулся к своим коллегам.
- Клевая игра! – радостно воскликнул Оливер. МакГонагалл захихикала.
- Фэлиз Навидад, - выдавила она сквозь смех, наступая на испуганных и сбитых с толку Уизли. Близнецы попытались спрятаться за Рона, но МакГонагалл рванулась к ним и обхватила Фреда рукой за плечи. – Фэлиз Навидад!
- Фэлиз Навидад! – крикнул Оливер, прыгая вокруг них.
- Фэлиз Навидад! – произнес Снейп, раскачиваясь на месте с выражением лица Луны Лавгуд.
- Фэлиз Навидад! – сообщила МакГонагалл замершему Фреду, весь вид которого умолял: «Боже, пожалуйста, помогите!» – Фэлиз Навидад!
- Фэлиз Навида-а-а-ад! – подражая певцам джаза, протянул Оливер, продолжая прыгать вокруг.
Снейп обнял за плечо Джорджа и попытался заставить того раскачиваться вместе с ним. Рон нервно взглянул на преподавателей и начал осторожно отступать, стараясь не выпускать никого из виду. Тут Оливер, МакГонагалл и Снейп остановились и прокричали английский куплет «Фэлиз Навидад».
Близнецы одновременно заткнули уши.
- Э-э… пожалуйста, отпустите, - слабо попросил Джордж Снейпа.
Тот подчинился, а затем подпрыгнул и приземлился с разведенными в стороны руками и ногами.
- «Колокольчик звенит рок», начали! – объявил Снейп. Они пропели первые четыре строчки, совершая странные танцевальные па, напоминающие движения из твиста.
- К Равенкло! – воскликнула МакГонагалл. Преподаватели построились друг за другом, каждый положил руки на талию впереди стоящего, и они пошли дальше по коридору.
Следующую строчку Снейп пропел ужасающе радостным голосом, и трое Уизли подумали, что еще никогда в жизни не были так напуганы. Через каждые несколько шагов преподаватели делали махи ногами в стороны, обычно вразнобой.
Они дошли до конца коридора.
- Мы идем, Равенкло! – завопила МакГонагалл. Продолжая петь и махать ногами, они со Снейпом повернулись налево, Оливер – направо (через пару секунд он развернулся и бросился за остальными). Где-то на последней строке песни голоса учителей стихли.
Еще долгое время Рон, Фред и Джордж потрясенно смотрели им вслед, чувствуя себя так, словно только что чудом избежали смерти. Затем Фред и Джордж медленно повернулись друг к другу.
- Да, мир действительно сошел с ума, - содрогнувшись, произнес Джордж.
Фред кивнул и снова бросил взгляд туда, где исчезли преподаватели.
- Ничего себе, - благоговейно прошептал он. – А Хогвартс-то и вправду изменился.

От переводчика:
1) Да, я плохая, сама знаю. Одну главу переводила три месяца, и нет у меня оправданий, кроме того, что у работающих людей, как оказалось, гораздо меньше свободного времени, чем у учащихся. Больше так затягивать не буду, но и обновляться, как раньше, раз в неделю не получится.
2) Оказывается, я рано вас напугала, сказав, что фик может быть заброшен – буквально через неделю после этого автор выложила новую главу. Она обещает, что забрасывать фанфик не будет, но и обновления ожидаются нечасто. Больше новых глав пока не появлялось.
3) Прошлой зимой я прочитала замечательный фанфик на английском языке и даже подумывала взяться за его перевод, но, к счастью, нашелся другой переводчик (а то представляете, насколько реже обновлялась бы тогда «Война шуток»?=)), а я стала бетой. Так как в профиле отображаются только те фики, что мы пишем или переводим, но не те, что бетим и гаммим, решила написать об этом тут. Называется фанфик «Миссия в прошлом», переводчик StrangeFruit.
И поздравляю всех с началом нового учебного года!

Глава 29. Большая кража лимонных долек


- Еще один вопрос, Джинни, и я тебя закляну, - Гермиона устало откинулась на спинку стула.
Они вчетвером сидели в гостевой комнате: Драко работал за одним из столов, почти не разговаривая и покидая свое место только, чтобы взять следующую партию книг; Гермиона, Гарри и Джинни сидели за другим, последняя изо всех сил старалась добыть информацию из Гарри, а тот пытался не обращать на нее внимания. Они искали уже несколько часов, но так и не нашли ни единой зацепки к тому, как блокировать видения. Гермиона готова была сдаться, завтра днем у нее должен был состояться экзамен по нумерологии, плюс экзамены, которые она будет сдавать вместе с Гарри и Драко: защита от темных сил утром и трансфигурация вечером. Не было ничего страшного в том, чтобы отложить на сегодня учебу – у них еще будет время завтра утром, – но последнее, чем Гермиона хотела сейчас заниматься, это исследования. Ее одежда была сырой после валяния в снегу, она оплакивала потерю снитча (Гарри забрал его, швырнул в ящик для мячей и потащил ее к замку) и постоянно возвращалась мыслями к Драко. Гермиона пыталась разгадать его намерения на стадионе, а то, что он не меньше Гарри был взволнован видениями, прибавляло ей тревог. Гарри могло обеспокоить многое, а Малфоя еще больше, но что способно встревожить сразу обоих? У них не так уж и много общего.
Все, что сейчас было нужно Гермионе, это принять в ванной старост хорошую, долгую ванну и немного почитать «Историю Хогвартса», а затем сладко уснуть, но все это было недосягаемо с Драко, прикованным к ее запястью, Гарри, свихнувшимся из-за видений, Джинни, жаждущей сплетен, и недавними неприятными воспоминаниями, связанными с той самой ванной.
Джинни вздохнула:
- Ладно. Вы не собираетесь ничего мне говорить. Во всяком случае, пока. Но рано или поздно вам придется рассказать все – о квиддичной тренировке, об этом сырном чудовище на уроке у Снейпа, о…
- Снейп!!! – вскричал Драко, заставив Гарри выронить книгу, а Гермиону выхватить палочку: они почти забыли, что Драко тоже был здесь. Тот отбросил книгу, что читал до сих пор, и вскочил. – Снейп! Ну конечно! Кому еще знать об этих сырных видениях, как не ему?
- А вот это мысль, - задумалась Гермиона, от усталости ей было все равно, что идея пришла в голову слизеринцу. – Утром мы к нему подойдем.
- К черту утро! – воскликнул Драко. – Я иду сейчас.
- Отбой уже был, - напомнила Гермиона.
- Точно. Я возьму мантию, - кивнул Гарри и бросился к своему сундуку.
- Я не это имела в виду, - возмутилась Гермиона. – Гарри, подождем до завтра.
- И увидеть сегодня еще один сон? Ну уж нет, - ответил тот, роясь в сундуке. – Я иду сейчас, с тобой или без тебя.
- В таком случае, без меня.
- С тобой, - отрезал Драко. – Я больше никогда не собираюсь видеть… то, что видел… снова. Никогда.
- Если у вас одни и те же видения, какой смысл идти обоим? – огрызнулась Гермиона.
- О, и я должен поверить, что Поттер скажет мне правду? Как же!
- Ну а я не пойду, и ты меня не заставишь.
- Поспорим?
- Поспорим, - Гермиона не убирала руку с волшебной палочки.
- Ага, нашел! – не слышавший их Гарри встал с мантией-невидимкой и картой Мародеров в одной руке и вредноскопом в другой. – Возьмем его, - Он помахал вредноскопом, - на случай, если Снейп попытается солгать.
- Гарри, разговор подождет до утра, - настаивала Гермиона.
- Это что, мантия-невидимка? – возмутился Драко. Гарри кивнул. – Так вот, как ты это делал! Ты, жулик! Вот почему тебя никогда не могли поймать!
- Замолкни, - рыкнул Гарри, закатив глаза. – Гермиона, с мантией нас никто не увидит.
- Все так плохо, что ты готов разделить свою мантию с Малфоем? – изумилась Джинни. – Ничего себе. Что же такого было в этом видении?
Гарри сердито глянул на нее, положил мантию и карту на кровать Гермионы и засунул в карман вредноскоп.
- Торжественно клянусь, что не замышляю ничего хорошего, - произнес он, прикоснувшись к карте волшебной палочкой. – Снейп… Снейп… в кабинете его нет, и в классе… где же он? – Гарри, нахмурившись, разглядывал карту. Гермиона молилась про себя, чтобы Снейп оказался в Хогсмиде или где-то еще, но ей не повезло – Гарри ликующе ткнул в карту пальцем: - А, вот он! Снейп в кабинете МакГонагалл, вместе с ней самой и… Вудом.
- И что они там делают, интересно? – подошла взглянуть Джинни.
- Этого карта сказать не может, - напомнил ей Гарри. На шестом курсе он с удивлением узнал, что Джинни, которую близнецы всерьез считали своей преемницей, все известно о карте Мародеров, ее возможностях и нынешнем местопребывании. – Но они там, что играет нам на руку… это гораздо ближе, чем подземелья. Весь фокус в том, чтобы поговорить со Снейпом наедине – лично я не хочу ставить в известность о нашей проблеме Вуда и МакГонагалл.
- Я могу организовать диверсию, - предложила Джинни. – Скажу, допустим, что в классе зельеварения какая-то беда, и заставлю его выйти.
- Подойдет, но только не класс зельеварения – ты ведь должна была находиться в гриффиндорской башне. Придумай по дороге иную причину, - посоветовал Гарри. Он ткнул пальцем в карту недалеко от кабинета МакГонагалл. – Да, и постарайся подвести его вот сюда, к этому тайному проходу, мы будем ждать там. Если через пятнадцать минут он не появится, мы отправимся в кабинет зелий и…
- Ты хоть сам себя слышишь? – вмешался Драко. – Будто генерал планирует предстоящее сражение. Это не прогулка после отбоя, а гражданская война какая-то. Может, просто пойдем?
- Мы все не уместимся под мантией, - указала Гермиона.
- Я пойду снаружи, - сказала Джинни. – Вы будете следить за учителями по карте, а если меня все же увидят, я скажу, что ищу Снейпа.
- Я не иду, - повторила Гермиона. – Я сейчас приму душ и лягу спать.
- Ты за последнюю неделю столько душей приняла, что на всю оставшуюся жизнь хватит, - вмешался Гарри. – Гермиона, ты нужна нам. У тебя на Снейпа влияние.
- То, что мы вместе сыграли пару шуток, не делает меня его лучшей-прелучшей подругой на всем белом свете, - вспылила Гермиона.
Драко схватил ее за руку:
- Ты идешь с нами.
Гермиона вцепилась руками в сиденье стула, а ногами зацепилась за его ножки:
- Не иду.
- Идешь.
- Попробуй меня заставить.
Какое-то время они играли в гляделки, и наконец Драко зарычал и схватил ее стул за спинку.
- Отлично, я тебя заставлю, - бросил он. – Пошли, Поттер.
Гарри засунул мантию-невидимку и карту Мародеров в карман: когда-то они решили, что, выходя из гостиной так рано, лучше надевать мантию, уже оказавшись в коридоре, иначе оставался риск с кем-то столкнуться и сделать гаррину мантию-невидимку достоянием общественности. Зато гриффиндорцы не были склонны ябедничать, особенно, на тех, кто гуляет после отбоя и в любом случае сильно рискует попасться.
Гермиона взвизгнула – Драко дернул спинку стула на себя, поставив его на две ножки, и поволочил вместе с Гермионой к двери. Гриффиндорка потянулась было за палочкой, но стул слегка дернулся, и она снова вцепилась в сиденье, боясь потерять равновесие.
- Гарри! На помощь!
- Прости, Гермиона, - извиняющимся тоном произнес тот, - но если Снейп опять стал самим собой, ты единственная сможешь получить от него ответы.
- Гарри! Как ты можешь быть вместе с Малфоем!
Гарри замер, позеленев, но вскоре пришел в себя.
- Прости, - повторил он, - но если у нас все получится, мне никогда не придется быть… вместе с Малфоем… снова.
Гермиона изумленно на него уставилась. Гарри явно чего-то недоговаривал, – наверняка это было связано с видениями, - и все равно, то, что он позволил Малфою так с ней обращаться, поразило ее до глубины души.
- С вами не соскучишься, - пробормотала Джинни, следуя за ними к двери.
Драко выволочил Гермиону в коридор, приостановился, чтобы открыть проход, и вытащил стул с гриффиндоркой в гостиную. Многие ученики еще бодрствовали, готовясь к предстоящим контрольным работам; при звуке отодвигающейся стены все они подняли головы и уставились на Драко, который пятился задом наперед, волоча брюзжащую Гермиону к выходу.
- Чего вылупились? – рявкнул он. Все промолчали.
Драко продолжил свой путь к портрету… и с кем-то столкнулся. Он бросил взгляд через плечо… сглотнул и быстренько развернул стул с Гермионой, отгородившись им от трех сердитых Уизли.
Гермиона испуганно посмотрела на Рона, по обеим сторонам которого встали Фред и Джордж, все трое скрестили руки на груди и зло на нее уставились.
- Р… Рон? – нерешительно спросила она.
- Я просто хочу, чтобы ты знала, - выплюнул тот, - что можешь натравливать на меня двух своих любовничков и обожаемую училку сколько хочешь, потому что ты меня не напугаешь, и МакГонагалл, Снейп и Вуд тоже не напугают.
- А? – выдала умную речь Гермиона.
- Ты прекрасно знаешь, о чем я, - прорычал он.
- Нам не нравится, когда Снейп, МакГонагалл и Вуд нам поют, - бросил Джордж.
- Или хватают нас за плечи, - добавил Фред.
- Или кричат нам: «Фэлиз Навидад!» - закончил Рон.
- Чего?! – изумилась Гермиона.
- Если хочешь войны, Гермиона, - произнес Рон, - ты ее получишь. Ты и Гарри.
- Рон, я не…
- Не старайся, - бросил он, и трое Уизли обошли Гермиону, направившись к лестнице в спальни мальчиков.
- Это было… занятно, - нарушила царившую в гостиной тишину Джинни.
- О чем они вообще толковали?! – недоумевала Гермиона.
- Какая разница? У меня проблемы посерьезней, - пожал плечами Драко, резко развернул стул обратно, чуть не выбросив из него Гермиону, и потащил дальше.
- Гарри, Джинни, кто-то должен с ним поговорить… - начала было Гермиона, но Гарри ее прервал:
- Это важнее.
Драко пинком открыл портретный проем, Гарри взял стул Гермионы за ножки и помог слизеринцу вынести его в коридор.

* * *

- Это было великолепно, - смеялась МакГонагалл. На пути в библиотеку они чуть было не столкнулись с Дамблдором, так что вернулись в кабинет. – Вы видели лицо Уизли?
- Обнять его за плечи было отличной идеей, - ухмыльнулся Оливер. Он был в восторге от того, что смог поиздеваться над близнецами – полагал это своеобразной местью за то, что они принудили его рассказать им о Гермионе, ее татуировке и войне шуток. – Надо будет как-нибудь повторить.
- Обязательно повторим, - отозвалась МакГонагалл. – Мы ведь этим уже сколько лет занимаемся.
- А вы, случаем, не нападали на Анджелину Джонсон? – спросил Оливер. – Лет эдак семь назад?
- О, эта оказалась одной из лучших жертв, - кровожадно протянул Снейп. – Она готова была разрыдаться. Или наложить в штаны.
- Даже радостный, ты остаешься слизеринцем, - потрясла головой МакГонагалл.
- Ты наслаждалась зрелищем не меньше меня, - возразил Снейп.
- И что? – ухмыльнулась она.
Снейп собирался ответить, но тут в дверь постучали. Преподаватели в тревоге повернули головы.
- Кто там? – спросила МакГонагалл.
- Это Джинни Уизли, профессор! Тут небольшое происшествие случилось…
При звуке голоса Джинни учителя зловеще заулыбались. Пошептавшись с остальными, Оливер направился к двери.

* * *

Они дотащили стул с Гермионой до первого лестничного пролета, когда та наконец сдалась, - или, скорее, перепугалась при мысли о том, как Малфой будет спускать ее вниз по ступенькам, и начала кричать. Она неохотно поднялась со стула, помогла Гарри спрятать его на время в секретном проходе и залезла вместе с Гарри и Драко под мантию-невидимку.
- Еще один обычный день, - пробормотала Гермиона.
- И не говори, - дружно прошептали Гарри и Драко и с отвращением посмотрели друг на друга.
- Пожалуйста, не делайте так, - попросила Джинни. – Мне и без того жутко прогуливаться, когда вы трое спрятаны под мантией-невидимкой.
Мантия, несколько лет назад такая вместительная, казалось, уменьшилась на несколько размеров. Гарри и Малфой, хоть и не были толстяками, оставались достаточно высокими, и идти им приходилось на полусогнутых ногах. Стараясь держаться друг от друга как можно дальше, они заставили Гермиону встать между ними, чему она вовсе не была рада: Гарри постоянно наступал ей на ногу, а каждый раз, случайно дотронувшись до Драко, она вздрагивала, прижимаясь к Гарри, которого, и без того нервного, это еще больше смущало.
- Мы еще не пришли? – проныла Гермиона, чье поле зрения ограничивалось спиной Гарри и кусочком пола.
- Почти, - вздохнул Гарри, посмотрев на карту. – Филч все еще у себя, а Снейп – у МакГонагалл… впереди есть тайный проход, но лестница там очень узкая, думаю, лучше выбрать длинную дорогу…
Гермиона застонала. Все, чего она сейчас хотела, это лечь и уснуть: она ужасно устала, голова гудела от всех проблем. Но нет, эти двое хотят увидеть Снейпа. Ну почему Снейпа?!
- Ребят, - заговорила Джинни, - а вам не интересно, с чего вообще Снейп, МакГонагалл и Оливер собрались в одном кабинете?
- Какая разница? – удивился Гарри.
- Наверное, никакой, просто это странно. Оливер не особенно дружит с другими учителями, и тем более, не с МакГонагалл и Снейпом. А в первый раз мы посмотрели на карту двадцать минут назад, они с тех пор так и не разошлись.
- И о чем это Рон говорил? – заинтересовался темой Гарри. – Кажется, он считает, что Гермиона подговорила их напасть на него и близнецов?
- Он упоминал пение и «фэлиз навидад», - припомнила Джинни.
- Это рождественская песня так называется, - вставила Гермиона. – Правда, она маггловская.
- Снейп напал на Фреда, Джорджа и Рона, распевая рождественскую песню?
- При поддержке МакГонагалл и Вуда?
- Не самая странная из его проделок за последнее время, - пробормотал Драко.
- Неудивительно, что Рон думает, будто это ты подстроила – Вуда со Снейпом больше ничего не объединяет, - задумался Гарри. – Лишь ты. А учитывая, что вы с Роном поссорились…
- Не сыпь мне соль на рану… - начала было Гермиона, но ее перебили.
- Ха! – воскликнул Драко. – Так все же у тебя с Вудом и Снейпом что-то есть!
- Ну да, Малфой, это же так очевидно, - закатила глаза Гермиона и наступила ему на ногу.
- Ай! Но ведь другого объяснения нет! Ты и Снейп, ты и Вуд…
- И зачем-то они объединились, чтобы запугать Рона рождественскими песнями, - закончила Гермиона. – Ну да. Гениально. Ты так выведаешь все мои секреты. Может, сразу признаться: я потомок огнедышащей колдуньи и самого Мерлина, по выходным я выступаю экзотической танцовщицей, а в библиотеке тайно встречаюсь со всем мужским персоналом замка из тех, кому еще нет пятидесяти.
- Хорошо, что ты это признала, - ухмыльнулся Драко.
- Можно теперь столкнуть его с лестницы? – спросила Гермиона друзей.
- Лишь когда мы снимем цепь, и только если позволишь мне помочь, - ответила Джинни.
- Поддерживаю, - произнес Гарри.
Пикируясь всю оставшуюся дорогу, они дошли до кабинета МакГонагалл. Гарри, Гермиона и Драко спрятались в секретном проходе, а Джинни постучала в дверь.
- Кто там? – послышался встревоженный голос МакГонагалл.
- Это Джинни Уизли, профессор! Тут небольшое происшествие случилось: в коридоре, ведущем к гриффиндорской башне, разлито какое-то зелье, и мы не можем пройти, но…
Дверь распахнулась, явив взору Джинни испуганного Оливера, который схватил ее за мантию, втянул внутрь и потащил к столу МакГонагалл.
- Эй, что ты… А-а!
Оливер нажал ей на голову и толкнул под стол. Ничего не понимающая, Джинни попыталась было дать задний ход, но врезалась макушкой в крышку стола. Пространство под столом было увеличено заклинанием, и тут уже сидели МакГонагалл со Снейпом, а между ними, не повреждая ковра, горел зеленый огонь.
- Что здесь творится? – спросила Джинни, когда Оливер влез вслед за ней.
- За вами следили? – резко осведомилась МакГонагалл.
- А? Нет, с какой…
- Ты уверена? – прервал ее Оливер.
- Да. В чем дело?
- Это Альбус, - мрачно пояснил Снейп. – Он нас выслеживает. Хочет до нас добраться.
- Э… профессор Дамблдор… вас выслеживает?
- Я так и сказал, Уизли.
- Но… почему?
- Потому что это правда.
- Нет, в смысле… почему он вас выслеживает?
- Мы стащили его лимонные дольки.
Джинни уставилась на него:
- Что еще за лимонные дольки?
- Вот это, - сказал Оливер, вместе с МакГонагалл и Снейпом показывая ей кульки с желтенькими конфетами, - и есть лимонные дольки.
- И вы стащили их у Дамблдора.
- И теперь он нас убьет, если сможет найти. Но тут он нас не отыщет, нет, сэр, - позлорадствовал Снейп. – Зефиру?
Он сунул ей в лицо прутик с насаженным на него зефиром. МакГонагалл и Оливер тоже держали по одному над зеленым огоньком.
- Мы жарим зефиры, - объяснил Оливер. – Муж моей кузины маггл, это он меня на них подсадил. Старый рецепт: шоколад, крекеры, зефир… вкуснее не бывает.
- Вы готовите еду на костре под столом, пока на вас охотится Дамблдор? – прошипела Джинни, не в состоянии уловить здесь малейшей логики.
- Ну а что еще нам остается? – удивился Оливер.
- Да, не бегать же теперь по коридорам, распевая «Фелиз Навидад», - пояснила МакГонагалл так, словно именно этим они и занимались чуть ли не каждый день.
- Но зачем вы стащили его лимонные дольки? – спросила Джинни, массируя переносицу.
- Просто чтобы мы могли сказать, что совершили Большую кражу лимонных долек, - жизнерадостно ответил Снейп, снова вытягивая зефир над огнем.
- Ну да, это ведь так логично, - устало пробормотала Джинни. Вспомнив свою миссию, она добавила: - профессор Снейп, по дороге к гриффиндорской башне разлито какое-то зелье. Там огромная лужа, и я не знаю, как ее обойти; мы с Гермионой уже три часа мучаемся. Она сейчас пытается все очистить, а меня послала за профессором МакГонагалл, и раз уж вы тоже здесь…
- Не получится, Уизли. Зефиры важнее.
- А… но ведь там весь коридор…
- Это подождет, - прервал ее Снейп.
Джинни потерла лоб. Было очевидно, что эти трое свихнулись: нормальные люди не станут красть конфеты директора, а после жечь под столом костры. Это было совершенно неправильно: двое самых строгих из всех знакомых ей людей сидят по-турецки и жарят зефиры вместе с парнем, который много лет дружит с ее братьями. А учитывая, что дальше по коридору Гарри и Гермиона под мантией-невидимкой в компании Малфоя ждут, пока Джинни выманит из кабинета Снейпа, чтобы попросить его о помощи…
- Мне вдруг стало нехорошо, - сказала Джинни. – Пожалуй… я лучше пойду.
Она повернулась выйти, но дорогу загородил Оливер.
- Я тебя не выпущу, пока не съешь одну лимонную дольку, - когда Джинни в ответ на это приподняла бровь и сложила руки на груди, он добавил: - Тогда ты не сможешь нас выдать. Если съешь дольку, мы будем в одной лодке.
Джинни вздохнула и вытянула руку:
- Давай.
Оливер дал ей конфету, подождал, пока Джинни засунет ее в рот, и только тогда освободил проход. Джинни вылезла из-под стола и бросилась к двери.

* * *

В секретном коридоре Гарри, Гермиона и Драко слегка отступили друг от друга и были теперь закрыты мантией лишь частично. Гарри не отрывал взгляда от карты Мародеров, чтобы знать, если кто-то подойдет близко. Драко с любопытством поглядывал на карту.
- Откуда у тебя это? – наконец спросил он, увидев и услышав достаточно, чтобы понять, что это такое.
- Не твое дело, Малфой.
- Я просто поинтересовался, - разозлился Драко. – Все равно я не смогу тебя сдать, Дамблдор наверняка и без того знает. Да, скорее всего, он тебе ее и дал.
- Что-то я не слышал, чтобы ты возмущался, когда эта карта помогала нам сюда добраться, - парировал Гарри.
- Что случилось с гриффиндорской отвагой? Ты теперь не можешь выйти из спален, не прячась под мантией-невидимкой и не проверив сначала, где все учителя?
- Это называется не быть таким придурком, чтобы попасться.
- Гарри, не говори с ним, а? – попросила Гермиона, опираясь на стену с полузакрытыми глазами. – Он гораздо тише, если на него не обращать внимания.
Гарри фыркнул, все так же не отрываясь от карты:
- Если только так его можно заткнуть… хмм, интересно.
- В чем дело? – Гермиона придвинулась посмотреть.
- Это карта… Оливер открыл дверь, а МакГонагалл и Снейп двинулись вот сюда. Затем туда же подошли Джинни и Оливер, и все они стоят очень близко друг к другу… слишком уж близко.
- Согласно положению дверей и окон, они сидят на столе МакГонагалл, - заметила Гермиона. – Но там просто недостаточно места для всех четверых.
- И зачем им вообще туда садиться? – удивился Гарри.
Гермиона нахмурилась:
- Может быть, там какое-нибудь заклинание? Что-то, увеличивающее пространство?
- Возможно, но получается, это место находится над столом?
- Гм… о, смотри, Джинни уже идет. Она нам все и расскажет.
- Эй, она одна! – негодующе воскликнул Драко. Они и не заметили, как он подошел.
- Уверена, она все объяснит, как только дойдет сюда, - сказала Гермиона.
Они набросили мантию так, чтобы Джинни их увидела, а тот, кто может подойти сзади, нет.
Пару секунд спустя в коридорчик вошла Джинни. На лице ее было кислое выражение, а глаза испуганно бегали по сторонам. С трудом сглотнув и поморщившись еще сильнее, Джинни прокашлялась и заговорила:
- Простите, но я вне игры. Не хочу есть еще лимонные дольки, и, ах да, Снейп занят, он жарит зефиры.
- Чего? – уставился на нее Драко.
- Вы – мои друзья, - продолжила она, глядя на Гарри и Гермиону, - но с меня хватит пикников у костра. Поговорите со Снейпом утром.
Джинни развернулась и ушла.
- У костра? – повторила Гермиона.
- В кабинете МакГонагалл? – Гарри уставился на карту, как будто ожидал, что она предложит разумное объяснение.
- Зефиры… почему они жарят зефиры? – задумалась Гермиона. – Они ведь все чистокровные.
- И что такое лимонная долька? – спросил Драко, зная заранее, что ему не ответят.
- Придется идти самим, - решил Гарри, глядя вслед подруге.
- Это будет слишком подозрительно, после того, как мы посылали туда Джинни.
- Ну и что? – Драко начал выбираться из-под мантии. – Просто зайдем и потребуем ответов.
- Если ты забыл, в последний раз, когда нас поймали гуляющими посреди ночи, то сняли с каждого по пятьдесят баллов и назначили отработку в Запретном лесу.
- Сами виноваты, возились с нелегальным драконом, - самодовольно ответил Драко.
- Только потому, что ты никогда не сделаешь ничего ради друзей… ох, забыла, у тебя ведь их нет…
- Да что в этом понимаешь ты, Грейнджер? Единственные, кто дружит с тобой, это… оу! – Драко согнулся пополам, когда Гарри ткнул его локтем в живот.
- Как же ты меня достал! – рыкнул Гарри.
- А ты меня, думаешь, нет? – парировал Драко.
Гарри начал было отвечать, но замер:
- А знаешь, я понял кое-что. Я всегда буду тебя ненавидеть. Ух, сразу легче стало.
- Чувство взаимно. А ты сомневался?
- Ну да, сам ведь знаешь.
- Нет, не знаю.
- У тебя тоже было видение.
- И с чего ты решил, что из-за этого мы перестанем друг друга ненавидеть? По-моему, возненавидим еще больше. И кстати, эти видения – неправда. Они не могут быть. Они ненастоящие. Меня ведь укусил сырный демон. Наверняка это просто галлюцинация.
- Меня достали уже ваши видения, - сказала Гермиона. – Заткнитесь уже, а? Снейп устраивает пикники в кабинете МакГонагалл, и если это на Джинни так повлияло, то люди, которым до сумасшествия остается один шаг, скажем те, кто сейчас стоит в тайном проходе под мантией-невидимкой вместе со своим худшим врагом, вообще с катушек съедут. Давайте уже пойдем спать, честное слово, неужели вам на сегодня не хватило Сырного духа, квиддичной тренировки и беготни в гостиной?
С этими словами Гермиона вышла из коридорчика.

Примечание переводчика: Ничего не буду говорить. Разве что: впредь никаких обещаний, все равно я их не выполняю.
Всех поздравляю с наступившим 2010 годом, пусть исполнится то, чего вы давно ждете! Спасибо, что не забываете, и отдельное спасибо аэрис за замечательное стихотворное поздравление.


Глава 30. Поединок на шампунях


Всю дорогу до гриффиндорской башни Гарри и Драко были в отвратительном настроении. Нет, они не разговаривали, но Гермиона практически чувствовала, как злость волнами исходит от них… еще хуже стало, когда они вошли в гостиную и обнаружили, что народу там прибавилось, и все жадно смотрят на них, ожидая объяснений или новой пищи для сплетен. Джинни в пределах видимости не наблюдалось, так что они отправились в свою комнату, не обращая внимания на окружающих.
- Мне нужно в душ, - пробурчала Гермиона.
- Ты сегодня уже один принимала, и шести часов не прошло, - напомнил Гарри.
- А еще семнадцать вчера, - проворчал Драко со страдальческим выражением лица. Казалось, будто происшествие с раздутой головой, ночь в больничном крыле, битва едой и купание в ванной старост случились годы назад; сложно было поверить, что Драко и Гермиона скованы цепью лишь три дня.
Гермиона бросила на него сердитый взгляд и снова посмотрела на Гарри.
- Мне нужен еще один, - устало произнесла она. Она вспотела, бегая от Драко на стадионе, и чувствовала себя грязной, плюс, хотя это могло ей лишь казаться, или кто-то из мальчишек не очень тщательно мылся, но Гермионе все чудился прогорклый запах тухлого сыра.
Гарри взглянул на книги, очевидно, решив, что в этом случае можно продолжить исследования, достал волшебную палочку и направил ее на Малфоя, который нахмурился, но ничего не сказал. Гермиона взяла ночную рубашку и свежие полотенца и направилась в ванную.
Гарри начал было читать, но оказалось, что Драко не способен долго молчать, как и сидеть смирно. Он начал задирать Гарри, и вскоре они уже кричали друг на друга.
- За меня хотя бы не делает домашнюю работу грязнокровка – девчонка, к тому же!
- Да тебе просто завидно, ведь твои приятели все не умнее тебя!
Гермиона зарычала: до этого у нее получалось не обращать внимания, но теперь она начала терять терпение. Где-то между криками «У них хотя бы родители волшебники!» и «Да, и близкие родственники, к тому же!» она сделала единственное, что пришло в голову – схватила с полки лишний кусок мыла и кинула поверх душевой занавески в сторону Гарри и Драко.
- Эй! – воскликнул Гарри.
- Какого… - начал было Драко и вдруг расхохотался.
- Гарри, прости, - крикнула Гермиона.
- Что я сделал? – не понял тот.
- Я целилась в Малфоя!
- Не обижайся, но целишься ты фигово.
- Ха-ха-ха-ха… ай!
Судя по звуку, Гарри кинул куском мыла в Драко. Гермиона повернулась посмотреть: сквозь занавеску душа видны были лишь смутные очертания, но судя по всему, мальчишки бросали друг в друга мылом, используя свои квиддичные рефлексы, чтобы поймать его (из-за скользкости мыла это было не так-то легко) и кинуть обратно. Гермиона не понимала, почему они не воспользовались кулаками или волшебными палочками, но боялась, что оба все-таки свихнулись.
Она вздохнула и повернулась смыть шампунь, слишком уставшая и раздраженная, чтобы сейчас их разнимать. Но только она закрыла глаза и сунула голову под душ, как послышался шелест занавески, и что коснулось ее талии.
Гермиона взвизгнула и отпрыгнула в сторону. Рывком повернувшись и открыв глаза, она увидела, как рядом шарит рука Драко. Гермиона шагнула к ней, намереваясь вырвать его пальцы, но тут рука наткнулась на флакон бальзама-ополаскивателя, схватила его и исчезла.
- Эй! А ну верни! – возмутилась Гермиона.
- Ха! Давай, Поттер, покажи, на что способен! – воскликнул Драко, не обращая на нее внимания.
На этот раз ее задела, заставив с визгом отпрыгнуть, рука Гарри; схватив гермионин шампунь, он крикнул:
- Как скажешь, придурок!
Последовала серия ударов и криков вроде: «Ха!» и «Получи!». Гермиона закатила глаза и выглянула из-за занавески: Гарри и Драко устроили дуэль, только вместо шпаг наносили и парировали удары флаконами шампуня и бальзама-ополаскивателя.
- Сдавайся, Малфой! – предложил Гарри, когда они с Драко, отдуваясь и с флаконами наизготовку, отступили на исходные позиции.
- Никогда! – провозгласил Драко и бросился на Гарри, бешено размахивая ополаскивателем.
Тот сделал шаг в сторону, ударив промахнувшегося противника по голове.
- Тебе меня не побить, - предупредил он, - я ведь победил мечом самого василиска.
- Да? Это было пять лет назад, а я только сегодня выбил пару прутьев из метлы Вуда, так что попытаю удачи!
Драко, разбег которого остановила цепь, развернулся и нанес удар, но Гарри его блокировал. Тогда, молниеносно проникнув под гаррину защиту, Драко ткнул его в бок. Битва продолжилась; Гермиона раздраженно отвернулась, но поняла, что не может продолжить мытье без своего ополаскивателя.
Она достала волшебную палочку, которая лежала в наручной кобуре, закрепленной заклинанием на стене душевой кабинки, высунула руку за занавеску и крикнула:
- Ассио бальзам-ополаскиватель!
Когда флакон прилетел ей в руку, послышалось возмущенное: «Нечестно! Ты, стерва!» и звуки беспорядочных ударов другим флаконом. Но не успела Гермиона испытать злорадство, как рука Драко снова, напугав ее до полусмерти, зашарила в душе. Боясь, что в поисках флакона он додумается открыть занавеску, Гермиона несколько раз ударила по руке ополаскивателем и сунула ему в ладонь его собственный дорогой шампунь «Юный чародей».
Гермиона решила, что просто не будет обращать внимания на эту дурацкую битву (в конце концов, за последние дни она видела и принимала участие в достаточном количестве таких вот дурацких битв). Пользуясь в основном правой рукой (так как левую то и дело дергал Драко) и распевая маггловские песни, чтобы не слышать шума снаружи, она домыла волосы и вымылась сама, затем вытерлась и оделась, умудрившись при этом ни разу не упасть (а с бегающим вокруг ванной Драко это было не так то легко). Закончив, она замолчала, чтобы узнать, прекратили ли они драку, услышала возглас: «Умри!», за которым последовало: «Ну когда до вас, темных ослов, дойдет, что меня нельзя убить!», и продолжила петь.
Полчаса и большую часть музыкального альбома спустя Гермиона решила, что не станет сидеть в душе всю ночь, и, прекратив пение, раздвинула занавески.
Она давно могла бы заметить, что Гарри и Драко прекратили обзываться, а их флаконы при ударах издают более гулкий звук, но так как, желая заглушить звуки битвы, Гермиона сама распевала во все горло, открывшееся глазам зрелище ее потрясло. Мальчишки все еще сражались, но похоже было, что в какой-то момент одному из них пришла в голову светлая идея прыснуть в противника шампунем, а тот последовал примеру. Гарри был весь в голубой киселеобразной субстанции, очевидно, «Юном чародее», а Драко оказался с головы до ног измазан гермиониным маггловским шампунем с яблочным запахом. Казалось, всю ванную комнату покрывала голубая и зеленая слизь, скользя по которой и едва умудряясь оставаться на ногах, все еще сражались своими почти пустыми флаконами Драко и Гарри. Молчали же они, чтобы шампунь в рот не попал.
- Вы что натворили? – завопила Гермиона.
Гарри взглянул на нее и потерял равновесие, упав на бок. Драко издал победный возглас и двинулся к нему… но приземлился на спину, когда Гермиона дернула цепь.
- Да что с вами такое? – кричала Гермиона. – Вы что, дети малые? Кто в своем уме станет устраивать поединок на шампунях?!
- Это он начал! – возмутился Гарри.
- Нет, это он начал! – тут же возразил Драко.
- Нет, это…
- Формально, это я начала, - вмешалась Гермиона, - но то была случайность…
- Как же, - садясь, пробурчал Драко.
- И это здесь не при чем! Кто дал вам право тратить прекрасный шампунь на избиение друг друга…
- Мой шампунь! – вскричал Драко, только сейчас поняв, что весь его потратил. – Ты заплатишь за это, Поттер!
Гарри с трудом сел:
- В любое время, Малфой.
- Хватит!!! – завопила Гермиона, размахивая волшебной палочкой. – Прекратите! Вы хоть имеете понятие, как много я знаю проклятий? Вы сейчас же прекратите и пойдете спать, или я превращу вас в раков-отшельников!
Гарри посмотрел на Драко и неохотно вытянул руку с шампунем в сторону. Драко сделал то же; подождав, пока Гарри отпустит флакон, он бросил свой, не желая вдобавок к полученным за последний час синякам – удары шампунем, кулаками Гарри, а также о стены и пол сделали свое дело (да у него и раньше было достаточно синяков), – получить проклятие в спину от сердитой гриффиндорки.
- Эванеско, - произнесла Гермиона. «Слизь» исчезла, остался лишь запах яблок и еще чего-то, очевидно, шампуня Драко. Подавив желание зарычать, Гермиона подошла к раковине, чтобы почистить зубы. Она потянулась за зубной пастой… которой на месте не оказалось. Тяжело вздохнув, она спросила:
- Никто не хочет рассказать, что случилось с моей пастой?
- Э… она… вон там, - пробормотал Гарри. Он поднялся, пересек комнату и поднял что-то с пола, а потом подошел к Гермионе и отдал ей почти пустой тюбик зубной пасты.
- Что же с ней произошло? – устало спросила Гермиона, не в состоянии больше изображать из себя миссис Уизли.
- Э… ну… - Гарри залился краской и потер шею. – Я разоружил Малфоя… а он достал палочку и что-то призвал, но, по-моему, промахнулся…
- Вовсе нет, - буркнул Драко.
- И к нему прилетела зубная паста, но она не очень работала как меч, и он начал выдавливать ее в меня, а я, пока пытался от него убежать, увидел твой лосьон…
Только теперь Гермиона со злостью поняла, что пахло в комнате не яблоками и «Юным чародеем», а яблоками и персиками.
- Мой любимый лосьон? Мой чудесный, очень дорогой персиковый лосьон?
- Я тебе новый куплю, - смиренно произнес Гарри, поднимая с пола большой флакон и ставя его на полку. Судя по звуку, флакон был пустым.
- А потом что случилось? – сузила глаза Гермиона.
- Ну… я прыснул в него лосьоном и побежал к раковине… поскользнулся на лосьоне и зубной пасте и случайно пнул его шампунь обратно к нему… он брызнул в меня им, а я ответил твоим шампунем…
Гарри умолк, краснея и сжимаясь перед ней как первокурсник перед сердитой МакГонагалл. Гермиона вздохнула, почистила зубы заклинанием и направилась в комнату:
- Я иду спать.
Но только она туда вошла, как в дверь постучали.
- Ге… Гермиона? – послышался обеспокоенный голос Невилла. – Ты там?
- Что такое, Невилл? – Гермиона поспешила к двери, волоча Драко за собой.
- Да просто… интересуюсь, все ли в порядке. Я слышал крики…
- И кто тут распевал песни «Backstreet Boys»? – возник другой голос, несомненно, принадлежащий Лаванде Браун. Гермиона замерла.
- Сколько там человек, Невилл? – осторожно спросила она, медленно отходя назад.
- Ну… несколько…
- Тридцать два! – услужливо крикнул Денис Криви.
- Тридцать два?! – недоверчиво повторила Гермиона.
- Вы, знаешь ли, неслабо пошумели, - сказал Джордж. – Вас из комнаты Рона было слышно.
- О чем ты говоришь? – удивился Дин Томас. – Вы стояли тут с прижатыми к двери ушами, когда мы с Шеймусом… ай!
- Это Гарри вопил: «я бессмертен, подавись бульоном»? – спросил Колин Криви.
- Лосьоном, - машинально поправил Драко.
- Почему тут пахнет персиками и яблоками? – поинтересовалась Парвати Патил.
- Из-за чего вы дрались? – захотел знать Джек Слоупер.
- Эй, а что произошло с тем сырным монстром? – спросил Шеймус Финниган.
- Можно мне войти? – послышался голос Джинни. Очевидно, она оправилась от того, что случилось с ней в кабинете МакГонагалл, и, похоже, ей было весело. – Вот это я должна услышать.
- О, замолчи, Джинни, если не хочешь еще одного пикника со Снейпом! – разозлилась Гермиона.
Все замолчали. Гермиона могла только предполагать, но была уверена, что все сейчас вопросительно смотрят на Джинни.
- Спасибо, Гермиона, - наконец, произнесла та, вздохнув. – Спасибо тебе большое.
- Пикник со Снейпом? – повторил Фред.
- Знаете, я сейчас пойду и придумаю хорошее объяснение… скорее всего, оно будет основано на том, что Гермиона бредит.
- Я не брежу! Вот за это ты получишь на Рождество лимонные дольки!
- А что такое лимонные дольки? – спросил Невилл, как и многие чистокровные волшебники, незнакомый с маггловскими сладостями.
- Спокойной ночи, Гермиона, - крикнула Джинни. – Спокойной ночи, Гарри.
- Спокойной ночи, - угрюмо ответили оба.
- Ты не можешь уйти, Джин, ведь ты наш билет внутрь! – воскликнула одна из сокурсниц Джинни.
- Остановите ее! – приказал Фред.
- Назад! Или наложу на всех Летучемышиный сглаз!
- Осторожно, ребят, кажется, она это серьезно, - встревожено произнес Джордж.
- Еще как серьезно!
- Но ведь только она знает пароль! Как же мы войдем? – заныла Лаванда.
- Никто сюда не войдет! – завопила Гермиона. – Я иду спать!
- Эй, а это правда, что вы с Малфоем спите в одной кровати?
- Нет!!! – дружно крикнули Гарри, Гермиона и Драко.
- Отлично, мы подождем. Рано или поздно Гарри придется выйти, - решила Лаванда. Гарри нервно отодвинулся от двери.
- Вообще-то, Гарри больше не спит в нашей комнате, - сказал Шеймус.
Снова тишина. Гермиона закрыла лицо ладонями, и конечно же, через несколько секунд все одновременно заговорили, выдвигая различные предположения:
- Так значит, он спит там?
- С Гермионой и Малфоем?
- Я знала, что Гермиона бросила Рона из-за него!
- Молодец, девочка, не знал, что в тебе это есть!
- Гермиона, давай, Гермиона, давай, Гермиона, давай!
- Раскошеливайся, Эндрю, с тебя пять галлеонов!
- Я сейчас наложу заглушающее заклинание!
- Да-а? – тон Фреда был таким намекающим, что Гермионе захотелось Фреда придушить. – С чего бы это?
Послышался дружный смех.
- О-о, ну все! – взревела Гермиона.
Она сняла заклинание с двери и распахнула ее, поднимая палочку… а все стоящие за дверью бросились обратно в гостиную. Гарри кинулся к Гермионе и попытался отвести ее волшебную палочку в сторону, давая гриффиндорцам время сбежать и закрыть за собой стену.
- Кстати, Гермиона, - крикнул Фред в сужающийся проход, - симпатичная ночнушка!
Гарри отпустил Гермиону, а она с яростью посмотрела на стену, но все же развернулась и прошла в спальню, плюхнувшись на кровать. Гарри вымученно ей улыбнулся, закрыл и запер дверь, наложив на нее несколько заклинаний.
- Помнишь, ты говорила прошлым летом, - произнес он, ложась в постель рядом с ней, - что хочешь написать книгу? Может даже несколько, о наших приключениях в Хогвартсе и о том, как мы победили Волдеморта?
- Да, и что?
- Если когда-нибудь ты ее все же напишешь, - снимая очки, продолжил он, - вот об этом не упоминай.


Глава 31. Свалим все на войну шуток!


