Добавить в избранное Написатьь письмо
Zerge    закончен   Оценка фанфикаОценка фанфикаОценка фанфика    SMS рейтинг 9.9 (голосов: 10)

    Когда-то я очень хотел быть особенным. Когда мне было одиннадцать, я мечтал, что придёт какой-нибудь добрый волшебник и скажет, что мне предсказано спасти мир... Он пришёл, когда мне было шестнадцать. Но я уже не хочу быть героем. Но моё мнение почему-то никто не хочет слушать...
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гарри Поттер, Патрик Рэндом, Лу Ван Дер Хайм, Гермиона Грейнджер, Сириус Блэк
    Приключения /Юмор /AU || PG
    Размер: макси || Глав: 44
    Прочитано: 495483 || Отзывов: 689 || Подписано: 448
    Начало: 25.03.07 || Последнее обновление: 16.03.09

Весь фанфик Версия для печати (все главы)

>>

Гарри Поттер и… просто Гарри

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава Первая, где я рассказываю о себе, любимом


Когда-то, когда я был помладше (как звучит, а? как будто я уже старик, а мне всего-то шестнадцать) я очень хотел быть особенным. Когда мне было одиннадцать, я мечтал, что придёт какой-нибудь добрый волшебник и вызволит меня из плена ненавистных родственников. И скажет, что я – не такой как все. Избранный. И мне, к примеру, предсказано спасти мир. Или победить какого-нибудь жуткого злодея. И я, конечно же, обломаю ему рога и стану героем.
И, конечно же, ничего такого со мной не случилось.
Я понимаю, что это нормально. Нормально для маленького худенького мальчишки мечтать о таком, в нашем-то мире выдуманных супергероев! Тем более нет ничего страшного, что маленький мальчик Гарри Поттер, которого и за человека никогда не считали дома, мечтал стать ХОТЬ КЕМ-ТО!
Хоть прошло немного лет, но я давно понял, что я – самый обычный английский подросток. Даже совсем не странный. Ну, может если самую чуточку. Конечно, у каждого своя мера нормальности. Для кого-то может показаться странным, что моя шевелюра всегда выглядит так, будто только что вышла из-под рук сумасшедшего парикмахера.
Мой лучший друг Пат как-то сказал (или нагло присвоил чью-то фразу, что для него вполне естественно) – не всем суждено играть главные роли. И в этом романе под названием Жизнь (пардон за философию) я – точно не главный герой. И знаете что?
Мне это нравится.
И даже добавлю ещё от себя – чтобы быть хорошим человеком, не обязательно спасать мир.
А вот кто-кто, а мои родственнички нормальным никогда меня не считали. В их глазах я варьировался от простого придурка до малолетнего бандита с ярко-выраженными агрессивно-маниакальными наклонностями. И я давно понял, что к подобному надо относиться только с юмором (чувства которого у Дурслеев отсутствовало). Или даже с философией. А от дяди Вернона и тёти Петунии ТАКОЕ можно было о себе узнать, просто сам от себя косеешь (а вот для тётушки Мардж я просто слабоумный злобный карлик). Правда, последнее время они стали повторяться. Вот вчера опять заявили, что я наверняка закончу свой жизненный путь за решёткой. И это только потому, что я пришёл на десять минут позже Дадли!
И всё-таки представлюсь. Меня зовут Гарри Поттер. Мне шестнадцать. Я обычный. Можно сказать, посредственный. Хотя Лу, еще один мой лучший друг, как-то сказала на это, что просто я хочу таким казаться. Но это ничего не меняет.
Я – просто Гарри…
*******
Из зеркала на меня смотрит худощавый подросток, с взъерошенными волосами (чёртовы волосы!) и зелёными глазами. Я как всегда корчу ему рожи (пока никто не видит) и начинаю чистить зубы. Свою внешность, как и свою жизнь, я принимаю такими, какими они есть. Стоически. Не красавец, не урод. На улицах не шарахаются, без памяти не влюбляются. Никаких упрёков ни Создателю, ни родителям.
Правда, у меня есть «особая примета». Шрам на лбу. Этим шрамом, по словам тётушки Петунии, меня наградила автокатастрофа, в которой погибли мои родители. Ни аварии, ни родителей я не помню. Но одно время я здорово поломал голову над вопросом, как и обо что надо стукнуться головой, чтобы получить такой шрам. В виде молнии. (И, по правде говоря, как вообще младенец мог выжить в автокатастрофе?!) Притом не рваный шрам (как обычно бывает в таких случаях), а именно тонко прочерченный... Так и не придумал. А резкий (в общем, в её духе) ответ тёти Петунии про автокатастрофу не давал повода для лишних вопросов.