Какое-то время казалось, что Гарри и Драко отложили свои распри до завтра. Оба молчали, и Гермиона вскоре заснула. Когда ее дыхание стало тихим и размеренным, Драко пробормотал:
- А все из-за тебя.
- Из-за меня?! – недоверчиво прошипел Гарри.
Драко, чьей целью было грубо разбудить Гермиону (после всего, через что он по ее милости прошел, она не заслуживала мирного отдыха), бросил сердитый взгляд на Гарри:
- Да, из-за тебя. Это ты все начал…
- Я? Я?! Да это ты начал! – возмутился Гарри. – Ты, со своей шуточкой над Гермионой!
- Я бы ее не начинал, если бы ты не был таким говнюком.
- Кто, я? Ха! Это ты всегда был говнюком, спроси кого угодно.
- Какой остроумный ответ, Поттер. У кого подслушал, у Крысли? Или у тупицы Хагрида?
- Заткнись, - огрызнулся Гарри, понимая, что Драко специально пытается его разозлить, но все равно теряя терпение.
- Так заставь меня, Поттер, давай!
- А давай ты просто спрыгнешь с Астрономической башни?
- А давай я столкну с нее тебя?
- Можешь попытаться.
- И снова, какая остроумная реплика! Я не слышал ее с тех пор, как поступил в Хогвартс.
- Почему ты вообще еще в Хогвартсе? Почему не мог просто сесть в тюрьму или сдохнуть вместе со своим папашей и остальными Пожирателями…
- А почему ты не мог сдохнуть вместе со своими родителями, как и должен был?
Оба только что переступили грань. Они потянулись за палочками одновременно, но Драко успел первым. Он начал произносить заклинание, и в отчаянной попытке его остановить Гарри дернул цепь. Драко грохнулся с кровати, выронив палочку, и потянулся к ноге Гарри, чтобы сдернуть его на пол, прежде чем гриффиндорец доберется до своей. Тот пнул его, Драко вскрикнул, но все равно сумел схватить Гарри за ногу и дернуть. Гарри упал спиной на кровать, пинком посылая Драко в противоположном направлении… Гермиона проснулась от того, что на живот ее болезненно приземлился Гарри, а руку чуть не вывернуло из сустава рывком цепи.
Гриффиндорка распахнула глаза, полыхнувшие злостью, и Гарри поспешно с нее сполз. Она достала палочку и наслала на обоих заклинание замедления, болезненное, но не парализующее. Мальчики почти тут же от него оправились и с опасением посмотрели на нее.
- Я не собираюсь терпеть это каждую ночь, - рыкнула Гермиона. – У меня сегодня был тяжелый день, и вы двое не станете мне его усложнять!
Она направилась к ним, и парни попятились; особенно встревожен был Драко, на стороне которого не было семи лет дружбы, а также возможности отодвинуться от Гермионы дальше, чем на полтора метра; но, отойдя от кроватей, она остановилась и развернулась, подняв волшебную палочку. Взмах, заклинание левитации, и одна из тумбочек, стоявших между кроватями, поднялась в воздух, приземлившись с другой стороны своей кровати. Та же судьба постигла вторую тумбочку, а еще один взмах палочки заставил две кровати с грохотом столкнуться. Наконец Гермиона произнесла еще одно заклинание, которое, как Гарри знал, не позволит никому другому, кроме гриффиндорки, отменить сделанное.
- Вот так, - довольно сказала она и снова забралась в кровать.
- Зачем ты это сделала?! – в ужасе спросил Гарри.
- Чтобы меня больше не сдергивали на пол, - сонно ответила она, зарываясь под одеяло.
- Я не собираюсь спать рядом с ним, - возмутился Гарри.
- Я тоже, - Драко скрестил руки на груди, насколько это позволяла цепь.
- Как хотите, - Гермиона закрыла глаза.
Гарри бросил на нее сердитый взгляд, но затем просветлел и посмотрел на Драко.
- Ну раз уж ты не собираешься там спать, что тогда мешает мне? – он ухмыльнулся в ответ на яростную гримасу Драко. – Спокойной ночи, Малфой!
Гарри плюхнулся в кровать, а Гермиона приоткрыла глаза и ухмыльнулась Драко. Оба почти тут же заснули.
Драко поиграл с мыслью не давать им спать всю ночь, но не хотел снова провести ее парализованным и на полу – в конце концов, и Гарри, и Гермиона в заклятиях были сильнее его. Можно было бы наслать на них что-нибудь отвратительное, но тогда они проснутся и будут в ярости (а следовательно, еще опаснее)… конечно, можно было бы просто их убить, но это будет иметь для него серьезные последствия – волшебный мир почему-то хотел видеть их живыми.
Драко вздохнул. Он ужасно устал, а выспаться теперь можно было разве что стоя. Ему известны были несколько заклинаний, способных разъединить кровати, но это наверняка разбудит Гарри и Гермиону, а Драко сейчас было не до споров и драк. Итак, любое из разрешений этой ситуации приводило к болезненному для него результату, и Драко слишком устал, чтобы думать дальше.
Дуясь, он присел на кровать. Ну конечно они нашли способ вытолкнуть его из его же кровати… но почему он должен это позволять? Почему он должен бодрствовать всю ночь? Это все равно его кровать, а Гарри и Гермиона, насколько он видел, особенно не ворочаются. Он может лечь на краешке… а утром гриффиндорцы увидят его и поймут, что ничего они не победили, и Драко не собирается отдавать им свою постель, и раздвинут кровати обратно.
- Так им, - прошептал Драко и лег, как можно дальше от Гарри и Гермионы.

* * *

Следующим утром Джинни спускалась по лестнице в гостиную совершенно не выспавшаяся, с темными кругами под глазами. Ее целую вечность донимали расспросами, и отстали лишь, когда она применила Летучемышиный сглаз на Лаванде. Но ее однокурсницы все равно продолжали болтать, и когда Джинни наконец заснула, сны ее были не самыми приятными. Она снова оказалась под столом МакГонагалл вместе с троицей учителей, которые девчачьими голосами сплетничали о Гарри, Роне, Гермионе и Драко. Еще они то и дело предлагали Джинни лимонные дольки и где-то после пятого отказа стали забрасывать ее большими кульками этих самых долек. Когда же Джинни оказалась почти полностью погребена под ними, стол над ней взорвался, и взору ее предстал разъяренный Дамблдор, вопящий, что она стащила его сладости. Джинни с визгом проснулась, прокляла само существование Гарри и Гермионы и снова заснула, только чтобы вновь увидеть Снейпа. На этот раз он вручил ей рождественский свитер, такой же, как был на нем самом, и сказал, что она должна помочь ему отрубить руку Драко, иначе ее исключат из школы и осудят носить этот свитер до конца своих дней.
Что и говорить, после этого она заснуть уже не пыталась.
Джинни чувствовала себя совершенно разбитой, но хотя бы смогла уделить немного времени подготовке к контрольным. Ее немного беспокоило, что в последние несколько недель она почти забросила учебу, но все же Джинни была уверена: контрольные работы она напишет. Куда сильнее ее волновала ситуация с лимонными дольками – ведь не мог же Дамблдор на самом деле охотиться на МакГонагалл, Вуда и Снейпа, правда? Нет, конечно же нет. Он бы их уже давно поймал… так?
Джинни решила не думать об этом и направилась в комнату Гермионы, чтобы отсидеться там все время до завтрака, а потом проскользнуть на кухню. С последней квиддичной тренировки вокруг витало множество слухов о Гермионе и Снейпе… и тридцать один гриффиндорец, знающий, что Джинни была на «пикнике» со Снейпом, никак не улучшали для нее ситуацию.
Когда Джинни уже почти спустилась, утреннюю тишину самурайским мечом пронзил вопль ужаса, так что гриффиндорка чуть не покатилась по ступенькам от испуга. Она тут же узнала голос Малфоя. Затем к нему добавился другой, более низкий крик – Гарри, в этом Джинни была уверена. Что бы у них там не случилось, это должно быть серьезно: оба явно были в панике.
Вокруг с удивленными возгласами просыпались гриффиндорцы – вопли тех двоих были слышны всей башне, да наверняка и половине седьмого этажа. Джинни поймала равновесие и бросилась в комнату Гермионы, молясь, чтобы с ее друзьями было все в порядке.

* * *

Драко проснулся внезапно и не сразу понял, где находится. Заметив что-то краем глаза, он повернулся… и увидел Гермиону, сидящую на коленях рядом с ним.
- Ну наконец-то, - ее улыбка вызывала какие-то неприличные мысли. – Я целую вечность ждала, пока ты проснешься.
- Почему ты просто не покричала или типа того? – спросил он, с тревогой смотря на нее.
- Ты такой хорошенький, когда спишь, - она снова улыбнулась.
Драко нервно сглотнул, пытаясь понять, пытается ли она его разыграть, или на нее наложили какое-нибудь заклятие… и отчаянно надеясь, что это просто галлюцинации.
- А где Поттер? – выпалил он, зная, что, если ему это все же не мерещится, Гарри сейчас должен быть вне себя.
- Я попросила его уйти.
- Что… зачем? – Драко почувствовал всплеск паники.
- Чтобы остаться с тобой наедине, - она провела пальцем по его подбородку и шее.
- Зачем? – пискнул Драко. Все инстинкты кричали ему: беги! но он не мог пошевелиться.
- Я хотела рассказать тебе секрет, - она понизила голос до шепота. Ее палец двигался уже по его груди, очень медленно и едва касаясь.
- Какой? – выдавил из себя Драко.
«Беги! Беги-беги-беги!» - кричал его мозг.
Гермиона наклонилась очень близко, чтобы прошептать ему на ухо, касаясь губами:
- Ты был прав. Я могу снять цепь.
- Ч-чт… ты… как… правда? – мозг Драко был не в состоянии обработать эту информацию.
- Просто не хочу, - продолжила она.
- Тебе нравятся цепи, да? – подначил он и тут же мысленно пнул себя: не самый подходящий комментарий в данный момент. Она же к нему клеится! Да что здесь вообще происходит?
Гермиона хихикнула:
- Да… и ты тоже.
- Я?
Она села прямо, глядя на него, эта ситуация явно ее забавляла.
- У тебя сейчас такое лицо! Изумленное и напуганное… - в ее глазах появился озорной огонек. – Но не волнуйся, я помогу тебе расслабиться.
«Беги, придурок!» - кричал его мозг, но Драко по-прежнему не мог сдвинуться с места. Команда бежать чередовалась с повторяющейся фразой: «Грейнджер меня соблазняет, Грейнджер меня соблазняет».
Гермиона потянулась к нему, закрыв глаза и приоткрыв губы. В голове Драко ужас боролся с волнением и предвкушением… он хотел этого, но ведь он ненавидит ее, да, ненавидит, ненавидит…
- Нет!!!
Драко дернулся и распахнул глаза. Гермионы перед ним не было.
«Сон, - счастливо подумал Драко, с облегчением опуская веки. – Это был всего лишь сон. Грейнджер не пыталась меня поцеловать. И я с ней не скован. Я лежу в своей постели, а войны шуток вообще не было. Я сейчас у себя в спальне… и со мной кто-то еще, а значит, мы вчера хорошо провели время…»
Драко пошевелился, у него под боком кто-то лежал, и, судя по всему, они вчера перебрали: голова болела, а на теле, похоже, было несколько синяков. Странно, он очень редко напивался так, чтобы совсем ничего не помнить о предыдущем вечере, но это единственное объяснение…
- Гермиона, не ворочайся, - произнес определенно мужской голос.
Голос Гарри Поттера.
Драко открыл глаза и посмотрел, рядом с кем лежит. Очевидно, война шуток происходила на самом деле. И он действительно был прикован к Грейнджер. Его голова и тело болели по многим причинам, например, от того, что Гермиона стукнула его метлой Оливера, а Гарри молотил флаконом из-под шампуня.
Но что еще более важно, прижавшись к нему, сейчас спал Гарри.
- А-А-А!!!
Гарри, вздрогнув, проснулся. Он лежал головой не на животе лучшей подруги… а на груди худшего врага:
- А-А-А!!!
- Что случилось? В чем дело? – Гермиона, проснувшись, схватила свою и Гарри волшебные палочки и направила их в сторону мальчиков, не обративших на нее никакого внимания. Гарри и Драко оба сидели и вопили друг другу в лицо, но почему, Гермиона понять не могла.
Гарри, все еще крича, спрыгнул с кровати и бросился в ванную. Вопль ужаса сменили звуки тошноты.
- Гарри! – Гермиона кинулась было за ним, но далеко не убежала. Она подергала за цепь, однако Драко не двинулся с места, все еще вопя от ужаса. – Гарри! Что с тобой?
Входная дверь распахнулась, и в комнату ворвалась испуганная Джинни.
- Что случилось? – выдохнула она.
- Помоги Гарри! – Гермиона кинула Джинни его палочку и указала в сторону ванной. Джинни кивнула и бросилась туда… оставив дверь открытой.
- Гермиона! Что здесь…
Гермиона повернулась – прибыли близнецы Уизли, а за ними по пятам большинство обитателей гриффиндорской башни. Гермиона открыла рот – и закрыла, сама не имея понятия, что происходит.
- В чем дело? – сквозь толпу протолкнулся взволнованный Рон.
- Рон! – облегченно воскликнула Гермиона. – Гарри… Малфой… они начали кричать! Я не знаю…
- Где Гарри?
- В ванной, кажется его…
Из ванной комнаты выскочила позеленевшая Джинни:
- Гермиона, я тебя люблю, но не могу больше смотреть, как Гарри тошнит. Это отвратительно.
- Что с ним такое? – Гермиона еще больше повысила голос, чтобы перекричать вопли Драко.
- Если он перестанет блевать, я спрошу, - раздраженно ответила Джинни.
- С дороги, - Рон протиснулся мимо нее в ванную.
Гермиона как можно незаметнее взяла в руку цепь и дернула, но Драко ни двинулся с места, ни заткнулся.
- Силенцио! – рявкнула она, и он продолжил кричать уже беззвучно.
Гермиона облегченно вздохнула, хотя теперь на смену воплям пришли звуки рвоты и бормотание Рона. Прежде чем она смогла решить, хорошо это или плохо, Парвати Патил, выглядывавшая из-за спин близнецов, решила ухудшить положение:
- Так это правда! Ты спишь в кровати с Малфоем!
Гермиона развернулась к ней, сверкая глазами:
- Вон. Отсюда!
- Давайте, давайте, ребята, - Джордж повернулся, чтобы разогнать тех, кого она не напугала. – Тут не на что смотреть.
- Ты как? – Фред шагнул к Гермионе.
- Если бы жизнь не была такой странной, мне бы стало гораздо лучше, - пробормотала та. Она снова безуспешно дернула цепь и повернулась к Фреду: - И вообще, что с вами вчера такое было? Что-то про поющего Снейпа?
Фред помрачнел:
- Уж ты-то должна понимать, что не стоит шутить с нами, а потом изображать из себя саму невинность.
Гермиона вскинула руки:
- Ладно. Можете мне не верить. Ведь то, что я послала Снейпа вам спеть, гораздо логичней.
- Это война шуток, - отрубил Фред. – Мы – лучшие шутники, которых когда-либо видел Хогвартс, и после твоего вчерашнего фокуса мы на стороне Рона.
- Война шуток, - с горечью произнесла Гермиона. – Вы что, совсем дети малые?
- Сказала та, что привязала Малфоя к квиддичным воротам, одетого в женское белье, - отпарировал Джордж.
- Знаете, что? – рассердилась она. – Мне плевать, что вы сделаете. Я вас уничтожу, вы слышали? Не знаю, в чем я, по-вашему, виновата, но если б я решила вас разыграть, вы бы знали это, и я бы не уверяла вас в обратном. Первый ход сделаете вы, и уж тогда берегитесь возмездия.
- Ты получишь свое, - пообещал Фред, и они с Джорджем ушли.
Гермиона вздохнула, понимая, что сама же усложнила себе жизнь, но не особенно о том заботясь. Она устала, ей приходилось терпеть присутствие самого нелюбимого однокурсника, а каждая минута каждого дня, казалось, приносила все новые проблемы. Какая-то часть ее надеялась, что близнецы действительно что-нибудь сделают… чтобы выместить на них злость.
Джинни вздохнула, переводя взгляд с Гермионы на дверь и обратно:
- Слушай… мне о-очень не хочется идти туда, но если тебе нужно, чтобы я с ними поговорила…
- Джин, не страдай ты больше из-за меня, - устало ответила Гермиона. – Хочешь, иди, но я не стану просить тебя чем-то еще из-за меня жертвовать.
- А для чего же нужны друзья? – улыбнулась Джинни. Она вышла, оставляя Гермиону наедине с беззвучно кричащим Драко.

* * *

- Ну же, Гарри, - воскликнул Рон, – что, ты съел живого гиппогрифа?
- Хуже, - прохрипел тот.
- Что случилось?
- Не хочу об этом говорить.
- Гарри… - медленно начал Рон.
- Рон, послушай, - перебил его Гарри, - хватит злиться. Ты нам нужен. Мы твои друзья. Гермиона твоя девушка. Мы через многое прошли вместе. Я не справляюсь один, как бы ни старался. Малфой меня с ума сводит, да еще и все эти новые проблемы… Нас не должно быть только двое, мы всегда были втроем – Гарри, Рон и Гермиона.
Рон нахмурился:
- Ты прав, Гарри. Были. Но вы с Гермионой храните от меня тайны – тайны, о которых известно даже Джинни и близнецам! А еще она мне изменяет…
- Ты ведь знаешь, что это не так, - горячо возразил Гарри, встав и направившись к раковине почистить зубы.
- Да ну? Тогда что насчет этих засосов, а? Она была со Снейпом наедине, занимаясь черт знает чем…
- Разыгрыванием Малфоя, вот чем!
- Да? Но они со Снейпом теперь подозрительно накоротке, тебе не кажется? А вчера Снейп с Вудом практически напали на меня и близнецов. Вуд, ее бывший, о котором она так и не удосужилась мне рассказать. О котором не удосужился рассказать ты. А уж про Снейпа я даже не знаю, откуда начать…
- Рон, вся школа сошла с ума! С чего Снейпу и Вуду хоть чем-то заниматься вместе? Тем более, если оба без ума от Гермионы? Снейп поет и танцует. Он носит цветное! А Вуд всегда оставался чокнутым: я тебе рассказывал, что он был за капитан! Если ты бросишь тупить и разуешь глаза…
Рон напрягся, и Гарри поморщился, понимая, что сказал не то.
- Я не имел это в виду, - поспешно добавил он.
- Да?
- Да, я…
- Живи счастливо со своей Гермионой, - рявкнул Рон. – Может, Снейп сделает тебя шафером.
С этими словами он вышел из ванной.

* * *

Гермиона сидела на краю постели, гадая, что же происходит сейчас в ванной. Похоже, Гарри и Рон о чем-то говорили; она не могла различить слов, но надеялась, что все налаживается.
Через несколько секунд появился Рон, и ее сердце упало в пятки: судя по внешнему виду, он был готов кого-нибудь убить.
- Рон… - начала она, и он повернулся.
Гермиона поспешно соскочила с кровати… и тут же пожалела, потому что так она казалась виноватой. Рон сердито посмотрел на нее, перевел взгляд на все еще беззвучно вопящего Драко. Затем он мельком оглядел комнату, будто что-то разыскивая. Гермиона вдруг поняла, как это все смотрится: Рон не даст ей времени объяснить, почему кровати сдвинуты вместе, а по отсутствию подушек и одеял где-либо еще становилось понятно, что они спали все вместе… а это, как она понимала, выглядело очень и очень странно.
- Значит… ты теперь спишь и с Малфоем вместе, да? – нарочито спокойным голосом произнес он. – И с Гарри, конечно? Ну что ж…
- Рон! Ты прекрасно знаешь, что я ничем таким не занималась ни с Гарри, ни с Малфоем, ни со Снейпом…
- Нет, - резко ответил Рон, - не знаю. Раньше я бы ничего такого не подумал, но сейчас едва удивлен.
- Ты ведь меня знаешь. Ты знаешь, что я не такая.
- Может, я бы знал тебя, если б не твоя вечная ложь, - огрызнулся Рон и направился к выходу.
Гермиона попыталась было последовать за ним, но Драко не двигался с места.
И тут ее наполнила злость. Рон был ей нужен, она никогда не намеревалась причинять ему боль и не считала себя в чем-либо виноватой. Оливер и татуировка его не касались, и он не имел никакого права делать поспешные выводы. Снейп… ну, это же нельзя назвать изменой. Это было нужно, чтобы одурачить Малфоя. Но Рон не слушал. Ему было все равно, что она в нем нуждалась, что ей приходилось справляться с Драко и помогать Гарри с этими видениями… кстати, когда вообще Рон думал о том, что нужно ей?
- Отлично, Рон! – крикнула она. – Давай! Уходи!
Рон остановился, взявшись за ручку двери, и Гермиона продолжала орать:
- Не знаю, что я должна, по-твоему, сделать, но если не позволяешь мне объяснить, вперед! Засунь свою голову обратно в задницу и гуляй дальше, негодяй бесчувственный!
Рон развернулся, его лицо и уши побагровели.
- Мы тебя сделаем, - выплюнул он. – Я и близнецы.
- Так вперед, придурок! – крикнула она.
Рон приподнял руку с согнутыми пальцами, как будто мечтал придушить Гермиону. Он с трудом повернулся и выскочил наружу, так хлопнув дверью, что, казалось, завибрировала вся комната.
Гермиона сделала глубокий, дрожащий вдох… повернулась и призвала свой сундук. Она начала рыться в одежде трясущимися от ярости руками.
- М-да, это был не лучший исход, - пробормотал появившийся из ванной Гарри.
- Он у меня еще попляшет, - зарычала Гермиона. – Знаешь, что, Гарри? Рон меня не заслуживает. Он – одержимый квиддичем, эгоистичный идиот…
- Пожалуйста, только не продолжай, - попросил Гарри и вдруг нахмурился. – Эй! А что плохого в одержимости квиддичем?
- Он мне за все заплатит, - продолжала Гермиона, не обращая на него внимания. – Бросить меня – и тебя! – одних разбираться с Малфоем и видениями… Мы ведь должны быть командой, но нет, ему плевать на друзей!
- Гермиона…
- Но он меня не стоит, Гарри! Я умная, симпатичная, прекрасно знакома как с магическим, так и с маггловским миром, говорю на трех языках, знаю больше заклинаний, чем половина учеников школы, вместе взятых, и я умею пользоваться телефоном!
- Ты ведь понимаешь, что сейчас несешь ерунду, да?
Но Гермиона его не замечала.
- Я ему отплачу… нет, мы отплатим… я и Гарри размажем Рона… - она выбрала дневной наряд и начала переодеваться; Гарри отвернулся. – Кому лучше знать, чем его достать, как не лучшим друзьям? А еще у нас будет Джинни, она даже меня иногда пугает… и мы свалим все на войну шуток!
Услышав злодейский смех Гермионы, Гарри снова удивился тому, какой странной недавно стала его жизнь. Конечно, он никогда не был обычным школьником, но привык хотя бы к некоторой предсказуемости: Снейп был заразой, Гермиона – в здравом уме, Рон – другом, Оливер – просто учителем, обожающим квиддич, близнецы не обижались на пение, а Драко сидел в своей гостиной, выползая лишь для пары пустых угроз и нелепых оскорблений. Но с началом войны шуток все изменилось.
«Как эта традиция вообще выжила? – задумался он, устало присаживаясь на край постели. – Неужели родители и Сириус тоже через такое прошли? Для них это тоже был сумасшедший дом?»
Он очнулся от своих мыслей, когда перед ним появилась Гермиона, одетая, но с волосами, торчащими во все стороны, и нездоровым энтузиазмом, написанном на лице:
- Быстрее, Гарри! Одевайся! Нам нужно продумать войну!
Губы Гарри сами собой расплылись в улыбке. Гермиона казалась такой… такой очаровательной и забавной, как маленький щенок, который решил, что сможет захватить мир.
- Точно, - ответил он. – Ты успокаивай Малфоя, я одеваюсь, и будем думать над войной по пути к Снейпу. Нам нужна его помощь.
- Чудесная идея! В войне шуток он будет незаменим!
Гарри смотрел, как Гермиона выбивает из Драко панику, буквально. Вот, значит, как – ему теперь предназначено воевать с Гермионой против лучшего друга и близнецов Уизли и надеяться на помощь Снейпа с видениями и, быть может, с парочкой шуток. Это должно было его расстроить, но Гарри почему-то было все равно.
- Еще один обычный, полный веселья день, - пробормотал он и пошел одеваться.

От переводчика: Гм, ну что тут сказать? Простите? Я так больше не буду?
В любом случае, следующую главу через неделю не обещаю (она довольно длинная и кое-где сложная для перевода), но и не через полгода точно. Где-нибудь в августе.
Спасибо, что все еще читаете.

Глава 32. Малфой грохнулся


Оливер проснулся с раздирающей головной болью, налитыми свинцом конечностями и пересохшим горлом. Он немедленно распознал похмелье, и тяжелое, но не имел ни малейшего понятия, откуда оно взялось. Затем наступило осознание, что он лежит не в своей постели, а на полу.
«Снова вырубился, не дойдя до кровати, - отсутствующе подумал он. – Нужно перестать напиваться с командой после каждой победы…»
Оливер собрался уже снова заснуть, но тут вспомнил, что он уже несколько месяцев как не в команде, а преподает в Хогвартсе. Он резко сел и ударился обо что-то макушкой:
- О!
Оглядевшись, он осознал, что находится под столом, причем не под своим. Большее сказать было сложно, разве что одежды Оливера оказались мятыми и в красноватых пятнах и потеках. Встревожившись, он выбрался из-под стола и огляделся в поисках признаков жизни.
Он оказался один… причем в кабинете МакГонагалл. Еще бы знать, почему. Оливер попытался вспомнить события предыдущего дня, но кроме нескольких сцен на квиддичном стадионе с Гермионой и слизеринцами ничего на ум не приходило… так почему же он уснул под столом МакГонагалл?
Вздохнув, Оливер направился к двери, надеясь узнать это у гриффиндорского декана.

* * *

- Ну правда же, - настаивала Джинни, - Снейп, МакГонагалл и Оливер не стали бы так вести себя из-за Гермионы! И вообще, они вчера были какие-то странные. Представляете, что они сделали со мной?
Фред и Джордж мрачно смотрели на нее в ответ, скрестив руки на груди. Джинни вздохнула, понимая, что ничего не добьется, но все равно отказываясь сдаваться. С ее братьями стоило считаться: они были умны и обладали специфическим взглядом на мир. Если их не остановить, война шуток будет переименована в войну Уизли и Грейнджер, а всех обитателей замка придется эвакуировать.
Джинни открыла было рот, надеясь их образумить (вдруг у Гарри с Роном ничего не выйдет), но тут в комнату ворвался сам Рон, и ее охватило отчаяние: он был готов кого-нибудь убить. Рон бросил на нее тот же взгляд, что и близнецы:
- Выметайся.
Сердито посмотрев на него, Джинни вышла, но на лестнице остановилась. Нельзя так просто отступить: если Фред, Джордж и Рон не прислушаются к голосу разума, и быстро, Джинни, Гарри и Гермионе придет конец. Она развернулась, однако дверь была уже закрыта.
Джинни потянулась к ручке двери, но не смогла до нее дотронуться – дверь окружал невидимый барьер. Заклятие недосягаемости.
Джинни знала способ временно ослабить заклинание, но это было непросто: если она не откроет дверь и войдет до того, как заклятие возобновится, ее отбросит назад, и, вполне возможно, она скатится вниз по лестнице, что приведет к серьезным травмам. Приготовившись рвануть ручку двери и забежать внутрь, Джинни произнесла контрзаклятие.
- … время позвать специалиста, - послышался голос одного из близнецов.
- Кого это? – спросил Рон, и Джинни замерла, понимая, что услышать это важнее, чем умиротворить их. Она опустила руку и затаила дыхание.
- Пивза, - хором произнесли близнецы, Джинни мысленно видела их озорные ухмылки.
Заклинание возобновилось, но Джинни было не до того. Пивз своими шалостями способен разогнать целый город. Если уж близнецы и Рон решили привлечь к войне его, то в ближайшее время прислушиваться к голосу разума они не собираются, следовательно, это придется сделать Гарри и Гермионе. Джинни развернулась и бросилась вниз по лестнице.

* * *

Драко очень нескоро перестал кричать, но придя в себя, он тут же был готов идти к Снейпу. Его до смерти перепугал сон (особенно в сочетании с тем, что произошло на квиддичном поле), и пробуждение в объятиях Гарри оказалось последней соломинкой. К черту возможную пользу видений и снов, они должны исчезнуть.
Ранний подъем оказался кстати – у них осталась куча времени, чтобы увидеться со Снейпом до завтрака. Взглянув на Карту Мародеров и удостоверившись, что Снейп уже в своем кабинете, они вышли из башни, игнорируя все вопросы ранее разбуженных их криками гриффиндорцев. Гарри, Гермиона и Драко решительно направились в подземелья, парни с твердым намерением узнать у Снейпа, как избавиться от видений, Гермиона с твердым намерением завербовать его. Спустя несколько минут они постучали в дверь кабинета и услышали разрешение войти.
Первой зашла Гермиона, следом за ней – Гарри и Драко, которые, впрочем, при виде Снейпа сделали шаг назад. Под мантией у него был надет ярко-оранжевый свитер, но, к счастью, мантия была застегнута, и виднелся лишь воротник, что делало Снейпа более похожим на себя самого. Что выглядело более странно, так это его волосы, завязанные сзади, и было не понять, грязные они или нет. В результате его лицо было более открыто и казалось гораздо моложе, примерно как у Сириуса, когда тот бывал в счастливом настроении.
- А, привет! – радостно поздоровался он, и трое студентов содрогнулись, потому что к радостному Снейпу нельзя привыкнуть. – Чем могу быть полезен?
- Нам нужна ваша помощь, - сказала Гермиона и разрыдалась.
Гарри и Снейп уставились на нее, а Драко с отвращением постарался отодвинуться подальше.
- Что случилось? – спросил Гарри, нерешительно подойдя к ней и не зная, как лучше ее успокоить.
- Рон меня ненавидит, - всхлипнула она. – Близнецы собираются замучить меня до смерти! Я прикована к Малфою! Этого что, недостаточно?!
Гермиона собиралась сказать что-то еще, но рыдания одержали верх. Гарри неловко ее обнял.
- Ну, Гермиона, все будет хорошо, - успокаивающе произнес он, попытался погладить ее по голове, но запутался в волосах – она забыла их сегодня расчесать. Гарри решил просто похлопать ее по спине.
- Нет, - всхлип, - не будет! Почему Малфой выбрал, - всхлип, - меня? Он должен ненавидеть тебя! Тебя или Рона! Почему меня?!
- Потому что он козел, - Гарри попытался убить взглядом Драко, который молча передразнивал Гермиону у нее за спиной.
- Он должен быть козлом с тобой! – взвизгнула она, ударив Гарри в грудь кулаком так, что он поморщился.
- Ну-у… шутка бы не сработала, если б это был я, - Гарри пытался придумать, что утешительного можно ей сказать.
- И он предубежден, потому что ты магглорожденная, - вставил Снейп.
- Это не моя вина! – крикнула она. – И в Хогвартсе полно других магглорожденных! Почему нельзя было выбрать кого-то из них?!
- Ну же, посмотри на это с другой стороны, - предложил Гарри. – Вспомни, сколько ты всего сделала, чтобы ему отомстить. Ты внушила ему, что встречаешься со Снейпом… - Гермиона всхлипнула еще громче, и Гарри торопливо продолжил: - ты привязала его к квиддичным воротам…
- Он мне отплатил.
- Да, но это был отстойный ответ.
Она с надеждой посмотрела на него:
- Правда?
- Да. Совершенно отстойный. В смысле, тебя даже никто не видел. Зато как мы ему за это отомстили… Мы с самого первого дня были впереди него.
- Ты сделала так, что его стошнило, - напомнил Снейп. – И еще изводила по-всякому.
Гермиона шмыгнула носом, почти успокоившись… но через три секунды снова разрыдалась.
- Но как же Ро-о-он?! – завыла она сквозь слезы.
- Он успокоится, честно…
- Не произноси это слово!
- А, ну да… Он скоро забудет об этом. Правда. Это ведь ничего серьезного, и… он… успокоится насчет Снейпа… и…
- Да, в утешении людей вам нет равных, Поттер, - сухо произнес Снейп, когда Гермиона расплакалась еще сильнее, вспомнив, почему Рон ее ненавидит.
- Думаете, вы бы справились лучше, а… - возмущенно начал Гарри и замер на полуслове. – Что это у вас в волосах?
- Что? – Снейп провел рукой по макушке, но Гарри смотрел на его хвост, который удерживала розовая лента, завязанная в…
- Бант? Это что, бант?! – недоверчиво воскликнул Гарри.
Драко посмотрел на Снейпа, и даже Гермиона перестала плакать и повернулась взглянуть.
- А, да, - Снейп пожал плечами. – Мне нечем было завязать волосы, а одна из хаффлпаффок обернула этой лентой свое сочинение…
- Да что с вами такое?! – внезапно крикнул Драко, и все подпрыгнули. Он подошел к Снейпу, схватил его за плечи и начал трясти. – У вас в волосах розовый бант! Придите, наконец, в себя!!!
- Хва-ватит! – выдавил Снейп.
- Бант, - пробормотал Гарри, тряся головой. – Что дальше?
- Мы свели Снейпа с ума! – завопила Гермиона, разрыдавшись еще сильнее. – Никогда не получим работу в министерстве… в справке со школы напишут: «довели учителя до розовых бантов!»... обречены… вся жизнь разрушена… я никогда не выйду за Рона!
- Ты прекратишь выть?! – закричал Драко.
- Ну-ну, Грейнджер… все хорошо…
- Снейп носит бант, - застонал Гарри, прижимая ладони к глазам под очками, как будто пытаясь выдавить из них этот образ.
Снейп положил руку на плечо Гермионе:
- Не волнуйся, Грейнджер… просто думай как слизеринка. Направь всю эту злобу в ужасающую, зловредную месть!
- Сказал мужик с бантиком, - рыкнул Драко.
- Это все вина Малфоя, - заныла Гермиона.
- Вот это верно, - пробормотал Гарри.
- Успокойся, мы придумаем, как все исправить. Глазом моргнуть не успеешь, как твой парень будет снова с тобой, и ты окончишь школу, устроишься на хорошую работу, выйдешь замуж, заведешь кучу детей и собаку…
- Что здесь происходит?
Все оглянулись: в дверях стояла слегка усталая и бледная, но в целом нормальная МакГонагалл. Она посмотрела на плачущую Гермиону, успокаивающего ее Снейпа, изнуренного Гарри и взбешенного Малфоя.
- Не важно, - она тряхнула головой. – Даже знать не хочу. Северус, ко мне сейчас зашел Вуд, он сбит с толку и выглядит так, словно его переехал грузовик; ему нужно хорошее, сильнодействующее зелье. Вы трое сегодня после завтрака пишете контрольную по чарам, а после обеда по трансфигурации…
- А вас я тоже довела? – тихо спросила Гермиона.
- Что? – нахмурилась МакГонагалл.
- Я свела вас с ума, да? Вы теперь будете носить в волосах розовые бантики и насвистывать, работая? И вы дадите мне плохую рекомендацию, когда я окончу школу? Мне так жаль!!!
- Она немного расстроена, - извиняющим тоном произнес Снейп.
- Да неужели? – буркнул Гарри.
- Грейнджер! Возьми себя в руки! У меня проблемы похуже! – рявкнул Драко. – Я не могу выбросить тебя из головы, а ты просто стоишь и…
- Не можешь выбросить из головы? – Снейп ухмыльнулся и посмотрел на фыркнувшую МакГонагалл.
- Я и Малфоя свела с ума!
- Гермиона, это же хорошо, - раздраженно сказал Гарри.
- Все моя вина… Снейп… ни за что не надо было… засосы! Какой стыд! – Гермиона шлепнулась на стул, что стоял перед столом Снейпа, и продолжила плакать. К счастью, кроме Гарри, ее никто не слушал, иначе Драко бы непременно воспользовался возможностью позлорадствовать над ее признанием, а МакГонагалл была бы потрясена и потребовала объяснений. Гермиона начала что-то бессвязно бормотать сквозь слезы обо всем от паролей до отбивных.
Драко закатил глаза и повернулся к преподавателям.
- Как мне остановить видения, профессор? – устало спросил он Снейпа. – Я больше не могу их видеть.
- Боюсь, придется, - Снейп еле заметно улыбнулся. – Их нельзя остановить.
- В каком это смысле, нельзя остановить? – внутри Драко начала расти паника. – Они должны остановиться! Я не могу видеть сны о Грейнджер, это отвратительно!
- Если бы я знал, как от них избавиться, то сказал бы, - ответил Снейп, его лицо было непроницаемо, но почему-то все равно казалось неискренним.
- Вы… вы… Тогда как насчет той фигни, что делал Поттер, когда был рядом с Темным Лордом? Окклу… окко… около-мен…
- Окклюменция, - вмешалась МакГонагалл, которая, похоже, изо всех сил старалась не рассмеяться, - предназначена лишь для защиты от атак на сознание. Если бы кто-то пытался напасть на вас через…
- Кто-то пытается! Это дух сыра! Он атакует мой мозг! – Драко потыкал себя пальцем в лоб, кивая с выпученными глазами; он походил на ненормального.
- Нет, - лицо Снейпа отчаянно дергалось, пока он пытался сдержать смех, - видения – это не атаки. Ты можешь прекратить их не больше, чем провидец может остановить…
- Но я должен их остановить! – взвизгнул Драко. – Научите меня около-менции, я должен сделать хоть что-то! Взгляните на меня! Я прикован к Грейнджер! Я проснулся в постели с Поттером!
Драко топал ногой, судя по виду, сам готовый расплакаться. Снейп и МакГонагалл потрясенно уставились на него, и Драко вдруг понял, как прозвучали последние слова. Негодующий, возмущенный и совершенно неспособный что-то с этим сделать, Драко взвыл.
- А, чтоб вас всех! – завопил он и бросился вон, только чтобы шлепнуться на спину и вспомнить о цепи.
На какое-то время наступила тишина, прерываемая лишь всхлипами Гермионы. Гарри, который все это время старался ее ободрить, решил, что внезапное падение Драко вполне может поднять ее дух. С все теми же мягкими, словно он утешал испуганного ребенка, интонациями Гарри произнес, слегка потряся Гермиону за плечо:
- Смотри-смотри! Малфой грохнулся!
Он не знал, почему сказал именно это, просто выпалил первое, что пришло на ум. Его слова заставили Гермиону поднять взгляд: увидев лежащего на полу и злобно глядящего в потолок Драко, обычно бледное лицо которого сейчас напоминало помидор, она хихикнула сквозь слезы и улыбнулась.
Для Драко это оказалось последней соломинкой.
Он яростно взревел и вскочил на ноги, заставив всех отступить назад и потянуться за палочками. Прежде чем кто-то успел ему помешать, Драко прыгнул на Гарри.
Он не пытался ударить его кулаком или ногой, удушить или сделать что-то еще. Он просто врезался в гриффиндорца как товарный поезд и продолжал двигаться, пока оба не наткнулись на стол Снейпа и, проехав по нему и сбив несколько банок с заспиртованными образцами, приземлились на пол. Гермиону швырнуло об стол, да так, что она вскрикнула, и МакГонагалл бросилась ей помочь, пока Снейп оббежал стол, чтобы прекратить драку.
- Вы целы? – взволнованно спросила МакГонагалл у Гермионы. Та слабо кивнула, прижимая свободную руку к животу. МакГонагалл поспешила обойти стол и подняла волшебную палочку. – Остолбеней! – крикнула она, прицелившись в Драко, который, забыв обо всем, молотил кулаками Гарри.
К сожалению, Снейп не заметил ее и, пытаясь разнять мальчиков, оказался на пути заклинания. Красный луч света попал ему в спину, и Снейп упал рядом с Гарри и Драко.
- Ч-черт, - пробормотала МакГонагалл, снова поднимая палочку.
- Вы что, ругнулись? – воскликнула Гермиона.
- Грейнджер, сейчас не время… - начала МакГонагалл, но Гермиона ее прервала.
- Но вы не можете ругаться! – горестно закричала она. – Вы же учитель! Мой лучший учитель! Я и вас свела с ума! Это все вина Малфоя!
И прежде чем МакГонагалл смогла ее остановить, Гермиона прыгнула на Драко.

* * *

Где-то между гриффиндорской башней и четвертым этажом беспокойство Джинни переросло в панику. Гарри, Гермиона и Драко уже ушли из комнаты, не зная, что Фред, Джордж, Рон и Пивз собираются превратить их жизнь в ад. Джинни была обязана их найти, она уже оббежала все места, куда эти трое могли исчезнуть.
Когда близнецы рассказывали ей о своих проделках, Джинни всегда думала: «Как хорошо, что я их сестра, они никогда не сотворят со мной чего-нибудь действительно ужасного». Но теперь на родство рассчитывать не приходилось. Близнецы стали официальными игроками в войне шуток, и все, кто не на их стороне, обречены. Их розыгрыши будут в сто раз хуже, чем те, что они предлагали Гарри и Рону. Джинни должна убедить Гермиону и Гарри отступить, пока они не оказались в больнице святого Мунго.
- Я так больше не могу, - пробормотала Джинни, понимая, что нервы ее на пределе.
Она уже не помнила, когда в последний раз нормально спала, ей постоянно досаждали охотники за сплетнями, ее все еще подташнивало после вида блюющего Гарри, и она до сих пор не могла забыть историю с лимонными дольками. Уж кого-кого, а Дамблдора не стоило иметь во врагах. Изнуренное сознание Джинни бросило поиски разумных объяснений – в Хогвартсе их, похоже, больше не существовало – и убедило ее, что у директора поехала крыша, и он решил убить всех, кто хоть раз в жизни попробовал лимонную дольку. Единственное, что ей оставалось, дабы не попасться ему на пути – это держаться подальше от Снейпа, МакГонагалл и Вуда. Более того, Джинни подумывала пойти и спрятаться, как только разберется с нынешней проблемой.
Она побывала уже где только можно и как раз спустилась в холл, намереваясь проверить кухни, когда услышала яростный крик, доносящийся из подземелий.
Драко.
Джинни бросилась вниз по лестнице, ориентируясь на крики Драко, Гарри и Гермионы.
Если бы она остановилась и подумала, то поняла бы, что те трое могут находиться лишь в кабинете Снейпа… последнем месте, где она сейчас хотела бы оказаться.

* * *

- Грейнджер! – воскликнула МакГонагалл, не столько от неодобрения и потрясения, сколько от недовольства, что Гермиона выбила у нее из рук волшебную палочку, улетевшую в сторону двери. Зная, что ей не справиться с тремя подростками голыми руками, МакГонагалл бросилась ее искать.
- Умри, сволочь! – взревела Гермиона, запрыгивая на спину Драко, который как раз встал. Она обхватила его ногами за талию, одной рукой вцепилась в волосы, а другой принялась колотить его по голове.
- А-а! Отвали!
- Получай!
Гарри воспользовался моментом, чтобы вскочить на ноги и собирался ударить Драко, но тот, боясь потерять равновесие из-за Гермионы, сделал единственное, что ему оставалось, и развернулся так, чтобы гриффиндорка оказалась между ним и Гарри. Он не рассчитал, что инерция заставит их врезаться в того.
Они ударились о полку с образцами зелий и заспиртованными созданиями. Все трое закричали, когда сверху на них обрушился дождь из битого стекла, неизвестных жидкостей и склизких тварей, хотя даже это не вполне остановило драку. Как только тошнотворный душ закончился, Малфой отнял руки от лица, отцепил от себя Гермиону и бросился бежать. Он был уже почти у двери, когда его снова остановила цепь. На этот раз он приземлился на живот и не успел придти в себя, как на нем уже была Гермиона.
Затем между Гарри и Гермионой случилась своеобразная гражданская война: Гарри пытался столкнуть подругу с Драко, а та, в свою очередь, отталкивала его. Оба не хотели друг друга ранить, но каждый считал, что именно он должен избить Драко. Слизеринец в это время умудрился выползти из-под них и встать на ноги, но, наученный горьким опытом, больше убегать не стал. Прежде чем он смог придумать, что делать дальше, Гарри и Гермиона заметили его отсутствие и вскочили. Отпрыгнув в сторону, Драко увидел краем глаза поднимающуюся МакГонагалл с палочкой в руке и наконец вспомнил, что он волшебник.
Гарри и Гермиона выхватили палочки одновременно с ним, гриффиндорка начала сложный взмах, и все трое прокричали первые слоги заклинаний…
… когда между ними возникла Джинни с криком: «Берегитесь Пивза!»
Говорят, лучший способ привлечь чье-то внимание, это их поразить. Так вот, мало что способно поразить сильнее, чем возникшая словно из воздуха напуганная рыжеволосая девчонка, кричащая, что за вами летит полтергейст.
- Чего? – хором спросили Гарри, Гермиона и Драко, но Джинни не сразу смогла ответить, задыхаясь от быстрого бега.
- Пивз… близне… цы… всерьез… нам… крышка… бросьте… - Джинни выпрямилась и огляделась. Она нервно сглотнула, глубоко вздохнула несколько раз и с выпученными глазами повернулась к Гарри и Гермионе. – Мы в кабинете Снейпа!
- Да, и у нас дуэль, - закатил глаза Драко. – В сторонку?
- Но что, если это правда?! Вы чокнутые? Дамблдор нас всех убьет! – бедная, невыспавшаяся, паникующая Джинни была готова упасть в обморок.
- Уизли, чего вы лепечете? – спросила МакГонагалл.
Услышав ее голос, Джинни взвизгнула и отпрыгнула подальше от двери, к столу Снейпа:
- Не по-подходите, в-вы, воровка конфет! Мне и так хватает проблем!
- Я вижу, - буркнул Драко, он опустил палочку и слегка успокоился, поняв, что у Уизли тоже сегодня плохой день. Он осторожно поднял руку к лицу: левый глаз стремительно опухал и уже плохо открывался.
- Тихо, Джинни, успокойся, - автоматически произнес Гарри, потихоньку привыкающий успокаивать людей.
- Уизли… насчет вчерашнего… - смущенно начала МакГонагалл.
Джинни склонила голову набок и как будто начала приходить в себя… но тут рядом с ней вскочил на ноги Снейп с криком:
- Я цел! Я цел! Не волнуйся, я их остановлю!
Прежде чем он осознал, что был оглушен и пропустил большую часть битвы, Джинни сорвалась: внезапного появления Снейпа так близко ее нервы уже не выдержали.
- Не подходи!!! – взвизгнула она и бросилась к двери, но врезалась в кого-то и упала. Гермиона и Гарри кинулись ей помочь, однако не успели: Джинни подняла взгляд и увидела, кто ее остановил – Оливер Вуд.
- Прости пожалуйста, Джинни, - он протянул ей руку.
- А-а-а-а-а!!!
Чудовищный крик Джинни заставил всех поморщиться, а Оливер схватился за голову и застонал. Джинни оттолкнула его и бросилась бежать, крича во все горло.
Оливер, не имевший ни малейшего понятия, что ее так расстроило (его воспоминания о пьяных эскападах оставались весьма смутными), уставился ей вслед.
- Что я такого сделал? – спросил он, поворачиваясь обратно и оглядывая класс… напоминающий поле битвы.
Пол устилали разбитые банки и их неприятное содержимое. Снейп казался раздраженным, его волосы выбились из хвоста, завязанного розовым бантом. МакГонагалл устало стояла в углу, держа в опущенной руке волшебную палочку. Гарри, Гермиона и Драко были все в порезах, синяках и непонятной слизи.
- Вы хоть когда-нибудь обходитесь без драм? – с досадой спросил Оливер. – У вас бывал нормальный день или хотя бы нормальные двадцать минут?
- Не-а, - уныло ответили Гарри и Гермиона.
Оливер вздохнул:
- А что с Джинни?
- Э… это неважно! – вмешалась МакГонагалл. – Вы трое… вам стоит пойти в больничное крыло… и минус пятьдесят баллов с Гриффиндора и Слизерина… да, в больничное крыло, давайте, вы все в крови…
Гарри, Гермиона и Драко вышли, изнуренные полученными ранениями, резким спадом уровня адреналина и жизнью в целом. Оливер потряс головой, заметив, что за ними тянется след из слизи, крови и битого стекла. Вдали все еще слышались крики Джинни; поморщившись от отдающихся эхом звуков, Оливер закрыл дверь.


От переводчика: Четвертое сентября – это ведь почти что август, правда? ^_^
Меня несколько раз спрашивали в отзывах, почему я не пользуюсь компьютерными переводчиками. Так вот, в чем смысл? Результат они выдают просто ужасный и разве что помогают понять, о чем говорится в тексте, тем, кто не знает языка. Художественный же перевод – это совсем другое. Не переводить слово за словом, а понять, о чем говорилось в оригинале, и выразить это по-русски, с соблюдением правил не только грамматики, но и стилистики, чтобы все диалоги и описания звучали естественно, как будто и были изначально написаны на нашем языке.
Простите за маленькую лекцию, просто хотелось прояснить этот момент. Я и за фанфик-то взялась отчасти для того, чтобы научиться переводу. Да, у меня не всегда хорошо получается (как перечитаю некоторые из старых глав, что еще не отредактированы, так содрогнусь), но я стараюсь совершенствоваться.
И поздравляю с началом учебного года!


Глава 33. Драко, фанат Бритни


После короткого визита в Больничное крыло, за время которого мадам Помфри раз шесть предупредила их, что "если Дамблдор хоть подумает оставить кого-то из вас на второй год, клянусь, я уволюсь!", Гарри, Гермиона и Драко, не сговариваясь, направились на кухню. Наверняка уже вся школа знает о громком пробуждении Гарри и Драко, а они не имели желания никому ничего объяснять. Прибавить к источникам для сплетен большую общую кровать, слизеринскую тренировку по квиддичу, Сырный дух и его изгнание, покушение Гермионы на руку Драко - и это только со вчерашнего дня, не считая трех предыдущих. Обычно Гермиона, Гарри и Драко нормально сносили шепотки, подшучивания и оскорбления, но прямо сейчас им не нужны были дополнительные раздражители.
К сожалению, есть очень мудрая поговорка: "Ты не всегда можешь получить желаемое". Когда они уже подходили к картине с фруктами, из кухни вышел Филч.
- А вы что здесь делаете? - он требовательно уставился на них.
- Ничего, - ответили Гарри с Гермионой. Лицо Филча приобрело скептическое выражение: он знал так же хорошо, как и Гермиона и Гарри, что в данной части школы интерес представляют лишь кухня и гостиная Хаффлпаффа.
Драко закатил глаза: для двух гриффиндорцев, вечно избегающих наказания за нарушенные правила, лгали они весьма неумело.
- Мы просто гуляли, - спокойно произнес он. - Это незаконно?
- Вы собирались устроить какой-то розыгрыш, так? - Филч обшарил глазами коридор, как будто надеясь увидеть машину для исполнения проделок.
- Ну да, - Драко снова возвел глаза небу, - ведь мы с Поттером и Грейнджер - такая дружная команда.
Гарри засмеялся, а Гермиона хихикнула, но веселье быстро сменилось ужасом при мысли о том, что их заставил смеяться, причем не снисходительно, Драко Малфой.
Филч казался не менее удивленным, чем они, и сделал шаг назад.
- Вы должны быть на завтраке. Пошли, пошли, - он указал на лестницу за их спинами.
Гарри с Гермионой в легкой панике переглянулись.
- Мистер Филч, - нашлась Гермиона, - моя обязанность как старосты школы патрулировать коридоры...
- Патрулируют лишь по ночам, и ваша очередь по средам и четвергам. А теперь отправляйтесь завтракать, и если я снова поймаю вас здесь, не избежите отработок.
Помедлив, Гермиона и Гарри неохотно повернулись и поплелись к лестнице. Драко злобно посмотрел на Филча, но так и не придумал, как пройти мимо того, не заработав себе неприятностей, к тому же не стоило давать знать школьному персоналу, что местоположение кухни - не такой уж и секрет.
- Излишнее любопытство может сгубить чью-то кошку, - заметил он (Филч огрызнулся, но казался слегка встревоженным) и отправился вслед за гриффиндорцами, оставив Филча что-то сердито бормотать у входа в кухню.
- Полагаю, завтрак мы пропустим, - сказал Гарри.
Гермиона закусила губу:
- Может, Джинни нам его принесет?
- Сомневаюсь. Она мне показалась слегка... э-э...
- Психованной, - подсказал Драко. Он всегда любил поговорить - неудивительно, если вспомнить его самоуверенную и хвастливую натуру, - и решил: раз уж угрюмое молчание закончено, можно побаловать себя оскорблениями и ссорами.
- В общем, думаю, ей охота туда идти не больше нашего, - Гарри очень старался не обращать внимания на Драко.
Гермиона вздохнула:
- Ну и что нам теперь делать? Швырять заклятьями в любого, кто подойдет близко?
Гарри замер, раздумывая, а затем ухмыльнулся и достал волшбную палочку.
- Гарри, я же не серьезно!
- Да, но больше никто этого не знает, а я хочу есть, - и он отправился к дверям Большого зала.
Гермиона вздохнула и также достала палочку.
- Мальчишки, - буркнула она, - чем вы только думаете?
Драко все еще пытался сочинить хорошую остроту о скрытом смысле ее фразы, когда они вошли в зал. Большинство учеников уже были здесь: многие гриффиндорцы, хаффлпаффцы и рейвенкловцы сидели за столами других факультетов, обмениваясь сплетнями или, возможно, обсуждая идеи для войны шуток. За столами Рейвенкло и Хаффлпаффа затесалось даже несколько слизеринцев. Появление Гарри, Гермионы и Драко не прошло незамеченным, но подойти к вооруженной палочками группе никто не осмелился.
Во время завтрака их побеспокоил лишь Колин Криви, спросив, почему Джинни в Больничном крыле, нервная и с нездоровым видом. Гарри и Гермиона не смогли ответить ничего толкового, а Драко, открыв рот, получил под столом два пинка и передумал. Большую часть его синяков мадам Помфри вылечила, и он не горел желанием получить новые.
Есть, держа в одной руке волшебную палочку, оказалось нелегко, и когда Гарри выронил свою, остальные двое поначалу не обратили на это внимания. Гермиона решила, что у него не выходит пользоваться столовыми приборами одной рукой, а Драко было просто все равно. Лишь когда Гарри ахнул, они заметили, что он замер, уставившись в никуда.
- У него видение, - пробормотал Драко.
У Гарри и вправду было видение, и оно не имело ни малейшего смысла. Драко в маггловской одежде сидел на пасажирском сидении автомобиля, пристегнутый ремнем, за окном мелькали заснеженные деревья. Это само по себе было странно: Малфои презирали все маггловское и, в отличие от Уизли, скорее всего, никогда не ездили в машине. Но самым удивительным было другое. Драко пел.
Его руки были широко распахнуты, волосы взьерошены, и сам он казался напуганным, как будто его заставили петь под прицелом ружья. Пел он не особенно хорошо, к тому же отчаянно фальшивил. Но все это Гарри заметил мельком, сосредоточившись на словах.
Видение закончилось внезапно, и Гарри рывком вернулся в настоящее. Сбитый с толку, он попытался найти в видении смысл, радуясь, что оно было не о них троих. Гарри знал слова песни, но не мог вспомнить, откуда: на Святочном балу он не особенно прислушивался к "Видуньям", а это была единственная известная ему группа в волшебном мире... значит, песня маггловская...
И тут его осенило: Бритни Спирс! Эту песню включали в магазинах и временами распевали на улицах в Литтл Уингинге. Драко пел песню Бритни Спирс? Это не имело ни малейшего смысла...
- Ну, что там было? - нетерпеливо спросил Драко.
- Ты пел. Песню. Бритни Спирс.
Гермиона уставилась на Драко:
- Ты знаешь Бритни Спирс?!
- А кто это? - не понял тот.
Гарри закатил глаза:
- Не притворяйся, ты определенно знаешь, кто она. В моем видении ты распевал "Шлепни меня еще раз".
- Вроде хорошее название, - нахмурился Драко.
- "Малыш, давай еще раз", - поправила Гермиона.
- Ты фанатка Бритни Спирс? - поразился Гарри.
- Нет, я... да это неважно! Гарри, с какой стати Малфою распевать песни Бритни Спирс? Что еще ты помнишь?
- Не уверен, - Гарри пожал плечами. - Он сидел в автомобиле, на пассажирском сидении...
- Автомобиль? Я никогда не ездил в автомобиле. С чего мне начинать сейчас?
- Ну, ты казался напуганным, но...
- Все, теперь я точно знаю, что это ложь, - раздраженно вмешался Драко. - Люди, откройте глаза. Вам не кажется хоть чуточку странным, что в этих "видениях" мы делаем то, чего никогда бы не стали делать в жизни, а единственный, кто знает о них правду, это Снейп? Это не видения, это иллюзии!
- Интересная мысль, - протянула Гермиона, - фальшивые видения...
- Да брось, Гермиона, ты веришь Малфою?
- Но это имеет смысл, - неохотно признала она, - куда больше смысла, чем все остальное.
- В последнее время вообще ничто не имеет смысла, - продолжал настаивать Гарри.
- Да... это меня и беспокоит. Подумай, что вероятнее: укус Сырного духа вызывает провидческие способности или укус Сырного духа вызывает галлюцинации? А Снейп... он единственный, кому известно, что происходит на самом деле, и если бы я не знала, что у него не самое развитое воображение, и он не станет намеренно подставляться под насмешки, то поставила бы все свои деньги на то, что вся эта его счастливая персона - лишь притворство. Это заставило нас понервничать - да что там нас, всю школу, - что Снейпу как мана небесная. А теперь вы с Малфоем психуете, думая, что видите настоящее будущее: Снейпа это должно лишь радовать.
- Вот только Снейп никогда не радуется, и даже ради шутки он не станет повязывать в волосы розовый бант, носить рождественский свитер и делиться с нами детскими воспоминаниями.
- А кто сказал, что это были настоящие воспоминания? - неожиданно заговорил Драко. - Снейп умен. Он мог придумать эту историю, чтобы заставить меня сварить зелье. Иначе он ни за что не стал бы признаваться, что был влюблен в мать Поттера.
- Я слишком часто имел дело с видениями, чтобы просто так списать их со счета, - заупрямился Гарри. - Нам нужно снова поговорить со Снейпом.
Гермиона вздохнула:
- Послушай, Гарри, может, ты прав, и нам не стоит их игнорировать. Хотя я не могу себе даже представить, что подобное случится на самом деле... но ведь Снейп помогал нам, он понимал, что, делясь со мной идеями для шуток, делает добро и тебе...
- Ему нельзя верить, - сказал Драко. - Неважно, как он тебе помог, Грейнджер, наверняка это было лишь средством для достижения цели.
- Ты вообще на чьей стороне? - возмутилась Гермиона.
- Не на твоей, - отрубил Драко и дернул головой в сторону Гарри. - И не на его.
Гермиона замерла, вдруг вспомнив, с кем говорит: их дискуссия была точь-в-точь такой же, как и те, что вечно происходили у них с Гарри и Роном. Гермиона постаралась стряхнуть жутковатое ощущение от того, что они решают проблему с помощью Драко Малфоя вместо Рона, и снова повернулась к Гарри:
- Я не знаю, правдивы ли ваши видения - главным образом, потому что вы мне почти ничего о них не рассказываете, - и я не знаю, что на уме у Снейпа...
- Он сказал, что остановить видения нельзя, как раз когда ты плакалась о несправедливости жизни, - вмешался Драко. - Я уверен, что он солгал.
- С кем-то, настолько подкованным в окклюменции, нельзя сказать наверняка, - парировала Гермиона.
- Эй, я знаю окклюменцию, но ты все равно обычно видишь, если я лгу, - произнес Гарри.
- Прекрати менять стороны! - взвизгнула Гермиона, топнув ногой.
- Я не меняю, я на стороне "Видения настоящие, а Снейп чокнулся", - возразил Гарри.
- Послушайте, знает он правду или нет, ему нельзя верить, - сказал Драко. - Должен быть какой-то другой способ, заклинание, чтобы проверить правдивость пророчества, или что-то в этом роде...
- Вот бы Фред с Джорджем были на нашей стороне, - вздохнула Гермиона. - За годы поисков всего, что могло стать полезным для их магазина, они навострились в исследованиях.
- Что, ты не хочешь идти в библиотеку? - фыркнул Драко. - Это с тобой впервые.
- Слушай, ты, злобный слизень, - рявкнула Гермиона, - хочешь избавиться от видений - закрой рот. Мы с Гарри шесть лет решаем такие загадки, справимся и с этой. Хочешь помощи, так перестань меня злить, а не то будешь молить о пощаде, когда я с тобой закончу, понятно?
Драко закатил глаза:
- Ладно, ладно. Если уберешь эти видения, я оставлю тебя в покое, пока не снимут цепь.
- Вот и отлично, - подвела итог Гермиона, но затем вздохнула. Она знала, что уже через пару минут он одумается, но даже это было лучше, чем терпеть его оскорбления беспрерывно.

* * *

- Запретный лес.
- Это лучшая идея.
- Не слишком далеко от опушки.
- Их должны увидеть.
- Значит, лишь после контрольных.
- Последние выходные перед отъездом...
- Не пойдет, все, кроме малышни, будут в Хогсмиде.
- Убедим их не ходить...
- И это насторожит наших жертв.
- Точно, им не следует знать.
- Гарри пока оставим, лишь Гермиона и Малфой.
- Да, иначе они сразу поймут, кого благодарить.
- Но об этой шутке все равно никто не знает.
- Как же, здесь полно учеников, чьи родители посещали Хогвартс во времена Мародеров.
- Да, но кто станет делиться с детьми идеями розыгрышей?
Рон сидел на кровати у себя в спальне и ел бутерброды, с любопытством наблюдая за близнецами. Те расхаживали туда-сюда по комнате и кидали друг другу все новые идеи... то есть, Рон так предполагал: на самом деле он не представлял, что они имеют в виду.
- Слизеринцы. Кто-нибудь вроде Боунсов. Папа наш.
- Точно, надо у него спросить!
- Слишком рискованно. Если мама узнает...
- Черт, надо было раньше додуматься.
- Ну, если потом нам нужны будут еще идеи, можно повторить кое-какие из наших трюков с седьмого курса...
- Нет, это будет подозрительно, их ведь уже видели.
- Но тогда все были сосредоточены на Амбридж.
- Старая карга, надеюсь, она еще в Святом Мунго...
- Вот бы за ней пришли кентавры...
- Вот бы Пивз забил ее до смерти тростью МакГонагалл!
- Мы отклонились от темы.
- Блин... ладно, значит, мы наносим удар...
- Но она не должна ни о чем догадаться.
- Об остальных можно не беспокоиться...
- Да, Гарри не глуп, но видит в людях лучшее.
- А Гермиона заблуждается лишь насчет учителей.
- Эй, а может, поговорим с Вудом?
- Когда я буду в следующий раз говорить с Вудом, я из него отбивную сделаю.
- Ах да, я и забыл. Но он наверняка был под мухой.
- Или под кайфом.
- Под чем бы он ни был, надо это попробовать.
- Может, у него еще осталось. И вообще, к чему злопамятность?
- Превосходная мысль... и мы снова отклонились от темы.
- Точно. Ладно, главная проблема - как разделить Гарри и Гермиону.
- Можно использовать Рона.
- Как? Заставить целоваться с Гермионой в кладовке для метел?
- Почему нет? Гарри точно не станет стоять рядом. Они близки, но не настолько.
- Приятель, она прикована к Малфою.
- Ах да.
- Так что вряд ли она согласиться лизаться под взглядом Малфоя.
Рон подавился бутербродом.
- Фред, мне теперь кошмары будут сниться.
- Прости-прости. Короче... не все же время они проводят вместе?
- Нужно узнать их расписание.
- Она что-то говорила по дороге к Хагриду, еще до битвы едой...
- Да, точно! У нее древние руны после обеда в четверг и изучение магглов по пятницам...
- Похитим ее сразу после обеда.
- Нет, в это время она должна быть на уроке, пропажу быстро заметят...
- А если она не придет на контрольную, кто-то вообще может пойти к Дамблдору.
- И Дамблдор решит, что ее похитил беглый Пожиратель.
- Тогда нам кранты и в перспективе камера на двоих в Азкабане.
- Значит, сделаем это после урока, но пока она еще не встретится с Гарри...
- Мало времени и много народу в коридорах.
- Значит, нужно избавиться от Гарри...
- Но как?
- Оглушить ударом по голове?
- Не-е... можно запереть в кладовке.
- Или раздуть ему голову, как он - Малфою.
- Стой! Он же получил за это отработку...
- В пятницу!
Близнецы прекратили расшагивать по комнате и обернулись к Рону с ликующими ухмылками.
- Мы ударим в пятницу! - хором воскликнули они.
- Кого ударим? - не понял Рон.
Близнецы переглянулись и вздохнули.


От переводчика:
Песня Бритни Спирс, упомянутая в тексте, - ее дебютный сингл "(Hit Me) Baby One More Time".

Прошу прощения, что вам опять пришлось так долго ждать новой главы. Как я уже объясняла в отзывах, осенью у меня сломался компьютер, а переводить без хорошего словаря, установленного на нем, обращаясь лишь к собственным словарным запасам (плюс, изредка Гугл в Интернет-клубе), оказалось сложнее и дольше. Ну и уже переведенная часть главы оказалась потеряна. Покупка нового компа пока откладывается, впрочем, следующую главу я надеюсь выложить довольно скоро.
К информации: я завела дневник, где фанфик будет обновляться чаще, но небольшими отрывками, по мере перевода. То есть, скажем, первая половина следующей главы должна там появиться уже на днях, а как только глава будет переведена полностью, она появится здесь. Если интересно, адрес в моем профиле.


Глава 34. Вся правда о видениях


- Так что здесь произошло? - спросил Оливер, оглядывая разгромленный класс.
- О, все как обычно, - сухо отозвалась МакГонагалл. - Поттер и Грейнджер подрались с Малфоем. Из-за того, что свели друг друга с ума, что-то вроде этого. Затем прибежала вопящая Уизли.
Снейп ухмыльнулся и наклонился поднять с пола склизское зеленое существо.
- Это было великолепно: "Малфой грохнулся!" - передразнил он Гарри.
МакГонагалл засмеялась:
- Мне больше понравилось, как Грейнджер прыгнула на Малфоя. Я никогда не видела, чтобы она вот так начала кого-то избивать.
- Эту часть я пропустил, - заметил Снейп, восстановив взмахом палочки стеклянную колбу и бросая туда зеленое существо. Колба сразу начала заполняться той же слизью, которая сейчас покрывала полы. - Наверное, потому что кое-кто меня оглушил.
- Прости пожалуйста, Северус, - МакГонагалл попыталась удержаться от смеха, но не смогла.
Оливер тряхнул головой, не в состоянии сейчас переварить эти необычные сведения.
- Минерва сказала, у вас должно быть зелье от похмелья, - обратился он к Снейпу.
- Верхний ящик, - Снейп указал на свой письменный стол. - Там будет куча склянок, ищите те, где написано: "Не надо было столько пить, Северус".
Оливер недоуменно посмотрел на него и выдвинул верхний ящик стола. Ящик оказался разделен на отделы, в каждом до десятка одинаковых флаконов. На флаконах красовались странные надписи, вроде "Знаешь ведь, что не перевариваешь Тайскую кухню, дурак" и "Как снизить давление без Антистрессового зелья? Просто бросить эту работу". Почерк, правда, был не Снейпа, что уменьшало нелепость ситуации.
- А, ты все-таки использовал подписывающее устройство, которое тебе подарил Филиус, - отметила МакГонагалл.
- Помолчи, ты, - шутливо проворчал Снейп.
МакГонагалл хихикнула:
- Значит, у мистера Малфоя видения о Грейнджер, да?
- Интересно, правда? - ухмыльнулся Снейп.
- Что у него о Гермионе?! - взвился Оливер.
- Молчи и пей свое зелье, - МакГонагалл подошла и уселась за стол Снейпа с видом девчонки, которой не терпится обсудить новые сплетни. - Как считаешь, почему, читая заклинание, он думал о ней?
- Потому что она пыталась его остановить, - предположил Снейп, - хотя могли быть и... другие причины.
- О, Поттер будет в ярости! - обрадовалась МакГонагалл.
- Дорви... Дух сыра укусил и его. Сомневаюсь, что он пришел ко мне ради Драко - у него тоже могут быть о ней видения. Или... если он в то время смотрел на Драко, пытаясь понять его действия...
- Неудивительно, что он с ума сходит! - воскликнула МакГонагалл, хлопнув в ладоши.
- Вы вообще о чем? - Оливер уже проглотил зелье и подозрительно за ними наблюдал.
- О Поттере, Грейнджер и Малфое, - пояснила МакГонагалл. - Не помню, говорили мы тебе вчера или нет... видишь ли...
- Вчера на моем уроке Драко призвал злобного Сырного духа...
- А существуют сырные духи?
- О да. То есть, вообще-то это был сырный демон, но речь не о том. Этот Дух Сыра появляется, если неверно сварить определенное любовное зелье, сложный состав, который, будучи приготовлен правильно...
- Драко... Малфой?! Пытался сварить любовное зелье?
- Да, хотя его мотивы были далеки от любовных, но, опять-таки, речь о другом. Как я говорил, если все сделано верно, зелье сработает только на том, кого ты представлял себе, читая заклинание - в данном случае это стихотворение о любви, сочиненное самим заклинателем...
- Малфой сочинил...
- Да, Вуд, сочинил! Хватит меня перебивать! Если же ошибиться в приготовлении, появляется Дух Сыра. Тот, кого он укусит, будет видеть сны о человеке, на которого было направлено заклинание, и все время о нем думать. Еще он получит возможность заглядывать в будущее, хотя пользы здесь чуть.
- Малфой может видеть будущее?! - Оливер был объяснимо встревожен.
- Ну, как сказать. Обычно видения посвящены все тому же избранному человеку, и хотя они правдивы, понять, что имелось в виду, можно лишь когда события случатся на самом деле.
- А при чем здесь Гермиона? - спросил Оливер.
- Драко сказал, что никого себе не представлял, пока читал заклинание... но теперь он не может избавиться от мыслей о Грейнджер. Значит, он все-таки думал о ней, либо потому что она сидела рядом или, возможно, пыталась его остановить...
- Либо она ему нравится, - закончила МакГонагалл с озорной ухмылкой.
- Теперь Поттер. Он тоже мог тогда думать о Грейнджер... а может даже, о Грейнджер и Драко сразу. Значит, теперь ему будет снится, что он влюблен в Грейнджер, Драко или кого там еще, и являться видения об их будущем...
- А наш дорогой Малфой все время думает о Грейнджер, - закончила МакГонагалл.
- Это как карма. Попытаешься вмешаться в чью-то свободу воли, да еще и окажешься не готов связываться с подобной магией, и Дух Сыра обратит ее против тебя, - объяснил Снейп. - Действие продлится всего около недели, этого должно быть достаточно, чтобы выучить урок.
- А почему Дух Сыра? - нахмурился Оливер.
- Наверное, у того, кто его создал, было дурацкое чувство юмора, - пожал плечами Снейп.
- Так что испортило зелье? - спросила МакГонагалл.
- Как ни странно, это было маггловское корневое пиво.
- Северус, ты ведь вычитал это в книге, так? - задумалась МакГонагалл.
- Да.
- Откуда волшебник, написавший книгу, знал, как повлияет на любовное зелье маггловский напиток?
- Вообще-то, дело не в самом пиве, а в его составе. Там содержится много экстактов растений, которые часто используются в зельеварении. Некоторые ингредиенты в некоторых случаях нельзя смешивать, и тут как раз подобная ситуация. Феномен Сырного духа случается, когда в это зелье кладут слишком много трав, используемых в любовной магии, и они негативно влияют на розовые лепестки. Это открытие было сделано почти тысячу двести лет назад младшей сестрой создателя зелья, которая хотела увеличить шансы на успех и добавила слишком много трав. Эти же двое открыли заклинание для изгнания Сырного духа... правда, для этого им понадобилось пять лет исследований и путешествие, которое завело их в Тайланд...
- Но зачем вам было все это изучать? - спросил Оливер.
- Э-э... заставило нездоровое любопытство, - невинно ответил Снейп и вернулся к уборке.
- Ну а, - через несколько минут заговорил Оливер, - когда вы собираетесь рассказать ребятам правду о видениях?
- В каком смысле? - изобразил удивление Снейп.
- Когда вы им скажете? Гарри и Малфой ведь не знают, что происходит, так? Они не знают, что на их мысли и сны влияет магия, а видения... - Оливер перевел взгляд на МакГонагалл, надеясь, что если не Снейп, то уж она согласится все рассказать.
МакГонагалл и Снейп переглянулись с озорными ухмылками.
- Сами догадаются, - отмахнулся Снейп. - Они у нас умные.

* * *

Гарри, Гермиона и Драко молча дошли до класса по чарам, и Флитвик, улыбаясь, пригласил их войти. Рон уже сидел на галерке и яростно строчил по листу. Он поднял голову, когда они вошли... и, как ни странно, не показался им сердитым. Гарри с Гермионой не успели разобрать выражение его лица, когда он снова вернулся к контрольной. Двое гриффиндорцев с любопытством переглянулись и взяли у Флитвика свои задания.
Все трое написали контрольную очень хорошо: в условиях войны шуток чары были самым популярным предметом (Драко настрочил вдвое больше положенного по заклинаниям одной фразы). Рон закончил на несколько минут раньше них и ушел не оглядываясь, но, как оказалось, поджидал их в коридоре. Он посмотрел на Гермиону со смесью тревоги и надежды на лице.
- Извини меня, - произнес он. - Правда. Я... я не подумал...
Гермиона, чья злость на Рона успела смениться печалью, облегченно улыбнулась и обняла его; Драко вскрикнул, потеряв равновесие.
- Все хорошо, - сказала она. - Можешь не волноваться.
Рон облегченно улыбнулся и посмотрел поверх ее плеча на Гарри.
- У нас все нормально? - неуверенно спросил он.
Гарри улыбнулся:
- Конечно.
- Вот и хорошо, - Рон еще крепче прижал к себе Гермиону.
Следующие три дня были для Гарри, Рона и Гермионы одними из лучших за все время войны шуток. Они смеялись, дурачились и вместе делали уроки, как будто ничего не случалось, и почти не обращали внимания на Драко. Близнецы заявили, что слишком долго оставляли магазин в руках Ли и должны уехать, что прощают Гарри и Гермиону и еще навестят их в пятницу. Джинни успокоилась довольно быстро, когда узнала, что Рон и Гермиона больше не в ссоре, а Оливер пришел к ней и объяснил: все, что он ей наговорил про лимонные дольки, - чушь, а Дамблдор не собирается никого убивать. Джинни теперь проводила вечера с Гарри, Роном и Гермионой, все вместе они готовились к контрольным и искали способы снять цепь и избавиться от видений, впрочем, последние к четвергу отошли на второй план. После длительного обсуждения все решили, что видения все-таки не настоящие (хотя Гарри так и остался скептиком), а так как, по словам Снейпа, это явление временное, все сосредоточились на цепи и контрольных работах.
С тех пор, как Рон вернулся в компанию, ссоры почти сошли на нет: гриффиндорцам вдруг стало куда легче не замечать Драко. Единственный крупный спор случился во вторник: Гермиона отказывалась раздвинуть кровати, а Драко не собирался больше спать с кем-то вместе. В итоге Драко взял себе диван, который придвинули вплотную к кроватям, а Рон стал спать вместе с Гермионой, хотя, конечно, ничего лишнего они себе не позволяли. Сказать, что Гарри ничуть не возражал против нового порядка - ничего не сказать: вернувшись в спальню мальчиков, он бросился на собственную шикарную кровать с пологом и отказался вставать, хотя была еще середина вечера.
К концу четверга у Гарри и Драко на двоих случилось еще тринадцать видений. Видения Драко часто было сложнее понять, так как они в основном касались Гермионы, причем иногда она делала что-то маггловское. Совместными усилиями четверо гриффиндорцев и Драко сумели приблизительно разобрать лишь два видения: в одном Гермиона плакала и лепетала, что они заблудились, в другом Гермиона и Драко лежали в чем-то вроде снежной канавы. Как ни странно, у Гарри тоже было видение, где эти двое лежат в канаве, и после сравнения выяснилось, что они были так же одеты. Но это оказалось единственное общее видение. У Гарри их случилось меньше, чем у Малфоя, и в основном там происходили ссоры между ним, Гермионой и Драко.
Хотя Гарри стал гораздо счастливее с тех пор, как Рон к ним вернулся, а он сам не чувствовал себя больше обязанным все время держаться рядом с Гермионой, его продолжали беспокоить видения и держала на нервах война шуток. Все решили, что видения - это всего лишь иллюзии, но он был так уверен. Во-первых, во многих из видений, где они с Гермионой ссорились с Драко, действие происходило в доме на площади Гриммо (он не стал говорить об этом Гермионе); во-вторых, он не думал, что иллюзии бывают настолько подробными и реалистичными. Помимо этого, что-то в Роне казалось неправильным: он выглядел жизнерадостным, но в то же время далеким, и Гарри мог бы поклясться, что Рон злобно глядит на них с Гермионой, когда думает, что они не видят. Гарри списал это на свою паранойю, но ему все равно было не по себе. А хуже всего оказались сны, где между ним, Гермионой и Драко часто происходило нечто ужасающее, а окклюменция хоть и помогала, но недостаточно, чтобы совсем их заблокировать. Он был даже рад, что по средам и четвергам должен вместе с остальными гриффиндорскими старостами патрулировать коридоры - лучше было шататься усталым по школе, чем видеть подобные сны о лучшей подруге и враге. Странные мысли начали посещать его даже наяву, хотя Гарри со всех сил старался не обращать на них внимания, решив, что всему виной укус Сырного духа. Но в общем и целом Гарри был почти счастлив, единственным недовольным оставался Драко.
Он становился все несчастнее с каждым днем. Гарри, Рон и Гермиона - плюс Джинни, когда она к ним присоединялась, - не реагировали на его оскорбления и обращались к нему только по необходимости, что случалось редко. Кажется, они наконец научились его не замечать, и Драко это бесило. Он от природы любил внимание и больше всего ненавидел, когда его игнорируют. Еще ему приходилось сложно из-за видений: иногда это было что-то совершенно неестественное вроде первого видения, где он целовался с Гермионой, в других случаях приходилось целую вечность объяснять грифиндорцам, что он видел. Количество снов увеличилось до нескольких за ночь - гораздо больше, чем у Гарри: это списали на окклюменцию и то, что именно Драко, а не Гарри, вызвал Сырного духа. Драко подскакивал на диване по нескольку раз каждую ночь, а храп Рона очень мешал снова заснуть. Даже наяву мысли Драко то и дело возвращались к Гермионе, в чем он обвинял Духа Сыра; почти все время он проводил, внутренне негодуя на Гермиону, и с каждым днем ему было сложнее не замечать, что она симпатичная. Основными эмоциями для него стали злость и подавленность, его ничто не радовало. Даже мысль о скорых каникулах не могла поднять настроения Драко: все учителя, к которым он обращался, твердили, что до сих пор не придумали, как снять цепь, а последнее, чего ему хотелось, это встречать Рождество в компании Гермионы.
В четверг вечером в Большом зале к ним подошел Дамблдор (после столкновения с Филчем они стали есть там, зная, что ходить к кухне сейчас рискованно, но держали волшебные палочки наготове. Некоторые осмеливались подходить с вопросами к Джинни, но та отвечала, что Рон наказал ей проклинать любого, кто ее побеспокоит, так что им особо не надоедали). Директор сообщил, что их исследования пока выявили очень немного, и на рождественские каникулы Гермионе и Драко все-таки придется ехать вместе. Зная, что не стоит устраивать бучу прямо перед директором, они решили все почти без споров: в понедельник они поедут со всеми на поезде и до рождественского утра останутся в доме у Драко. Затем Даблдор собирался выбить у Министерства машину, которая доставит их к родителям Гермионы, а те уже согласились отвезти ребят на праздник к бабушке и дедушке Гермионы, а затем к дому на площади Гриммо, где они и останутся до конца каникул. Ни Драко, ни Гермиона не были были в восторге, но согласились на такой план.

* * *

В пятницу утром Рон проснулся с чувством решимости. Этот день настал. День, когда Гермиона пожалеет, что держала его за дурака.
Было тяжело притворяться, что все в порядке, и он уже не сердится, когда больше всего на свете ему хотелось наорать на Гермиону и сделать из Драко отбивную. За эти три дня Рон стал лишь несчастнее, и еще сильнее жаждал мести. Теперь он был уверен, что Гермиона ему изменяла. Снейп каждый раз, проходя мимо них по коридору или завидев в Большом зале, махал рукой и улыбался, а то и здоровался. А какое выражение было на лице Оливера, когда Рон с Гермионой зашли в его класс, держась за руки и улыбаясь... он неприятно удивился и расстроился, Рон был в этом уверен. Когда они только вошли, Оливер как будто собирался им что-то скзать, но увидел Рона и промолчал, с тех пор избегая с ними встречаться. А еще Рон ни на секунду не поверил в то, что видения ненастоящие. Не могло быть такого, чтобы галлюцинации появлялись и исчезали, а человек продолжал жить как ни в чем не бывало. Люди, видящие галлюцинации, верили в них и не дружили со здравым смыслом, в отличие от Гарри и Драко. Так что Дух Сыра вовсе не свел их с ума, да и Снейп вряд ли соврал о видениях - в конце концов, то, что он говорил о любовном зелье и ритуале изгнания, оказалось правдой. Рон знал, что видения настоящие, и в них оказалось кое-что общее, чего больше никто не заметил: в них не было Рона. Его не было в видениях, где Гарри и Гермиона ссорятся с Драко, его не было и в видениях Малфоя. В снах он тоже отсутствовал, хотя Гарри и Драко немного о них говорили. Все это могло значить лишь одно - очень скоро Рон исчезнет из жизней Гермионы и Гарри.
"Ну и счастливо оставаться," - подумал он и ощутил укол печали. Гермиона и Гарри были его лучшими друзьями и самыми близкими людьми, и часть его никогда этого не забудет. Но всему есть пределы. Они не имели права так с ним поступать.
Близнецы спланировали все в совершенстве, от лучшего способа вырубить Гермиону до своих алиби и привлечения зрителей. Они все провернут и не попадутся. Даже Гермиона не поймет, кто это сделал, а значит, останется уязвимой для новых шуток.
Рон посмотрел на Гермиону, мирно спящую рядом. Дальше, за спинкой дивана, Драко что-то недовольно пробормотал во сне. Рон ухмыльнулся.
Все пройдет по плану.


От переводчика: Хочу напомнить, что этот фанфик в оригинале не закончен, и обновляется очень и очень редко: за все время, что я выкладываю перевод, новая глава появилась только один раз. Так что впереди у нас пока что десять глав.


Глава 35. По плану


Выходя с изучения магглов, Гермиона начала весело мурлыкать себе под нос. Все было просто замечательно: Рон к ней вернулся, Гарри стал гораздо спокойнее, Джинни прекратила выуживать у них детали произошедшего в тот или иной день, а Драко вел себя восхитительно тихо уже почти три дня. Самые большие шансы лишить ее спокойствия у него были, когда они оказывались одни, но к четвергу Драко сдался: Гермиона была слишком счастлива, чтобы позволить ему себя раздражать.
- Ты не могла бы перестать? - недовольно пробормотал Драко, повернув к лестнице, которая вела к Большому залу.
Гермиона его проигнорировала. Она не прекратила мурлыкать, но и не стала делать этого громче назло ему; ей хватало и того, что она не позволяет ему себя задеть.
Драко вздохнул; интересно, как там поживают его слизеринские "друзья"? Наверняка Крэбб, Гойл и Панси Паркинсон сейчас болтают и, возможно, планируют какую-нибудь шутку над гриффиндорцами или кем-то из других врагов. Пусть эти слизеринцы были туповаты и здорово ему надоедали, сейчас он отдал бы правую руку за то, чтобы попасть к ним... тем более что правой рукой он прикован к Гермионе.
"По крайней мере, уроков больше нет", - сказал себе Драко, но эта мысль его не особенно утешила. Теперь, когда он написал последнюю контрольную работу (по изучению магглов), уроков не будет до следующего семестра, а это означало больше времени, проведенного с Гарри, Роном и, возможно, Джинни, которые редко оставляли Гермиону. Они все были как одна большая отвратительная семья, постоянно улыбались и смеялись, вызывая у Драко желание пнуть что-нибудь маленькое и пушистое. Предпочтительно щенка.
И все же он не смог подавить предвкушения: рождественские каникулы почти наступили. Осталось вытерпеть неполных три дня гриффиндорского жизнелюбия, и на вокзале Кингз Кросс он наконец избавится от них, пусть всего на несколько дней. Его не радовала перспектива принимать Гермиону в своем доме или отправляться в ее дом, но чем больше времени он проводил с ней и ее друзьями, тем сильнее осознавал: что угодно будет лучше, чем общение с Гарри и Роном. Он бы продал свою душу, только чтобы избавиться от одного из них, не говоря уже об обоих. А Джинни была само зло во плоти: особенно Драко ненавидел ее привычку как бы невзначай совать ему под нос его промахи (она до сих пор любила упоминать Летучемышиный сглаз, который наложила на него два года назад в кабинете Амбридж).
От болезненного рывка на запястье он поморщился и, повернувшись, увидел, что Гермиона пошла в другую сторону.
- Нам сюда, - сказала она, удивляясь, куда делись Гарри и Рон, - раньше, когда она выходила из класса, эти двое уже поджидали ее снаружи.
- В ту сторону только кабинет чар, - возразил Драко.
Гермиона не ответила. Драко собирался уже рявкнуть на нее, но тут Гермиона обошла стоящие доспехи и постучала палочкой по каменной стене. Стена скользнула в сторону, открывая проход. Драко тихо зарычал. Его в Гермионе бесило все, и особенно это ее всезнание.
- Пошли, - она убрала палочку в наручную кобуру и шагнула в тайный проход. Драко с ворчанием последовал за ней, раздраженный сверх меры. Ей обязательно нужно знать все, и все дожно быть сделано так, как того хочет она. Его это выводило из себя.
Проход привел их к лестнице, а затем в небольшой туннель, который вскоре разделился на три. Гермиона, не задумываясь, повернула в правый, и Драко отправился следом, все еще молча негодуя, когда что-то ударило его в спину, и он полетел вперед, едва успевая поднять руки, чтобы защитить лицо. Он болезненно приземлился на пол и еще немного проскользил вперед; Гермиона взвизгнула и отпрыгнула в сторону.
Драко перекатился и встал, сверкая глазами.
- Какого черта ты делаешь? - заорал он на Гермиону.
- Я ничего не делала, - хмурясь, сообщила она.
- Ты ударила в меня заклятьем! И не отрицай, я его почувствовал!
- Как я могла в тебя попасть, если шла впереди? - спокойно заметила она.
Драко открыл рот, собираясь возразить, и что-то ударило его в плечо. Усталость, что преследовала Драко с тех пор, как начались сны, стала всепоглощающей и накрыла его с головой. Сердитое замечание превратилось в широкий зевок, и Драко свалился на пол, тут же заснув.
Гермиона удивленно посмотрела на него, но тут включились инстинкты. Прилив адреналина привел тело и разум в состояние готовности, как случалось не раз за те годы, когда они с друзьями боролись с Волдемортом и его приспешниками.
- Кто здесь? - спросила она, поворачиваясь в ту сторону, откуда они пришли, и роняя на пол стопку книг. Прежде чем она успела достать палочку, что-то тяжело ударило ее в живот, и Гермиона упала на Драко. Волна усталости поглотила ее, Гермиона попыталась сопротивляться, но не смогла.
Пару секунд спустя над ними с ухмылками стояли близнецы Уизли.

* * *

Гарри вошел в Большой зал вместе с Джинни, улыбаясь от уха до уха. Контрольные работы закончились, а через два дня начнутся каникулы, и ему почти неделю не придется видеть Драко. Как бы много тревог ни было у него на душе, получить неделю без Драко Малфоя было все равно, что выиграть в лотерею.
- А где Рон? - спросила Джинни, когда они сели за стол.
- Сказал, что сам встретит Гермиону, и мне там быть необязательно, - пожал плечами Гарри и принялся за ужин. - Так что, идем на выходных в Хогсмид?
- А как же, - ответила Джинни. - Лично я точно иду. Мне кое-что нужно в "Зонко".
- У тебя ведь вроде скидка в "Удивительных ультрафокусах Уизли"?
- О, это не для меня. Фред и Джордж предложили мне десять галлеонов за промышленный шпионаж.
- Промышленный шпионаж?
- Ага, ну, знаешь, разговорить старика Зонко, чтобы он рассказал о своих новых товарах. Раньше он делился своими идеями с любым, кто готов был слушать, но с тех пор, как Фред и Джордж начали свой бизнес, с рыжеволосыми он держит рот на замке. Кстати, напомни мне сегодня вечером изучить несколько заклинаний для изменения внешности.
- А разве это законно, брать чужие идеи?
- О, Фред и Джордж никогда не станут красть идеи мистера Зонко, они его до смерти любят и все еще дружат с ним. Он просто излишне подозрителен. А близнецы вообще любят слушать чужие идеи шуток, они их меняют, выворачивают наизнанку и получают новые. Для них это источник вдохновения. Кстати говоря... знаешь, нам стоит вернуться к войне шуток.
- Как? Если мы что-то сделаем с Малфоем, нас же первых и обвинят.
- Возможно. А может и нет. Можно представить все так, будто работал сторонний человек...
- Ты понимаешь, что сейчас говоришь как грабитель банка?
- ... и кроме него есть еще больше полусотни слизеринцев. Плюс несколько людей с других факультетов, которых я бы разыграла, начиная с Парвати, Лаванды и кое-кого из моих соседок и далее по списку.
- Не знаю, Джин, - задумался Гарри, глянув на Крэбба, Гойла и Панси. - У нас и без того забот полон рот. Но возможно.
- Что возможно? - спросил Рон, садясь рядом с Гарри.
- Джинни хочет вернуться в войну шуток.
- Отличная идея, - Рон набил рот картофельным пюре.
- Эй... а где Гермиона и мальчик-хорек? - удивилась Джинни.
Рон закатил глаза:
- Гермиона пошла в библиотеку, что-то там изучить. Сказала, чтобы я спускался один.
- Наверняка Малфой был счастлив, - заметил Гарри, и Рон хохотнул.
Джинни, хмурясь, смотрела на Рона:
- И ты отпустил ее одну?
- Она сама меня попросила, а я был слишком голоден, чтобы спорить.
- Она хотела идти одна?
- Ну да. Сказала, что мне нет нужды пропускать ужин. Ах да, и попросила ей что-нибудь оставить.
Гарри, не понимая, почему Джинни так допрашивает Рона, вопросительно на нее посмотрел и получил в ответ значительный взгляд. Лично он так и не понял, что не так. Гермиона каждый день им говорила, что ее не нужно провожать, хотя они с Роном до сих пор ни разу ее не оставили.
- После ужина, - беззвучно произнесла Джинни, и Гарри едва заметно кивнул, удивляясь, что здесь происходит.

* * *

Фред и Джордж знали Хогвартс лучше кого бы то ни было и без проблем вытащили Гермиону и Драко из замка. На улице они использовали особое заклинание, так что со стороны казалось, будто Гермиона и Драко идут сами. За несколько минут они дошли до опушки и углубились в лес.
Его близнецы местами тоже хорошо знали, так как часто гуляли здесь в свои школьные годы. Как только деревья скрыли их от случайных взглядов, Фред достал карту и внимательно ее изучил. Близнецы и Рон пометили каждый участок, где он, Гарри или Гермиона сталкивались с чем-нибудь неприятным. Основываясь на этих данных и своих воспоминаниях, Фред и Джордж собирались найти подходящее место, где можно оставить Гермиону и Драко.
- Посмотрим, - они с Джорджем остановились, а Драко и Гермиона повисли в воздухе неподалеку. - Здесь Рон написал "Арагог" и шесть раз подчеркнул, а здесь, они думают, пасутся кентавры... вот тут хижина Хагрида, а здесь, как мы знаем, как минимум один соплохвост... Это еще что значит? "Грохх, не ходить! Новых людей должен представлять Хагрид".
- Что еще за грохх? - удивился Джордж.
- Без понятия, но лучше обойдем. Я бы сказал... десять метров на восток вот отсюда и двадцать - в глубину леса. Это не слишком близко к Хагриду...
- Отлично. Нет, стой! Здесь же рядом Пушок живет, забыл? Он еще нас до смерти напугал на четвертом курсе...
- Такое забудешь, - Фред постучал по карте волшебной палочкой, и там появилась новая надпись. - Ладно... значит, не здесь, а вот тут обитают тестралы...
- Жаль, у нас нет Карты Мародеров, - вздохнул Джордж. Когда Гарри и Гермиона переселились в одну комнату с Драко, они хорошенько защитили заклинаниями свои вещи.
Потратив четверть часа на обсуждение, близнецы отправились на пять метров на восток и тридцать - на юг; таким образом оказавшись достаточно далеко от Пушка и не слишком близко к чему-нибудь особо смертоносному. Ветви деревьев здесь переплетались так плотно, что снег сквозь них не проходил, и Гермиону с Драко можно было положить на землю. Поблизости не было полян (оставлять два бессознательных тела на открытом месте было опасно), а опушка леса располагалась не особенно далеко, так что Драко и Гермиона смогут выбраться без особых сложностей. В конце концов, настоящее веселье начнется, когда они попытаются пробраться в замок.
- Хорошо, - сказал Фред, когда они сняли заклинания, удерживавшие Драко и Гермиону в вертикальном положении. - Палочка Гермионы еще у тебя?
- Что? - не понял Джордж.
- Волшебная палочка Гермионы. Она у тебя?
- Нет, я думал, ты должен был забрать их палочки.
- Нет, я должен был взять палочку у Малфоя, а ты - у нее.
- Значит, мы забыли ее в коридоре. Подумаешь, заберем на обратном пути.
Фред нахмурился, присел рядом с Гермионой и приподнял ее правую руку:
- Или она все еще в кобуре.
- Упс, - застенчиво произнес Джордж.
- Джордж! Ты должен был подождать, пока она достанет палочку, и только потом насылать заклинание!
- Ну значит, я напортачил! Прости, что я всего лишь человек!
- Все сработает куда хуже, если она сможет пользоваться палочкой, - простонал Фред.
- Главное, что по-прежнему сработает.
У вздохнувшего Фреда возникло плохое предчувствие. Вопреки всеобщему мнению, планы близнецов не всегда воплощались в жизнь гладко; известными шутниками Фред и Джордж стали именно потому, что периодически попадались.
- Да, ты прав. Ладно, за работу, а то я себе уже всю задницу отморозил.
Джордж задумчиво нахмурился:
- Слушай, Фред... сейчас ведь температура ниже ноля, да?
- Да, и что?
- И солнце уже садится, значит, станет еще холоднее.
- Ты это к чему?
- Ну... как думаешь, сколько времени понадобится двоим голым людям, чтобы замерзнуть насмерть?
Фред хлопнул себя по лбу:
- И почему ты не подумал об этом раньше?
- А ты?
- Я придумал идею!
- Нет, это Снейп и мама Гарри придумали идею.
- Ну, я нашел лучшее место, чтобы их отключить!
- О да, пойти следом за ними после урока - это очень оригинально.
- По крайней мере, я не оставил Гермионе ее палочку! Гермионе!
- Нет, ты всего лишь хотел положить их в полуметре от свирепого трехголового пса!
- Ладно, ладно, послушай. Давай успокоимся и подумаем. Сколько еще продлится сонное заклятье?
- От сорока пяти минут до часа.
- Хорошо. А как долго действует обогревающее заклинание?
- Максимум полчаса.
- Значит, мы просто наложим на каждого из них это заклинание, а Гермиона обновит их, когда проснется.
- Вот только мы можем сделать что-то не так, поскольку заклинание сложное, и мы не поймем, сработало оно или нет.
- Черт... Так... думай, думай, думай... Эй! А как насчет заклинания иллюзии?
- И что оно нам даст?
- Помнишь, Рон рассказывал, как Малфой наслал на нее это заклинание? Когда казалось, что на ней надето только нижнее белье?
- Это может сработать! Жаль, конечно; оно сойдет на нет часа через два после того, как они проснутся.
- Это все, что у нас есть, к тому же это далеко не последняя наша шутка над ними.
- Верно.
Фред достал волшебную палочку, нахмурился, концентрируясь, и произнес заклинание. Секунду спустя Гермиона представляла собой очень необычное зрелище. На месте остались шапка, шарф, бюстгалтер, плащ, перчатки, брюки и обувь; исчезли только мантия и блузка.
- Что ж, - сказал, отсмеявшись, Джордж, - либо у тебя полный нелад с иллюзиями, либо она сделала свою одежду устойчивой к заклинаниям.
- Наверняка я просто напортачил. С блузкой и мантией же получилось...
- А их она не могла заколдовать, потому что вынуждена каждый день их разрезать и восстанавливать с помощью заклинаний, чтобы надеть или снять.
Фред зарычал от досады. Он должен был это предвидеть: сейчас в Хогвартсе все играют шутки над всеми; конечно, Гермиона нашла способ держать свою одежду в целости и сохранности.
- Что ж, сомневаюсь, что Малфой такой же умный. Давай.
- Что?
- Наложи на него иллюзию.
- Я не могу колдовать с закрытыми глазами.
- Так не закрывай их.
- И увидеть Малфоя голым? Еще чего.
- Ну я ведь наложил заклинание на Гермиону.
- Которое все равно не сработало, а если бы и получилось, это был бы очень приятный вид. В отличие от.
- Если ты его не заколдуешь, он останется одетым.
- Значит, он останется одетым.
- Джордж! Все и без того плохо. Нам нужно насолить хотя бы Малфою.
- Ты прав. Пошли за Роном, пусть он колдует.
Фред несчастно вздохнул:
- Ладно, послушай. Оставим ему штаны, хорошо? Ты зачаровываешь верх, а я - обувь.
- Почему это тебе досталась обувь?
После долгих споров близнецы наконец сообразили, что Драко и Гермиона уже скоро проснутся. Джордж с неохотой заколдовал рубашку, мантию и плащ Драко, а Фред - его обувь и носки.
- Хорошо, - Фред посмотрел на необычно одетую парочку. - Что у нас дальше по плану?
- Убедить Хагрида пойти в Хогсмид и напиться, чтобы они не смогли обратиться к нему за помощью, а потом заявиться в Большой зал, как будто мы только прибыли.
- Отлично. В конце концов, у нас случилась лишь парочка небольших проблем. Все остальное пройдет по плану.

* * *

- Здравствуй, Поттер!
Гарри, Рон и Джинни дружно подавили стон. Кризис среднего возраста у Снейпа все еще никуда не делся: теперь слизеринский декан стал здороваться с Гермионой и остальными, проходя мимо них в коридоре. Их это уже начало пугать, а другие ученики косились на них еще чаще обычного.
Гарри повернулся к стоящему у него за спиной Снейпу, который опять был необычно одет и улыбался. До этого Снейп еще не подходил к ним во время еды, и Гарри очень надеялся, что это не превратится в привычку.
- Здравствуйте, профессор, - устало ответил он.
- Я просто решил напомнить тебе про отработку, - произнес Снейп. - Я покажу тебе, что делать, вместо Филча, а то у бедняги на лице выросли маргаритки. Явно замешана война шуток. Встретимся у теплиц через полчаса, хорошо? И постарайся не опаздывать, у меня потом важная встреча.
Гарри с облегчением кивнул, а Снейп улыбнулся, попрощался и ушел.
- Чокнутый придурок, - пробормотал Гарри, возвращаясь к еде.
- Разве можно так говорить о своем преподавателе? - Фред хлопнулся на скамейку рядом с ним, Джордж сел напротив.
- О Снейпе можно, - вздохнул Гарри. - Что нового, парни?
- Ничего особого, - ответил Джордж. - Заглянули к Хагриду, убедили его сходить в "Три метлы" за наш счет.
- Поразительная забота, - приподняла бровь Джинни.
- Ну, он до сих пор держит у себя Сыча, и мы чувствуем себя виноватыми, - сказал Фред.
- Что-то я не помню, чтобы вы мне предложили напиться за ваш счет, - буркнул Рон.
- Ты член семьи, - ответил Джордж. - Предполагается, что нас и так простил.
- Ключевое слово здесь - "предполагается", - парировал Рон.
Гарри открыл рот, чтобы пошутить, но его голень внезапно вспыхнула болью, и он вскрикнул.
- В чем дело? - спросил Фред.
- Это же не шрам? - встревожился Рон.
- Нет, - Гарри наклонился и потер ногу. - Кажется, меня кто-то пну...
- Это нога, - перебила его Джинни. - Он упал, когда мы шли на ужин. Гарри, тебе правда стоит показаться медсестре.
Боль вспыхнула снова, и Гарри бросил сердитый взгляд на Джинни, удивляясь, зачем нужно было привлекать его внимание таким болезненным способом.
- Ладно, - согласился он, раздраженный и недоумевающий. - Лучше схожу в Больничное крыло сейчас, перед отработкой.
- Мадам Помфри может тебя проклясть, - заметил Фред.
- Нет, вряд ли, - ухмыльнулся Гарри. - Тогда ей придется лечить меня еще дольше. Увидимся.
Гарри и Джинни поднялись и вышли из зала, Гарри при этом слегка хромал.
- Обязательно было пинаться? - спросил он.
- Идем быстрее, - сказала она. - Нам нужно в библиотеку.
- Зачем? - нахмурился Гарри.
- Затем, что я готова поставить все свои деньги до последнего кната: Гермионы там нет, - мрачно ответила она.
- Джинни, что...
- Гарри, тебе не показалось странным, что Рон уже несколько дней не отходил от Гермионы, а сегодня отпустил ее одну?
- Ты же знаешь, как он любит поесть, - пожал плечами Гарри.
- Разве не странно, что он отпустил Гермиону именно тогда, когда прибыли близнецы? - продолжила Джинни, ускоряя шаг.
Гарри закатил глаза:
- Джинни, ты слишком подозрительна.
- Ну же, Гарри. Ты ведь заметил, каким странным на днях казался Рон? Слишком... жизнерадостным. Как-то это неискренне, что ли. И я могу поклясться, что видела, как он несколько раз злобно смотрел на вас с Гермионой.
Гарри нахмурился, вспоминая, как сам обращал внимание на необычное поведение Рона:
- Н-ну и что? Может, он еще злится, но пытается с этим справиться.
- Сомневаюсь я в этом, Гарри. Рон слишком упрямый, и близнецы тоже. Разве не странно, что, только поклявшись отомстить Гермионе, они снова стали вашими лучшими друзьями? Я знаю своих братьев, Гарри. Выйдя из комнаты, они тут же начали планировать, как нас извести. Пока вы с Гермионой и Малфоем дрались в кабинете Снейпа, я подслушивала: они собирались заручиться помощью Пивза, а никак не обсуждали, что нужно простить эту маленькую обиду. Что-то случилось. Думаю, они что-то сделали с Гермионой.
Гарри сглотнул, внезапно осознав ею сказанное. Он отругал себя за то, что был так слеп, и перешел на бег.
- Думай, Джинни. Что они могли сделать?
- Не знаю. Держу пари, это что-то значительное... и как-то связанное с Хагридом. Близнецы неплохие ребята, но они не часто предлагают напиться за свой счет такой бездонной глотке как Хагрид. Конечно, я могу ошибаться, но все равно, что-то здесь не так.
Они ворвались в библиотеку и огляделись в поисках Гермионы и Драко. Мадам Пинс сердито на них посмотрела, несомненно, раздраженная их шумным появлением. Гарри подбежал к ней:
- Вы не видели Гермиону? И Малфоя?
- Мисс Грейнджер? Ее не было со вчерашнего дня, - ответила Пинс.
Гарри с Джинни встревоженно переглянулись и выскочили из библиотеки.
- Где она может быть? Нам нужно ее найти.
- Гарри, у тебя сейчас отработка, - напомнила Джинни.
- Я не собираюсь идти на какую-то отработку, когда Гермиона неизвестно где...
- Послушай, Гарри, может быть, я ошиблась. Тебе надо идти: неявка на отработку - это основание для отстранения от занятий. Может, Гермиона уже ушла из библиотеки, а мадам Пинс ее не заметила. Может, Рон и близнецы здесь совсем не при чем.
Гарри прикусил губу; в этом была вся Джинни - очень объективная, она рассматривала все варианты, даже те, которые ей не нравились.
- Ну ладно, - наконец сказал Гарри и направился обратно к вестибюлю. - Проверь сначала Большой зал, может, она уже там. Если нет, попробуй привлечь Невилла, Луну или кого-нибудь еще. Ни в чем не обвиняй близнецов и Рона, ясно? Для них мы даже не подозреваем, что Гермионы нет в библиотеке. Избегай их. Пока что. Приходи, как только что-то узнаешь, я, наверное, всю ночь проведу в теплицах. Кажется, какой-то третьекурсник чуть не взорвал теплицу номер три.
- Ясно, - ответила Джинни. - Спроси, может Снейп ее видел, хорошо?
Они спустились в вестибюль и разделились, молясь, чтобы с Гермионой все было в порядке.

* * *

Драко проснулся, чувствуя себя восхитительно от того, что не видел ни одного дурного сна. Ему не снилась Гермиона. Ему не снилось ничего вообще. Он улыбнулся, не открывая глаз и наслаждаясь этим открытием. Может, эта кошмарная неделя наконец подошла к концу? А может, магия, вызвавшая эти сны и видения, сдалась, потому что он отказывался в них верить, и оставила его в покое...
... Или, может, его вырубили заклинанием в тайном коридоре по пути с изучения магглов?
"Ах да", - несчастно подумал он, теперь боясь поднять веки. Он лежал на чем-то твердом, может, его так и оставили в коридоре? Но здесь было холодно. Слишком холодно... он что, на улице?
Тяжело вздохнув, Драко открыл глаза.
Над ним нависла перекошенная рожа самого страшного монстра, которого Драко видел в своей жизни.


Глава 36. Уроки хороших манер и признание Снейпа


Просыпаясь, Гермиона почувствовала, как что-то жесткое упирается ей в спину, и что-то царапает лицо. Она тут же очнулась и села, вспомнив, что в нее попали заклинанием, затем огляделась. И застонала, поняв, что находится в Запретном лесу.
Решив проверить, нет ли у нее каких ранений, Гермиона заметила, что ее блузка и мантия не видны, хотя по-прежнему надеты на ней.
«Заклинание иллюзии, - мрачно подумала она и смахнула с лица пару прилипших сухих листочков. - Какое счастье, что есть антизаклинательные чары».
Гермиона схватилась за свою наручную кобуру и с удовлетворением отметила, что палочка там. Тот, кто заклял ее в коридоре, не дождался, пока она достанет волшебную палочку, и теперь это было ей на руку.
«Но кто это был? - спросила себя Гермиона, делая усилие, чтобы оставаться спокойной и сосредоточенной. Она отсутствующе глянула на Драко, одетого в одни только брюки и частично засыпанного ветками, сухими листьями и грязью. - Кому понадобилось оставлять меня здесь вместе с...»
Гермиона не закончила эту мысль; она уставилась на Драко, а спокойствие ее стремительно сменялось яростью. Драко. Слизеринцы единственные на такое способны. Большинство представителей других факультетов относились к ней достаточно хорошо, а остальные — не настолько плохо, чтобы сотворить такое. Следовательно, это дело рук слизеринцев. Но никто из них не ненавидел Драко, или, во всяком случае, не стал бы переходить ему дорогу. Гарри, Рон, Гермиона и многие другие гриффиндорцы не боялись Малфоя, но но не все были такими, как они. Отец Драко являлся главным приспешником Волдеморта. У самого Драко наверняка было немало опыта в темной магии, а также золота и связей (хоть большая часть связей и была разорвана, когда его отца официально признали Пожирателем смерти). Это обеспечивало ему страх и уважение от других слизеринцев. Значит, если никто из них не осмелился бы так подставить Драко, то сам Драко должен был это подстроить.
Гермиона поднялась, достала палочку и наклонилась над Драко, собираясь его разбудить... но тут он сам открыл глаза, с ужасом посмотрел на нее и начал вопить. Гермиона подскочила и зашикала на него, но Драко продолжал кричать. Тогда, не желая, чтобы их услышали кентавры, гигантские пауки и кто знает, что еще, Гермиона взвизгнула:
- Силенцио!
Наступила тишина, и Гермиона боязливо огляделась:
- Заткнись, идиот! Ты хоть представляешь, как здесь опасно?
Драко, сразу успокоившись, закрыл рот, и Гермиона сняла Заглушающие чары.
- Я подумал, ты чудовище, - выдохнул он. Минуту назад, со взъерошенными ветром волосами, полными сухих листиков и веточек, и лицом, скрытым в тени, Гермиона представляла собой пугающее зрелище. Теперь, оправившись от испуга, Драко ухмыльнулся и поспешил добавить: - Ты, конечно, всегда чудовищно выглядела, но ветки в волосах еще больше это подчеркнули.
Гермиона сузила глаза и приставила к его шее волшебную палочку:
- Что ты сделал?
- В смысле, что я сделал? - огрызнулся Драко, оглядываясь. - Где это мы? А, черт, мы что, в лесу?
- Не притворяйся, - рявкнула Гермиона. - Это был ты, слизеринцы — единственные, у кого на меня зуб.
Драко смотрел на нее как на сумасшедшую или, как минимум, полную дуру:
- А в твою тупую самовлюбленную гриффиндорскую башку не приходило, что это могло быть не из-за тебя? Что это из-за меня? Если ты не заметила, меня не любит большая часть школы.
- Это сложно не заметить, - отпарировала Гермиона. - Но никто бы не посмел оставить здесь с тобой и меня.
- О цепи известно только нам, Поттеру и семейке Уизли, - рявкнул Драко. - Больше никто не знал, что тебя тоже придется взять сюда.
- А увидев, что нас нельзя разделить, шутники бы оступились, - настаивала Гермиона. - Никто кроме слизеринцев не поступил бы со мной так жестоко.
- Не все слизеринцы меня любят, знаешь ли, - уточнил Драко.
Гермиона закатила глаза:
- Признай. Ты придумал все это, чтобы мне отомстить. Я знаю, что это так. Если бы целили в тебя, они не стали бы и меня вырубать в том коридоре.
- Стали бы, чтобы ты их не разглядела, а поняв, что мы скованы, захватили бы в лес и тебя, - возразил Драко. - Поверь, Грейнджер, если бы я решил сыграть над тобой шутку, то не такую. Во-первых, у меня не было ни времени, ни возможности хотя бы отправить друзьям сову, я все это время находился с тобой и твоей тошнотворной компашкой. Во-вторых, ни за что на свете я бы не оставил себя посреди Запретного леса!
В его голосе прорезалась вполне искренняя паника. Гермиона нахмурилась и опустила палочку, хотя и не стала ее убирать. Она прекрасно знала, что Драко боится Запретного леса. Гарри им рассказывал, как Драко трусил во время отработки в лесу еще на первом курсе, и хотя в одиннадцать лет многие бы испугались леса, включая их самих, то на пятом курсе Гермионе было приятно видеть его трепет, когда Хагрид завел весь класс к тестралам. Они с Джинни, которой все подробно рассказали, еще не одну неделю шутили над этим. Стоило Гермионе принять унылый вид, как Джинни подкрадывалась к ней и шептала: «Что это там любит темноту? Что, он сказал, любит темноту — вы не слышали?», весьма похоже изображая Драко. Это воспоминание до сих пор вызывало у Гермионы улыбку.
- Ну ладно, - неохотно признала она, - это был не ты. Ты не зашел бы сюда даже ради спасения своей жизни. Но тогда кто?
- Какая разница? Узнаем, когда уберемся отсюда, хорошо? А сейчас выбирай направление и пошли.
- Нельзя просто выбрать направление, нужно сначала подумать, - возразила Гермиона. - Если мы пойдем не в ту сторону...
- И что, нам просто сидеть и ждать, пока какой-нибудь монстр не придет нас убить? - пронзительно вскрикнул Драко.
- Замолчи, - прошипела Гермиона. - Слушай, мы здесь в большой опасности. Ты даже не представляешь, что тут водится.
- Конечно, представляю — оборотни и тестралы...
- Забудь об оборотнях и тестралах. Мы сейчас говорим о стаде бешеных кентавров, акромантулах больше нас с тобой вместе взятых, гигантском трехголовом псе... Я знаю здесь не один десяток существ, которые бросятся на нас, едва завидев, и уверена, что я встречала еще не все, что тут водится, так что заткнись и дай мне подумать.
Драко молча кивнул, бледный и напуганный. Гермиона начала бормотать себе под нос, пытаясь понять, в какую сторону идти, но темнота в лесу сгущалась очень быстро, и все направления выглядели одинаково.
- Г-грейнджер? - очень робко прошептал Драко несколько минут спустя.
- Не сейчас, Малфой, - огрызнулась Гермиона.
- Грейнджер...
- Я занята! Чего тебе?
Драко с белым лицом поднял дрожащий палец и указал ей за спину. Только теперь, вырвавшись из своих мыслей, Гермиона поняла, что слышит позади сопение огромного существа. Нервно сглотнув, Гермиона подняла волшебную палочку и резко повернулась.

* * *

- Простите за опоздание, - произнес Гарри, как только добежал до теплиц, задыхаясь от недостатка кислорода и очень волнуясь. - Вы случайно не видели Гермиону? Я не могу ее найти.
- Нет, не видел. Вы в порядке? - спросил Снейп, когда Гарри согнулся пополам, упираясь руками в колени и пытаясь отдышаться — он бежал всю дорогу от замка.
- В полном, - соврал Гарри.
Снейп кивнул:
- Ну хорошо. Работа вам предстоит несложная: после небольшого взрыва в теплице номер три все стены покрыты драконьим навозом...
- Нет, я не в порядке, - быстро произнес Гарри, совсем подавленный мыслью о том, что вечер ему придется провести, смывая со стен драконий навоз. - У меня отстойная жизнь.
Снейп бросил взгляд на замок, как будто ему не терпелось уйти, но все же спросил, хоть и безучастно:
- Почему это, Поттер?
- Почему это? Почему? Да потому! - взорвался Гарри. - Рон перешел на сторону зла, я должен счищать навоз со стен, потому что отреагировал, как любой бы на моем месте, и мне приходится проводить каждую секунду времени в компании Малфоя, просто чтобы быть хорошим другом, вот почему! Я хочу простую жизнь, черт возьми! Я победил Волдеморта! Дважды! А моя награда — драконье дерьмо и Малфой? Я даже спать теперь не могу... все эти ужасные сны о Гермионе... не просто Гермионе... о Малфое, Гермионе и мне! Это отвратительно! Я едва могу смотреть ей в глаза, и не знаю, что все это значит, но это не может быть будущее, не может...
Снейп, которому не терпелось закончить разговор, вздохнул, решив, что время сказать правду пришло.
- Поттер, - неловко произнес он, - это не будущее.
- Что? - Гарри замолчал и посмотрел на Снейпа со смесью удивления и робкой надежды.
Снейп, чувствуя себя не в своей тарелке, продолжил:
- Видения не настоящие. Ну, сны, во всяком случае. Укус Сырного духа заставляет человека грезить о том, на кого он смотрел на последнем этапе приготовления зелья, то есть во время произнесения стихотворения. Сырный дух — это демон, вызывающий любовь и влечение, окутанные недоумением и страхом, в наказание за неверное использование любовных заклинаний и зелий. Подобных демонов существует множество, хотя мало кто сделан из сыра. Впрочем, я не уверен, что это именно сыр, мне просто так показалось. К тому же этот запах и мычащий звук при его появлении, и...
- Да мне плевать, из чего он сделан! - прервал его Гарри, вне себя от радости. - Значит, сны не настоящие? Вы уверены?
- Ну конечно, уверен. Ради бога, Поттер, вы что, ничего не нашли в книгах? Мадам Пинс говорит, вы почти каждый день сидите в библиотеке.
- Мы искали способы избавления от видений, а не информацию о Сырных монстрах, - ответил Гарри. - О, ну это же превосходно. Просто замечательно!
- Что ж, теперь, когда мы это прояснили, осталась небольшая проблема с драконьим навозом. Все, что вам понадобится, лежит вон там. Никакой магии. А мне пора идти. У меня важное дело.
И Снейп направился в сторону замка.
Гарри кивнул, все еще с трудом веря. Почему они даже не подумали о том, чтобы исследовать причину? Они просто пытались убрать последствия, а это все равно, что колдовать над кучкой навоза, чтобы заставить его лучше пахнуть, когда можно ее просто убрать. Гарри подобрал ведро с тряпкой и повернулся, когда Снейп бросил через плечо:
- Не забудьте сообщить Драко, хорошо?
Гарри махнул рукой в ответ, но когда Снейп уже не мог его услышать, пробормотал:
- Малфой — парень умный. Сам догадается.
Несмотря на ожидавший впереди вечер в компании удобрений, Гарри был на седьмом небе от счастья.

* * *

Обернувшись, Гермиона вздохнула с облегчением. Она ожидала увидеть какое-нибудь ужасное чудище, но это был всего лишь Грохх.
Начиная с шестого курса Гарри, Рон и Гермиона, временами вместе с Джинни, регулярно ходили с Хагридом в лес, пытаясь обучать Грохха. Гарри и Гермиона чувствовали себя ему чем-то обязанными — ну, если честно, они были обязаны ему жизнью, - и потому без возражений учили Грохха языку и манерам. Грохх справлялся на удивление хорошо, и Гермиона напомнила друзьям, что, по словам Хагрида, некоторые великаны знали английский достаточно, чтобы переводить для него и мадам Максим, а значит, мысль, что великан может обучаться и стать умнее, не так уж и абсурдна. С начала занятий Грохх никого намеренно не поранил (хотя было несколько несчастных случаев), и теперь он знал их язык достаточно, чтобы вести почти нормальную беседу.
- Герми! - произнес Грохх, как обычно, радуясь компании. Гермиона не была уверена, как ей относиться к этому прозвищу, но слово «Гермиона» действительно было сложновато для великана.
- Здравствуй, Грохх, - дружелюбно ответила она, но ее голос был заглушен голосом Драко, который, похоже, принял радость Грохха от встречи с Гермионой за радость при виде еды. Естественно, Драко начал вопить во все горло.
- Замолчи! - крикнула Гермиона, а Грохх удивленно взревел.
Она попыталась успокоить великана, но это было куда как непросто, ведь Грохх не мог расслышать ее голоса за своим. Гермионе пришлось заткнуть уши: от рева Грохха с ближайших деревьев осыпалась последняя сухая листва, а взлетевшие птицы только добавили свои крики к общей какофонии.
- Грохх! Грохх!!! Все в порядке! Все... а!
Драко схватил Гермиону поперек туловища и потянул за дерево:
- Ты с ума сошла?! Не говори с ним! Вдруг оно разозлится!
Гермиона уставилась на него, не в состоянии поверить, что он пытается ей помочь — впрочем, то, что он держал ее перед собой, ясно говорило, что это не только ради нее.
- Ты отвлекаешь его, и мы убегаем, - добавил Драко, явно при этом подразумевая: «Ты — отвлекаешь, я — убегаю».
Гермиона оттолкнула его и подождала, когда Грохх прервется, чтобы вдохнуть воздуха — и сможет ее услышать.
- Грохх! - закричала она со всех сил. - Все хорошо! Все в порядке!
Грохх опустил на нее взгляд.
- Герми! Где Хагерт? - спросил он. Грохх подбирался все ближе к правильному произношению имени Хагрида.
- Хагрида сейчас здесь нет, - Гермиона закусила губу и огляделась. Она даже не знала, где это - «здесь», помимо того, что это явно в лесу.
- Это кто? - требовательно спросил Грохх, внезапно ткнув в Драко, так что тот испуганно вскрикнул. Грохх неверно оценил расстояние и попал пальцем в грудь Драко, опрокинув того на спину. Драко поднялся и, дрожа, спрятался за Гермиону.
- Это Драко Малфой, - ответила Гермиона, чувствуя себя очень глупо.
- Я Грохх, - произнес великан. Он с намеком посмотрел на Гермиону, вспомнив ее многочисленные уроки манер; та прочистила горло.
- Малфой, это... э-э... младший братик Хагрида. - сказала Гермиона. - Грохх.
- Братик? - высоким голосом повторил Драко. - Младший?!
- Очен приятно, - Грохх протянул Драко руку.
- Пожми ему руку, - подсказала Гермиона.
- Чего?! - Драко уставился на нее.
- Пожми ему руку и скажи: «Мне тоже», - терпеливо объяснила Гермиона, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица.
Трясясь от страха, Драко очень медленно протянул руку и зажмурился. Грохх осторожно обернул два пальца вокруг его руки, а Гермиона нервно хихикнула, вспомнив, как долго пришлось тренироваться с Гроххом, чтобы он научился делать это, никого не поранив.
- Мн-не тоже, - заикаясь, проговорил Драко. Гермионе показалось, что он сейчас наложит в штаны.
- Мы с Роном и Гарри учим Грохха, как правильно говорить и вести себя, - сообщила Драко Гермиона так, будто это было самое обычное времяпровождение для субботнего вечера.
- Драка Мала Фой друг? - спросил Грохх у Гермионы.
- Как-как он меня назвал?
- Ну, нет, - Гермиона не обратила внимания на Малфоя, раздумывая, как ей это объяснить.
- Враг? - Грохх подозрительно посмотрел на Драко.
- Нет-нет-нет, - поспешно сказала Гермиона.
- Да, - одновременно ответил Драко.
- Я бить враги!
- Тогда я не враг, - быстро произнес Драко. - Тогда я лучший друг Грейнджер. Даже ее бойфренд. Да, мы любим друг друга. Все это знают.
Грохх вопросительно посмотрел на Гермиону:
- Герми? Что такое бой фред?
- Кто такой бойфренд, - автоматически поправила его Гермиона. - Помнишь, мы в прошлый раз говорили про одушевленное и неодушевленное?
Грохх кивнул и повторил за ней:
- Кто... такой... бой фред?
- А... это тебе расскажет Хагрид, - Гермиона поморщилась. Последнее, чего ей сейчас хотелось, это давать урок полового воспитания великану. Она попыталась найти другую тему для беседы, и ее вдруг озарило. - Грохх, ты видел, кто нас сюда принес?
- Грохх не понять.
- Ты видел сегодня других людей?
- Два парни с вы, - закивал Грохх. - Одинакие. Похожи на Рон. Они уйти. Не говорить с Грохх.
У Гермионы отвисла челюсть. Фред и Джордж. Их принесли сюда Фред и Джордж. Но откуда они узнали про эту шутку? У Гермионы голове тут же пронеслись все действия, которые нужно было совершить близнецам... да, но почему они это сделали? Они ведь помирились с ней, так же, как и... стоп.
- Рон, - прошептала Гермиона.
- Что ты несешь? - недовольно спросил Драко. - Оно описало близнецов Уизли, а не...
- Это все Рон, - Гермиона готова была расплакаться. - Он только притворялся. Он не простил меня на самом деле. Он все это время умышлял против меня! Он помирился со мной, только чтобы удержать Гарри и Джинни от вмешательства, и чтобы я не догадалась, что это его рук дело, и можно было бы мучить меня, не боясь мести...
- Ты бросишь ныть или нет? - разозлился Драко. - Ну, твой парень козел, и что с того? Покажи характер! Ты же должна быть храброй, ну так перестань плакаться и надери ему зад!
Гермиона глядела на него во все глаза, удивленная этой вспышкой, но еще больше пораженная скрытой в его словах правдой. Она вдруг почувствовала себя дурой. Это она хнычет и жалуется, что ее кто-то обидел? Почему она не встанет и не покажет Рону, Фреду, Джорджу и всему миру в целом, что никто, от темных магов до глупых бойфрендов, не смеет связываться с Гермионой Грейнджер?
- Ты прав, - просто сказала Гермиона. - Ты абсолютно прав, Малфой.
- Я прав? - изумился Драко. Он-то ждал, что она ему врежет или, как минимум, на него наорет. Когда Гермиона ничего не ответила, он возвел глаза небу, и, потеряв интерес к ней и Грохху, попытался сам придумать, как отсюда выбраться.
Гермиона распрямила плечи и повернулась к великану.
- Грохх, нам нужна твоя помощь, - неуверенно произнесла она. - Нам нужно найти кое-что важное. Ты покажешь нам, где живут пауки?
- Большие пауки? - спросил Грохх.
- Да. Э-э, нет, не очень большие... скорее маленькие, примерно вот такие, - Гермиона развела руки в ширину на метр. Драко посмотрел на нее как на ненормальную.
- Грохх помочь! - оживленно сказал великан. - Грохх знать, где они быть!
Гермиона улыбнулась и собралась его поблагодарить, но тут огромные кулаки Грохха метнулись к ним. Одной рукой он осторожно поднял Гермиону, а другой — Драко (тот опять начал вопить), и поднес их к груди. Похоже, Грохх решил сам доставить их к паукам.
- Заткнись! - сказала Гермиона Драко. - Он ничего тебе не сделает. Он думает, мы друзья.
- Сразу видно бездну ума, - буркнул Драко, сердито глядя на Гермиону. - Тогда что он делает?
- Несет нас к акромантулам.
- Что такое акромаду... как ты сказала?
- Гигантский паук, - спокойно ответила Гермиона. - Способный говорить...
- Что? - прошипел Драко. - Насколько гигантский?
- Ну, не слишком уж. Кажется, Гарри говорил, они ростом с ломовую лошадь.
- Что?!
- Не волнуйся так, - произнесла Гермиона. - Нам нужен маленький. Несколько заклинаний, и он нам не навредит. А подобрав его, сразу бросимся к опушке.
- Хотя бы этот план меня устраивает, - раздраженно пробормотал Драко. - И зачем же нам ловить гигантского паука?
- А затем, - поблескивая глазами, сказала Гермиона. - Пришло время показать Рону, что за шутку платят шуткой.

* * *

- Как все прошло? - понизив голос, спросил Рон, как только Гарри и Джинни покинули Большой зал.
- Как по маслу, братишка, - ответил Фред. Рон приподнял брови, и Фред вздохнул. - Ну хорошо, было несколько проблем.
- Блин, парни! - воскликнул Рон, хлопнув себя по лбу. - Мало того, что вы оставили Гермионе палочку, так еще и не наложили чары Расти-Бюст!
- Сиськи Малфоя! Я знал, что мы что-то забыли, - пробормотал Джордж.
- Не парься, Рон, - успокаивающе произнес Фред, видя, что у Рона покраснели уши. - У нас еще куча идей для шуток. Это была только предыстория, ясно тебе?
Джордж кивнул:
- Когда все закончится, даже они будут потрясены тем, как мы их уделали. Когда перестанут рыдать.
Рон заставил себя успокоиться.
- Ну хорошо, - мрачно сказал он. - Что у вас на уме?


Глава 37. Новые союзы


Гермиона напряженно размышляла, пока Грохх уносил их все дальше в лес. План быстро принимал очертания. Гарри. Грохх. Рон. Драко. Акромантул. У нее все получится. Она сможет отомстить.
- Грохх! Грохх!!! Пусти нас, пожалуйста!
Озвучив свою просьбу, Гермиона тут же об этом пожалела: Грохх раскрыл ладони и уронил не ожидавшую этого парочку на землю. Драко снова начал вопить, как только пальцы великана разошлись в стороны. Гермиона, ударившись о землю, болезненно застонала. Она поднялась и пнула Драко в невидимый ботинок, чтобы заставить его заткнуться.
- Грохх, - громко позвала Гермиона, - дальше нам лучше пойти одним. Нужно застать их врасплох. В какой стороне пауки? - Грохх указал прямо. - Спасибо, Грохх. А в какой стороне Хагрид? - Грохх показал назад. - Ясно. Может быть, тебе вернуться на свою поляну? Поспать немного?
Великан показался разочарованным:
- Герми скоро придти снова?
- Ну конечно, приду, - пообещала Гермиона.
Грохх перевел взгляд на все еще сидящего Драко.
- Рад встрече, - сказал он.
Драко устало потряс головой.
- И я рад, - пробормотал он, потирая ноющую после падения ногу.
- Ты тоже придти? - с энтузиазмом спросил Грохх.
Драко вытаращился на него, в ужасе от подобного предложения. Гермиона быстро закивала Драко, чтобы он согласился. Драко подумал было отказаться, но решил, что с великаном лучше вести себя дружелюбно.
- Хорошо. Ладно, приду.
Грохх заулыбался, попрощался и с шумом отправился назад. Только когда Грохха поглотила сгустившаяся тьма, до Драко дошло, что иметь поблизости знакомого великана не так уж и плохо.
- Постой! Вернись! - вскочив на ноги, заорал Драко. Гермиона зашикала на него, и он сердито повернулся к ней. - Ты что, с ума сошла? Ты хочешь, чтобы мы подкрались к гигантскому пауку одни?! Когда только у тебя есть палочка?
- С Гроххом мы вообще не сможем ни к кому подкрасться.
- Ну и что? Зато у нас будет больше шансов победить...
- Гарри и Рон говорили, что в лесу водятся сотни акромантулов. Ну, Рон упоминал тысячи, но он наверняка преувеличивал. Так что нельзя рисковать тем, что один из них заранее увидит или услышит Грохха и позовет на помощь несколько десятков собратьев...
- Десятки? Сотни? Тысячи?! - взвизгнул Драко. - Ну все, Грейнджер, ни за какие коврижки я не стану тебе помогать...
- Послушай меня, - вмешалась Гермиона, и что-то в ее голосе — тихом, настойчивом и умоляющем, так разящемся от обычных отрывистых выкриков в сторону опять злившего ее слизеринца — заставило его заткнуться и по крайней мере ее выслушать. - Малфой... Фред, Джордж и Рон оставили нас здесь, в Запретном лесу. Они знали, что с нами может случиться беда. Они пытались раздеть нас, чтобы нам пришлось пробираться в замок нагишом. И, зная близнецов, они наверняка постараются сделать так, чтобы нас увидели вот такими: полуголыми и в грязи. Не знаю, как с тебя, а с меня достаточно унижений.
- К чему ты клонишь? - требовательно спросил Драко, которому не понравилась ее манера разговора: она будто бы пыталась заключить сделку.
- Рон боится пауков. Панически. Он скорее встретится с армией великанов и полусотней василисков, чем хотя бы с одним маленьким акромантулом.
- Уизли боится пауков? - изумленно повторил Драко, чувствуя себя так, будто его только что сделали королем Британии. Гермиона кивнула, ответив на его ухмылку небольшой озорной усмешкой. - Постой... а мне ты почему это говоришь? - Подозрительно спросил он.
- А потому: если Рон найдет у себя в кровати неестественно большого паука, он не посмеет даже подумать о том, чтобы снова со мной связаться. Я могу это устроить.
- Как?
- Довольно просто. У меня уже все продумано. Но мне понадобится помощь двоих людей — твоя и Гарри.
Драко недоуменно на нее уставился:
- Ты действительно собираешься попросить меня о помощи? И ожидаешь ее получить?
Гермиона подступила ближе, сверля его взглядом и продолжая слегка улыбаться:
- Да. Признаю это. Ты мне нужен. Нужна твоя помощь. Я не прошу на мне жениться. Я не прошу стать лучшими друзьями. Я всего лишь прошу о временном партнерстве, чтобы отомстить троим Уизли, которых ты так презираешь. Представь себе выражение его лица, Малфой. Представь, как Рон находит у себя в кровати огромного паука. Представь его ужас, когда окажется, что дверь заперта, когда он поймет, что ему не сбежать от своего худшего кошмара.
Ухмылка Драко стала еще шире, но скоро исчезла, пока он задумчиво смотрел на Гермиону. Что-то в ней изменилось. Ну, может, и не изменилось — он был с ней знаком недостаточно, чтобы знать, была ли в ней раньше этат сторона, однако сам он точно столкнулся с ней впервые. Это была странная перемена, более ощутимая, чем зримая. Драко чувствовал ее одержимость, ее темную сторону, ее дикую энергию и силу. Это пугало и в то же время притягивало.
Он скользнул взглядом по ее лицу, и к без того сумбурным эмоциям добавилось веселье. В пышных волосах Гермионы запутались веточки и сухие листья, а лицо было все в грязи и царапинах. В глазах светился почти сумасшедший огонек. Вдруг решив ее испытать, Драко позволил взгляду опуститься ниже и задержаться на едва прикрытой груди, а потом снова посмотрел Гермионе в глаза. Она ничего на это не ответила, но ее улыбка превратилась в полуусмешку, вызывающую, почти игривую: Гермиона приняла его вызов и бросила свой.
- Ну? - спросила она чуть насмешливо.
Драко тряхнул головой, вдруг на себя разозлившись. Он позволил себе думать, что она хорошенькая, что она выглядит притягательно, покрытая царапинами, грязью и листьями. Это было очень опасно, и он прекрасно это знал. Одно дело — думать о ней как о девчонке, с которой он бы трахнулся. Совсем другое — считать ее очаровательной и милой. Нужно положить конец этим все более частым мыслям о ней. И все же...
Перед его мысленным взором проплыло изображение Рона, то, как он вопит и пытается убежать от небольшого, почти не опасного паука.
- Согласен, Грейнджер, - пожал плечами Драко. - Превратить твою жизнь в ад я всегда могу завтра.
Она выдала смешок:
- Взаимно.
Драко опять улыбнулся:
- И что за план?

* * *

Гарри вздохнул и повел ноющими плечами. Ему в голову пришла светлая идея начать отмывать стены сверху, чтобы мыльная вода стекала по ним и смывала за собой грязь, так что он закончил раньше, чем ожидал. Теперь ему осталось только убрать на место чистящие средства, и можно будет отправиться искать Джинни, вместе потратить несколько часов в поисках Гермионы и наконец найти ее в унизительной и, возможно, опасной ситуации. Блеск.
Гарри заставил себя вернуться к счастливым мыслям о том, что сны ненастоящие. Они все равно были неприятны, но здорово утешало то, что они ни за что не сбудутся и вообще скоро закончатся. Еще больше утешало то, что этого не знал Драко.
Стоило Гарри выйти из теплиц, как в него врезался рыжий вихрь; он опустил взгляд как раз вовремя, чтобы поймать Джинни, прежде чем она упала. Она задыхалась и выглядела так, словно бежала четыре часа без остановки.
- Смотрела... в-вез-де, - выдавила из себя Джинни. - Ника-ких... следов... Герми-оны. Потом... поняла что... дура... себе лишнюю... работу.
Она протянула Карту мародеров. Гарри хлопнул себя по лбу.
- Поверить не могу, что мы сразу об этом не подумали, - пробормотал он, хватая пергамент. - Если Гермиона в Хогвартсе, она здесь отобразится.
Он живо начал просматривать карту, ожидая, что это затянется надолго, ведь она показывала весь Хогвартс целиком, со всеми его башнями, этажами, тайными путями и прочим, и отыскать на ней одного человека обещало быть непросто.
Джинни потрясла головой.
- Я уже нашла, - прохрипела она. - Бежала сюда из гриффиндорской башни. Гарри... Гермиона в лесу.
Гарри в ужасе посмотрел на нее:
- Что? Не может быть! Она... что она там забыла?
- Раскрой глаза, Гарри! - рявкнула Джинни. - Наверняка это Фред, Джордж и Рон ее туда отнесли. Я понимаю, что ты не хочешь в это верить — я тоже не хочу. Но мои браться взялись за нас, и взялись всерьез.
Гарри вздохнул. Он действительно не хотел в это верить: Рон — его самый первый и самый лучший друг. Но совпадений было слишком много. Сколько человек знали о шутке с Запретным лесом и при этом имели зуб на Гермиону или Драко? Возможно, кто-то сам дошел до этой идеи или услышал о ней от родителей, но Гарри не думал, что так уж много родителей рассказывают своим детям, как нарушали правила, а еще он знал: большинство учеников по своей воле и близко не подойдут к Запретному лесу. Слизеринцы уж точно — Гарри видел, как они тряслись, если Хагрид говорил, что урок пройдет в лесу. Оставались хаффлпаффцы, в большинстве своем слишком хорошо относившиеся к Гермионе, чтобы ее разыгрывать, и рейвенкловцы. Кое-кто действительно не ладил с Гермионой, Гарри и Джинни (некоторые из-за того, что Гермиона опережала их в учебе, а Майкл Корнер с друзьями недолюбливали Джинни после того, как она его бросила), но не в характере рейвенкловцев было совершать нечто настолько глупое и опасное. У Драко было куда больше врагов, но все же Гарри не мог себе представить не единого человека, способного вот так, запросто, пойти в Запретный лес, помимо Хагрида, Фреда и Джорджа.
- Вот почему они отправили Хагрида в «Три Метлы», - пробормотал Гарри. - Чтобы он случайно не помог Гермионе.
- Именно, - Джинни состоила гримасу. - Пошли, Гарри — нужно идти за ними...
- Как? - спросил Гарри, сердито суя карту в карман. - Карта здесь не поможет. Она не настолько подробна. Мы наверняка встретим кучу ужасных зверюг и можем потратить не один день на поиски Гермионы...
- Нужно хотя бы попытаться, - настаивала Джинни, яростно сверкая глазами.
- Да знаю я, - огрызнулся Гарри. - Просто... жаль, у нас нет плана.
- Эй, Гарри!
Они недоуменно повернулись. К ним шли Дин и Шеймус, за которыми следовала толпа.
- В чем дело? - осведомился Гарри.
- Фред и Джордж сказали, сейчас у опушки один слизеринец должен получить по заслугам, - объяснил Дин. Гарри застонал, его худшие страхи подтвердились.
- Они пустили слух, что перед отбоем здесь можно будет увидеть нечто интересное, - возбужденно добавил Шеймус.
Гарри и Джинни в ужасе переглянулись. Мало того, что Фред и Джордж оставили Гермиону в лесу, они еще и подготовили зрителей к тому моменту, когда — и если — она оттуда выберется.
- Гарри! Ты не знаешь, что здесь будет? - спросил Невилл, подошедший в компании Луны Лавгуд.
Услышав имя Гарри, толпа — состоящая, в основном, из старших курсов Рейвенкло, Хаффлпаффа и Гриффиндора — метнулась к нему, желая знать, что он скажет. Учитывая огромное количество витавших слухов и общее недоумение насчет ситуации с Драко, неудивительно, что все тут же навострили уши. Гарри с тревогой огляделся и посмотрел на Джинни, безмолвно прося о помощи. Она закусила губу, напряженно размышляя, и вдруг выпалила:
- Вас надули!
- В каком смысле? - спросил один из хаффлпаффцев.
- Фред и Джордж вас разыграли, - спешно продолжила Джинни. - Да так, чтобы вы еще и попались после отбоя. Если здесь и будет какая-то шутка, то над всеми нами.
- Да, как же! - фыркнул один из немногих слизеринцев. - Ты просто хочешь нас выпроводить.
- Эй, если бы близнецы знали, что будет классная шутка, они бы тоже пришли посмотреть, - не выдержал Гарри. - Раз их нет, значит, они боятся быть пойманными и обеспечивают себе алиби. Не знаю насчет вас, но если тут действительно что-то произойдет, я хочу быть как можно дальше отсюда.
Несколько человек забеспокоились, вспоминая разные проделки близнецов, и поспешно направились к замку.
- Думаю, лучше следить из окон, - добавила Джинни. - Это куда безопаснее, да, Гарри?
- Последнее, что мне сейчас нужно, это еще одно наказание, - буркнул Гарри. - Тем более, что я три секунды назад вышел с отработки.
- Ты прав, Гарри, - громко — чуточку слишком громко — проговорил Невилл. - Те двое что угодно сделают, лишь бы посмеяться. Если бы тут и вправду над кем-то шутили, они бы тоже пришли. Давайте лучше вернемся, пока они не заперли нас снаружи или придумали еще что-нибудь.
Эти слова вызвали в рядах легкую панику, и все, кроме Дина, Шеймуса, Невилла и Луны отправились назад.
- Идешь, Гарри? - все еще слишком громко позвал Невилл.
- Мне нужно еще кое-что сделать в теплице, чтобы закончить отработку. Это займет всего секунду, - подыграл ему Гарри.
Когда все ушли, Невилл, Дин и Шеймус вопросительно посмотрели на Гарри, а Луна мечтательно уставилась в никуда, поигрывая своим ожерельем из пробок от сливочного пива. Дин и Шеймус достаточно знали Невилла, чтобы почуять подвох, и находились в предвкушении, но сам Невилл казался встревоженным.
- Так что происходит на самом деле? - спросил Невилл. - Это из-за Гермионы?
- С чего ты взял? - Джинни со значением посмотела на Гарри; он понял намек и промолчал. Нужно быть настороже: неизвестно, кого близнецы могли завербовать в шпионы.
- Ее никто не видел после маггловедения. За ужином подходил Эрни, сказал, им нужно обсудить какие-то дела главных старост, - ответил Невилл без малейших признаков лжи. - Я пообещал сообщить ей, если встречу, но так и не встретил. Как и все, у кого я спрашивал.
- Что задумали близнецы? - добавил Дин. - Зачем они нас сюда отправили, если никакой шутки не будет?
- Будет, - вздохнула Джинни. - Может быть, по крайней мере.
- Мы считаем, близнецы и Рон решили нас серьезно разыграть, - сказал Гарри. - Мы думаем, они отправили Гермиону и Драко в лес.
Эти слова всех ужаснули и разозлили.
- Ты шутишь!
- Не может быть!
- А если она пострадает?!
- Они поступили нехорошо, - произнесла Луна немного серьезнее, чем всегда. Шеймус, Дин и Невилл повернулись посмотреть на нее. Глаза Луны были расширены больше обычного, это единственное могло указывать на ее тревогу.
- Да, нехорошо, - сухо ответил Гарри. - Короче... мы идем ее искать. Поможете?
- Э... в лесу? - засомневался Дин.
- Но... уже стемнело, - запротестовал Шеймус.
- Я с тобой, Гарри, - Невилл бросил уничижительный взгляд на двух своих одноклассников.
Луна пожала плечами и кивнула.
- Я тоже пойду, - невозмутимо заявила она, как будто отправиться в лес, полный смертельно опасных тварей, было все равно, что пойти на урок.
Шеймус посмотрел на Луну и вздохнул; струсить, когда другие показывали отвагу, было против его принципов как гриффиндорца, тем более, если эти другие состояли из Невилла и чудачки с Рейвенкло.
- Вы уверены, что она там?
- Абсолютно, - ответил Гарри.
- Ну хорошо, - Шеймус глубоко вдохнул и посмотрел на Дина. Тот неохотно кивнул. - Мы с вами.


Глава 38. Кентавры, пауки, совы... ну и вечерок!


Гермиона пробиралась сквозь подлесок так тихо, насколько это было возможно в связке с Драко, который явно не привык гулять по лесам. Он цеплялся за каждый куст и спотыкался о каждый торчащий корень на своем пути. Когда Гермиона в четырнадцатый раз шиканьем пресекла его жалобы, он начал ворчать с закрытым ртом. Гермиона справлялась лучше, но ненамного: да, она нередко бывала в Запретном лесу, но сейчас это не делало темноту менее непроглядной, а растительность — менее густой.
Гермиона остановилась, закусив губу, и огляделась, подсвечивая себе волшебной палочкой.
- Знать бы еще, где мы, - пробормотала она.
- Мы заблудились? - сердито зашипел Драко. - Ты заблудила нас в лесу, полном чудовищ, пока искала гигантского паука?
- Да нет же! Где мы, я знаю, но не уверена, где пауки, - Гермиона произнесла Компасное заклинание и выяснила, что они направляются на северо-запад. - Замок на юго-востоке отсюда, а убежище Грохха в той стороне... ага! Та самая поляна!
- Там живут пауки? - взвизгнул Драко, отскакивая в сторону от направления, куда она показала.
- Нет-нет, там на нас напали кентавры... благодаря тебе, - жизнерадостно ответила Гермиона.
- Ну извини, - с сарказмом ухмыльнулся Драко.
- Ничего страшного, - невозмутимо сказала Гермиона. - В конце концов, так мы избавились от Амбридж.
- Стоп... что?
- После того, как мы вышли из ее кабинета, тогда, на пятом курсе, мы с Гарри — или, вернее, это была только я — так вот, я привела ее сюда, - рассеянно начала рассказывать Гермиона, направляясь дальше на северо-запад. - Нас окружили кентавры, и Амбридж совершила ошибку: назвала их «полукровками» с «интеллектом, близким к человеческому». Если бы не Грохх, нас бы всех убили. В общем, позже Гарри сказал, что я случайно направилась по тому же пути, который привел их с Роном к Арагогу. То есть, эта поляна указывает на то, что мы идем правильно.
- А нельзя пройти насквозь? - застонал Драко, когда она направилась в обход.
- Нельзя, - ответила Гермиона. - Там нет укрытия. Кентавры потому и смогли нас окружить — мы были на открытом месте, а они прятались за деревьями.
Драко вздохнул, а затем потряс головой.
- Есть хоть что-то, чего вы еще не делали? - пробормотал он.
- Что?
- У вас были все известные волшебному миру приключения, - угрюмо заметил Драко. - Дементоры, тролли, великаны, акромантулы, бешеные кентавры... Вам недостаточно было втроем выиграть войну против одного из самых могущественных в мире волшебников? Что, это было слишком скучно?
- Ага, - улыбнулась Гермиона. - А теперь тихо... мы уже близко.
- Откуда ты знаешь? Все эти деревья выглядят одинаково, - заворчал Драко, тем не менее, понизив голос.
В ответ Гермиона опустила палочку к земле, и Драко увидел, что под ногами у них хрустели не сухие листья и прутики, как он полагал, а неправдоподобно большие пауки (хотя до акромантулов им было очень далеко). Глубоко содрогнувшись, он придвинулся к Гермионе.
- Значит... эти акромантулы, - прошептал Драко. - Ты сказала, Поттер и Уизли с ними встречались.
- Ну да, и что? - рассеянно пробормотала Гермиона, пытаясь выбраться из объятий особо колючего куста.
- То есть, они тебя не тронут? Они знают тебя, так же как тот великан? - он решил, что именно в этом была причина ее спокойствия.
- А, нет: я была тогда под Оцепенением. К тому же Арагог — это их вожак, или как там акромантулы называют своего главу, — сказал Гарри и Рону, что не станет мешать своим паукам их есть. Сказал, что Хагрид вырастил его из яйца и находится под защитой, но на других людей это не распространяется. Ага! - Гермиона наконец высвободилась из колючих веток. - Акромантулы напали на Гарри и Рона и едва их не убили...
- Что?! - вскрикнул Драко.
- Ш-ш-ш!
- О, все лучше и лучше, - заворчал Драко. - Злобные разумные гигантские пауки, нас всего двое, у меня нет палочки, и они уже однажды угрожали вас убить. Просто великолепно.
- Все будет хо... берегись! - воскликнула Гермиона, показывая ему за спину.
- Ну да, Грейнджер, так я и купился. Конечно же, сзади стоит огромный-преогромный монстр. - Драко закатил глаза и глянул через плечо, чтобы подтвердить свою правоту. Взамен он увидел совсем рядом паука размером со жгучего соплохвоста.
- А-а-а!!!
- Пригнись! - крикнула Гермиона, но в этом не было нужды: стоило пауку сделать шаг, как Драко нырнул за гриффиндорку. Гермиона отвела палочку назад и резко взмахнула... и акромантула опрокинуло на спину.
- Ха! - Драко важно вышел вперед. - Не такие уж они и... А-а-а!!!
Акромантул с невероятным проворством перекатился на ноги. Гермиона, ожидавшая этого, снова занесла палочку. Драко, не ожидавший этого, бросился бежать.
- Ай! - Гермиону дернуло в сторону, и ей пришлось последовать за Драко, который кинулся обратно по пути, которым они пришли. - Малфой! Стой! Ты нас погубишь!
Гермиона не знала, что ей делать. Паук бежал за ней, а Драко и не собирался замедляться. Если попытаться его остановить, дернув за цепь, она потеряет драгоценные секунды, и это позволит пауку поймать ее. Если развернуться, чтобы прицелиться, Драко сдернет ее с ног прежде, чем она произнесет заклинание, а если попробовать бежать задом наперед, она наверняка врежется в дерево. Гермиона стала выкрикивать заклинания, направляя палочку назад через плечо, но паук легко уклонялся.
- А-а-а!!!
- Стой же!
- Вы от меня не сбежите, жалкие людишки! - произнес акромантул, громко щелкая жвалами.
- А-а... ух!
Драко врезался во что-то большое и покрытое шерстью и упал. Гермиона не теряя времени развернулась и угостила паука красным лучом заклятия. Тот снова опрокинулся на спину, и, прежде чем он смог подняться, Гермиона быстро поразила его еще тремя заклинаниями.
- А-а!!!
- С пауком покончено, идиот...
- Бешеный кентавр! Бешеный кентавр! - вскрикнул Драко, снова ныряя за Гермиону.
- Добрый вечер, - произнес низкий, полный печали голос.
Гермиона замерла на месте, сразу узнав его. Резко повернув голову, она увидела, что большим и мохнатым препятствием, в которое врезался Драко, оказался Ронан, гнедой рыжеволосый кентавр, в прошлый раз выступавший против убийства ее и Гарри.
- Ронан, - испуганно выдохнула она, делая шаг назад и случайно наступив Драко на ногу. Тот едва заметил; он сжимал ее плечи и пригибал голову, всхлипывая в панике.

* * *

- Стойте, - произнес Невилл, когда они добрались до опушки.
Дин и Шеймус остановились с готовностью, Гарри и Джинни — немного более неохотно. Луна просто встала, уставившись в пространство.
- В чем дело? - осведомился Гарри.
- Гарри... а нам не нужно составить план, прежде чем мы пойдем туда? - робко спросил Невилл. - Ну, знаешь... составить план действий... вооружиться?
- У нас есть волшебные палочки, - напомнила ему Джинни.
- Да, но... может, попросить Хагрида пойти с нами?
- Точно, айда к нему! - поспешно сказал Дин.
- Хагрид в баре, - резко произнес Гарри.
- Ну... ну тогда кто-то из нас может сходить за ним...
- У нас нет на это времени! Гермиона сейчас в опасности, - рявкнул Гарри.
- Да знаю я, знаю, только... ну... уже стемнело...
- Вы идете со мной или нет? - взорвался Гарри. - Если нет, так и скажите, потому что у меня нет времени для...
- Поттер?
Гарри подскочил. Сквозь сумерки к ним приближался высокий человек — Снейп.
- Это вы, профессор? - уточнил Гарри.
- Да, да... что вы здесь делаете? - спросил Снейп.
- Я... а вы что здесь делаете? - ответил вопросом на вопрос Гарри. Он не позволит учителю — любому учителю — помешать ему спасти Гермиону. С тех пор как Снейп съехал с катушек, с ним стало легче иметь дело, и Гарри собирался этим воспользоваться.
- Иду к воротам, - пожал плечами Снейп. - Сначала я хотел отправиться через камин, но не желаю быть с ног до головы в саже, когда доберусь до места.
Они уставились на него, разглядев при свете палочек, что Снейп позаботился о своем внешнем виде. Волосы казались свежевымытыми и совсем не жирными. Снейп вернулся к черному цвету в одежде, но те баллы за мрачность, которые ему могло это дать, вчистую уничтожала улыбка на лице, а еще...
- Вы что, надушились? - поразилась Джинни.
- Кто, я? Нет-нет, конечно, нет, - поспешил сказать Снейп, медленно отступая от них. - Это... ингредиенты для зелий, знаете, от них всегда такая вонь... ну, не буду мешать... вашему времяпровождению...
Гарри, Джинни, Дин, Шеймус и Невилл изумленно смотрели ему вслед, и даже Луна казалась слегка заинтригованной.
- Что это было? - спросил Шеймус.
Джинни повернулась к Гарри:
- Ну хорошо. Я знаю, что Гермиона сейчас там одна с Малфоем, а в лесу много опасностей, но, Гарри, нам нужно проследить за Снейпом. Нужно узнать, куда он собрался. Никогда еще мне так не хотелось играть с тобой, Гермионой и Роном в сыщиков, как сейчас, но раз уж мир сошел с ума, и вместо тех двоих с нами эти четверо, я предлагаю сначала пойти за Снейпом. Гермиона в состоянии продержаться еще немного, а я хочу знать, что задумал Снейп.
- Это может быть что-то важное, - кивнул Дин.
- И мы наверняка потеряемся в лесу, - безмятежно добавила Луна. - Будем бродить целую вечность, пока нас не поймает Грязнюжа.
- Гряжнюжа? - нервно повторил Невилл.
- Да, знаешь, она очень страшная...
Гарри нахмурился, отключаясь от разговора. Гермиона одна в лесу с Малфоем... но у Фреда и Джорджа ни за что бы не вышло достать ее палочку из кобуры. Гермиона сможет о себе позаботиться еще какое-то время... а им нужно узнать, что такое со Снейпом... если он сейчас с кем-то встречается в Хогсмиде, загадку можно решить раз и навсегда... а если Снейп все-таки замешан в появлении у Гарри этих видений и снов...
- Хорошо, - буркнул Гарри. - Но только несколько минут, а потом возвращаемся сюда.
Дин, Шеймус и Невилл торопливо закивали, и все шестеро поспешили за Снейпом.

* * *

В отличие от своего прошлого столкновения с кентаврами, на этот раз Гермиона была готова к чему-то подобному — так, на всякий случай. Теперь она лучше представляла себе, что нужно говорить. Она поспешно убрала палочку в карман и подняла руки вверх, прилагая усилия к тому, чтобы оставаться спокойной.
- Ронан, я знаю, что вы и другие кентавры не хотели, чтобы я возвращалась, - Гермиона старалась не лепетать, но получалось плохо, - и до сегодняшнего дня я только навещала Грохха, как Хагрид с вами и договорился. И я не так уж часто приходила в этом году, так как была занята. Я не хотела вторгаться на ваши земли. Просто в школе сейчас война шуток, и нас сюда принесли против воли. Я только хотела поймать акромантула, чтобы отомстить. Я знаю, что не должна была ходить туда, куда обещала не ходить, я только...
- Можете быть спокойны, - прервал ее Ронан. - Вы одна из тех, кто убил Того, Кого Нельзя Называть. Мы теперь зовем вас Дочерью Афины, и для меня честь находиться рядом с вами. Пожалуйста, передайте Избранному мое уважение и извинения за наше обращение при прошлой встрече. Ни я, и никто из моих соплеменников не тронет вас, но молю: поспешите добраться до стен замка. В лесу скрываются и другие опасности.
- Спасибо, - Гермиона вздохнула с облегчением. - И... я передам Гарри ваши слова.
- Она направила палочку на паука, и тот воспарил над землей, готовый полететь туда, куда она укажет. Гермиона отправилась мимо Ронана, Драко не отставал от нее, все еще дрожа. Вдруг Гермиона остановилась и неуверенно оглянулась.
- Э-э... замок ведь в той стороне? - спросила она, указав пальцем.
- Да.
- Спасибо. До свидания, Ронан.
- До свидания, Дочерь Афины.
Драко таращился вслед ускакавшему кентавру, пока тот не скрылся из виду, и поспешил догнать Гермиону, так как паук летел за ними в неприятной близости.
- Ты не знала точно, где замок?
- Я просто хотела убедиться, - возразила Гермиона, но Драко показалось, что она кривит душой.
- Ты могла завести нас прямо в логово оборотней!
- Учитывая, что до полнолуния еще далеко, я в этом сомневаюсь.
- Все равно! - Драко вздохнул, все еще сердясь, и с тревогой оглянулся на акромантула. - Ты уверена, что эта тварь больше не нападет?
- Уверена. Шевели ногами, отсюда до Хагрида идти полчаса, как минимум.
- А зачем нам к Хагриду?
- Узнаешь, когда доберемся.
Драко нахмурился:
- О чем говорил этот кентавр?
- Очевидно, со смертью Волдеморта они изменили свое к нам отнешение, - Гермиона раздраженно пожала плечами.
- Нет... я про эту дочку Афины.
- Не знаю. Наверное, так они решили воздать нам свое уважение. Избранный — это явно Гарри, его все так зовут.
- А что значит твое прозвище?
- Не уверена... Афина была богиней мудрости.
- И войны, так?
- Да, но не как Арес. Тот просто любил кровопролитие и хаос. А она помогала героям в подвигах.
- То есть, была такой же добренькой как ты, - жизнерадостно подытожил Драко. - Ну, это логично, да? Правда, она была девственницей, а ты шлюха...
- Да ради бога, тебе еще не надоело? - заворчала Гермиона.
- Нет. Это правда. И я добьюсь, чтобы все это знали.
- Ты просто выставишь себя на посмешище.
- Как будто это будет впервые, - он закатил глаза. - Оно того стоит. История с татуировкой стоила. - Гермиона заскрипела зубами. Заметив это, Драко продолжил еще радостней: - Держу пари, все до сих пор обсуждают квиддичную тренировку в понедельник.
- Умолкни, - зарычала Гермиона. - Это было сто лет назад.
- Да, но на этой неделе больше ничего интересного не случалось, так что кроме понедельника и поговорить-то не о чем, - важно заметил Драко. - Да, наверняка моя команда всем рассказала, что ты пыталась «отгрызть важную часть моего тела» и все такое. Конечно, они могут решить, что слово «отгрызть» обозначало другое, более приятное действо...
- Ты отвратителен.
- Сказала девчонка, которая спит со Снейпом.
- Я не сплю... послушай, - Гермиона остановилась и повернулась к нему, пытаясь удержать свою злость в узде. - Кажется, мы договорились. У нас перемирие до конца этой шутки.
- Но ты же так сексуально сердишься, - поддразнил ее Малфой.
- Ладно, - произнесла Гермиона, с яростью глядя на его ухмылочку. - Я устала, замерзла, исцарапалась и вымазалась в грязи, я на взводе оттого, что в любую секунду на нас может кто-то напасть, у тебя нет волшебной палочки, а под моим контролем находится огромный паук. Ядовитый паук, должна добавить. Ну что, тебе еще хочется меня рассердить?
Самодовольство Драко тут же сменилось тревогой.
- Хорошо, намек понял.
- Спасибо.
Но когда они отправились дальше, Драко не смог удержаться от последней подначки.
- Пожалуйста. Наверное, мне нужно быть к тебе добрее. - Гермиона бросила на него изумленный взгляд. - А что? В конце концов, с тех пор, как нас сковала цепь, ты не могла трахаться ни с Вудом, ни со Снейпом. Должно быть, это очень обидно.
Гермиона издала тихий вопль и продолжила идти вперед. Драко последовал за ней, ухмыляясь и едва не приплясывая.
Произошедшее одновременно позабавило его и заставило задуматься. То, что Гермиона узнала правду о Роне, Драко только на руку... в конце концов, именно счастье от возвращения Рона позволяло ей не обращать внимания на оскорбления Драко. Сейчас это счастье сменилось целеустремленностью и желанием отомстить, за которыми, конечно, придет удовлетворение, но это ничто по сравнению с тем влиянием, которое оказало на нее возвращение Рона. Теперь Драко снова может ее донимать... эта мысль казалась притягательной как никогда.
- Ну, - сказал Драко, подарив ей несколько минут тишины, - что в твоем хитроумном плане идет следующим пунктом?
- Будем надеяться, - чопорно произнесла Гермиона, - что ты врежешься в дерево и разобьешь себе нос.
- Хорошо, а потом? - весело спросил Драко, не желая, чтобы она думала, будто задела его.
Гермиона тяжело вздохнула:
- Мы идем к Хагриду.
- Зачем? Этот олух может отнять нашего большого и опасного паука.
- Ты лучше не обзывай при Гроххе его старшего братика, - невозмутимо произнесла Гермиона и усмехнулась, когда Драко беспокойно заоглядывался.
- Это не смешно, - Драко повернул голову, сердито глядя на Гермиону... и врезался в дерево. Гермиона расхохоталась.
- Ой, ха-ха, - мрачно сказал Драко, потирая ухо. - Ну, продолжай. Нам еще людей разыгрывать. Что дальше?
- Ах, как мне нравится твой деловой настрой, - холодно заметила Гермиона и, прежде чем Драко смог отпарировать, продолжила: - Мы идем к Хагриду, чтобы отправить записку Гарри. В прошлую среду мы узнали, что сегодня у него отработка в теплицах; если нам повезет, он все еще будет там.
- А у Хагрида есть сова? - спросил Драко.
- Да, - ответила Гермиона, избегая его взгляда.
- Тогда ладно.
- А теперь помолчи, - посоветовала Гермиона, пробираясь вперед. - Помни, что сказал Ронан про другие здешние опасности.
Драко нервно сглотнул и решил, что она права. Дальнейший их путь лишь изредка нарушали жалобы и перебранки. Идти по своим следам оказалось куда легче: они уже проложили какую-никакую тропинку.
Спустя долгое время Гермиона наконец свернула на чуть более обширную тропу, по которой обычно ходила к Грохху. Выдохшиеся, замерзшие и злые, они хранили молчание, пока Гермиона не прошептала:
- Осторожно, Пушок совсем рядом.
- Пушок? Ты боишься кого-то по имени Пушок?
Гермиона приостановилась, затем опустила паука на землю и протянула Драко по-прежнему зажженную палочку:
- Вот что. Возьми ее и вглядись между вон теми деревьями.
Драко взял волшебную палочку и поднял ее повыше. Три секунды спустя он выпучил глаза при виде огромного трехголового пса, прикованного к большому дереву, и завопил.
- Это Хагрид его назвал, - заметила полностью удовлетворенная Гермиона, забирая у него палочку, и взмахнула ею. Заиграла навязчивая мелодия, и глаза пса закрылись.
- О боже мой, - простонал Драко, все еще крупно дрожа. - Нам нужно выбраться из этого леса, Грейнджер.
Гермиона вдруг остановилась и озадаченно огляделась:
- Черт... кажется, мы опять заблудились.
- Что?!
- Прости, не смогла удержаться, - она самодовольно улыбнулась.
- Ах ты...
- Тихо, тихо. Помнишь — гигантский паук, гигантский пес, гигантский великан?..
- Ненавижу тебя.
- Взаимно. О, вот мы и пришли.
Лес закончился внезапно, и они очутились на тыквенной грядке Хагрида.
- За мной, - сказала Гермиона, подошла к хижине и постучала в дверь.
- Интересно, как мы это объясним, - пробормотал Драко, бросив взгляд сначала на Гермиону, и потом на себя: оба по-прежнему казались полураздетыми, выглядели так, будто подрались с армией лукотрусов и проиграли, а за ними в воздухе парил огромный паук.
- Хагрид всегда помогал нам, неважно, по какому поводу, - Гермиона повысила голос, чтобы ее слова не заглушил лающий за дверью Клык. - Но, похоже, его нет дома.
Тяжело вздохнув, Гермиона осторожно опустила паука на землю и махнула палочкой. Дверь отворилась.
- Будь здесь, - сказала Гермиона Драко, хватая Клыка за ошейник и оттаскивая его от Малфоя.
- Почему это? - возмутился Драко, тревожно оглядываясь на акромантула.
- Кому-то нужно стоять на страже.
- И этот кто-то — не я!
- Клык тебя не знает!
- Клык знает меня с первого курса! Мы вместе убегали от Темного Лорда! Это сближает!
- А у собак короткая память! - рявкнула Гермиона и захлопнула дверь у него перед носом. Гриффиндорка повернулась и направилась к столу, но, не приняв во внимание проблему с цепью, едва не лишилась руки.
- Что-то забыла? - спросил Драко, покрутив запястьем, когда она раздраженно открыла дверь.
- Заткнись, - зарычала Гермиона, впуская его. - Ничего не трогай. Мы здесь ненадолго... я только напишу сообщение для Гарри.
Схватив пару клочков пергамента и перо с чернильницей, Гермиона написала одну записку для Гарри и другую для Хагрида, с извинениями за то, что похозяйничала в его доме. Затем она пошла наружу; Драко, идя следом, ворчал по поводу собачьей слюны:
- Чертова тварь... наверняка в родстве с этим чудовищем Пушком...
- Привет! - воскликнула Гермиона, и Драко поднял голову, ожидая увидеть сову Хагрида. То, что предстало взору вместо этого, заставило его в ужасе уставиться на Гермиону.
- О нет, - выдохнул Драко. - Да ты свихнулась?! Хочешь послать письмо вот с этим?
- Он справится, - защищалась Гермиона. - А у тебя есть идея получше? Раз уж Хагрида нет, придется использовать то, что имеем.
Гермиона двинулась вперед, а Драко вздохнул.
- У меня плохое предчувствие, - пробормотал он.

* * *

- Гарри, помедленней, - взмолился Невилл.
Джинни, Дин, Шеймус, Невилл и Луна уже задыхались от быстрого бега; Гарри, в общем, тоже, но он не собирался из-за этого останавливаться.
- Нам нужно спасти Гермиону, - огрызнулся он.
Их слежка за Снейпом оказалась бесполезной — тот аппарировал, едва выйдя за ворота. Они не представляли, куда он мог отправиться, разве что могли исключить Хогсмид: было бы глупо аппарировать на пару сотен метров, к тому же перемещаться прямо в чужой дом считалось весьма невежливым.
- Я знал, что нельзя было терять время на Снейпа...
- Гарри, если мы попадаем от усталости, то будем уже не в состоянии кого-то спасать, - пропыхтела Джинни.
Гарри бросил на нее раздраженный взгляд, но все-таки остановился. За ним с радостью остановились все остальные, тяжело дыша и хватаясь за бока.
- Отдыхайте быстрее, - нетерпеливо сказал Гарри и достал из кармана плаща Карту Мародеров, желая удостовериться, что Гермиона еще в лесу. Но его ждал приятный сюрприз.
- Эй! - позвал он. Джинни, сидевшая прямо на земле, подняла голову. - Гермиона и Малфой выбрались! Они у Хагрида!
- О, слава богу, - Джинни вздохнула с облегчением, утирая пот со лба.
- Это здорово, - произнес Невилл.
- Берегись!!! - взревел Шеймус, а Гарри, уронив карту, развернулся на месте с палочкой в руке и увидел, как на них зигзагами летит нечто размером со слоненка. Размах крыльев его составлял чуть ли не пять метров, огромное тело казалось в темноте странно бесформенным, а еще существо громко щебетало. Ребята с криками бросились врассыпную.
- А-а!
- Бежим!
- Это Кекнак!
Гарри собирался выкрикнуть заклинание, но не успел: большое пернатое существо опрокинуло его на спину и снова взмыло вверх, по-прежнему что-то неразборчиво лепеча на своем языке.
Гарри извернулся и прицелился:
- Оглу...
- Нет! - крикнула Джинни, ударив его по руке. - Это Сыч!
Действительно, странное создание не нападало, а наматывало круги над головами Гарри и Джинни как ужаленная скаковая лошадь. Наконец Сыч приземлился и вытянул ногу, едва не обезглавив Луну своими когтями.
- Очевидно, его послала Гермиона, - пробормотал Гарри, выхватывая у Сыча свернутый кусок пергамента и прожигая его взглядом.
- Ей непременно нужно было купить кота, да? - сказала Джинни. - Нет, чтобы купить сову. Нет, она решила, что будет просто брать чужих сов. Молодец, Гермиона. Очень умно.
- Что там написано? - с любопытством спросила Луна, когда Сыч снялся с места и полетел обратно к Хагриду.
Гарри прочистил горло и начал читать вслух:
Дорогой Гарри,
Рон нас предал. Близнецы отнесли меня и Малфоя в лес и оставили там; они забрали у Драко волшебную палочку. У меня уже готов план мести, но в нем задействованы Дин, Шеймус и Невилл. Тебе придется держать их подальше от спален. Давай встретимся у квиддичного поля рядом с сараем для метел, и я все расскажу. Приходи, как только освободишься.
С любовью, Гермиона.
P.S. Надеюсь, ты не очень напугался, когда Сыч летел на тебя.

- Это еще мягко сказано, - проворчал Шеймус, сердито глядя вслед Сычу.
- А мы там как задействованы? - спросил Дин.
- Не знаю, - Гарри сунул письмо и карту в карман. - Вам лучше пойти с нами к сараю для метел.
- Но почему именно сарай для метел? - нахмурилась Джинни. - Она ведь не собирается летать?.. Она ненавидит летать...
- Кто знает? Пошли, - и Гарри зашагал к стадиону.
Джинни и Луна поспешили за ним. Дин, Шеймус и Невилл переглянулись.
- Как думаете? - спросил Дин. - Стоит пойти?
- О да, - ликующе произнес Шеймус. - Наверняка будет круто.


Глава 39. Блестяще!


Гарри, Дин, Шеймус, Невилл и Джинни стояли неподвижно, глядя на Гермиону со странным выражением на лицах.
- Что? - не поняла Гермиона. - Ребят, это хороший план. Он сработает.
- Еще как сработает, - произнес Драко, с удовольствием представляя себе лицо Рона.
Подошла Луна (по пути она отстала от остальных, чтобы изучить камень, который смахивал на финского притвору), посмотрела на застывших гриффиндорцев и перевела взгляд на Гермиону и Драко. Казалось, даже ее потряс их внешний вид: Драко и Гермиона были полураздеты, с ног до головы в грязи и царапинах, с прутиками и сухими листочками в торчащих во все стороны волосах и с радостными улыбками на лицах. В паре метров позади них парил в воздухе паук размером с Джинни.
- Вы словили мозгошмыгов? - с заботой и сочувствием спросила Луна.
- Что? - Драко нервно огляделся.
- Нет, мы в порядке, - улыбнулась Гермиона. - А вот насчет них я не уверена. - Она кивнула в сторону Гарри и остальных. - Они еще ни слова не произнесли и смотрят на меня как-то странно.
- Мы... я... - Гарри потряс головой, будто пытаясь вытряхнуть из нее ненужные мысли. - Гермиона... ты что, объединилась с Малфоем?!
- Это всего лишь перемирие, Гарри, - пожала плечами Гермиона. - Тут нет ничего такого.
- Мы по-прежнему ненавидим друг друга, - подтвердил Драко.
Гарри забормотал себе под нос что-то вроде «Эти сны не сбудутся... ни за что не сбудутся», но ни Гермиона, ни Драко его, похоже, не услышали.
- То есть, мы не должны делать никаких выводов из того, что вы счастливы работать вместе после того, как провели больше часа в лесу одни и вышли оттуда полуголые? - спросила Луна.
- Конечно, нет! - ужаснулась Гермиона; Драко выглядел столь же потрясенным. - Вы поэтому смотрите так, будто впервые увидели призрака? - возмущенно спросила она.
- Ой, да бросьте, - ухмыльнулся Драко. - Я бы никогда не стал заниматься этим с ней. Конечно, на минутку она попыталась меня соблазнить, но я сказал, что предпочитаю девушек чуть более целомудренных и куда более симпатичных, и она отвалила.
Гермиона повернулась и бросила на него злой взгляд, подняв палочку:
- Что, Малфой, хочешь посмотреть, как акромантул впрыскивает яд в человека?
- Ну вот, глядите, я опять ее обидел, - Драко порывисто вздохнул. - Прости, Грейнджер: ну что я поделаю, если мне нравятся девушки из хороших семей, те, которые не спят с кем попало, умеют пользоваться расческой и понимают, что жизнь не ограничивается библиотекой.
- А я ничего не могу поделать с тем, что всем расскажу, как ты ужасно боишься леса. - Гермиона сделала испуганное лицо, замахала руками и воскликнула высоким паническим голосом: - Бешеный кентавр! Бешеный кентавр! Дайте мне спрятаться за магглорожденную девчонку, что опережает меня по всем предметам! Надеюсь, она спасет меня, ведь я не смогу убежать от кентавра, потому что устал, когда убегал от большого злого паука как напуганный ребенок!
Возмущенный Драко склонил голову набок и прижал ладони к щекам, изображая скорбь:
- О горе мне! Я Гермиона Грейнджер, и мой парень не любит меня, потому что я лживая шлюха. Можно, я чуть-чуть порыдаю посреди леса, полного чудовищ?
- Кажется, мы зря беспокоились, - тихо сказала Джинни остальным.
- Согласен. - Гарри с усмешкой наблюдал за перебранкой.
- Эй! - повысила голос Джинни, делая шаг вперед. - Если вы закончили, нам надо приступать. Вам стоит взять с собой Луну: может пригодиться еще одна волшебная палочка, а мы не знаем, что близнецы сделали с палочкой Малфоя.
- Хорошая мысль. - Гермиона презрительно отвернулась от Драко, пытаясь скрыть то, что не может придумать достойный ответ. - Луне я все расскажу по дороге. Ты ведь нормально летаешь, Луна? - Та кивнула. - Хорошо. Все знают, что им делать? - Утвердительное бормотание. - Не подведите меня. Вперед.
Дин, Невилл, Шеймус, Гарри и Джинни направились к замку. Гермиона повернулась к сараю для метел, подняла палочку и заклинанием снесла дверь с петель.

* * *

- Гарри и Джинни ошибаются, - настаивал на своем Фред. - Да бросьте, вы же нас помните. Это мы здесь мастера розыгрышей, а не они!
- И если мы сказали, что шутка будет, значит, она будет, - добавил Джордж.
Вернувшиеся в гостиную гриффиндорцы смерили близнецов подозрительными взглядами.
- Это уже неважно, - с угрюмым видом произнес один из сокурсников Джинни. - Если мы снова уйдем, то попадемся точно. Отбой сейчас начнется.
Раздраженно переговариваясь, гриффиндорцы направились к своим комнатам. Но тут сидевший у окна первокурсник указал на улицу и закричал:
- Глядите!
У окон тут же случилось столпотворение. Тропинку к хижине Хагрида озарила ослепительная феерия света и красок, превратив Дракучую Иву из бурой в яркую розово-оранжевую. Фред, Джордж и Рон тревожно переглянулись; они посылали всех на улицу, чтобы Гермиону и Драко, когда они выберутся из леса, увидело как можно больше народа — тем больше унижение. Случившееся сейчас — совсем не то, чего они ожидали.
- Думаете, это она? - тихо спросил Рон.
- Возможно, - ответил Фред. - Но это вряд ли.
- Может, это чья-то чужая шутка, случайное совпадение, - предположил Джордж.
- Но это вряд ли, - повторил Фред.
Вскоре открылся вход в гостиную, и, повернувшись, все увидели Дина, Шеймуса, Джинни, Гарри и Невилла, с ног до головы в потеках чего-то липкого тех же цветов, что и светопредставление на улице.
- Ну хорошо, признаю, - угрюмо произнес Гарри. - Я ошибался.
- Там был огромный взрыв, - благоговейно сказал Невилл.
- Кто это сделал? - спросил один из стоявших у окон.
Гарри пожал плечами:
- Без понятия.
- Расскажите нам все! - Лаванда проталкивалась к Гарри сквозь толпу.
- Сначала в душ, - твердо сказал Гарри и вместе с Дином, Шеймусом и Невиллом отправился к спальням для мальчиков, а Джинни пошла к себе.
- Это плохо пахнет, - мрачно сказал Фред.
- Все получится, - решительно произнес Рон. - Если кто-то еще видел эти огни, он может спуститься, чтобы посмотреть поближе, и столкнуться с Гермионой.
- А если и не выгорит, - задумчиво проговорил Джордж, - шутку всегда можно будет повторить.
- А вот это мысль, - ухмыльнулся Фред.

* * *

Гарри распахнул окно спальни. Снаружи парили на метле Драко и Гермиона с пауком над головами. На соседней метле Луна мурлыкала себе под нос, поигрывая ожерельем из пробок от сливочного пива.
- Мантия у вас? - тихо и нетерпеливо спросила Гермиона.
Невилл подбежал к окну, держа в руках серебристую мантию-неведимку.
- Отлично, - произнесла Гермиона. - Отойдите.
Она направила акромантула в окно и осторожно опустила его на кровать Рона, перевернув на спину. Гарри, на лице которого неохота и отвращение мешались с решимостью, взял мантию и накрыл ею паука. Затем он подошел к своему заново упакованному сундуку и постучал по нему волшебной палочкой, чтобы уменьшить.
- Вот, - сказал он, передавая Гермионе сундучок размером с книгу. - Отнесешь его в гостевую комнату?
- Конечно. - Гермиона бросила на него извиняющийся взгляд. Затем она передала ему вещи Рона, которые забрала через окно гостевой комнаты по пути сюда. Гарри вернул им нормальный размер и поставил рядом с кроватью Рона. - Все готовы ко второму этапу?
- Да, - хором произнесли Дин, Шеймус, Невилл и Гарри.
- Ну хорошо, вперед.
Гарри в последний раз убедился, что акромантула не видно, и повернулся к двери. Вчетвером мальчишки поспешили вниз.
- Все это и вправду блестяще, - радостно произнес Драко, потирая руки (он тут же вернул их на метлу, когда Гермиона взвизгнула).
- Спасибо, - удивленно ответила Гермиона.
- Я не тебя хвалил, - огрызнулся Драко.
- Ну и черт с тобой. - Гермиона закатила глаза и повернулась к Луне. - Если не возражаешь, тебе лучше вернуться в свою гостиную. Рону не стоит знать о твоем участии, так что тебе нужно хорошее алиби.
- Ладно, - безмятежно согласилась Луна. - Расскажете мне, как все прошло.
- Мы дадим тебе полный отчет, - пообещала Гермиона, и Луна полетела к западной стороне замка.

* * *

- И что теперь? - вслух задумался Рон, но тут в гостиную ворвались его испуганные однокурсники.
- Парни, - зашипел Гарри, быстро оглядевшись и убедившись, что на них никто не смотрит. - Гермиона с Малфоем наверху, разъяренные! Они громят нашу спальню! Гермиона что-то рычит про вас троих!
- Остановите ее! - сердито добавил Дин. - Она сожгла мой плакат с «Вест Хэм».
- И мою Мимбулус Мимблетония, - всхлипнул Невилл. - Она прямо в бешенстве...
Фред и Джордж уже бежали к лестнице с Роном по пятам. Победоносно взглянув на Дина, Шеймуса и Невилла, Гарри подал знак Джинни, прячущейся на лестнице, что вела в спальни девочек. Четверка парней отправилась за близнецами и Роном, Джинни кралась следом.
Распахнув дверь в спальню семикурсников, Фред и Джордж ворвались внутрь, собираясь успокоить — или, наоборот, позлить насмешками — Гермиону. Рон протолкнулся между ними и огляделся.
- Где она? - спросил он и повернулся к двери, чтобы увидеть, как Гарри захлопывает ее снаружи. - Гарри! Что ты...
- Коллопортус! - крикнул Гарри, и заклинание с чпоканьем запечатало дверь.
Джордж стал дергать за дверную ручку, но тут со стороны окна раздался другой голос:
- Ассио мантия-невидимка!
На кровати Рона появилось что-то большое и темное, но взгляды троих Уизли были прикованы к окну. Гермиона сжимала в руках мантию-неведимку Гарри, сидя вместе с Драко на метле, и лица обоих торжествующе сияли.
- Привет, мальчики, - произнесла Гермиона с наводящей ужас улыбкой. Она снова подняла палочку и указала на кровать Рона: - Эксусито!
Уизли развернулись и вытаращили глаза от страха, увидев, как огромный паук поднимается на ноги, щелкая жвалами.
- Настало время расплаты, - весело произнесла Гермиона и захлопнула окно, приглушив раздавшиеся изнутри крики.

* * *

- Мы разыграли Фреда и Джорджа, - благоговейно прошептал Дин с ошарашенным видом. - Мы попадем в историю.
- Если останемся в живых, - тревожно уточнил Невилл.
Они немного послушали вопли.
- И что дальше? - ухмыляясь, спросил Шеймус.
- Третий этап, - напомнил ему Гарри. - Дин, Шеймус, Невилл — свою роль знаете. Джинни — со мной.

* * *

Поднимаясь на седьмой этаж, МакГонагалл вздохнула. Она пыталась вытянуть из Альбуса ответы: Северус опять исчез, и никто не знал, куда. Если Альбусу и было что-то известно — а МакГонагалл была в этом уверена, - то он не признавался. В итоге она решила продолжить поиски информации утром, а пока вернуться в свои комнаты и лечь спать.
Она уже почти достигла вершины пролета, когда из-за угла вынырнули Дин, Шеймус и Невилл и бросились вниз по лестнице.
- Лонгботтом! - выкрикнула она, а Невилл споткнулся и едва не упал. Шеймус схватил его за руку, чтобы удержать. - Финниган, Томас, что вы здесь забыли в такое время?
- Мы за вами! - тяжело дыша, выпалил Дин. - Дверь в нашу спальню заперта, а изнутри слышно вопли Рона и еще кого-то. Там еще непонятные звуки, но мы не поняли, что это...
МакГонагалл обошла их и направилась в гриффиндорскую башню, оставляя задыхающихся мальчишек на лестнице (они едва держались на ногах после того, как бежали с улицы в башню, семь пролетов вверх по лестнице до своей спальни, столько же вниз, затем опять вверх и снова вниз, и по коридору седьмого этажа).
- Что с ними на этот раз? - пробормотала МакГонагалл, представляя себе реакцию Поппи, когда Поттер, Уизли и Грейнджер с Малфоем снова объявятся в больничном крыле. Поппи и так была в дурном настроении, ведь новая версия Северуса считала, что живет в альтернативной реальности, где ему вовсе не нужно варить зелья для больничного крыла, чтобы помочь Поппи справиться с сезонной вспышкой простуды.
МакГонагалл прошествовала по гостиной мимо толпы гриффиндорцев и стала подниматься по лестнице, даже не задумываясь над тем, почему все пристально уставились в окна. Уже недалеко от вершины лестницы ее ушей достигли отчаянные крики:
- А-а!
- Помогите!
- Ненавижу пауков!
- Я убью вас всех!
Вздохнув, МакГонагалл подняла палочку и специальным заклинанием определила, какие чары запечатали дверь — Коллопортус. Одну секунду и одно контрзаклятие спустя дверь отворилась, открыв взгляду сцену одновременно смешную и страшную.
Фред, Джордж и Рон сломя головы носились по комнате, стреляя заклятиями в небольшого акромантула, что гонялся за ними, скрипучим голосом угрожая смертью и голодно щелкая жвалами. Цветные лучи заклинаний превращали комнату в подобие дискотеки, на которой случилось что-то ужасное.
- Убейте его... убейте!
- Я не знаю, как!
- Ну почему я плохо слушал Хагрида?
- Вас ждет мучительная смерть!
МакГонагалл присела и направила палочку на брюшко паука:
- Ступефай!
Паук упал, и трое мальчишек остановились. С облегчением оглядываясь и крупно дрожа (мантия Рона спереди была мокрой, как будто у него случилась неприятность), они увидели преподавателя.
- Спасибо! - взвыл Фред, бросаясь вперед и обхватив ее руками; братья последовали его примеру.
- Спасибо-спасибо-спасибо! О, мы прощаем вас за пение! - сказал Джордж.
- Отцепитесь! Ради бога, возьмите себя в руки! - рявкнула МакГонагалл, находясь в полном замешательстве. Уизли поспешно отступили. - Кто-нибудь желает рассказать мне, что здесь произошло?
- Это все Гермиона! - немедленно воскликнул Фред.
- И Малфой!
- И Гарри!
- И Джинни!
- И наверняка Дин, Шеймус и Невилл!
- Как именно все случилось? Это же акромантул... чтобы его достать, кому-то пришлось бы отправиться в Запретный Лес...
- А... наверное, так они и сделали, - торопливо произнес Фред. МакГонагалл с подозрением выгнула бровь, но промолчала. - Гарри, Джинни, Дин, Шеймус и Невилл зашли в гостиную и пошли в свои комнаты, но потом Гарри, Дин, Шеймус и Невилл вернулись и сказали, что Гермиона наверху громит эту комнату, и мы побежали сюда, чтобы ее остановить, и Гарри нас запер.
- А паук был накрыт мантией Гарри, чтобы мы его не увидели, - добавил Джордж. - А Гермиона была за окном на метле, и она призвала с паука мантию, и они с Малфоем улетели.
- А потом... - начал Рон, но тут же отвернулся и принялся блевать.
- У вас есть доказательства? - спросила МакГонагалл.
- Ну... было похоже, что Гермиона и Драко побывали в лесу, - протянул Фред. - Они были все в грязи и сухих листьях.
МакГонагалл вздохнула:
- Отправляйтесь в больничное крыло, все трое. Не могу сказать наверняка, но, кажется, акромантулы ядовиты, он мог вас отравить. И в любом случае вам не помешало бы Успокоительное зелье. Я найду Хагрида и разберусь с мисс Грейнджер и мистером Поттером.
Парни кивнули и, все еще дрожа, стали спускаться по лестнице. МакГонагалл на всякий случай связала паука заклинанием и направилась в гостевую комнату.
- Любовь-морковь, - сказала она, оказавшись перед стеной. Та скользнула в сторону, а МакГонагалл строго посмотрела на учеников, сидевших в гостиной, чтобы никто не посмел прокрасться за ней, и подошла к портрету.
- Пароль? - спросила картина.
- Война шуток. - Учителям сообщались все пароли в замке.
- Простите, но его только что сменили.
Не представляя себе, какой пароль стоит теперь, она решила использовать свой личный пароль, предназначенный как раз для подобных случаев. Личные пароли были у всех преподавателей, назначались самим Дамблдором и отворяли любой закрытый паролем проход.
- Женщина-кошка, - мрачно произнесла она.
- Верно, профессор. - Портрет качнулся в сторону.
МакГонагалл вошла и огляделась. Обе кровати, стоявшие в комнате, были не заправлены. Гермиона и Драко сидели за столом, усыпанном книгами, и орали друг на друга.
- Неудачник!
- Всезнайка!
- Слизняк!
- Ненормальная!
- Идиот!
- Грейнджер! Малфой!
Они прервали свой горячий спор и повернулись к МакГонагалл.
- Профессор! - удивилась Гермиона. - Что-то случилось?
- Что вам известно об акромантуле в спальне у Уизли? - рявкнула МакГонагалл.
- А что такое акромакула? - спросил Драко.
- У Рона в спальне акромантул? - встревоженно повторила Гермиона. - Как Рон?
- С ним все нормально, - с подозрением сказала МакГонагалл. - Он потрясен, но цел.
- Он ведь боится пауков, - обеспокоенно произнесла Гермиона. - Вы уверены, что он в порядке?
- Уизли боится пауков? - ликующе повторил Драко. - Ну и трусишка!
- Эй, Гермиона, идешь спать? - спросил Гарри, выходя из ванной в банном халате. При виде МакГонагалл он замер. - Профессор? Что случилось?
- А вы что здесь делаете? - спросила МакГонагалл.
- Я здесь живу, - пожал плечами Гарри. - Сплю на диване и составляю компанию Гермионе. Она слишком много времени цапается с Малфоем, если меня нет рядом, чтобы цапаться с ним за нее.
- Близнецы Уизли утверждают, что вы запустили в свою спальню акромантула.
- Что? Зачем мне это делать? - возмутился Гарри. - Я ненавижу акромантулов. Думайте, что хотите, но с тех пор, как они пытались меня убить, я стараюсь держаться от них подальше. Как он попал в спальню?
- Это я бы и хотела узнать, - сказала МакГонагалл. - Уизли утверждают, что мисс Грейнджер и мистер Малфой подлетели к окну на метле.
- Но я терпеть не могу летать! - воскликнула Гермиона.
- А то мы не знаем, - буркнул Драко.
- Подняться на такую высоту — да я бы напугалась до смерти! Спросите кого хотите: профессор Вуд знает, и мадам Трюк...
- А я больше никогда не сяду с ней на одну метлу, - мрачно произнес Драко.
- А вы... вы уверены, что это не подстроил один из близнецов? - робко спросила Гермиона. - Рон как-то говорил, что не любит пауков с тех пор, как Фред превратил в паука его плюшевого мишку. Может, так они решили его разыграть — вы ведь их знаете.
МакГонагалл понимала, что это вполне могло оказаться правдой, но все же была уверена: настоящие виновники перед ней.
- Полагаю, все вы можете сказать мне, где находились сегодня вечером? - осведомилась она с тенью улыбки на губах.
- Мы с Малфоем здесь с обеда. - Гермиона тоже слегка улыбнулась. - Я сказала Рону, что пойду в библиотеку поискать еще информацию о том, как снять цепь, - до Рождества осталось всего ничего. Гарри только вернулся с отработки; он был весь в какой-то краске или чем-то вроде и сразу пошел в душ.
- Но если мы что-то услышим, то непременно вам сообщим, - сказал Гарри.
- Не сомневаюсь, - со смешком произнесла МакГонагалл. - Ну хорошо, а никто из вас не знает, где сейчас Северус?
- Нет, - вздохнул Гарри. - После отработки я видел, как он шел в сторону Хогсмида, и последовал за ним, но сразу за воротами он аппарировал.
- Значит, он, скорее всего, не в Хогсмиде, - задумалась МакГонагалл. - Ну что ж... должно быть, он отправился навестить друга, что живет подальше.
- У Снейпа есть друзья? - не удержался Гарри.
- Да. - Губы МакГонагалл тронула улыбка. - Может, он язва и грубиян, но даже у таких людей бывают друзья.
- Вроде как у Малфоя, - задумчиво произнесла Гермиона, не успев себя остановить.
- Эй! - разозлился Драко.
- А теперь прошу простить, - МакГонагалл с усмешкой повернулась к выходу. - Мне нужно разобраться с акромантулом. Еще я должна сказать Альбусу, что у вас троих есть алиби, а значит, вы не при чем. О, и кстати: собираясь подложить друзьям в кровать что-то опасное, убедитесь хотя бы, что оно не ядовито, хорошо?
- Простите, - застенчиво произнесла Гермиона.
- Вы и вправду напоминаете мне меня саму в том же возрасте, мисс Грейнджер. - С этими словами МакГонагалл отвернулась и вышла.
- Она... все знает?! Знает, и не собирается нас наказывать? - Драко был поражен и возмущен.
- Меня это не удивляет, - признала Гермиона. - В конце концов, в шутке с квиддичными воротами она тоже все поняла.
- Она знала, что это были вы?! - вскричал Драко.
- Конечно, знала. Она помогала точно так же разыграть моего отца, когда ему было семнадцать, - ухмыльнулся Гарри.
- Похоже, на этот раз мы тоже вышли сухими из воды. - Гермиона зевнула. - Ну все, надо поскорее ложиться, я с ног валюсь.
Они пошли в ванную комнату. Гермиона снова проверила свои волосы и, обнаружив, что чистящие заклинания оставили несколько прутиков, решила принять душ. Гарри устало подтянул к себе стул, а Драко призвал другой из комнаты (он мог его просто наколдовать, но его стулья имели обыкновение коварно опрокидывать седоков).
- Как тебе новость о том, что у Снейпа есть друзья? - Гарри повысил голос, чтобы Гермиона услышала его за шумом льющейся воды.
- Если подумать, то действительно: почему бы у него и не быть друзьям? - ответила Гермиона. - Нас он, конечно, гнобит, но со слизеринцами в хороших отношениях.
- Конечно, у него есть друзья, - фыркнул Драко. - И много.
- Ты это знал? - резко спросил Гарри.
- Еще бы не знать. Он был близко знаком с моим отцом, - ответил Драко. - У отца были связи по всему миру, и Снейп входил в его круг друзей. Мать всегда говорила, что любит с ним общаться, да и Фаджу он нравился.
- А уж Фадж-то в людях разбирается, - с сарказмом пробурчал Гарри, потирая едва заметные следы шрама на руке, который оставили отработки у Амбридж.
- Снейп мог отправиться куда угодно, хоть в Лондон, хоть в Австралию, - продолжил Драко и зевнул. - Мойся быстрее, а, Грейнджер?
Гермиона выключила воду и потянулась за полотенцем:
- Нам нужно составить список всех, кого он знает. Друзья, знакомые...
- Не сегодня, - заныл Гарри. - Я устал. Вообще-то, лучше отложить это на несколько дней. Я думал, мы хотели найти способ снять цепь до Рождества?
- Да, - заворчал Драко. - Мне не нужна поганая грязнокровка в моем до... ох!
- Ой, - невинно произнес Гарри.
- Ты прав, - повысила голос Гермиона, пытаясь пресечь новую ссору. - У нас еще много работы, а я ужасно устала. Это подождет.
- Какая вам вообще разница? - вопросил Драко. После происшествия с Духом Сыра он пришел к выводу, что проблемы Снейпа лучше оставить Снейпу.
- Это... ну, тебе разве не любопытно? - спросила Гермиона, выходя из душа в своей ночной рубашке.
- Не особенно, - прямо сказал Драко. - Предпочту не обращать внимания. Ну ведет он себя странно. Что с того?
Гарри и Гермиона нахмурились.
- На это не так полагается реагировать, - высокомерно произнесла Гермиона.
- Простите, но вам не кажется, что вы староваты для игры в сыщиков? - возразил Драко. - Да бросьте. Это не наше дело, если он слегка изменился.
- Слегка изменился?! - изумленно повторил Гарри. - Да у него крыша съехала вконец!
- Поговорим об этом завтра. - Гермиона помешала Драко ответить. - Мы все устали, и нам предстоит прочесть еще много книг, если мы хотим снять эту цепь.
- К тому же остается вероятность того, что Рон решит отомстить, - заметил Гарри.
- Маленькая такая вероятность, - презрительно отмахнулся Драко.
- Будем надеяться, - буркнул Гарри.

* * *

- Они будут умирать долго и мучительно, - прорычал Фред.
- Степень унижения возрастает кардинально. Вся планета должна это увидеть, - злобно добавил Джордж.
- И что же мы сделаем? - неуверенно спросил Рон.
- О, мы уже точно знаем, что сделаем, - сказал Фред.
- Так расскажите.
- Не в коридоре, дурак. Нас могут подслушать.
Дин, Шеймус и Невилл как раз снова стали подниматься по лестнице, когда сверху послышались громкие и сердитые голоса Фреда, Джорджа и Рона.
- Четвертый этап, - шепнул Невилл, а Дин и Шеймус кивнули.
- А вы что здесь забыли? - резко осведомился Фред, повернув с братьями за угол и увидев их.
- Когда Гарри не смог открыть дверь, мы побежали за МакГонагалл, - изображая тревогу, объяснил Невилл. - Вы в порядке? Что там случилось?
- Не смог открыть дверь? - сердито повторил Джордж. - Да это он ее запечатал!
- Гарри не мог так поступить, - нахмурился Дин. - Он испробовал больше десяти заклинаний, а потом послал нас за МакГонагалл, пока сам дальше старался ее открыть.
- И вы ждете, что мы в это поверим? - спросил Рон.
- В каком смысле? - не понял Шеймус. - Мы пытались помочь, друг. МакГонагалл успела вовремя? С вами все нормально?
Уизли переглянулись. Фред нехотя кивнул.
- Вряд ли бы они пошли за ней, если бы были в курсе, - сказал он. - Скорее всего, они не врут.
- Конечно, не врем, - возмутился Невилл. - Гарри наш друг, но и вы тоже.
- Вы что, думаете, мы бы просто стояли и слушали ваши крики, ничего не делая? - спросил Шеймус.
- Спасибо, - благодарно произнес Рон. - Я убью Гермиону... как она могла, она ведь знает, что я не люблю пауков...
- Если б целью были не мы, это была бы потрясная шутка, - неохотно признал Джордж. - Жаль, мы сами до такого не додумались.
- Мы додумались до чего-то получше, - напомнил Фред. - А теперь пошли, я еще хочу добраться до Хагрида, пока эта паучина не проснулась.
Но они не успели ступить и шагу, когда услышали пронзительный нечеловеческий крик.
- А теперь что? - застонал Рон... и тут из-за угла вылетело огромное оранжево-розовое нечто и бросилось к нему. - А-а!
Уизли с воплями кинулись бежать во второй раз за последний час. Дин, Шеймус и Невилл остались на месте, с ухмылками наблюдая, как летающий монстр гоняется за Роном, Фредом и Джорджем по седьмому этажу.
- Гермиона действительно блестяще все придумала, - одобрительно произнес Дин.
- Да, - согласился Невилл. - Кто бы еще додумался измазать Сыча этой ее волшебной краской и запустить в замок?


От переводчика: на данный момент в оригинале фанфика сорок четыре главы (сорок пять, если считать пролог), причем сорок четвертая вышла больше двух лет назад, а сорок третья — почти за полтора года до того. И если продолжение не появится, у нас впереди еще пять глав.


Глава 40. Месть Рона


Огромный разноцветный Сыч гонялся за братьями Уизли почти час; к этому времени большинство обитателей гриффиндорской башни собрались у портретного проема (как только заслышали крики Фреда, Джорджа и Рона) и следили за происходящим, так же как и рейвенкловцы, жившие в башне на западной стороне замка. Дин, Шеймус и Невилл не могли вернуться по коридору седьмого этажа (а вернее, не хотели рисковать жизнью и здоровьем) и, так как они с ног валились от усталости, то умудрились заснуть прямо на лестнице; храп Невилла заглушали пронзительные вопли Сыча и крики Уизли. К сожалению, МакГонагалл была у хижины Хагрида, так как тот единственный из преподавателей имел опыт обращения с акромантулами, и ничего не знала о происходящем. Конец веселью положилаТрелони; она появилась из своих владений в Северной башне, одетая в домашний халат и весьма раздраженная, и обнаружила истерично завывающих Уизли, за которыми с щебетом летал Сыч, как будто считавший, что с ним играют в какую-то дикую версию догонялок. Трелони отправилась прямиком к директору. Успокоив Сычика и вернув ему нормальный цвет, Дамблдор отправил в Хогсмид за Хагридом и отрядил несколько команд из гриффиндорцев и рейвенкловцев на поимку близнецов и Рона, которые продолжали в панике бегать по седьмому этажу.
Наконец, когда слегка нетрезвый Хагрид перекинул через плечо акромантула и ушел с Сычом на поводке, старосты отвели троих Уизли в больничное крыло, а все остальные были отправлены по кроватям, Лаванда Браун, близнецы Патил и еще несколько девчонок зажали в угол Невилла, не успевшего добраться до портретного проема, и с угрозами стали выпытывать у него информацию.
Уставший Невилл сдался быстро и вскоре уже с удовольствием пересказывал произошедшее, наслаждаясь впечатленными и даже восхищенными взглядами, которые бросали на него девушки.
К утру все знали, как Гермиона и Драко оказались в лесу и жестоко отомстили обидчикам с помощью Гарри и Джинни (когда Невилл согласился рассказать все девочкам, он поставил условие: участие его, Дина, Шеймуса и Луны должно остаться в тайне, и девчонки сдержали слово, надеясь получать от него эксклюзивную информацию и в дальнейшем). К разочарованию Фреда, Джорджа и Рона, никто не счел их шутку над Гермионой и Драко особо впечатляющей, зато все согласились, что идея с пауком и совой была просто блестящей.
В обычной ситуации, услышав, что на кого-то напали акромантул и сова под заклятьем, мадам Помфри продержала бы у себя пострадавших как минимум сутки, но ей так надоели постоянные визиты Рона в больничное крыло и так выбило из колеи появление близнецов, что она поспешила от них избавиться следующим же утром, после быстрого, но тщательного осмотра. Рон попытался пробраться в гостевую комнату, но обнаружил, что пароль сменили, и сердито отправился в спальню мальчиков. Осторожно открыв дверь, он увидел, что его вещи лежат у его кровати, а вещи Гарри исчезли — убегая от паука, он этого не заметил. Послание Гарри и Гермионы было очевидно.
- Когда мы нанесем удар? - спросил Рон, плюхаясь на свою кровать, после того, как убедился, что остальные обитатели спальни ушли на завтрак.
- Э-э... - близнецы переглянулись.
- Ну, - произнес Фред, - вчера ночью, когда ты уснул, мы поговорили и... нам лучше сейчас покинуть Хогвартс.
- Чего?! - взревел Рон.
- Ну... понимаешь, мы вызываем подозрения...
- Чушь! Вы просто боитесь, что вас опять разыграют!
- Мы? Боимся? Ха! Ничего мы не боимся, - уверил его Джордж с не очень искренним видом.
- Послушай... мы поможем тебе с ответной шуткой и тут же уйдем. Тогда тебя не обвинят, потому что у тебя будет алиби...
- А мы уже вернемся в Косой переулок, - продолжил Фред. - А после... ну, наш маленький друг знает, что должен сделать утром в понедельник. - Он зловеще ухмыльнулся. - Эффект от этой шутки пройдет нескоро, учитывая, что его сложно снять без нужного зелья, а Снейп опять удрал.
- У Помфри этого зелья нет, - добавил Джордж. - Мы проверили, пока были в больничном крыле. Это даже странно, учитывая, что ей уже приходилось лечить им тебя.
- Ей тогда пришлось брать его у Снейпа, - сказал Рон. - Помниться, она говорила, что в Хогвартсе редко бывают несчастные случаи с зельями и заклятиями выше школьного уровня, и она просит Снейпа держать противоядия и лекарства к ним у себя, потому что у нее в шкафах нет места.
- Что ж, это хорошо, - произнес Фред. - Ладно. Ты будь здесь... или нет, лучше иди в гостиную или библиотеку. Тогда у тебя будут свидетели того, что ты не при чем.
- А вы что сделаете, чтобы вас не видели? - подозрительно спросил Рон.
Фред подошел к чемоданчику, который захватил из дома, и достал две Безголовые шляпы:
- Мы наденем их и нашлем заклинания из вестибюля. Если нас кто-то и увидит, то не узнает. Мы уйдем не через дверь, а по тайному ходу в «Сладкое королевство».
- Мы уже стащили из прачечной мантии, - Джордж достал их из своего чемоданчика и запихнул под куртку. - Так нас примут за учеников.
- Постойте, - протянул Рон. - Но если нас никто не увидит, то как они поймут, кто это сделал?
- Поймут, - пообещал Фред. - У Гарри, Гермионы и Малфоя даже сомнений не будет. А от них, как мы надеемся, узнают и остальные, хотя многие, я думаю, и сами догадаются.
- Ну а что с Джинни?
- Нет... тут уж поверь нам, - сказал Джордж.
- На этот раз умнее будет Джинни оставить в стороне, - добавил Фред.
- К тому же, если пощадить кого-то к ним близкого, станет еще веселее.
- Да, она будет бегать туда-сюда, пытаясь со всем справиться.
- Ну хорошо, - Рон встал. - Но если эта ваша шутка себя не оправдает...
- Об этом не волнуйся, - сказал Фред, зловеще сверкая глазами. - Ее еще долго не забудут.

* * *

Гарри, Гермиона и Драко снова сидели за столом Гриффиндора, достав палочки. Компанию им составляли Невилл, после вчерашнего тоже сторонящийся охотниц за сплетнями, а также Джинни и Луна, которые увлеченно слушали драматический рассказ о последнем развитии войны шуток. Для завтрака в воскресенье время было довольно раннее: за столами сидели всего несколько маленьких компаний, а учителя еще даже не появились (чем дальше шла война шуток, тем сильнее они уставали). Впрочем, шума все равно хватало, чтобы посторонние не могли подслушать разговор, а любопытствующие их почти не беспокоили. Большинство учеников уже уяснило, что Гарри, Гермиона, Драко и Джинни не намерены никому ничего рассказывать, к тому же все были заняты обсуждением своих собственных версий произошедших за последнее время шуток и делились планами на каникулы.
А наша компания тем временем провела завтрак за веселым разговором, перемежаемым взрывами хохота. Даже Драко был в отличном настроении. Пусть гриффиндорцы и Луна не были к нему особенно дружелюбны, но они хотя бы перестали его игнорировать и даже смеялись, когда он вспоминал особенно забавные сцены. И его не волновало, что в большинстве этих сцен объектом шуток был он сам – для Драко было достаточно того, что на него не смотрят как на пустое место. Пусть даже он терпеть не мог никого из этой компании, огромным облегчением было знать, что он больше не будет дохнуть со скуки из-за невозможности с кем-то поговорить. Конечно, он был не на седьмом небе, но это лучше, чем ничего. А когда Драко представлял себе, какой ужас испытывал Рон, запертый в одной комнате с акромантулом, ему становилось совсем хорошо.
- Так как вы узнали, что оказались в лесу из-за Рона? – с любопытством спросила Луна.
- Что значит, как? Конечно, это его рук дело. Все свидетельства на это указывают, - ответила Гермиона.
- Это еще ничего не значит, - спокойно объяснила Луна. – Свидетельства могут вводить в заблуждение.
- Луна, поверь, - сказал Гарри. – Это был он.
Та пожала плечами, озарила их одной из своих мечтательных улыбок и отправилась за стол Рейвенкло.
- Почему вы с ней общаетесь? – спросил Драко, причем больше не снисходительно, а из любопытства.
- Она очень милая, когда узнаешь ее получше, - ответила Гермиона, но по ее интонации можно было предположить, что она не всегда так считает. – Так… на чем мы остановились?
- На том, как вы устроили тот красочный взрыв, - нетерпеливо произнесла Джинни, и они вернулись к обсуждению шутки.
Ничто не предвещало опасности, лишь вспышка, замеченная краем глаза, и заклинание угодило Гарри в висок. Гермиона тут же вскочила на ноги, но достать палочку не успела – второе заклинание попало ей в лицо, а третье поразило Драко.
- Протего! – крикнула Джинни, вскакивая со скамьи, но успела заметить лишь двух безголовых людей в школьных мантиях, бежавших вверх по мраморной лестнице. Понимая, что, когда она доберется до дверей, их и след простынет, Джинни вместо этого повернулась к Гарри, Гермионе и Драко.
- Вы целы? – с тревогой спросила она.
Те трое посмотрели на нее без выражения. А затем дружно расхохотались.
Джинни и Невилл с беспокойством переглянулись и снова перевели взгляд на Гарри, Гермиону и Драко, которые продолжали ржать как лошади.
- Что тут смешного? – неуверенно спросил Невилл.
Это рассмешило их еще сильнее. Они хохотали и хохотали, пока на них не уставилось большинство сидящих поблизости.
- Смешно! – крикнула Гермиона, взмахнув рукой, чтобы указать на Джинни, и случайно задела Гарри по голове.
- Ай! – произнес тот сквозь смех, а Гермиона и Драко указали на него пальцами и захохотали еще сильнее.
- Я тебя ненавижу! – вдруг завопил Драко, по-прежнему смеясь и тыча пальцем в Гарри.
- Я тебя тоже! – Гарри, казалось, невероятно изумился тому, что у них есть нечто общее.
Смех наконец-то стих, и все трое переглянулись, широко раскрыв глаза.
- Мы ненавидим друг друга! – с серьезным видом кивнул Малфой.
Гермиона одной рукой обняла за плечи Гарри, а другой — Драко:
- А давайте ненавидеть друг друга вместе?
- Мы теперь команда, - радостно добавил Гарри.
- Да, мы команда... команда этих... - Драко нахмурился, и Гарри с Гермионой последовали его примеру. - Ну, в общем, команда. - Просветлел он, пожав плечами.
- Это они... что, по-твоему... вот это да, - Невилл с подозрением оглянулся на Луну, вспомнив, как в поезде перед пятым курсом она несколько минут хохотала над одной из шуток Рона.
Гарри, Гермиона и Драко стали качаться из стороны в сторону.
- Мы-ы кома-анда-а-а, - запела Гермиона. - Команда... тех, кто... ненавидит друг друга...
- Нам нужно название! - объявил Гарри. - Вроде... вроде... м-м...
- «Фантастическая четверка» уже существует, - печально заметила Гермиона.
- К тому же нас всего трое, - согласился Гарри.
- Я знаю! - воскликнул Драко. - Мы будем зваться Клуб плюй-камнистов!
- Э-э... он тоже существует, - извиняюще произнес Гарри.
- Да, но там совсем мало людей, - возразил Драко. - Мы их побьем и заставим отдать нам название!
- Да-а! - завопили Гарри и Гермиона.
Сейчас за ними с любопытством наблюдали уже все присутствующие (кроме любителей игры в Плюй-камни; те выглядели встревоженными и не знали, начинать им бежать, или еще обойдется).
- Как мне надоела эта война шуток, - вздохнула Джинни. - Шутить самим, конечно, забавно, но ответные удары уже достали.
Гермиона потрясенно ахнула:
- Но война шуток — это здОрово!
- Да, точно! - поддержал ее Драко.
Гермиона и Драко с ожиданием посмотрели на Гарри.
- Простите, но я согласен с Джинни, - смущенно сказал он.
- О, - широко улыбаясь, Гермиона повернулась к Джинни, по-прежнему обнимая Гарри и Драко за плечи. - Хочешь к нам в команду, Джин? - Спросила она, сильнее прижав к себе парней. Те глупо улыбались.
- Спасибо, нет, - сухо ответила Джинни. - Чего я хочу, так это понять, что с вами такое.
- Нет, не хочешь! - закричал Драко. - Если ты меня поправишь, я снова буду весь печальный и мрачный!
- А мне не будет до этого дела, - сказала Джинни. - Я думаю, в вас попали тем же заклятьем, которое Рон словил от Пожирателей смерти в Отделе тайн...
- Это когда он стал странно себя вести и призвал мозги, которые попытались его убить? - с тревогой спросил Невилл.
Джинни сумрачно кивнула:
- Так что наверняка он к этому причастен.
Она не стала обращать внимания на то, как ее слова вызвали переглядывания среди учеников; Джинни понимала, что уважение их к Рону только что резко подскочило, но была уверена в своих силах в дальнейшем удерживать ситацию под контролем.
- А давайте убьем его! - Гарри сказал это так, будто всего лишь предложил прогуляться вокруг озера.
- Да-а! - крикнули Гермиона и Драко.
Прежде чем кто-то смог их остановить, они бросились вон из зала, снова заливаясь смехом.
- Стойте! - воскликнула Джинни, кидаясь за ними, но споткнулась и едва не пропахала головой тарелки с едой. Невилл быстро потянулся, чтобы ее поддержать. Чертыхаясь, Джинни подняла взор: Гарри, Гермиона и Драко уже исчезли.
- Вряд ли это хорошо закончится, - произнесла она в наступившей тишине и вздохнула. Отовсюду раздались шепотки. - Невилл, ты со мной?
Невилл кивнул:
- Конечно.
- Тогда готовься. Нам не позавидуешь.

* * *

Направляясь к двери, Оливер завел руки за голову и потянулся. Если повезет, он еще успеет на завтрак.
Открыв дверь, он заслышал странные вопли. Оливер огляделся и увидел, что Гарри, Гермиона и Драко бегут по коридору с вытянутыми в стороны руками и радостно кричат: «У-и-и-и!», как маленькие дети, впервые севшие на метлу. На их лицах светились ликующие улыбки, мантии хлопали полами позади.
Оливер моргнул, пытаясь осознать увиденное сквозь окутавший мысли утренний туман. Когда ничего не вышло, он сделал шаг назад, закрыл дверь и запер ее на засов. Сегодня будет один из тех самых дней, а это значило, что нужно сделать кое-что очень важное: спрятаться.

* * *

Все вокруг такое яркое, сияющее и необычное, думала Гермиона. Замок такой красивый. Как же она не замечала этого раньше? Наверное, потому что была такой грустной. Но теперь она счастлива! Все такое забавное! Ей так весело, словно ее щекочет какое-то невидимое создание. Словно она парит в воздухе.
Гермиона сама не поняла, как бросилась бежать по коридорам, распахнув руки, мантия развевалась позади.
- У-и-и-и! - завопила Гермиона.
Драко и Гарри последовали ее примеру.
- Я лечу! - крикнула Гермиона. - Я Питер Пэн!
- Я тоже! - воскликнул Драко.
- Нет, ты Вэнди! - сердито сказала Гермиона. - Это я Питер!
- Но быть Питером круче! - заныл Драко, останавливаясь, и надулся, когда она обернулась к нему. Гарри стал оказывать посильную помощь, оббегая их кругами.
- Ты скорее капитан Крюк, - мягко заметила Гермиона. - Ты не... ты не очень-то похож на Питера.
- Нечестно! - Драко топнул ногой. - Мне никогда не дают побыть хорошим парнем. Вместо этого всегда: «а давайте совершим злодейство!», ведь я не Питер, я тот чувак, которого съедает аллигатор!
- Крокодил! - весело поправил его Гарри, снова оббегая их, и едва не врезался в стоящие на пути доспехи — но те успели уклониться.
- А я не хочу, чтобы меня съедал крокодил! Я хочу спасти мир и жить долго и счастливо! Но нет, я должен быть послушным сыночком Пожирателя смерти. Это нечестно! Иногда я устаю быть плохим. Это не так-то легко, знаешь ли. Все меня ненавидят. Кроме слизеринцев, но многие из них меня тоже не любят! А теперь у меня даже нет кучи связей в Министерстве, потому что папочке взбрело в голову показать всем, что он чертов псих, а потом сдохнуть! А я ведь хотел спасти мир. Вот почему я пытался подружиться с Поттером на первом курсе. Я хотел быть среди избранных. Хотел славы. Чтобы все говорили: «Глядите, вон идет парень, который спас мир!» Но нет! Я... я... капитан Крюк!
А затем Драко сделал немыслимое. Драко стал всхлипывать.
- Ну, ничего, ничего, - произнесла Гермиона, не в силах понять, что происходит. Что плохого в том, чтобы быть капитаном Крюком, подумала Гермиона. Кроме того, что он злодей, который в конце умирает... а, стоп! Испытав озарение, Гермиона похлопала Драко по голове. - Ты не умрешь, Малфой. Ну, по крайней мере, еще не скоро...
- Я умру? - взвизгнул Драко в панике.
- Нет! Я ведь сказала, что ты не умрешь, дурачок! Ты будешь жить. Но ты плохой парень. Быть плохим парнем не плохо. Ведь если бы не было плохих парней, кого бы убивали хорошие ребята?
- Вы хотите меня убить? - еще громче взвизгнул Драко.
- Нет! Ну, вряд ли. Мы убиваем только тех, кто пытается захватить мир и уничтожает магглов и магглорожденных. Потому что, потому... ну, я уверена, что есть хорошая причина... мы, м-м... ну, убиваем мы их все тут. Так что тебя мы не убьем. Э-э... разве что ты собираешься захватить мир, и убивать людей, и все такое. Но ты же не собираешься?
- Нет, - Драко шмыгнул носом. - Когда-то собирался. Но потом до меня дошло: «эй, да авроры же с меня голову снимут» и «а в тюрьме не очень-то уютно». И, знаешь, я подумал: как было бы здорово, если бы тебя не относили к плохим парням только за то, что твой отец — психованный убийца. Никто бы тебя не ненавидел. Кроме... э-э, других злодеев. Было бы очень здорово иметь всю эту славу. У вас вот есть слава. У вас даже есть почта от поклонников. Письма со словами: «спасибо, что спасли мир». А что есть у меня? А? Никакой славы. Никакого почета. Только: «глядите, вон тот мерзавец». Вы знаете, что? Не так давно один невоспитанный первоклашка кинул в меня камнем! Конечно, я проклял маленького засранца, а его друзья мне: «Ты нехороший человек!», а я им: «Неправда!» То есть, вообще-то я сказал: «И не смейте этого забывать, сопляки», но я совсем не это имел в виду. Все ко мне так плохо относятся. Кроме Снейпа, но тебе нужно было пойти и трахнуть его, и теперь он чокнулся.
- У меня ничего не было со Снейпом, - не удержалась Гермиона, хотя и не хотела прерывать монолог Драко (она решила, что если дать ему выговориться, он наконец прекратит свой непонятный лепет, и можно будет дальше радостно бегать по коридорам).
- Нет, было. Я должен верить, что ты трахалась с ним, Грейнджер, иначе он спятил и возненавидел меня сам по себе.
- Ну, знаешь, разыгрывать его с твоей стороны было не очень-то...
- А он не может возненавидеть меня сам по себе, он единственный из учителей, кто меня любит. Все остальные меня ненавидят. Ты знаешь, как сложно мне будет получить работу после Хогвартса? Очень! Всем известно, что я сын Пожирателя смерти. А Министерство никак не оставит мою маму в покое, они все приходят, и изводят нас, и прожигают взглядом. А Крэбб и Гойл так огорчились, что не успели поучаствовать в войне — вы же выиграли войну до того, как мы закончили школу! Они все твердят: «Дурацкие гриффиндорцы не дали нам захватить мир» и «Темный Лорд подарил бы нам Мадагаскар, а теперь нам придется работать уборщиками», а я должен им поддакивать и улыбаться, хотя знаю, что тоже буду уборщиком! А знаешь, что в этой жизни самое противное? Мне скучно!!! Даже те, кого я считаю друзьями, не подходят ко мне, потому что им не нравится, что я должен сидеть с вами, и ты знаешь, что я схожу с ума, а я хочу спасти мир! Я хочу быть клевым! Или хотя бы править Мадагаскаром! Но нет, вам надо было пойти и спасти мир первыми! Знаешь, как это называется?
- Ну... э-э... в следующий раз можешь спасти его с нами, - пообещала Гермиона, пытаясь понять, как его утихомирить. Стало очевидно, что Драко сошел с ума. Она уже не понимала большую часть его сбивчивых объяснений и не представляла, почему он хочет править Мадагаскаром вместе с Крэббом и Гойлом.
- Правда? - капризно спросил Драко. - Вы дадите мне спасти мир?
- М-м, ладно.
- И у меня будет много славы, и писем от поклонников, и никакой тюрьмы, и все такое?
- Мы спасаем мир не ради славы, - важно произнес Гарри, в тридцать девятый раз оббегая Гермиону и Драко. - Мы спасаем мир, потому что кто-то должен быть самым сильным, смелым, умным, клевым... а-а! - Гарри все-таки врезался в доспехи и повалился вместе с ними на пол. - Ай! - Донеслось из-под железных ног.
- Ты можешь спасти мир, - повторила Гермиона, решив, что самое лучшее сейчас — успокоить Драко, а понять, что он имел в виду, можно и потом. В настоящий момент ей хотелось бегать и кричать «у-и-и!», а не разбираться с непонятными проблемами. - Это будет новая цель нашей команды, хорошо? Ведь каждой команде нужна цель.
- И название! - согласился Драко, снова веселый.
- Мы Клуб плюй-камнистов! - радостно сказала Гермиона. - Или будем им, когда побьем всех в Клубе, и они согласятся отдать нам название.
- Верно, - кивнул Драко. - Но... как мы будем зваться до тех пор?
- Э-э... Клуб... Клуб спасателей мира? - предложила Гермиона.
- Хорошо. Поттер, как считаешь?
- Классно! - произнес Гарри, его голос эхом отдался в доспехах.
- Мы прямо как супергерои, - пошутила Гермиона, желая про себя, чтобы Драко поскорее вернулся к беготне по коридорам. Ей хотелось веселиться!
- Но ведь у супергероев есть прозвища, правда? - произнес Драко с видом пятилетнего малыша, которому подарили рожок мороженого. - Можно нам придумать имена?
- Почему нет, - вздохнула Гермиона.
- Эй, ребят? - позвал Гарри. - Э-э.. вы мне не поможете? Эти железки вроде как тяжелые.


Глава 41. Главнокомандующая Джинни


Джинни закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Она была раздосадована, утомлена — после вчерашней проделки даже поспать толком не удалось — и по горло сыта войной шуток. В Хогвартсе всегда существовало очень мало вещей, на неизменность которых можно было положиться — таких, как строгость МакГонагалл и безжалостность Снейпа, — но теперь даже эти постоянные разлетелись вдребезги, оставив у Джинни впечатление, будто замок встал с ног на голову или, быть может, оказался заброшен в параллельное измерение. Джинни становилась все несчастнее день ото дня, и гонки за Гарри и Гермионой настроения ей никак не улучшат.
Но законы дружбы, к счастью, не исчезли вместе с другими универсальными истинами. Джинни должна остановить друзей, пока они сами себе не навредили. Эти чары наверняка относятся к заклятиям, запрещенным полтора десятка лет назад из-за их опасного влияния на разум. Гарри, Гермиона и Драко сейчас не обладают никаким здравым смыслом, никакими ограничениями — то есть, если они вдруг решат, что могут летать без метлы, то наперегонки взбегут на вершину Астрономической башни и спрыгнут с нее.
Джинни открыла глаза и огляделась, составляя в уме план. Снейп опять исчез, возможно, до понедельника, а остальные учителя еще не появлялись. Таким образом, оставалось очень мало людей, которые согласятся ей помочь и в случае необходимости смогут остановить Гарри, Гермиону и Драко. Все семикурсники из Рейвенкло исключались: Майкл Корнер не ладил с Джинни, как и его друзья. На просьбу Гарри они бы тут же откликнулись, но если к ним обратится за помощью Джинни, на нее просто не обратят внимания. Оставался Эрни МакМиллан с отрядом семикурсников-хаффлпаффцев — Ханной Аббот, Джастином Финч-Флетчи, Сьюзен Боунс, - а также Дин, Шеймус, Невилл и Луна.
- Весело, - пробормотала Джинни, глядя на Дина и Шеймуса. - Невилл, попроси, пожалуйста, Луну помочь нам.
Невилл кивнул и поспешил к столу Рейвенкло. Джинни повернулась, перебросив ногу через скамейку, и едва не врезалась в Лаванду, стоящую позади нее с близняшками Патил по бокам.
- А-а! - Джинни схватилась за сердце. - Ты меня до смерти напугала!
- Прости, - сказала Лаванда.
Джинни с подозрением посмотрела на девочек, пытаясь понять, что им нужно. Лаванда и сестры Патил глядели на нее с решительным видом и фальшиво-дружелюбными улыбками на лицах.
- Чего вам? - спросила Джинни.
- Мы хотим помощь, - ответила Лаванда само собой разумеющимся тоном.
Джинни фыркнула:
- То есть, вы хотите первыми узнать, что происходит.
- Ну и что, если так? - с вызовом спросила Падма. - Тебе понадобится помощь. Замок большой, а эти трое могут быть где угодно.
- И они, скажем так, сильно навеселе, - добавила Парвати. - С ними всякое может приключиться, тем более, если учесть их магические способности и ненависть Гарри с Гермионой к Малфою, и наоборот.
Джинни была вынуждена кивнуть. Она не желала помощи от этой троицы — все, что они увидят, через несколько часов разойдется по всей школе, - но отчаянно нуждалась в большем, чем имеющаяся горстка людей. Джинни встала со скамьи и обратилась к Падме:
- Ты можешь заручиться помощью Терри, Майкла и Энтони?
- Без проблем, - отозвалась та. - Если хочешь, я могу привлечь еще нескольких...
- Нет. Только их.
- Почему это? - с подозрением спросила Падма. Незадолго до Хэллоуина она начала встречаться с Майклом и, видимо, оказалась несколько ревнивой.
- Потому что мне нужны только те, кого я знаю и кому — до некоторой степени — могу доверить помощь Гарри и Гермионе, - раздраженно произнесла Джинни. - А еще те, кто найдет их, должны быть в состоянии справиться с тремя очень способными в магии психами, если тем вдруг захочется швыряться во все стороны проклятиями. Так что те, кто был в ОД, подойдут идеально. Если хотите помочь, позовите их и ждите меня в вестибюле.
С этими словами Джинни кинулась к столу Хаффлпаффа. Эрни сразу согласился помочь; встав, он с напыщенным видом предложил своим товарищам-хаффлпаффцам присоединиться к нему, напоминая одновременно генерала армии и Фредди из «Скуби Ду». Ханна, Сьюзен и Джастин приняли его манеру как должное, а команда Хаффлпаффа по квиддичу — Захарий Смит, Лаура Мэдли, Элеонора Бренстоун, Кевин Уитби и Роза Целлер — закатили глаза и тоже предложили свою помощь. Джинни промолчала. Она не любила Смита, а Лаура, Элеонора, Кевин и Роза были не старше четвертого курса, но их помощь все равно бы не помешала. Джинни слегка беспокоило то, что Гарри, Гермиона и Драко могут враждебно отнестись к тем, кто попытается их утихомирить, но все же решила: младшекурсникам ничего не грозит, если они будут в командах со старшими. Вся компания направилась в вестибюль, где к ним присоединились Луна и Невилл, захвативший также Шеймуса с Дином, Лаванда, Парвати, Падма, Энтони, Майкл и Терри.
- Так... что случилось с Гарри, Гермионой и Малфоем? - с любопытством спросил Джастин. - Я видел, как они смеялись...
- На них наложили Чары эйфории, - пожала плечами Джинни. - Прямо сейчас они бегают где-то по замку и, возможно, собираются полететь, спрыгнув с Астрономическом башни.
- Я однажды выпил слишком много огневиски и спрыгнул с балкона, - сказал Захарий Смит.
- Как жаль, что ты выжил, - пробурчала Парвати.
Все, кто услышал ее, закивали.
- То есть... они могут пострадать, - распахнула глаза Роза.
- Да, могут. Или пострадать может кто-то другой, а также просто от них натерпеться, - произнесла Джинни. - С другой стороны, они могут быть в порядке. Но, в любом случае, их нужно найти и поймать. Так, теперь... я собираюсь проверить те местечки, где они могут скорее всего оказаться. Со мной пойдет Луна.
Джинни решила, что так надежнее: Луна, предоставленная самой себе, имела обыкновение отвлекаться по странным поводам.
- А разве они пошли не в Гриффиндорскую башню? - спросил Невилл. - Они сказали, что хотят убить Рона.
- Сомневаюсь. Скорее всего, по пути они отвлеклись на что-то другое. В нетрезвом состоянии ты не можешь долго на чем-то сосредотачиваться; думаю, с ними то же самое. Так... Дин, проверь Астрономическую башню и, если их там нет, встань у входа. Шеймус, то же с Гриффиндорской башней. Майкл — Западная башня.
- А остальные башни? - спросил Невилл.
- Если они отправятся к директору, тот их и сам остановит. К Северной башне Гермиону с Гарри и калачом не заманишь...
- Почему? - спросила Ханна.
- Гермиона ненавидит профессора Трелони, - вмешалась Лаванда. - Что с ее стороны очень глупо. Трелони всего лишь сказала ей правду...
- Как бы там ни было, - произнесла Джинни, не желая обсуждать сомнительные способности Трелони к прорицанию, - вряд ли они пойдут туда. Если они как-то сумеют забраться в Башню директора, их остановит Дамблдор, а к Рейвенкло нельзя попасть без пароля.
- У Гермионы он есть, - сказал Эрни. - Старосты школы знают пароли от всех гостиных.
- Тогда башню Рейвенкло берешь ты, Энтони, - вздохнула Джинни. - Ханна, то же с подземельями. Проверь их и встань на входе. Сьюзен, подземный коридор: осмотри гостиную Хаффлпаффа и кухню.
- А как попасть на кухню? - спросила та.
- Картина с фруктами — пощекочи грушу... Так... Эрни, Захарий, Лаура, Элеонора, Роза и Кевин...
- А как же «только ОД»? - возмутилась Падма.
- Они будут вместе с членами ОД, - ответила Джинни.
- Почему это? - спросил Кевин. - Мы достаточно взрослые, чтобы справиться с...
- Ты когда-нибудь видел Гермиону в деле? - рявкнула Джинни. - Я видела. Она самый умный человек в Хогвартсе после Дамблдора и участвовала в битвах с Пожирателями смерти. Хочешь сразиться с ней один?
Кевин отчаянно затряс головой. Всем, кажется, стало не по себе.
Джинни порывисто вздохнула:
- Слушайте, время уходит. Вы собираетесь мне помогать или нет?
- Да с чего ты так распаниковалась? - удивился Джастин.
- Гарри, Гермиона и Драко сейчас бродят по замку одни. Три сильных волшебника, двое из которых ненавидят третьего, и наоборот; и они изрядно навеселе. Когда Рон попал под эти чары, он совершенно спятил и едва себя не угробил. Подобное волшебство запрещено законом не просто так — под его влиянием люди совершают безумные и опасные поступки.
- Оно запрещено законом? - с любопытством спросила Лаванда.
- С одна тысяча девятьсот восемьдесят третьего, - мрачно произнесла Джинни. - В шестидесятых и семидесятых Зелья и Чары эйфории стали применять так часто, что группа аннулирования случайного волшебства устроила забастовку. Им надоело разбираться с последствиями. Министерство пыталось с ними договориться, но тут забастовкой стали угрожать и служители больницы Святого Мунго, уставшие лечить тех, кто оказался под влиянием или столкнулся с теми, кто оказался под влиянием. Как только в Министерстве узнали об этом, Визенгамот протолкнул закон. Существуют программы реабилитации для волшебников, пристрастившихся к Магии эйфории. В Мунго есть палаты, полные тех, кто так пострадал от длительного воздействия Эйфории, что уже не способен жить полноценной жизнью. А мой брат Билл мне рассказал, что наши родители на вечеринке в конце шестидесятых попробовали Глоток экстаза и решили станцевать на крыше летящего самолета. Их едва не отправили в Азкабан за нарушение Статута о секретности, а случись это после принятия закона, отправили бы наверняка.
- Папа говорил, что сломал ногу, когда попробовал на себе Магию эйфории, - добавила Луна. - А моя кузина Клара потеряла глаз. Хотя повязка ей очень идет.
- Вот, с чем мы имеем дело, - Джинни кивнула Луне. - Так что, если вы не собираетесь помогать, выметайтесь с моего совещания.
- Извини, - пробормотали несколько человек. Никто не ушел.
- Вы вшестером поищите на улице, - продолжила инструктаж Джинни. - Разделитесь: Эрни, Лаура и Элеонора составят одну команду, Роза, Кевин и Захарий — другую. Одна из команд пусть дойдет до Запретного леса, вторая проверит дорогу в Хогсмид. Берегитесь Филча: сегодня поход в Хогсмид, но Филч любит ловить тех, кто отправляется слишком рано. Если ничего не найдете, возвращайтесь в вестибюль и подождите Сьюзен и Ханну. Когда они подойдут, Эрни и Захарий могут присоединиться к обыскиванию замка. Мы будем двигаться снизу вверх; после проверки очередного этажа один из группы остается возле наиболее часто используемой дороги к первому этажу. То есть, Сьюзен и Ханна стоят у входа, Эрни — на первом этаже, Захарий на втором, Терри на третьем, Парвати на четвертом, Падма на пятом, Невилл на шестом, а Дин, Шеймус, Майкл и Энтони встанут на седьмом возле назначенных им башен. Джастин, отправишься к статуе одноглазой ведьмы и встанешь рядом. Мы с Луной постараемся охватить все остальное, и тоже будем подниматься к седьмому.
- Знаешь, они легко могут проскочить мимо нас по тайному ходу, - заметил Эрни.
- Плакса Миртл неровно дышит к Гарри; я постараюсь уговорить ее собрать несколько привидений и узнать, согласятся ли они помочь. К тому же мы с Луной в основном будем просматривать тайные ходы. Дин, Шеймус, Энтони и Майкл — тоже поднимайтесь на седьмой этаж самым кратким путем по секретным ходам. Все остальные — идите обычными коридорами.
- А учителя? - спросила Роза.
Джинни нахмурилась:
- Честно говоря, я бы предпочла обойтись без них. Постараемся не привлекать их внимания, если сумеем. Все учителя... в последнее время странно себя ведут.
- Как твой пикник со Снейпом, - сказала Лаванда.
- Я не... уф, - Джинни сжала двумя пальцами переносицу и решила обойтись тем, что есть. - Да, что-то вроде. Все они спятили, и я не горю желанием просить их о помощи. Тем более, как только учителя обо всем узнают, они возьмут поиски на себя, а мы будем сидеть в неведении. Но если вас все же припрут к стенке, не лгите, расскажите, в чем дело. Если мы обшарим все сверху донизу, но так их и не найдем, тогда кому-нибудь сообщим. Но если кто-то что-то обнаружит... большинство из вас ведь умеет вызывать Патронусов? - Представители ОД закивали. - Наколдуйте Патронуса и прикажите ему найти меня и передать то, что вам известно. Вроде все. Всем все ясно?
Послышались утвердительные бормотания.
- Ну хорошо, - сказала Джинни. - Добро пожаловать в Жизнь рядом с Гарри. Вперед.
Большая компания разделилась. Дин, Шеймус, Энтони и Майкл направились к тайному ходу, который сэкономит им немало времени на пути к седьмому этажу.
- У тебя настоящие способности, - отметила Луна по дороге к туалету Плаксы Миртл.
- Спасибо, - сухо отозвалась Джинни. - Но как бы я хотела, чтобы в них не было нужды.

* * *

Наконец Гарри оказался на свободе — для этого понадобилось куда больше времени, чем предполагали Драко и Гермиона, берясь за дело. Мало того, что доспехи были очень тяжелые, так они еще и разваливались, а Гермиона и Драко то и дело отвлекались, однажды даже начав сражаться доспешьими ногами.
- Ну вот! - Гермиона поставила на доспехи шлем вверх тормашками. Железные руки поднялись и установили его правильно, после чего тот бросил на Гермиону испепеляющий взгляд. Она безмятежно улыбнулась в ответ. - Так... на чем мы остановились?
- На супергеройских прозвищах, - Драко лучился энтузиазмом. - Как мне себя назвать?
- М-м... Злобный мальчик? - предложила Гермиона.
- Это не очень-то... внушительно, - сказал Гарри.
- Эй, я знаю! - воскликнула Гермиона. - Злобный ублюдок! Так себя назвал Снейп, когда хотел помнить, что он по-преждему плохой, пусть и помогает нам. Тебе нужно напоминание, что хоть ты и собираешься спасти мир, ты все равно придурок.
- Злобный ублюдок, - задумался Драко. - Да. Да, мне нравится! Ну а ты, Поттер? Будешь каким-нибудь Мальчиком, который выжил?
- Не-е. Тогда все поймут, что это я, и моя тайна будет раскрыта, - объяснил Гарри.
- Справедливо, - серьезно кивнул Драко.
- Я буду Выживателем, - важно продолжил Гарри. - Ну, знаешь, потому что меня никто так и не смог прикончить.
- Они старались, как могли, - слегка надулся Драко. - А ты кто будешь, Грейнджер? Книжная моль?
- Ладно, - торопливо произнесла Гермиона, надеясь, что теперь они снова начнут бегать и кричать: «Уи-и-и!»
- Нам нужны костюмы, - сказал Драко.
Гермиона разочарованно вздохнула.
- И транспорт, - добавил Гарри. - И всякие клевые прибамбасы.
- У тебя ведь уже есть такие, - заметил Драко. - Та клевая карта, и плащ, и кто знает, что еще...
- Точно, пошли обратно в комнату; пороемся в вещах и посмотрим, на что они сгодятся, - радостно предложил Гарри.
Гермиона опять вздохнула, вдруг вспомнив свое маггловское детство: девочки были заняты глупыми играми во взрослых, и в свадьбу, и в уборку, а мальчики были заняты глупыми играми в супергероев, и в конструкторы, и в машинки. Гермиона никогда не принимала участия в их играх, потому что мама учила ее о неправильности таких взглядов на роль женщины в обществе (и Гермиона с готовностью соглашалась), а мальчики не позволяли ей играть с ними.
- И девиз, - произнес Драко, когда они с Гарри направились в сторону Гриффиндорской башни.
- И остроумные фразы, которые говорят, когда дерутся с плохими парнями, - добавил Гарри. - Знаешь, я всегда хотел сказать хоть одну, но так и не довелось.
Гермиона поморщилась, почувствовав рывок за запястье, и последовала за Драко, надеясь, что теперь, когда мальчики взяли ее играть в супергероев, это может быть хотя бы наполовину так же весело, как бегать и кричать: «Уи-и-и!»
- Ну а пока, - Гарри остановился и развел руки в стороны. - Уи-и-и!!!
Он сорвался с места. Гермиона и Драко радостно бросились за ним.

* * *

Джинни приободрилась. Луна согласилась зайти в туалет и поговорить с Плаксой Миртл вместо нее; хоть Джинни в основном и примирилась с произошедшим на первом курсе, ей по-прежнему было тяжело приближаться к туалету Плаксы Миртл, и она не бывала внутри с тех пор, как Фоукс поднял ее туда из туннеля под школой. Просто проходить мимо и то было неприятно: тут же наплывали тягостные воспоминания, но Джинни задавила их беспокойством о Гарри и Гермионе и дождалась Луну, передавшую, что Миртл постарается помочь. К этому времени первые три этажа были чисты, а Парвати, Падма и Невилл обыскивали четвертый. Джинни с Луной поднялись на пятый и пошарили по тайным ходам. Наконец они направились на седьмой этаж узнать, что парни обнаружили в башнях. Гарри, Гермиона и Драко до сих пор не нашлись, необследованных мест становилось все меньше, и Джинни начало казаться, что все обойдется. Если повезет, выяснится, что они сейчас в спальне гриффиндорцев-семикурсников делают из Рона отбивную.
Как Энтони, так и Майкл, когда их нашли Джинни с Луной, оказались запыхавшимися и злыми. Оба сообщили, что обследовали башни и не встретили никаких следов Гарри, Гермионы или Драко.
- Совы тоже спокойны, - отчитался раздраженный Майкл Корнер, чья башня включала в себя Совятню. - Полагаю, можно с полным правом сказать, что эти трое там не появлялись. - Он зевнул во весь рот. - Боже, и кто придумал заниматься этим в такую рань?
- Все равно спасибо, Майкл, - безмятежно произнесла Луна.
Джинни отрывисто кивнула и пошла дальше.
- Джинни! - крикнул Дин, выскочивший из Астрономической башни как раз, когда они подошли. Он согнулся пополам, отдуваясь. - Черт, высоченная же башня... в общем, я говорил с профессором Синистрой, и она сказала, что возвращалась из кухни и услышала, как в коридоре поблизости кто-то вопит: «Уи-и!». По-моему, это как раз то, что могли бы кричать трое чокнутых психов. Я собирался отправить сообщение, но только не знал, правда это они или нет.
- Спасибо, - бросила через плечо Джинни, направляясь к Шеймусу. - Мы будем иметь в виду.
- А при чем здесь чокнутые? - удивилась Луна, следуя за Джинни. - Я часто так кричу.
«Значит, мы на верном пути», - подумала Джинни, тепло улыбнувшись Луне. Она повернула за угол и увидела, как из портретного проема выходит Шеймус.
- Я осмотрел всю башню, - гордо отрапортовал он, хоть и выдохся не меньше остальных. - И попросил первоклашку проверить девчачьи спальни. Сказала, что никого там не видела.
- Черт! - зарычала Джинни.
После слов Дина она была уверена, что эти трое здесь... но учитывая, сколько времени занял у него спуск с башни после разговора с Синистрой, они могли уже далеко уйти. Или оказаться в спальнях девочек из Рейвенкло — Майкл не смог бы туда попасть. Джинни закусила губу, колеблясь: она может пойти проверить девчачьи спальни в Рейвенкло сама, либо поискать на ближайших этажах и надеяться, что Гарри, Гермиона и Драко не успели уйти далеко... и в том, и в другом случае, если она ошибется, то уйдет драгоценное время. Придется разделиться: отправить Луну в башню Рейвенкло и надеяться, что она не отвлечется на красивую бабочку или что-то еще, а Джинни пойдет вниз и...
- А ты проверил комнату Гермионы? - спросила Луна, знавшая, что Гермиона и Драко теперь живут в гостевых покоях.
- Нет, - Шеймус широко раскрыл глаза. - Мне и в голову не пришло... Но ведь я не знаю пароля...
Джинни хлопнула себя по лбу:
- Тьфу ты! Поверить не могу, что я сама не догадалась. Я пойду; пароль только мне известен... Вы ждите здесь.
Шеймус кивнул, Луна пожала плечами, и Джинни повернулась к портрету, но тут он качнулся в сторону, и наружу выпрыгнул Гарри.
- Гарри! Ну слава... Гарри?!
Это и вправду был Гарри, но в каком виде! Зимние ботинки, защитные перчатки из кожи дракона, за плечами — плащ-невидимка. Еще больше впечатляли голый торс и зеленые боксеры со снитчами, надетые поверх маггловских джинсов. Верхняя часть лица, под очками, закрыта чем-то очень похожим на один из шарфов, связанных Гермионой во времена ее одержимостью идеей освобождения домашних эльфов, с неровно прорезанными дырками для глаз.
- Я — Выживатель! - крикнул Гарри, уперев кулаки в бедра в классической позе Супермена.
- Эй, - зашептал кто-то из-за его плеча. - Подвинься, теперь мой клевый драматичный выход.
Прежде чем Джинни, Шеймус или хотя бы Луна успели придти в себя, Гарри шагнул в сторону, а из портретного проема выпрыгнула Гермиона:
- А я — Книжная моль!
Гермиона выглядела так же нелепо, как и Гарри, если такое возможно. Те же ботинки, перчатки, зимний плащ за плечами и маска из шарфика. Но вот остальная ее экипировка состояла из желтых брюк капри, категорически не сочетавшихся с зимней обувью, и обтягивающего желтого свитера, поверх которых красовался раздельный алый купальник, тот самый, что Добби принес ей в ванную старост несколько дней назад. К груди костюма была грубо пришита обложка от «Продвинутого руководства по трансфигурации», а еще одна, с неразборчивым названием, прицеплена к вязаной шапочке, натянутой на пышные волосы. Когда Гермиона шагнула в сторону, ребята заметили на ее плаще сзади обложку от «Истории Хогвартса».
Но им было уже не до того, поскольку тут появился Драко с воплем:
- А я — Злобный ублюдок!
Джинни моргнула. Ее единственной разумной мыслью было: «Нехилые Чары эйфории».
На Драко была балетная пачка.
Розовая балетная пачка.
Пораженная Джинни не сразу обратила внимание на остальной наряд Малфоя. Его костюм слегка отличался от остальных: вместо обычного форменного плаща был зеленый, сшитый из дорогой, шелковистой ткани. Перчатки также зеленые, а ботинки — очень стильные, хотя вряд ли теплые. Под пачкой были маггловские спортивные брюки серого цвета и свитер, когда-то, вероятно, черный, а теперь неумело окрашенный магией в разные оттенки оранжевого. На лице — фиолетовый шарф-маска, волосы стянуты чем-то похожим на синюю резинку Гермионы.
- У тебя не очень-то злобный вид, - заметила Луна, пришедшая в себя первой.
- О, мы все это обдумали, - Драко серьезно кивнул. - Понимаешь, мы решили: черные и мрачные тона — это для злодеев-дилетантов. Вот почему Снейп стал носить цветное, и почему Амбридж так одержима розовым. Так что я — разноцветный!
- А где ты достал балетную пачку? - с любопытством спросила Луна.
- Гермиона трансфигурировала, - жизнерадостно ответил Драко.
- Красивая, - похвалила Луна.
- Тс-с! - Гермиона одернула Драко. - Ты выдашь тайну наших имен!
- Тайну?.. - неуверенно повторил Шеймус.
- Да, - сказал Гарри. - Никто не знает, что мы на самом деле Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер и Драко Малфой. Мы будем всем известны как Выживатель, Книжная моль и Злобный ублюдок! Мы спасем мир... анонимно!
- И никаких проблем с папарацци, - радостно объявила Гермиона.
- Мы — Клуб спасателей мира! - завопил Драко, вскинув сжатые кулаки.
- Да-а! - Гарри и Гермиона повторили его жест.
- А мне казалось, мир уже спасен, - удивилась Луна.
- О, нет. Мы спасем его снова. Наша первая миссия — убить Человека-антипаука, - сообщил ей Драко.
- Человека-антипаука? - переспросила Луна.
- Да, - Драко энергично закивал. - Это такой уродливый рыжий суперзлодей, который больше всего на свете боится пауков!
- Но мы сразимся с ним, используя наши суперспособности, - явно цитируя по памяти, Гарри выпятил грудь. - Я становлюсь невидимым! - Пошарив у себя за спиной, он нащупал плащ и накрылся им с головой, исчезая. Затем показалось его гордое лицо. - Видели?
- Я знаю все! - произнесла Гермиона.
Она взмахнула палочкой, и в воздухе появились большие светящиеся буквы, образуя фразу: «Я знаю все».
- А я — злой! - Драко упер руки в бедра и выдал злодейский смех.
- …Ясно, - протянула Джинни.
- Назад! - вскричал Драко, тыча ей в лицо пальцем. - Ты — сестра Человека-антипаука! Не думай, что твоя маскировка нас обманула.
- Ведь мы — Клуб спасателей мира! - завопила Гермиона. - А я знаю все!
- И вы нас не остановите! - добавил Гарри. - Мы сегодня нехило набьем морды!
- С вами мы разберемся позже, - напыщенно произнесла Гермиона. - А сейчас — пора убить Человека-антипаука! Клуб спасателей мира, вперед!
Вся троица бросилась бежать по коридору. Шеймус и Луна потрясенно глядели им вслед, а Джинни продолжала пялиться туда, где они только что стояли.
- Но... куда это они? - удивился Шеймус. - Рон же сидит на диване в гостиной. Я его видел.
- Полагаю, отправились наводить ужас на остальную часть замка, - рассеянно ответила Джинни.
- А разве нам не нужно за ними? - спросила Луна.
Джинни кивнула и повернулась к товарищам:
- Сообщите остальным. Пусть возвращаются. Хаффлпаффцы должны встать у входа и ни за что не выпускать их наружу. Парни у башен пусть расположатся у подходов на седьмой этаж, не пуская их обратно. Вы идете на шестой, находите чокнутую троицу и гоните их вниз, до вестибюля, по пути захватывая остальных наших. В вестибюле окружаете их и накидываетесь все вместе. Если они умудрятся сбежать, обратитесь за помощью к профессору Вуду. Скажите, что Гермиона в опасности, и он сделает все, что попросите. Я на вас рассчитываю.
Шеймус и Луна кивнули, вызвали Патронусов, чтобы разослать сообщения, и поспешили вниз.
А Джинни повернулась, прошла в гостиную и отправилась спать. С нее хватит войны шуток... по крайней мере, на сегодня. Джинни многое отдала Гарри, Рону и Гермионе и всегда готова была им помочь. Они ее друзья, а Гарри спас ей жизнь.
Но ни за какие коврижки она не станет связываться с тремя психами в самодельных костюмах супергероев.


Автор пишет в своем профиле: «Ни один из моих фиков не заброшен, и я не собираюсь отдавать их другим авторам для завершения (да, даже те, что не обновлялись несколько лет; хоть в суд подайте, я упрямая), но чересчур суматошная жизнь не дает мне обновлять их регулярно».


Глава 42. Никто не слушает Невилла


Направляясь к мраморной лестнице, МакГонагалл заметила вспышки света, услышала вопли, доносящиеся из вестибюля, и застонала. Отлично. Снова эта глупая война шуток.
Дойдя до лестницы и глянув вниз, она замерла в потрясении. Там ученики Хаффлпаффа, Рейвенкло и Гриффиндора отчаянно сражались... против Гермионы и Драко.
Пораженная их внешним видом, МакГонагалл не сразу смогла оторваться, чтобы обвести взглядом остальных учеников. Близняшки Патил жались к стене, с дрожью и ужасом смотря на происходящее; их головы украшали рога, а лица — зеленая шерсть. Хаффлпаффцы из квиддичной команды, за исключением Сьюзен Боунс и Эрни МакМиллана, сгрудились на ступенях лестницы, все с ног до головы в какой-то синей слизи; Захарий Смит прятался за остальных. Эрни закрывал собой выход на улицу, хотя больше никому, включая Драко с Гермионой, не было до него дела, и выкрикивал команды вроде: «Пригнись!» и «Хватай его!» Джастину и Сьюзен, которые и дело падали на пол от толчков мелькавших в воздухе рук и ног. Приглядевшись, МакГонагалл узнала Гарри, полускрытого плащом-невидимкой; он бегал вокруг этой парочки и атаковал их с криком: «Уи-и-и!». Дин Томас вытянулся на полу неподалеку от Эрни, явно под полной парализацией, а Шеймус Финниган прыгал по кругу на одной ножке, бессмысленно вопя: «Кря-кря!», несомненно под действием того или иного заклинания. Майкл Корнер и Терри Бут посылали всевозможные заклятья в Драко, но тот все повторял: «Протего!», успевая в перерывах злодейски хохотать. Энтони Голдстейн, Невилл Лонгботтом, Ханна Аббот и Луна Лавгуд противостояли Гермионе Грейнджер... и производили весьма жалкое впечатление.
- Прочь, слуги Человека-антипаука! - взревела Гермиона и описала волшебной палочкой крутую дугу.
Энтони и Ханна пронзительно вскрикнули: Энтони — от боли, Ханна — от страха; он свалился на пол с крепко связанными красно-золотой лентой руками и кожей восхитительного фиолетового оттенка, а Ханна уронила палочку и, подбежав к остальным хаффлпаффцам, спряталась за Смита.
МакГонагалл достала свою палочку и вызвала Патронуса. Она не может в разгар всеобщей битвы вернуться к себе, чтобы связаться с учителями через камин, и вряд ли сумеет проскользнуть мимо к Снейпу, комнаты которого ближе всего.
- Найди остальных преподавателей, начиная с Северуса, - попросила она. - Скажи, что в вестибюле драка между учениками.
Патронус кивнул и полетел — как странно! - к входным дверям, пройдя Эрни насквозь. МакГонагалл удивленно нахмурилась, но затем вспомнила, что Снейп вчера ушел и, если судить по предыдущим выходным, не вернется до понедельника.
Тем временем Драко подавился на особенно противном припадке хохота, закашлялся и, пожав плечами, пнул Терри в живот. Повернулся к Майклу, а тот вызывающе посмотрел на него и кинулся бежать.
- Гермиона, - отчаянно произнес Невилл, оставшись против нее в команде с одной лишь Луной (а мы прекрасно знаем, кто в этой битве победит), - мы не желаем тебе зла. Мы только хотим помочь.
Гермиона выгнула бровь:
- Правда?
- Да-да, мы хотим помочь... чтобы тебе стало лучше, - торопливо сказал Невилл.
- Правда? - повторила Гермиона. - Мне может стать еще лучше, чем сейчас? Отлично!
- Это может быть ловушка! - предостерег ее Драко, подходя ближе. - Как Злобный ублюдок, я знаю все предательские уловки зла! Они могут тебя обманывать, чтобы спасти Человека-антипаука!
- Точно! - кивнула Гермиона. Она повернулась к Невиллу и Луне; Невилл тревожно попятился, а Луна жизнерадостно улыбнулась Гермионе, которая торжественно объявила: - Если вы и вправду хотите добра, то должны поклясться в верности Клубу спасателей мира и пообещать помочь нам уничтожить Человека-антипаука.
- Ладно, - пожала плечами Луна.
- Засчитано, - кивнул Драко и пожал ей руку. - Вы в деле.
- Стой! - вмешалась Гермиона, а Невилл пискнул и сделал еще шаг назад. - Им нужны костюмы!
- И супергеройские прозвища! - согласился Драко.
Гермиона махнула палочкой в сторону Невилла, едва не упавшего в обморок.
- Ты! - завопила она. - Ты будешь Неуклюжий ботаник!
Вспышка света, похожий на грохот пистолетного выстрела звук — и Невилл в ужасе уставился на свою новенькую набедренную повязку как у Тарзана, перехваченную через плечо полосой ткани. Повязка была оранжевая в черные треугольнички, а-ля Фред Флинстоун. Голову Невилла охватывал венок из вьющихся лоз, а ноги были босыми. Еще хуже повязки (по мнению Невилла) оказались толстые стебли чего-то поразительно похожего на дьявольские силки, свисающие с его запястий. Он постарался держаться как можно неподвижнее, то есть отчаянно трясся, но стебли так и не попытались его задушить.
- А ты!.. - начала Гермиона, поворачиваясь к Луне, но Драко дернул за цепь, привлекая ее внимание.
- Нет-нет-нет, - сказал Драко. - Сначала ему нужен девиз!
- Ах да. М-м... «Может победить немало врагов, используя свои обширные знания о растениях, браслеты из зачарованных дьявольских силков и сверхъестественную склонность падать на своих жертв»?
- А не слишком длинно?
- Пожалуй. Э... «Неуклюжий ботаник, самый крутой в мире любитель растений»?
Драко кивнул:
- Это пойдет.
Гермиона кивнула в ответ и, уже никем не прерываемая, махнула палочкой в сторону Луны. Когда вспышка погасла, Луна оказалась одета в платье из пробок от сливочного пива с бретелями из конфетных фантиков. На груди окрашенные в оранжевый цвет пробки составляли изображение редиски. Светлые волосы были начесаны по всей длине, образуя подобие большущего одуванчика, который несколько отвлекал внимание от платья; на самом верху его примостилось чучело орла, символа Рейвенкло. Ноги Луны были обуты в розовые тапочки с заячьими мордочками, а сзади из платья торчало что-то вроде хвоста.
- Полезная чудачка, - с гордостью объяснила Гермиона. - Она отпугивает людей.
Тут между ними на спине вкатился Гарри, частично скрытый плащом.
- Гарри! - вскричала Гермиона. - Ты пал жертвой злобных слуг Человека-антипаука?
- А? - спросил Гарри. - Да нет. Я просто решил проверить, как далеко смогу проехать на спине. - Он сел. - Ух ты, почти четыре метра!
Гермиона огляделась:
- А куда делись остальные?
- Убежали с криками, - пожал плечами Гарри. Он вскарабкался на ноги и широко улыбнулся Невиллу и Луне. - Приветствую вас в нашем клубе, друзья!
Невилл посмотрел на свой слегка выдающийся животик, который почти не скрывала перевязь, и тихо заскулил.
- Спасибо, - благодарно произнесла Луна.
- Ну, все в сборе, - порадовалась Гермиона. - Я, Гарри и Малфой собираемся убить Рона, а Невилл и Луна нам помогают. Прямо как во время войны.
- Постой-ка, - протянул Гарри. - Что-то не так...
- Одежда? - жалобно сказал Невилл.
- Нет, не то, - отмахнулся Гарри. - Мой плащ у меня, видишь? С одеждой все в порядке. Хм-м...
- О, о, я знаю, знаю! - Драко энергично тянул руку, как ученик, до смерти желающий произвести впечатление на учителя. - Раньше Гарри, Гермиона и Рон собирались убить Малфоя!
- Я не могу тебя убить, - печально тряхнула головой Гермиона. - Хотя бы пока не снимут цепь. Мне придется волочить тебя за собой весь день, а ты слишком тяжелый.
- Но мы можем покрасить твои волосы в рыжий, - задумчиво предложил Гарри. - Тогда ты будешь похож на Рона. А его мы, когда убьем, сделаем блондином, и все будут думать, что это ты.
- Поттер, я же сказал, никто не смеет трогать мои волосы, - сурово ответил Драко.
- Верно. Ладно, тогда... чего же не хватает?
- Здесь нет Джинни, - помогла им Луна.
- Джинни!!! - воскликнули Гарри и Гермиона, дружно хлопая себя по лбу.
Гермионе это, кажется, понравилось, поскольку она несколько раз повторила жест, пока Драко, раздраженный дерганьем на своем запястье, не схватил ее за руку.
- Джинни, - повторил Гарри. - Нам нужна Джинни. Она играет важную роль в нападении на Человека-антипаука.
- А кто такой этот Человек-антипаук? - нахмурился Драко.
- М-м... я не помню, - извиняющимся тоном сказала Гермиона. - Но мы это выясним рано или поздно. Джинни поможет! Она всегда нам помогает. Если только это не связано с лимонными дольками.
- Айда за ней! - завопил Гарри и снова накрылся плащом.
Пару секунд спустя одна невидимая рука обхватила за плечи Невилла, а другая — Луну. Неуверенно пошатываясь и спотыкаясь, все трое отправились вверх по лестнице. Гермиона и Драко последовали за ними, оставляя позади тела тех, кто пал в битве.
МакГонагалл смотрела, как они приближались. Вот он, ее шанс остановить их и... и исправить то, что с ними не так. Но когда мимо нее в страхе бежали прежде толпившиеся на лестнице хаффлпаффцы, она не тронулась с места. Трое гриффиндорцев, Драко и Луна были все ближе, а она так и не шевельнула палочкой.
«Мой Патронус еще не вернулся с остальными учителями...»
Они приближались. Гермиона ей помахала.
«Должен ведь кто-то доставить пострадавших к Поппи...»
- Здрасте, профессор! - произнесла пустота между Невиллом и Луной.
«Всегда можно сказать Дамблдору, что атаковать их в одиночку мне показалось неразумным; в конце концов, это они убили Волдеморта...»
И они прошли мимо.
МакГонагалл расхохоталась. Когда она наконец успокоилась, они уже ушли, так что Минерва просто тряхнула головой и отправилась помогать их жертвам, разбросанным по полу вестибюля.

* * *

Они оказались в гостиной только через полчаса, главным образом, потому что не могли придумать, как Невиллу, Гарри и Луне войти всем одновременно; но как только эта проблема была решена, они ввалились внутрь и радостно огляделись в поисках Джинни. Гриффиндорцы странно на них смотрели, Рон нервно выглядывал из-за спинки дивана.
- Если бы ты была Джинни, где бы ты сейчас была? - спросил Гарри у Гермионы.
- Откуда мне знать? Я ведь не Джинни. По крайней мере, я так не думаю. Если бы ты был Джинни, где бы ты был? - спросила Гермиона у Драко.
- М-м... на Гавайах?
- Я за метлой, - с воодушевлением сказал Гарри.
- Гавайи страшно далеко, - спокойно заметила Луна. - Может, перед тем, как лететь туда, проверим ее комнату?
- Отличная мысль, - хором заявили Гарри, Гермиона и Драко.
Гарри подошел к лестнице,
ведущей в спальни девочек, поднялся на шесть ступенек и съехал вниз на спине под гудок тревоги.
- Ах да, - задумчиво сказал он, вскочил на ноги, и поправил плащ. - Хм-м.
- Не глупи, Гарри, она только для девочек. Луна, Малфой — пошли!
Как только каменный скат превратился обратно в лестницу, Гермиона взошла на нее. Она успела дойти до десятой ступеньки, когда снова зазвучал гудок. Гермиона свалилась на Драко, и оба вперемешку скатились обратно в гостиную, сбив с ног Гарри. Они удивленно посмотрели на Луну и Невилла.
- Луна, - с укоризной произнесла Гермиона, приподнимаясь, - это ты вызвала тревогу?
- Нет, я не ступала на лестницу, - ответила та. Гермиона показалась возмущенной таким вопиющим пренебрежением ее приказами. - Малфой не девочка. - Указала Луна в качестве объяснения.
- А. - Гермиона вздохнула и снова откинулась на ноги Драко, поперек которых лежала; ее собственные ноги покоились на груди Гарри. - Ну, ты могла предупредить меня и раньше.
- Извини, - искренне покаялась Луна.
Невилл посмотрел на лестницу, раздираемый между двумя противоречивыми желаниями. С одной стороны, он не хотел мучить Джинни. С другой, знал, что не предназначен для такого. Хотя он сам и Луна тоже помогали Гарри, Рону и Гермионе в финальной битве с Волдемортом, Джинни была им в разы полезнее. Она не только отважна, но и сообразительна и, в отличие от Луны, целиком в своем уме. Если кто и сможет со всем этим разобраться, то только Джинни. Именно она — Гарри их команды, или, возможно, Гермиона, тогда как Невилл — это Рон. Луна же, она... ну, Луна это Луна, но вот Джинни... Ну, скажем, если бы Гарри, Рон и Гермиона пали в сражении, то палочку за ними подняла бы именно Джинни. Она бы уж точно не мялась здесь рядом с кучей из двух героев и одного злодея и со странной, хоть и милой, девушкой со стоящими дыбом волосами, мечтательно глядящей в пространство. Еще она не оказалась бы одной набедренной повязке. Хотя это приятная мысль...
«Сосредоточься, Невилл!»
Внутренний голос, очень похожий на голос бабули, заставил его вздрогнуть и бросить взгляд на Гарри, Гермиону и Драко. Нравится ему это или нет, Невилл не сможет в одиночку справиться с чем-то настолько сложным.
- Знаете, - неуверенно начал он, - если отправить одну Луну...
- Придумал!!! - взревел Гарри, так что все в комнате (наблюдавшие за ними с интересом) подскочили, и заглушил слова Невилла. - Гермиона и Луна могут нести Малфоя на руках! Тогда он не включит тревогу, а если и включит, то не упадет, потому что его будут нести.
- Ты гений, Гарри! - восхитилась Гермиона и обняла его, насколько смогла, лежа сверху. Она вскочила. - Луна, бери его за ноги!
- Ладно, - безмятежно сказала Луна, взяла Драко за лодыжки и подняла их.
Она выжидательно посмотрела на Гермиону.
Та нахмурилась, глядя на Драко.
- Ты слишком тяжелый, - раздраженно произнесла она.
- Но ты даже не пробовала его поднять, - указал Невилл.
Не обращая на его слова внимания, Гермиона повернулась к Гарри:
- Быстрее, Выживатель! Нам нужно подкрепление!
Гарри кивнул и обвел взглядом гостиную. У камина сидели трое учеников с четвертого курса.
- Эй, вы! - крикнул Гарри и бросился к ним, как ядерная боеголовка устремляется к какой-нибудь особенно раздражающей стране.
Тут стоит заметить, что большинство людей в опасной ситуации можно сравнить с кроликами. Временами, завидев тень хищной птицы, кролик замирает на месте. Временами он со всех ног кидается к своей безопасной норке. Но иногда он дает хорошего пинка обнаглевшей птице своими сильными задними лапами.
Трое четверокурсников продемонстрировали все варианты. Девочка с двумя косичками взвизгнула и бросилась к портретному проему, как будто надеялась, что Гарри магически привязан к этой комнате. Мальчик с угрями на лице зачарованно глядел, как спятивший, но все равно героический Гарри Поттер несется в битву, и знал, что убийца Волдеморта теперь идет к нему; нелепый наряд Гарри только добавлял ситуации фантастичности.
Так что именно третьей из компании, худенькой девочке в очках с толстыми стеклами, выпало спасти своих товарищей и хорошенько проучить эту птицу или, скорее (что, наверное, лучше объясняло действия кролика), запаниковать, дрыгнуть ногами и надеяться на лучшее. Она схватила ближайшую «Историю Хогвартса» (книга пользовалась большой популярностью: многие ученики захотели узнать секреты школы и использовать их как подспорье в своих шутках над одноклассниками) и со сдавленным криком, вероятно, изображающим боевой клич, метнула ее в Гарри.
Тот оказался категорически не готов к встрече с объектом, летящим в противоположном направлении. Сложным движением, которое объясняло, почему в Хогвартсе не преподают физику, Гарри опрокинулся назад, кувыркнулся через спинку дивана и свалился прямо на Рона.
Тот со страхом посмотрел на него. Рон сидел в гостиной, когда эти трое впервые появились. Сначала он самодовольно ухмылялся и смеялся вместе с остальными, но постепенно пришел в ужас, поняв, что трое крайне безрассудных людей хотят его убить. Рядом не было Фреда и Джорджа, чтобы спросить совета, а единственный оставшийся выход из подобных положений для Рона заключался в том, чтобы не попадать в подобные положения. Так что он завороженно смотрел на Гарри, как давешний четверокурсник, ожидая его хода, пока вокруг них кружились страницы, повествующие о прошлом Хогвартса.
- О, привет, Рон, - радостно сказал Гарри, поднялся, перемахнул обратно через спинку дивана и повернулся в сторону Гермионы. - Кажется, те трое не очень-то хотели нам помочь, Герм! - Крикнул он.
- Вон в углу еще кучка первокурсниц! И не забывай, когда я в костюме, называть меня только супергеройским прозвищем!
- Да, Поттер! - крикнул Драко.
- Прости, Гермиона!
- Ничего страшного, Гарри! Тебе лучше подкрасться к ним неожиданно! У них тоже есть книги!
- Точно! Отличная идея, Гермиона! О-о! Можно, я скажу стишок?
- Нужно! Твоя суперсила без него не сработает! - отозвался Драко.
- Но... это же плащ, - безнадежно проныл Невилл, чувствуя себя так, словно вот-вот расплачется, тем более, что по дороге сюда Гермиона заставила Невилла и Луну заучить их собственные стишки, и его терзало недоброе предчувствие, что скоро придется их произносить. - Ему не нужно читать стихи. Не нужно. Честное слово. Он сегодня становился невидимым раз шестьдесят.
Но снова Невилла никто не слушал. Гарри громко прочистил горло.
- Суперсекретная волшебная сила невидимости, которая абсолютно никак не связана с этим клевым серебристым плащом, правда-правда, активируйся, чтобы я смог неожиданно подкрасться вон к тем первогодкам! - проорал он.
- Это даже и не стишок вовсе, - застонал Невилл, а Гермиона и Драко с одобрением улыбнулись Гарри.
Гарри накинул плащ и исчез. Обычно это был бы довольно зрелищный способ «неожиданно подкрасться» к трясущимся первогодкам, но Гарри вопил: «Уи-и-и!» и сбивал на своем пути столы, стулья и книги, так что призведенные разрушения довольно точно указывали, где он находится. Врываясь в круг из пяти оцепеневших первокурсниц, Гарри затормозил и откинул плащ.
- Приветик!!! - заорал он. - Я — Выживатель, легендарный член Клуба спасателей мира! Мне требуется ваше содействие, ничтожные человеческие детишки!
- Пожалуйста, оставь нас в покое? - попросила особенно храбрая девочка.
- Разве вы не хотите помочь? - спросил Гарри.
Девочки отчаянно затрясли головами, и Гарри словно сдулся, ошеломленный:
- А... но... я вам заплачу! Я богат, вот, глядите. - Он сунул руку в трусы со снитчами и дальше, в карман джинсов, и достал пять галеонов.
- Мы согласны, - сказала та же первокурсница, жадно хватая деньги.


От переводчика: Помните, я когда-то говорила про другой фанфик этого автора с пейрингом Фред/Гермиона? Так вот, его начали переводить на русский! (спасибо, trololonasty!) Называется «Просто безобидная шутка». Жанр тот же: роман/юмор, только «романа» куда больше, чем в «Войне шуток». Фанфик намного короче «ВШ» и, самое главное, в оригинале он закончен.


Глава 43. Последний оплот Оливера


Джинни была в том приятном, уютном состоянии между сном и бодрствованием, когда все кажется расплывчатым, и ничто не имеет значения. Она позволила мыслям бесцельно плыть, почти что в медитации... все хорошо... она спокойна и расслаблена...
Простое заклинание, наложенное на спальни, не допускало сюда звук сирены, чтобы какой-нибудь идиот, пытаясь пробраться на девчачью половину посреди ночи, не поднял всех на ноги; наложили его в начале шестидесятых годов, когда мальчики стали особенно глупыми. Так что Джинни не слышала тревоги, не знала, что одетого в балетную пачку Малфоя несут по лестнице обливающиеся потом первокурсницы, не знала, что Клуб спасателей мира сейчас вторгнется в ее счастливый маленький мирок. Ее ожидало немалое потрясение, когда перед полуприкрытыми глазами вдруг появилась голова Гермионы в маске и шапочке, а от вопля: «Привет, Джинни!» былое спокойствие разбилось так же аккуратно, как антикварная лампа Тиффани, сброшенная с горы Эверест.
Джинни глядела на Гермиону с ужасом и немалым раздражением . Но не успела она ничего сказать (чего-нибудь вроде: «Выметайся из моей комнаты, пока не протрезвеешь, психичка!»), как в поле ее зрения появилось слегка побитое молью чучело орла, прочно приклеенное заклинанием к хорошенько начесанным светлым волосам.
- Привет, - сказала Луна.
Джинни вытаращилась на нее, но затем тряхнула головой и возвела глаза небу: стоит ли удивляться, что первой, с кем Гермиона объединилась в этой ситуации, оказалась именно Луна.
- Привет, Крысли-младшая! - крикнул новый голос, и перед ее лицом помахала чужая рука.
Джинни оттолкнула ее и, посмотрев в ту сторону, увидела Драко, в пачке и все такое, на руках у пятерых сердитых девочек, словно извращенная пародия на сказочную принцессу, которую несут на руках обожающие ее слуги.
- Нам Поттер заплатил, - сказала одна в качестве объяснения. Она стояла на плаще Драко, свисающем на пол.
- Черт бы побрал этих богачей, - заворчала Джинни.
- Джин! Настала пора принять тебя в Клуб спасателей мира! - радостно произнесла Гермиона и достала палочку.
- Ну нет, - зарычала Джинни, забирая у нее палочку и швыряя через всю комнату.
Она знала, что это ошибка — следовало оставить ее у себя или даже сломать. Теперь Гермиона может ее вернуть.
- Но ты нужна нам, - рассеянно сказала Луна, от нечего делать рассматривая свое платье.
- Команда не полна без тебя, - согласилась Гермиона. - Я, Луна, Невилл, Гарри и Малфой. Звучит совсем не так клево, как я, Луна, Невилл, Гарри, Малфой и Джинни. Шесть — гораздо лучшее число для команды супергероев, чем пять. Посмотри на Могучих Рейнджеров.
- На кого? - недоуменно нахмурилась Джинни.
- Могучих Рейнджеров! Они всегда берут кого-то шестого. Ну, почти всегда. Кроме того, ты нужна нам, Джинни. Мы забыли, кто такой Человек-антипаук, а мы не можем его убить, пока не помним, кто он.
Джинни вздохнула. Впервые в жизни она не могла обратиться за советом к Гермионе. Без надежной поддержки и логики Гермионы было не по себе. Но какой бы одинокой и потерянной Джинни себя не ощущала, она не собиралась вступать в Клуб спасателей мира.
- Я запросто могу к этому привыкнуть, - весело сказал Драко, лежащий на руках первокурсниц.
- Не вздумай, - мрачно отозвалась одна из девочек.
- Пожалуй, мне нравится этот сарафан, - задумчиво произнесла Луна. - В нем на удивление удобно.
- Гермиона, милая, - ласково проговорила Джинни. - Давай вот что. Я скажу вам, кто такой Человек-антипаук, и вы пойдете его убивать, а я лягу спать дальше, идет?
Раз уж Рон такой идиот, Джинни без всяких сожалений оставит его разбираться с тем, что он сам натворил.
- Нет, Джинни, ты должна быть в Клубе, - настаивала на своем Гермиона.
- О, я и так уже в клубе, - заверила ее Джинни. - Я только... сейчас не в костюме.
- Правда? - уставилась на нее Гермиона. - О. Я и не знала.
- А какое у тебя прозвище? - спросила Луна.
Джинни бросила на нее сердитый взгляд. Луна не находится под действием чар и не имеет права все усложнять.
- Прозвище? - осторожно повторила она.
- Да. Я вот Полезная чудачка. А Невилл — Неуклюжий ботаник.
- Невилл?! - поразилась Джинни.
Просто отлично. Джинни с большой симпатией относилась к Невиллу, в конце концов, он такой же, как она — близок к Гарри, Рону и Гермионе, но не входит в их компанию и всегда в тени. Неприятно было думать, что Невилл вляпался во все это из-за того, что Джинни отправила его за Гарри и Гермионой.
- Я — Здравоумная, - медленно произнесла она, торопливо соображая. - Прошлые битвы с Человеком-антипауком истощили меня, и мне нужно отдохнуть, чтобы моя тайная сила, м-м, Всепроникающего зрения восстановилась. Поэтому я прошу вас идти без меня. Я сейчас не могу сражаться. Я скажу вам, кто он, и вы отправитесь за ним, хорошо?
Гермиона с энтузиазмом кивнула, и Джинни открыла было рот, но остановилась. В обычный день Рон не мог сравняться с Гарри и Гермионой, хотя, наверное, и справился бы с Драко, Невиллом или Луной один на один. Джинни была уверена, что Невилл и Луна, несмотря на это их странное членство в Клубе, не станут участвовать в попытке убийства. И все равно она сомневалась, что Рон одолеет Гарри, Гермиону и Драко одновременно, даже в их нынешнем состоянии. Это сумасшествие только добавляло им непредсказуемости, и Джинни не пожелала бы Рону драться против них всерьез. Но она сомневалась, что сможет убедить Клуб спасателей мира отступиться, а значит, нужно отправить их за кем-нибудь другим. Но кого Джинни настолько недолюбливает?
Вуда.
Имя всплыло само по себе. Она задолжала Вуду парочку проблем, к тому же во всей этой катавасии есть и его вина. Плюс, он учитель по защите от Темных искусств. Джинни не думала, что сумеет натравить их на Дамблдора; МакГонагалл слишком непредсказуема, а Снейп, скорее всего, не в замке. Так что Вуд — наилучший вариант из оставшихся.
- Оливер, - произнесла Джинни. - Оливер Вуд. Отправляйтесь за ним. Ах да, первым в его комнату лучше послать Невилла. - Подумав, добавила она.
- Хорошая мысль, - сказала Луна. - Его зачарованные дьявольские силки опутают профессора Вуда, чтобы он не сбежал.
- Именно, - благодарно подтвердила Джинни и посмотрела на Луну с раздражением. - Эй. Разве ты не должна была положить этому конец?
Луна пожала плечами.
- Все остальные пали в битве или сбежали. Я решила, ты будешь довольна, что я хотя бы приглядываю за ними вместо того, чтобы с криком убежать или спрятаться, - укоризненно произнесла она, как будто Джинни проявила черствую неблагодарность.
Какое-то время Джинни просто смотрела на нее, а потом ответила с иронией:
- Да уж. Спасибо, Луна.

* * *

Это было лучшее утро Оливера за многие дни. Оказалось, что единственный способ избежать сумасшедшего дома, в который обратился Хогвартс, - спрятаться. Пока что работало отлично. Он приятно проводил время, устроившись за столом на висящей в воздухе «Молнии-2» - просто потому, что на ней Оливеру было удобнее, чем на стуле, - проверял домашние работы и подпевал своей любимой музыкальной группе, «Отродьям Фенрира». Громкая, надрывная песня помогала ощутить себя прежним, тем беззаботным парнем, которому даже изнурительный квиддичный сезон, гнетущая война и миссии Ордена Феникса не мешали вечером в пятницу пойти в клуб и оторваться с друзьями.
- Любовь — что Круцио заклятье, - почти орал он, исправляя слово «Икспелиармус» в сочинении первокурсника, - так мучительна она... вот бы нам не повстречаться... вот бы мог позабыть я тебя... проклинаю само твое имя... вот бы мог разлюбить я тебя... только боль мне несет это бремя...
Музыка едва не заглушила стук в дверь. Оливер перестал петь, зная, что ему медведь на ухо наступил, но с метлы не слез и своего занятия не прекратил. Кто бы ни был за дверью, рано или поздно он уберется. Как МакГонагалл: она пыталась связаться с Вудом через камин, но Оливер прятался за книжным шкафом, пока она не сдалась. Единственный, с кем он сегодня общался, это домашний эльф, принесший ему завтрак.
- Професор Вуд? - позвал голос Невилла Лонгботтома с нотками отчаяния, страдания и всего остального, что сейчас не имело отношения к Оливеру, потому что он очень явно прятался, большое спасибо.
Оливер не ответил. Он тихонько продолжил петь, надеясь, что к следующему куплету Невилл уйдет:
- Любовь — что Круцио заклятье... страдания только приносит... прежним никогда не стать мне...
- Оливер? Это я, Невилл.
- Распрощаюсь с тобой навсегда...
- Помнишь тот раз, когда ты был на пятом курсе, а я на первом, и ты остановил шестикурсников, которые меня били, и вылечил ссадины, чтобы мне не пришлось всему в крови идти в Больничное крыло?
Оливер сглотнул и попытался задавить мысль: «Бедняга», гулявшую в голове:
- Позабуду само твое имя...
- А еще тот раз, когда я был на третьем курсе, и ты остановил тех парней, которые проклинали меня всякими ужасными заклятьями за теплицами?
- От тебя мне одна лишь беда...
- Мне опять нужна такая помощь. Пожалуйста?
- Только боль мне несет это бремя...
- Э, я знаю, где можно достать Корешки Киканто?
Оливер уронил перо и посмотрел на дверь в ужасе. Невилл Лонгботтом только что предложил ему — учителю! - растение, запрещенное не только в Хогвартсе, но и в нескольких странах. Оливер не знал, что потрясло его больше: то, что Невилл в курсе, как достать Корешки Киканто, или то, что Невилл доведен до такого отчаяния, чтобы рискнуть отчислением из школы, если не хуже, лишь бы Оливер открыл дверь.
«Даже не думай», - простонал внутренний голос тем же многострадальным тоном, что был в голосе Невилла.
Оливер вздохнул. Он должен. Это ведь Невилл. Тот самый Невилл, чья бабуля играла в бридж с бабушкой Оливера. Тот самый Невилл, чей отец был любимым кузеном отца Оливера. Тот самый Невилл, чьи родители прислали Оливеру на четвертый день рождения карманный вредноскоп, который до сих пор был ему дорог. Тот самый Невилл, который на воссоединениях двух их семей непременно смешил всех до слез, пусть и не специально. Тот самый Невилл, что вылечил кошку Оливера травяным сбором, который не додумались испробовать даже специалисты из «Магического зверинца». Тот самый Невилл, за которым Оливер приглядывал все три года, что они проучились вместе, и даже напоминал ребятам, смеявшимся над мальчиком, что Невилл обеспечил Гриффиндору Кубок школы уже на первом курсе. Их нельзя было назвать друзьями или такими уж близкими родичами, но все же Оливер неплохо знал и ценил Невилла, и просто не мог оставить без помощи после того, как тот практически предложил продать душу, чтобы избавиться от кошмара, ожидавшего на той стороне двери.
Резким движением палочки Оливер заглушил музыку и соскочил с метлы, но не расстался с ней. Метла в руке придавала уверенности, хотя Оливер и говорил себе, что он вовсе не цепляется за нее, как испуганный ребенок за плюшевого мишку, просто за дверью может оказаться нечто, от чего придется удирать, и быстро, - если вспомнить, как часто за последние дни Оливеру приходилось делать ноги.
Оливер направился было к двери, но затем решил, что лучше держаться от нее подальше. Он поднял палочку и снял многочисленные запирающие заклинания, наложенные ранее.
- Входи, - позвал он.
Невилл влетел в комнату, захлопнул дверь и прижался к ней спиной, как будто боялся, что в любую секунду сюда кто-то ворвется.
- Оливер... мне нужна твоя помощь, - настойчиво прошептал он.
Оливер недоверчиво уставился на Невилла, его набедренную повязку и венок на голове.
- Это что... это у тебя дьявольские силки?! - резко спросил он.
- Они зачарованы, - рассеянно отмахнулся Невилл. - Они нападут только по моей команде.
- Какого черта на тебе?..
- Это все Гарри, Гермиона и Малфой. Они свихнулись. Как мы поняли, Фред и Джордж наслали на них мощные Чары эйфории; я не видел, чтобы кто-то был настолько не в себе, с того случая с Роном в Отделе тайн, а у него тогда крыша настолько съехала, что он призвал к себе мозги, которые едва его не прикончили... Они зовут себя Клубом спасателей мира, и сделали себе нелепые костюмы, и одели нас с Луной в эти дурацкие наряды, и собирались убить Рона, только они звали его Человеком-антипауком, и они забыли, что Человек-антипаук — это Рон...
Оливер стер мысленную пометку «Купить Фреду классный подарок на Рождество за те вишни».
- Отведи их в больничное крыло, - вмешался он. - Поппи приведет их в порядок.
- Не могу. Понимаешь, Джинни собрала нас, чтобы их остановить, но они размазали нас по стенке. Мы с Луной остались целы только потому, что притворились, будто мы на их стороне. Так что если они подумают, что я не с ними, меня тоже заклянут. А когда они пошли к Джинни, чтобы она помогла им вспомнить, кто такой Человек-антипаук, она почему-то сказала, что это ты.
Оливер разинул рот:
- Я?!
- Ну да. Наверное, она решила, что ты сможешь их остановить. Она им намекнула отправить меня первым, наверное, чтобы все объяснить. Я вроде как должен был опутать тебя дьявольскими силками, так что, наверное, нам надо составить план, а потом впустить их и напасть...
Оливер потряс головой и посмотрел на Невилла с растущим ужасом:
- Невилл... давай-ка уточним. Ты хочешь сказать, что там, в коридоре, стоят три человека. Один из них — сын главного подручного Сам-Знаешь-Кого. Другие двое убили Сам-Знаешь-Кого и нескольких Пожирателей смерти. Все трое не в своем уме, и они здесь, чтобы меня убить?!
Невилл участливо кивнул:
- Ну да. Там еще Луна, но я не уверен, кому она станет помогать — нам или им, или же будет просто, ну, знаешь, стоять задумчиво.
- Что ж, это просто замечательно, - прорычал Оливер. - Замечательно! Это же так типично!
- … типично?.. - робко повторил Невилл. Он не был уверен, что сможет найти слово, менее подходящее к данной ситуации.
- Три с половиной года мы были друзьями с Гермионой. Даже несколько больше, чем друзьями...
- Правда? - ошеломленно произнес Невилл.
Оливер его не слушал:
- …и каждый раз, когда мы с ней встречались, у нее всегда было что-нибудь не так: какие-то странные происшествия и опасные интриги. Даже летом, когда она хотела просто побыть со своими друзьями-магглами и притвориться обыкновенной маггловской девочкой без всякой магии, тревожно было видеть, насколько она все равно необычна, всегда в каких-то делах, тайнах Ордена, а шрам Гарри это что-то вроде проводника и конечно я знаю заклинание которое ты выучил только на седьмом курсе и жить в одном доме с Сириусом Блэком совсем не жутко он очень славный человек правда и я очень люблю правила но однажды спасла гиппогрифа от казни хоть и могла попасть в Азкабан на пять лет но я уверена что никто не узнает и мне жаль что мы не увидимся на Рождество Оливер но разве ты не слышал от Ордена что Гарри на расстоянии узнал что мистера Уизли едва не сожрала гигантская змея и мне придется провести каникулы в штаб-квартире но я буду очень рада если ты заглянешь и черт возьми, Невилл, меня уже тошнит!
Невилла, и не подозревавшего, что Оливер связан с Гарри, Роном и Гермионой не только через квиддич и дружбу с близнецами Уизли, этот взрыв застал врасплох. Более того, он не видел, в чем проблема Оливера. Да, Гермиона — необычная девушка, но в том числе за это Невилл и остальные ее друзья ее и любят.
- Я не очень понимаю, - медленно произнес он.
- Ну конечно, ты не понимаешь! - взревел Оливер, так яростно жестикулируя метлой, что Невиллу пришлось пригнуться. - Ты ведь один из них! Когда они тащат тебя с собой в океан неприятностей, ты просто залезаешь на доску и катаешься с ними по волнам хаоса, пока тебя не отпустят на берег, но со мной все не так, Невилл! Когда они тянут меня в воду, я не могу выбраться, пока почти не захлебнусь! Я не умею кататься на доске, Невилл!
- На доске? - озадаченно повторил Невилл. Серфинг был маггловским изобретением, и чистокровный волшебник Невилл никогда о нем не слышал. Оливер же узнал об нем от друзей Гермионы.
- С ними всегда одно и то же! Мне нужен был простой ловец, а я получил чудного ребенка, которому предначертано сражаться с темными магами и каждый раз к финальному матчу попадать в больничное крыло! У них никогда ничего не бывает как положено, так с чего я взял, что смогу стать ее парнем?! Она прямо как та карусель на маггловском празднике, где мы были: поначалу это весело, но потом тебя просто начинает мутить. Я...
Невилл вздохнул и прочистил горло:
- Слушай, Оливер... ты не против?
Оливер моргнул:
- А?
- Я понимаю, что у тебя нервный срыв, и мне жаль тебя, правда, но я стою в набедренной повязке! Ты не мог бы сорваться позже, когда мы со всем разберемся?
Оливер посмотрел на него с оскорбленным видом. Со стороны Невилла это было довольно черство. Хотя, если учесть, что с начала войны шуток Оливер проболтался о двух секретах Гермионы (татуировке и отношениях с ним), бросил ее во время тренировки по квиддичу, напился и запугивал близнецов и Рона, разразился хохотом, когда пытался помочь Гермионе с мытьем после битвы едой, разозлил Гарри настолько, что тот раздул голову Драко, и, наконец, спрятался в своей комнате при первом признаке грядущего хаоса, то Оливер не мог винить Невилла за то, что тот не хочет слушать его жалобы. По крайней мере, Оливер сам отчасти виноват в своих проблемах, а Невилл пострадал ни за что ни про что. Не говоря уже о том, что Оливер показал себя никудышным преподавателем: он не только завел себе любимчиков и покрывал их нарушения правил, но и проигнорировал Гарри и Гермиону этим утром. Он не мог теперь проигнорировать еще и Невилла, не после того, как отвернулся в сторону и позволил ситуации выйти из-под контроля.
- Извини, - сказал Оливер, сделав глубокий успокаивающий вздох. - Я просто слегка... не в себе... в последнее время.
- Я понимаю. И, э, когда все закончится, если ты захочешь поговорить...
- Невилл, - позвала из-за двери Гермиона. - Ты уже схватил Человека-антипаука? Нам скучно!
Невилл несчастно вздохнул и собрался ответить, но Оливер просигналил ему молчать и отойти от двери.
- Гермиона? Это ты? - крикнул Оливер, добавив в голос нотки надежды. - Мне нужна помощь, Невилл спятил...
Дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену. Через порог вступил Гарри, одетый как супергерой из видений наркомана, и упер кулаки в бедра.
- Я, Выживатель, пришел уничтожить тебя, Человек-антипаук, - завопил Гарри.
Оливер промолчал. Ему нечего было на это ответить.
Гарри бросился к нему, и Оливер вдруг почувствовал себя невероятно глупо. После наряда Гарри, после залезшего под стол Невилла, после всех нелепых событий, которые и привели к этой ситуации, Оливер просто не мог воспринимать ее всерьез. Это вовсе не Человек, победивший Того-Кого-Нельзя-Называть, отважно мчится на него с горящей в глазах жаждой справедливости. Это слетевший с катушек пацан, которого он когда-то будил в пять утра на тренировку, оказался на пути Оливера в то время, когда весь мир спятил.
Оливер даже не стал поднимать волшебную палочку. Взамен он взвесил в руке метлу, подождал, пока Гарри приблизится, и стукнул его по лбу рукоятью своей «Молнии-2». Величайший герой, которого знал волшебный мир, свалился как мешок картошки.
Гермиона и Драко как раз пересекли порог комнаты. При виде Гарри Гермиона ахнула:
- Гляди, Злобный ублюдок! Человек-антипаук убил Выживателя!
- А ты крут, приятель, - произнес Драко, глубоко впечатленный. - Ты даже не представляешь, сколькие пытались и не смогли прикончить Поттера. Если б ты сделал это год назад, Темный Лорд бы уже назначил тебя королем Азии или кем-то в этом роде.
Гермиона шлепнула его по руке:
- Мал. Фой! Мы же команда, забыл? Клуб спасателей мира? Ты не должен радоваться, что Оливер убил Гарри!
- Ах да, - извиняюще сказал Драко. - Понимаешь, привычка...
- Конечно. Я прощаю тебя, - Гермиона откинула назад волосы и направила на Оливера волшебную палочку.
- А теперь, - начала она, пока Оливер осторожно приближался. - Ты, Человек-антипаук, будешь уничтожен по многим причинам, большинство из которых я забыла, пока мы сюда добрались, но из самых последних — за то, что убил Выживателя и... ай!
Гермионе не удалось закончить. Драко с радостной улыбкой любовался на бессознательного Гарри и не заметил, как Оливер подходит к нему сбоку и поднимает метлу. Он тоже свалился на пол, заставив цепочку болезненно дернуть Гермиону за запястье. Прежде чем она восстановила равновесие, Оливер поднял метлу снова. Еще один взмах, и чокнутые подражатели супергероев стали мерно дышащими грудами на полу гостиной Оливера.
- Что ж, - послышался из дверей мечтательный голос Луны. Оливер подскочил и рефлекторно поднял метлу. - Я рада, что все закончилось. Становилось скучновато.
С этими словами Луна повернулась и ушла.
Оливер снова посмотрел на трех околдованных учеников, лежащих на его ковре, и ощутил, как на него снисходит странное чувство завершенности. Он протянул руку Невиллу:
- Дай свою палочку.
Невилл молча подчинился, потрясенно глядя на павших героев. Оливер резко взмахнул палочкой, и Гарри, Гермиона и Драко мягко поднялись в воздух и остановились на высоте плеча. Оливер направил их в коридор и вернул палочку Невиллу:
- Вот. Заклинание продержится достаточно, чтобы дойти до Больничного крыла. Дай мадам Помфри полный отчет, а потом попроси профессора МакГонагалл, чтобы она трансфигурировала обратно твою одежду.
Невилл кивнул и ушел. Оливер улыбнулся, взмахнул волшебной палочкой, и комнату наполнил грохочущий тяжелый рок «Отродий Фенрира».
- Наконец-то, - вздохнул Оливер. - Тишина и покой.


От переводчика: ну что, впереди еще одна глава. Сразу говорю, она длинная, но далеко не такая смешная, как предыдущие. Будет недели через три, плюс-минус.


Глава 44. Застряли


Гермиона застонала, приходя в себя. В ушах звенел смех, и она попыталась понять, почему. Последнее, что она помнила — как спускалась на завтрак субботним утром, вся в эйфории после мести Рону.
Она открыла глаза и взвизгнула. На расстоянии вытянутой руки от нее мирно спал Драко, сунув в рот большой палец и улыбаясь. Смех затих после ее возгласа, но тут же возобновился, теперь громче. Отлично. Очевидно, это опять чья-то шутка.
Нет. Это больничное крыло. Кто-то сдвинул вместе кровати ее и Драко, наверное, из-за цепи, и занавески с той стороны Драко были задернуты. Гермиона протянула руку назад и нащупала другую занавеску. Странно. Обычно мадам Помфри задвигала занавески, только если у пациента случались какие-нибудь припадки или конвульсии.
Гермиона приподнялась на локте, собираясь позвать того, кто смеялся у нее за спиной, но замерла, увидев наряд Драко. На слизеринце были: черно-оранжевый свитер, серые спортивные брюки, носки разного цвета, зеленый плащ и пышная розовая пачка.
Гермиона посмотрела на себя и с изумлением увидела собственный нелепый наряд:
- Что за?..
- Привет, Гермиона, - произнес из-за спины усталый голос.
- Невилл? Да ради бога, кто это там хохочет?
- Это Гарри. На вас вчера наложили Чары эйфории.
- Чары эйфории? Но их же так сложно применить, не говоря уже о том, что они незаконны... Гарри из-за них смеется?
- Нет, - ответил Невилл. - Он смеется, потому что я пытаюсь рассказать, что вы творили, пока были под действием чар.
Гермиона застонала:
- Скажи мне, что больше свидетелей не было.
Невилл прочистил горло, но не успел ответить: Драко захихикал как сумасшедший и начал судорожно дергаться.
- Малфой! Малфой! - тревожно позвала Гермиона, пытаясь его разбудить. - Невилл, что с ним такое?
- А, это часто бывает. И у вас было, - Невилл обошел обе кровати, чтобы смотреть Гермионе в лицо.
Судороги Драко прекратились, и он затих. Затем повернулся на бок и снова сунул палец в рот.
Гермиона медленно выдохнула, расслабляясь:
- Что ж, это было... постой. Вчера?
- А? - Невилл беспомощно посмотрел на нее.
- Ты сказал, что мы попали под чары вчера, - напомнила Гермиона.
Невилл сочувственно кивнул:
- Сейчас воскресенье, уже за полдень.
- За полдень воскресенья? Мы пропустили почти все выходные в Хогсмиде, - пожаловалась она, вздыхая.
- Полагаю, вы пропустите их целиком. Вы ведь не сможете никуда пойти, пока Малфой не пришел в себя.
Гермиона услышала, как чьи-то босые ноги спрыгнули на пол, и пару секунд спустя к Невиллу присоединился Гарри.
- Хм-м. Малфой в балетной пачке. Кто-нибудь уже сделал снимки, или мне пойти поискать фотоаппарат?
- Колин уже был здесь. И еще человек шесть, - сообщил ему Невилл. - Я слышал, за колдографиями нужно обращаться к Деннису Криви.
Гермиона застонала.
- Полагаю, безнадежно считать, что нас они не трогали? - спросила она, указывая на себя и Гарри.
Невилл потряс головой:
- Мне жаль. Многие хаффлпаффцы и гриффиндорцы не очень вам рады после того, что было в вестибюле.
Гермиона побледнела.
- О, я не думаю, что они всерьез разозлились, - поспешил убедить ее Невилл. - Ну, может, кое-кто из них, но... большинство понимают. Они просто... не собираются делать вам одолжений, вот и все.
Как будто вспомнив нечто особенно неприятное, он содрогнулся.
Она вздохнула:
- Кого мы настоили против себя, Невилл?
- Ну, э-э... посмотрим. Близняшек Патил, Лаванду, Дина, Шеймуса... Майкла, Терри, Энтони... Эрни... Ханну, Джастина... квиддичную команду Хаффлпаффа...
- Всю команду?! - недоверчиво повторила она.
Невилл кивнул:
- Насколько я знаю. Правда, я не знаком с запасными игроками...
Гарри захихикал:
- Ну что ж. Теперь, когда мы восстановили против себя все четыре факультета, можно с тем же успехом бросить школу, а? Пойти своим путем? Откроем небольшое детективное агентство или что-нибудь еще. Я обеспечу стартовый капитал...
- Мы не станем бросать школу, Гарри, - строго произнесла Гермиона. Она опять вздохнула. - Я... кто-нибудь принес мне, во что переодеться?
Невилл кивнул:
- Джинни принесла. Она чувствует себя несколько виноватой за то, что бросила вас и все такое, но она просто устала. Сейчас все немного не в себе. Вы бы слышали, как бедняга Вуд разорялся про ненормальность.
- Вуд? - повторила Гермиона. - О боже. Скажи, что его мы не сильно разозлили.
- Если подумать, нет, - произнес Невилл. - Это он вас вырубил. Своей метлой.
- Он нас вырубил? - переспросил Гарри, несколько оскорбленный. - Что же мы ему сделали?
- Пытались его убить, - невозмутимо ответил Невилл, роясь в куче из одежды и книг на ближайшем стуле.
- О. Ну тогда, полагаю, придется его простить, - пошутил Гарри, ощупывая голову в поисках шишек; по старой привычке первым он потрогал ставший самым обычным шрам, и только потом двинулся дальше.
- С чего ты такой веселый? - спросила Гермиона, лениво перебирая цепь.
Гарри пожал плечами:
- Это все довольно смешно. По крайней мере, пока было. Невилл еще не рассказал, как Малфой оказался в балетной пачке.
- Ну, после того, как вы выбежали из Большого зала и решили создать клуб спасающих мир супергероев...
- Что?! - вмешалась Гермиона.
Невилл сочувственно улыбнулся и вручил ей «Историю Хогвартса», «Стандартную книгу заклинаний. Седьмой курс» и «Продвинутое руководство по трансфигурации»:
- Не волнуйся, Гермиона. Джинни смогла залатать все шарфы, которые вы продырявили, и даже восстановила твои книги.
Гермиона взбешенно распахнула глаза.
- Кто испорил мои книги? - сердито спросила она.
- Ты, - ответил Невилл. - Ну, или кто-то из вас троих. Они были пришиты к твоему плащу и остальному.
- Моему плащу, - повторила Гермиона, баюкая книги у груди. - Моему плащу. Да. Именно. Конечно, у меня был плащ. Почему нет?
Гарри тряхнул головой:
- Я так же себя чувствовал в первые минуты. Подожди, когда он доберется до того места, где мы бегали и кричали: «Уи-и!»
- Это место мне нравится, - признался Невилл. - Это было до того, как вы обрядили меня в набедренную повязку. - Заметив изумленные выражения на лицах Гарри и Гермионы, он нервно засмеялся. - Я сейчас объясню. Во-первых, Джинни уверена, что это Фред и Джордж наложили на вас чары перед тем, как покинуть школу. У Рона есть алиби — он все это время был в гостиной, - но...
- Можешь не объяснять; тут несложно догадаться, - вмешалась Гермиона. - Давай дальше.
- Ну, от этих чар вы были как спятившие, пока Вуд вас не вырубил, а я не принес сюда. Зелье-антидот пришлось специально заказывать — Снейп опять смылся. Вы еще везучие, что Дамблдор сумел так быстро его достать.
- Везучие. Точно. Мы прямо счастливчики, - протянул Гарри.
- Мадам Помфри говорит, что все реагируют по-разному, так что Малфой может быть без сознания еще довольно долго.
- Ну, хоть что-то хорошее, - сказала Гермиона, с плеч которой словно сняли тяжелый груз. Ничто так не поднимает дух, как Малфой, когда он без сознания.
Невилл приоткрыл занавеску, мешавшую подойти к кровати Гермионы, они с Гарри присели в ногах у подруги, и Невилл начал рассказывать. Он еще не успел закончить, когда появилась Джинни с ужином на всех; она многословно извинялась за то, что не помогла им, но ни Гарри, ни Гермиона не винили ее в нежелании со всем разбираться. Драко продолжал время от времени дергаться, но не просыпался, так что досаждал он только тогда, когда его спазматические движения больно дергали руку Гермионы. Джинни задвинула занавески и наблюдала за Драко, пока Гермиона переодевалась; оказавшись в удобном костюме, набив живот лучшей едой, что смогла достать Джинни, и убедившись, что книги не пострадали, Гермиона принялась вместе с Гарри весело хохотать над сумасшедшим происшествием. Чем больше Невилл рассказывал, тем больше они вспоминали и сами, пока все события в общих чертах не наметились в памяти. Вскоре после того, как они поели, к ним заглянула с проверкой мадам Помфри и влила в Драко еще зелья, раздраженно бурча, что ей следовало выбрать приятную, мирную, беззаботную профессию, вроде укрощения драконов.
Около восьми часов вечера Гермиона снова почувствовала рывок на запястье и повернулась проследить, чтобы метания Драко не вывихнули ей руку. Взамен она увидела сидящего Драко, который оглядывал их мутным взором.
- Чертовы гриффиндорцы, - проворчал он. - Какого черта я делаю в Больничном крыле, и как, во имя Мерлина, вы запихнули меня в балетную пачку?

* * *

Мадам Помфри отпустила их, как только убедилась, что Драко проснулся и больше не находится под действием чар. Джинни «забыла» принести Драко смену одежды, но тот был слишком измотан и раздражен, чтобы расстраиваться из-за нее или из-за множества смеющихся гриффиндорцев в Общей гостиной. Там Гарри, Гермиона и Джинни распрощались с Невиллом и отправились вместе с Малфоем в относительно безопасные стены гостевых покоев.
- Думаю, сегодня я останусь с вами, - сказала Джинни. - Все задают мне кучу вопросов, а некоторые, кажется, догадываются, что я вчера смылась с вечеринки.
- Какой вечеринки? - спросил Драко.
Джинни закатила глаза:
- Той, на которой мы пытались спасти вас троих от самих себя. Ты еще ничего не вспомнил?
Он неловко пожал плечами:
- Обрывки. Как говорю Грейнджер, что не хочу быть капитаном Крюком, как поздравляю Вуда с убийством Поттера... - Он потряс головой. - И все расплывчато. Примерно так же, как к тебе возвращается память при похмелье.
- Что ж, мы умудрились настроить против себя некоторых наших сильнейших союзников, - задумчиво произнес Гарри, - включая большинство гриффиндорцев, хаффлпаффцев и рейвенкловцев с нашего года и квиддичную команду Хаффлпаффа... полагаю, нужно придумать, как вернуть их симпатии, пока нас не опередил Рон. Если он обратит их против нас окончательно... ну, мы не сможем бороться со слизеринцами, Роном и всей остальной школой одновременно. В лучшем случае мы можем рассчитывать — вероятно — на Невилла... и на Снейпа. - Гарри нахмурился. - Надо же. А я-то думал, что с исчезновением Волдеморта наши жизни станут менее странными.
- Давай не будем сегодня думать об этом, - устало сказала Гермиона. - В эту комнату все равно не может войти никто кроме нас четверых, а завтра мы уезжаем на каникулы.
- О нет, - застонал Драко. - Мама будет вести себя с тобой, как с моим другом. И ребята захотят придти... что я им скажу?
- Я тоже не горю желанием ехать к тебе, но, думаю, это куда лучше, чем остаться здесь, где все будут на нас пялиться и против нас замышлять, - сказала Гермиона. - Кроме того, полагаю, за праздники страсти улягутся...
- Или, наоборот, накалятся, когда у всех будет время разработать планы и посетить магазины розыгрышей в Косом переулке и в Хогсмиде, - невозмутимо заметил Гарри.
- Все равно, давайте просто соберем вещи и выспимся, ладно?
Гарри, Джинни и даже Драко согласно забормотали. Последствия Чар эйфории проявились в необычном самочувствии: уровень бодрости у ребят стал резко меняться — они могли быть то полны энергии, то уже через минуту напоминать зомби. Джинни забрала вещи из своей спальни, и все четверо подготовились к завтрашней поездке. В кои-то веки Гарри, Гермиона и Драко попадали в кровати без жалоб и споров, Джинни устроилась в кресле, и все они впервые за долгое время смогли по-человечески поспать.
Гарри, Гермиона и Драко услышали, как Джинни отчаянно кричит на них, чтобы разбудить, но еще вялые от последствий чар, они продолжали дремать. Наконец Гарри сумел разлепить один глаз и посмотреть на свои часы.
- О господи! - вскричал он, рывком садясь. - Поезд уходит через двадцать минут!
- Что? - прошипел Драко, тут же проснувшись, и оттолкнул от себя Гермиону.
- Это я вам и пытаюсь сказать, - воскликнула Джинни. - Я разбудила вас перед тем, как пойти на завтрак, по крайней мере, думала, что разбудила, а когда вернулась...
Забыв о цепи, Драко попытался сползти с кровати и едва не вывихнул плечо.
- Разбуди ее, - рявкнул он на Гарри. - Я не собираюсь из-за нее опаздывать на поезд.
- Заткнись, Малфой, я пытаюсь, - огрызнулся Гарри, тряся ее за плечо. - Гермиона. Гермиона, ну же!
- Послушай, - сказала Джинни. - Я правда не хочу опаздывать, а ты же знаешь, как сложно найти свободное купе, если...
- Ничего, иди, - произнес Гарри. - Займешь нам места, ладно?
Джинни кивнула.
- Поспешите, - сказала она и кинулась из комнаты.
- Гермиона? Гермиона, проснись! Гермиона!!!
- Вставай, Грейнджер! - крикнул Драко, дергая за цепь.
Гермиона вскрикнула от боли, пронзившей ее руку.
- Что на тебя нашло? - сердито спросила она, поворачиваясь на бок и баюкая руку.
- На меня нашло то, что мы сейчас опоздаем на поезд!
- Что? - Гермиона села и пораженно уставилась на часы. - О господи!
Все трое как один метнулись к стопкам подготовленной с вечера маггловской одежды и мантий, а затем бросились в ванную. Гермиона запрыгнула в душ и задернула занавеску.
- У нас нет времени для очередного твоего мытья, - сказал Драко.
- Я не моюсь, я переодеваюсь. Нет времени, чтобы Гарри тебя сторожил, - возразила она, разрывая заклинанием рукав блузки и мантии.
- Ты не могла бы на мне применить то чистящее зубы заклинание? - попросил Гарри, запрыгивая в джинсы.
Волшебная палочка Гермионы показалась из-за занавески и послала оранжевый луч в рот Гарри.
- Спасибо, - сказал он, продирая расческу сквозь волосы — то, что они никогда не лежат ровно, не причина уступать битву, - и кинулся из ванной.
Драко закончил одеваться и поколебался, не попросить ли Гермиону о том же заклинании, но гордость одержала верх, и он пошел к раковине, где одной рукой стал с раздражением чистить зубы, а второй причесываться. Гермиона, полностью одетая, выскочила из душа и охнула, увидев себя в зеркале: волосы были в еще худшем состоянии, чем обычно.
- Да что же это такое, - простонала она, нападая на волосы с расческой. - Мне нужно просто побриться налысо.
Драко выплюнул зубную пасту и ухмыльнулся, глядя на ее безнадежно спутанные волосы:
- Я бы сказал тебе не мучить расческу, но если ты выйдешь в таком виде, то можешь напугать первогодок.
К его удивлению, Гермиона хихикнула:
- Ты прямо как Парвати. До нее никак не дойдет, что не всем быть такими экзотичными красавицами.
Драко фыркнул.
- Если спросишь меня, близняшки Патил и наполовину не такие красотки, как о себе воображают, - мрачно сказал он, с уколом злости вспомнив, как Падма Патил отвергла его приглашение на Святочный бал, ссылаясь на то, что ее сестра — гриффиндорка, и взамен пришла с этим олухом Уизли.
- Но волосы у них чудесные, - рассеянно и немного тоскующе сказала Гермиона.
Драко моргнул, с изумлением поняв, что ведет с Гермионой цивилизованный разговор. Решив списать это на последствия Чар эйфории, он заметил:
- Ну, только если ты не стоишь у них за спиной. У них есть эта ужасная привычка откидывать волосы назад. Однажды я получил волосами Парвати. Прямо в лицо. Ощущения были такие, словно я слишком близко подошел сзади к лошади.
Гермиона расхохоталась.
- Это просто потрясающе, - выдохнула она. - Они постоянно так делают: думают, что это смотрится «очаровательно».
Драко не смог не ощутить прилив гордости и удовольствия — как и всегда, когда кто-то по достоинству оценивал одну из его историй.
- Это не так очаровательно, когда они бьют тебя по глазам, - ответил он. - И знаешь что? Они пахнут как-то странно. Вроде как сырыми яйцами.
- Это все те маски, которые они делают для пользы волосам, - объяснила Гермиона. - Парвати раньше и меня пыталась к ним приучить.
- Твои волосы куда лучше пахнут, - убедил ее Драко. - И я не видел, чтобы ты использовала их вместо оружия.
Гермиона опять засмеялась, и Драко ухмыльнулся. Гарри сунул голову в дверь и с подозрением на них посмотрел.
- Чем это вы занимаетесь? - недоуменно спросил он.
- Ничем особенным, Гарри.
- Не суйся, куда не просят, Поттер, - огрызнулся Драко, его хорошее настроение улетучилось. - Я жду, пока Грейнджер закончит с волосами.
Гермиона вздохнула и положила расческу.
- Пошли, - пробормотала она. - Давайте просто... я надену шапку.
Гарри отступил, чтобы выпустить их из ванной.
- Слушай, э... мы правда опаздываем, а я уже готов...
- Мы поспешим, не волнуйся, - сказала Гермиона. - Иди. Малфой не так глуп, чтобы устраивать ссоры, когда мы вот-вот опоздаем на поезд. Косолап, идем!
Кот Гермионы спрыгнул с письменного стола и подошел к ней, неохотно позволив засунуть себя в переносную корзину.
Гарри кивнул:
- Я постараюсь их задержать. Поторопитесь.
Он схватил клетку Хедвиг и сундук и бросился к двери.
Драко застонал:
- Ну отлично. Я совсем забыл, что мы на седьмом этаже. Как вы умудряетесь бегать туда-сюда весь день, не падая от изнеможения?
- Практика, - пробормотала Гермиона, напяливая перчатки, шарф и прочие предметы зимней одежды. - вот почему гриффиндорцы и рейвенкловцы в основном стройнее, чем хаффлпаффцы и слизеринцы. Радуйся, что мы еще не в моей спальне — у нашего года комната на самой верхушке башни.
Драко состроил гримасу и зашвырнул в сундук еще несколько вещей:
- Такой огромный замок, большая часть которого пустует — можно было подумать, что они разместят учеников пониже.
- Замок не всегда пустовал, - сказала Гермиона. - А заклинания на комнатах Гриффиндора и Рейвенкло наложены тысячу лет назад. И нам бы все равно приходилось подниматься на астрономию...
- Да ради всех святых, - застонал Драко, осторожно надевая капюшон на волосы. - Знаешь, ты не единственная читала «Историю Хогвартса».
Она ошеломленно посмотрела на него:
- Ты тоже ее читал?
Он кивнул и закатил глаза:
- Может, я и не выучил ее наизусть, но любой человек хоть с половинкой мозгов перед тем, как приехать сюда, прочтет эту книгу и привезет с собой. Как еще узнать тайны этого замка?
Потрясение Гермионы стало почти комическим.
- Я с первого курса пытаюсь заставить Гарри и Рона ее прочесть.
Он пожал плечами:
- Я же сказал: человек хоть с половинкой мозгов.
Драко ожидал, что она обидится, но Гермиона только хихикнула и взялась одной рукой за рукоять сундука, держа в другой корзину с Косолапом.
- Постой, а где твой филин? - спросила она.
Драко нахмурился:
- Мертв, полагаю. Я послал с ним письмо отцу, когда они сбежали из Азкабана летом после пятого курса. Больше я его не видел.
- Мне жаль, - тихо произнесла Гермиона, уставясь на корзину с Косолапом.
Драко ее проигнорировал:
- Может, идем уже?
Гермиона кивнула и первая отправилась из комнаты в пустую гостиную.
- Нет, так не пойдет, - проворчала она, выпустив из руки сундук.
Ученикам не разрешалось зачаровывать сундуки, чтобы те следовали за ними к платформе поезда, в первую очередь, потому что не все могли совладать с этим заклинанием, а сотни массивных сундуков в толчее студентов могли привести к печальным последствиям. Но, так как Гермиона и Драко явно одни из последних оставшихся в замке учеников, запрет терял для них смысл. Гермиона знала более чем достаточно заклинаний, чтобы отправить сунудки вниз, а скорость сейчас значила все. Гермиона ткнула палочкой в сундуки и корзину Косолапа, и они вылетели из гостиной, оттолкнув с пути портрет Полной дамы.
- МакГонагалл будет в ярости, если тебя поймает, - невозмутимо заметил Драко, спеша за Гермионой к выходу.
Гермиона пожала плечами.
- Мы ни за что не успеем вовремя, если не будем бежать, а мы не можем бежать с этими дурацкими сундуками, - сказала она, с размаху захлопывая за собой портрет; Полная дама разразилась возмущенными протестами. Гермиона и Драко бросились бежать трусцой.
Драко потряс головой:
- Вот так всегда.
- Это еще что значит? - с угрозой спросила Гермиона, без предупреждения ныряя в тайный ход; Драко пришлось резко затормозить и последовать за ней.
- Это значит, что ты делаешь вид, будто всегда ведешь себя хорошо, а на самом деле нарушаешь правила постоянно. И не только когда вы спасаете школу. Взять хоть тот случай с чертовым драконом на первом курсе, и...
- Ой, заткнись, - фыркнула Гермиона. - Я вовсе не делаю вид, будто никогда не нарушаю правил. Я нарушаю их, если нет другого выхода. Но я не считаю разумным напрашиваться на исключение из школы только забавы ради. Забавляться можно и не рискуя своим будущим.
Драко закатил глаза:
- Для гриффиндорки ты чересчур заботишься о последствиях.
- Еще бы мне не заботиться, - огрызнулась она. - Ты хоть представляешь, что со мной будет, если меня отчислят, а? Может, твой отец и поддерживал Волдеморта, но твоей матери, как я понимаю, удалось спасти большую часть своей репутации и связей в Министерстве, не говоря уже о преимуществах, которые вам обеспечивает чистокровность. А я — магглорожденная. У меня нет связей во внешнем мире кроме тех, что я создам здесь, а дружба с Гарри, как бы я его не любила, отнимает уйму времени. Почему, думаешь, я пашу как лошадь? Мне не дадут работу семейное состояние и высокопоставленный родственник! Если я потеряю магию, если мою палочку разломят, я не буду ни на что годна и в мире магглов. Пусть бы даже я смогла подделать аттестат, я не закончила среднюю школу. Я не учила алгебру, литературу и физику! Со всеми этими интригами и войной я не могла изучать еще и маггловские предметы вдобавок к магии. У тебя будет замок и фамилия, имеющая вес в мире магии. Я буду исключенной ученицей, которой некуда идти, как Хагриду. Или как Пинс, бросившей школу на пятом курсе из-за беременности. Или как Филчу, который сквиб. Лучшее, на что я смогу надеяться, - работать за прилавком в магазине Фреда и Джоржа или подавать пиво у мадам Розмерты.
- Как скажешь, - буркнул Драко, хотя ее слова и побудили в нем смутное беспокойство.
Он никогда особенно не волновался об исключении. Имя Малфоев имело слишком большой вес до прошлого года, который стал чересчур мрачным и напряженным для Драко, чтобы рисковать и привлекать к себе внимание. Но сейчас, думая об этом, он вовсе не был уверен, что при угрозе его исключения мать возьмется влиять на Совет попечителей, как это сделал бы отец. Ее не настолько беспокоила внешняя видимость, а смерть Люциуса существенно подорвала их финансы. Нет, Малфои были по-прежнему состоятельны, но в конце пятого курса Драко их счета заморозили, а после принудили заплатить определенные штрафы и возмещения. Мать стала куда осторожнее относиться к тратам и даже продала кое-какую собственность.
Они выскочили из тайного хода, и Драко с изумлением понял, что не представляет, где они. Гермиона же повернула налево и целеустремленно побежала дальше.
- Откуда ты знаешь все эти ходы? - спросил он.
- Карта Гарри показывает всю школу, - ответила она, ныряя за картину. - Этот проход ведет к коридору на третьем этаже, в который было запрещено ходить на первом курсе.
- А ты уверена, что не запрещено до сих пор? - нервно спросил Драко. - Я что-то припоминаю про «мучительную смерть».
- Это было, когда здесь жил Пушок.
- Пушок? Гигантский трехголовый пес Пушок? Какого черта он делал внутри замка?
- Охранял философский камень, - невозмутимо ответила Гермиона. - И неплохо справлялся, пока Квиррел не узнал, что музыка его усыпляет. Он зачаровал арфу, и она играла, пока он не пробрался мимо Пушка. К счастью, Гарри на то Рождество получил в подарок флейту.
- Послушай, - сказал Драко, ощущая острое любопытство, - я не говорю, будто это плохо — то, что вы спасли школу от чокнутого учителя, который хотел вернуть к жизни Темного лорда, - но что, во имя всех святых, вас дернуло отправиться к трехголовой псине с одной только флейтой?
Гермиона изумленно глянула на него, удивленная проявленным интересом и отсутствием осуждения, но решила принять это как должное.
- Кто-то должен был, - сказала она, пожимая плечами. - К тому же, Пушок оказался одним из простейших испытаний.
- Тогда вы этого не знали.
- Нет, но мы и не думали, что будет легко, - ответила она. - Мы знали, что Квиррел — вернее, Снейп, которого мы и подозревали, - взрослый, умелый волшебник. А мы были детьми.
- А что происходило там, внизу? - с любопытством спросил Драко.
- Тебе это зачем? - нахмурилась она.
Он пожал плечами и попытался изобразить, что ему не так уж интересно.
- Об этом чего только не болтали, но никто не знал всю историю. Говорили, что там был тролль, а еще загадка, которая отравляла всех, кто не мог ее решить.
- Строго говоря, там было только три дозы яда, - сказала Гермиона. - в двух флаконах было вино. Один позволял пройти вперед, и еще один — вернуться назад. Нужно было выбрать какой-нибудь или остаться в той комнате неизвестно насколько.
- Я удивлен, что Поттер смог ее решить.
- Он и не смог. Это я, - она бросила быстрый взгляд на Драко,чтобы узнать, как он отреагирует; они как раз выбирались из дыры в стене того самого коридора, скрытой картиной с видом подземелья. Гермиона не была уверена, но, кажется, на секунду Драко показался слегка впечатленным. Наблюдая за ним краем глаза, когда они побежали дальше, Гермиона добавила: - А еще это я поняла, как выбраться из дьявольских силков.
- Дьявольских силков?!
- Ну да. Они ожидали нас под люком, который охранял Пушок. Когда я прыгнула вниз, они уже начали душить Гарри и Рона, - она улыбнулась, перескочив тот самый люк, куда они с Роном и Гарри прыгнули на первом курсе. - Я уже почти запаниковала, когда вспомнила, что... Алохомора! - Прервала Гермиона рассказ, указывая палочкой на большую деревянную дверь на их пути.
Она взялась за ручку и дернула. И дернула. И еще раз, и еще.
- Что за?.. - проворчала она и снова указала палочкой на дверь. - Алохомора!
Она опять подергала ручку, но та не поддавалась.
- Брось, Грейнджер, - протянул Драко. - Ты должна была овладеть этим заклинанием еще на втором курсе.
- Я овладела им через две недели после первого похода в Косой переулок, - огрызнулась Гермиона.
Она испытала это заклинание еще несколько раз, потом попробовала другое, третье. Дверь не поддавалась.
- Может, хватит уже? - нетерпеливо сказал Драко. - Придется идти в обход.
- Нет никакого обхода, - рявкнула Гермиона. - Кроме коридора, через который мы прошли, отсюда ведет только тот люк.
Драко оглянулся:
- А куда он ведет?
- В последний раз, когда я туда прыгала? К большой грядке дьявольских силков. - Она вздохнула и повернулась. - Придется возвращаться на пятый этаж и...
- Это куча времени!
- У тебя есть план получше?
Драко с ворчанием повернулся и последовал за ней обратно к тайному ходу. Они были еще метрах в шести от картины, когда Гермиона остановилась, хмурясь.
- А теперь что? - раздраженно осведомился Драко.
- Картина. Она пустая!
- И что? - Тут до него дошло. - Ну отлично. Молодец, Грейнджер. Привела нас к запертой двери, а теперь еще тип, которому надо сказать пароль, куда-то свалил.
- Но он не мог! - воскликнула Гермиона, лихорадочно оглядывая все углы картины.
- Значит, смог.
- Малфой, дурак, здесь же нарисована темница! Он был прикован к стене, видишь? Его цепи пропали. Должно быть, кто-то из других портретов его освободил. О боже, Сайрес Ведьмочереп бродит по замку!
- Сайрес Ведьмочереп? Тот самый Сайрес Ведьмочереп? Серийный убийца волшебников?!
- Это его портрет, - подтвердила Гермиона. - Вот почему его нарисовали прикованным.
- Отлично. То есть, он сейчас, наверное, расправляется с другими портретами. Кто мог совершить такую глупость?
- Я не знаю. Может быть, Пивз, но он сам не портрет и смог бы разве что повредить холст.
- Или, - послышался сверху голос Пивза, - он мог бы убедить один из других портретов спасти бедного, несчастного Сайреса, прикованного в темнице. - Пивз довольно закудахтал, когда они задрали гловы. - Душки, ушки на макушку, Пивзи вас поймал в ловушку!
- Ты освободил Сайреса? - резко переспросила Гермиона.
- Я? Я бы никогда не сделал такую глупость! Конечно, я мог упомянуть при Кэдогане, что бедный оклеветанный Сайрес уже не одну сотню лет прикован к стене! Они были правы — он тут же кинулся спасать Сайреса, что-то лепеча о благородных подвигах!
- Кто был прав? - спросил Драко.
- Разве не очевидно? - сузила глаза Гермиона. - Близнецы Уизли.
Пивз захохотал и испустил губами неприличный звук, взмыл и просочился сквозь стену. Гермиона сердито посмотрела ему вслед и вернулась к двери, где присела и заглянула в замочную скважину.
- Забито, - сообщила Гермиона. - Скважину чем-то залепили.
- Так достань это что-то! Мы опаздываем на поезд!
- Именно, - мрачно сказала Гермиона. - Как и задумывали Фред с Джорджем. - Она взмахнула палочкой у замка. - Ваддивази! - крикнула она, а из замочной скважины выскочил мягкий комочек и упал на пол. - Алохомора!
- Быстрее!
Гермиона взялась за ручку... и обнаружила, что она не поддается. Гермиона нахмурилась, снова заглядывая в скважину, - и увидела, что неизвестное вещество на месте.
- Что?..
- Алохомора! - крикнул Драко, указывая палочкой на дверь. Он наклонился над Гермионой, чтобы самому подергать ручку — безуспешно. - Черт, Грейнджер! Отойди!
Гермиона подчинилась, задумчиво хмурясь. Когда Драко сам попытался удалить вещество и открыть дверь, Гермиона наклонилась и подняла с пола первый кусок.
- Оно возвращается! - зарычал Драко и пнул дверь. - Что это за пакость?
- Ужастики Умников Уизли, - несчастно ответила Гермиона. - Это Многострельные плевательные шарики. Обычные Чары пополнения, которые длятся целую вечность, так что можно плевать один десяток за другим, и...
- Ты хочешь сказать, что эти крысиные ублюдки подговорили Пивза забить какой-то нескончаемой дрянью наш единственный выход и напустить на портреты замка серийного убийцу только для того, чтобы мы опоздали на поезд? - разъяренно спросил Драко.
- Или того хуже, - вздохнула Гермиона, прислоняясь к стене и закрывая глаза. - Теоретически, мы можем остаться здесь навечно, и нас так и не найдут. В этот коридор никто не ходит. Придется ждать, пока какой-нибудь призрак или...
Раздался оглушительный взрыв. Гермиона распахнула глаза и увидела, что Драко стоит перед дверным проемом с поднятой палочкой и мрачным выражением лица, деревянные щепки застряли в волосах и одежде. От двери почти ничего не осталось, и не успела осесть пыль, как Драко направился вперед, нетерпеливо дергая за цепь.
- Это уничтожение школьного имущества, - сказала Гермиона, возмущенная, но, если уж быть с собой до конца честной, и немного впечатленная. Она прежде не видела, чтобы Драко творил такую сильную магию. Она знала, конечно, что его назначили старостой не за красивые глазки: МакГонагалл, как заместитель директора, должна была одобрить кандидатуры, так что Драко не мог заработать значок на одном фаворитизме Снейпа. Сейчас, проявив себя, особенно таким разрушительным способом, он представлял собой впечатляющее зрелище... и хотя Гермионе не хотелось этого признавать, она сама бы нескоро додумалась взорвать дверь.
- Этим коридором все равно никто не пользуется, - пробормотал Драко, ускоряясь, так что Гермиона с трудом за ним поспевала. - И это далеко не первый раз, кода здесь кто-то что-то портит. Я восстановлю дверь, когда мы вернемся, если ее по-прежнему не будет. При условии, что ты не сдашь меня Дамблдору раньше.
- У меня не будет времени, - сварливо ответила Гермиона. - Какие чары ты использовал?
Он ухмыльнулся, мельком обернувшись:
- Сами мы не можем взорвать дверь, да?
- Я могла бы взорвать ее не одним способом, если бы мне пришло это в голову, - возразила она. - Просто интересно, какое именно заклинание ты использовал.
- Да, ну, я сомневаюсь, что оно бы вышло у тебя, - произнес он с мерзкой ухмылочкой.
- Ой, хватит. Это вы проиграли войну, забыл? - огрызнулась она.
- Заткнись, - прошипел он, уже не улыбаясь.
Гермиона подчинилась, пусть только потому, что ей не хватало дыхания. Она не очень-то хорошо бегала, тем более, на длинные дистанции, а вот для Драко, похоже, это было нетрудно. Хотя это и не удивляло. Наверное, ему частенько приходилось убегать от «страшных чудовищ».
Они так и бежали до мраморной лестницы в вестибюле, где Гермиона резко затормозила, так что Драко едва не упал. Он сердито повернулся к ней и замер, увидев выражение ужаса на ее лице.
- Наши вещи, - ахнула Гермиона. - Они должны были стоять здесь.
- Наверное, их уже доставили на поезд, - сказал Драко, чертыхаясь. Он бросился вниз по лестнице, почти волоча за собой Гермиону, и выскочил на лужайку перед замком. - О нет! - Взвыл он. - Кареты уехали!
- Мы теперь ни за что не успеем, - застонала Гермиона.
- Мой сундук. Моя метла! Мой сундук!!! Это все ты виновата!
Она разинула рот:
- Я виновата?!
- Тебе нужно было расчесываться и выбирать твои дурацкие короткие пути, и ты отправила наш багаж на поезд без нас! Мы теперь не успеем без моей метлы!
- Я не виновата, что Пивз завел нас в ловушку!
- Это ты разозлила близнецов Уизли!
- Это ты начал всю эту заварушку!
- Ты сама напрашивалась! Все вы дурацкие чертовы гриффиндорцы с вашими дурацкими...
Не обращая на него внимания, Гермиона гордо направилась по дороге.
- Ты идешь или нет? - резко спросила она. - Мы должны попасть на поезд. Я ни за что не собираюсь проводить здесь каникулы с тобой одна.
Драко остался на месте, сложив руки на груди:
- Не валяй дурака. Раз мы опоздали на поезд, то можем отправиться через камин.
- И как именно два скованных человека воспользуются камином?
Драко снова ругнулся и что-то пробормотал, кажется, на латинском.
- Автобус. Ночной рыцарь.
- Где твои деньги?
Драко пренебрежительно фыркнул:
- Я не стану платить за тебя, Грейнджер.
- Ну, если ты хочешь поехать на автобусе, придется. Мои деньги в сундуке.
- Ну и что? Я тогда... - Драко ругнулся. - Мои деньги тоже на поезде. Черт тебя дери, Грейнджер!
- Я не виновата, Малфой. Это все Фред, и Джордж, и Пивз.
- Я в курсе, - рявкнул он. - Мы застряли без денег, без метлы...
- Мы пойдем в Хогсмид и аппарируем, - сказала Гермиона. - Я уверена, что если мы...
- Я провалил тест, - буркнул Драко, избегая ее взгляда. - Следующая попытка только в марте.
Гермиона застонала:
- Я аппарирую вместе с тобой.
Он опять фыркнул:
- Даже если бы я поверил, что ты меня «случайно» не расщепишь, ты все равно не знаешь, куда аппарировать. Ты никогда не была у меня дома, и он отсюда слишком далеко.
- Мы отправимся в штаб-квартиру Ордена. Лондон не настолько далеко.
Драко потряс головой, не упустив неуверенности в ее тоне:
- Не думаю. К тому же, до Рождества мы остаемся в моем доме, забыла?
- Мы все равно можем пойти в Орден и... и... - Гермиона вздохнула. - И я не смогу провести тебя без допуска, которого у нас нет, потому что нас там ждут только через несколько дней.
- Я так и так не позволю меня аппарировать, - заметил Драко.
- Мы... мы возьмем портключ, - Гермиона хваталась за любую соломинку, лишь бы выбраться из Хогвартса.
- Ждать разрешения придется не один день, тем более, что сейчас праздники, - со вздохом произнес Драко. - Как будто мало мне быть прикованным к тебе, теперь я еще и застрял здесь с тобой наедине.


От переводчика: ну что, вот мы и догнали оригинал. Будем надеяться, автор продолжит фанфик, потому что оставить нас на таком моменте было бы жестоко:)
Это был мой первый перевод, и, кажется, он удался (но да, поисправлять кое-где нужно, и я планирую это сделать со временем). Спасибо всем, кто оставлял отзывы, они хорошо мотивировали сесть и переводить дальше, не говоря уже о том, что вызывали улыбку и поднимали настроение.

Надеюсь, еще увидимся.

Оставить отзыв:
Я зарегистрирован(а) в Архиве
Имя:
E-mail:


Подписаться на фанфик
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100