Ситуация с моими безвременно ушедшими родителями тоже вся покрыта туманом. Просто тайны Бургундского двора какие-то. Единственное, что мне удалось о них узнать, это как их звали. Джеймс и Лили. И всё. Кто они? Где работали? Где мы жили? Где родственники отца? Эти вопросы остаются открытыми до сих пор. А одного взгляда моей тётки хватило, что бы забыть про ответы на них.
Может, они работали на разведку? Поттер. Джеймс Поттер. Звучит, а? Хм, я тоже думаю, что это довольно натянутая версия.
*******
Не смотря на некоторую туманность моего младенчества, жизнь моя прозаична. Живу я с тётей Петунией и дядей Верноном. Фамилия у них – Дурсли. Они – отвратительные люди. И я так считаю не потому, что они меня терпеть не могут, а потому, что они объединяют в себе все те качества, которые я ненавижу в людях. То есть лицемерие, самовлюблённость и ограниченность. Удивительно, что в наше время можно жить с таким средневековым мировоззрением. Объяви, что в мире существует колдовство, они первые проголосуют за возвращение инквизиции. И с яростной непримиримостью будут смотреть, как жгут ведьм.
А ещё у меня есть кузен. Его зовут Дадли. Взглядами он похож на своих родителей, а габаритами – на молодого кита-убийцу. Ну, может, до убийцы ему далековато, но до кита он уже дорос. Догадайтесь, кого он больше всего любил колотить в детстве?
По сути, до одиннадцати лет моя жизнь была сущим кошмаром. Меня до сих пор удивляют две вещи. Первое – почему меня не отправили в детский дом? В этой семье меня ненавидят. Тётка к моей матери тоже вроде бы не питала нежных чувств. Иногда бывали моменты, что я чуть ли не сам просился в приют.
И второе – почему я вообще вырос таким. В смысле таким, какой я есть сейчас. Вы не думайте, я не считаю себя супер-пупер классным парнем, замечательным до мозга костей. И у меня (как и каждого из нас) бывают срывы, я могу и наорать, и послать, и даже подраться. Раньше я не задумывался над этим. Но в последнее время стал понимать, что что-то всегда не давало мне озлобиться, стать реальным «бандитом» - то есть тем, кем меня всегда выставляли Дурсли. И я знаю, что я мог бы стать «плохим парнем». В смысле, во мне есть, скажем так, не лучшая сторона.
Может быть, я просто этого никогда не хотел?
Но в одиннадцать лет моя жизнь круто изменилась. Потому что мы переехали в Лондон. Дадли большую часть года проводил в своей идиотской школе, а у меня появились друзья.
*******
Странные события в моей жизни стали происходить третьего августа. Честно говоря, со мной иногда происходили разные странные случаи, которые доводили до исступления моих родственников. Особенно их бесит, когда в моём присутствии что-нибудь взрывается. Или, вот был случай, когда мне влепили незаслуженное наказание, и сразу же по всей школе отрубился свет. Лу тогда сказала, что я, наверное, колдун и часто просила повторить этот трюк. Но, увы!
В этот день мы договорились встретиться в одном кафе (мы – в смысле я, Пат и Лу, сейчас о них расскажу). Но за столиком сидел только Пат в гордом одиночестве и читал очередную книгу.
- Привет, - сказал я, - а где Лу?
Пат поднял на меня взгляд и скорчил гримасу.
- Спроси что полегче. Ты же знаешь, у неё ветер в голове гуляет. Может, она забыла?
Патрик Джонатан Рэндом. Коротко постриженные чёрные волосы, непробиваемый взгляд чёрных глаз и ярко выраженный нос. Пата можно узнать из тысячи. Уже пять лет я учусь с ним в одном классе и дружу с ним столько же.
Я подружился с ним в первый же день в средней школе. Идти домой нам оказалось по дороге. Пат был тогда очень задумчив, я это хорошо помню. И я, конечно, спросил его об этом.
- Да понимаешь, - нахмурился одиннадцатилетний Пат, - у нас дома с почтой какая-то фигня. Меня тётка к почте считай, два месяца не подпускает. Ты что думаешь?
Я пожал плечами. Я и правда не знал, что может быть опасного в письмах. Сибирская язва? Правда, в одиннадцать лет я не знал, что это такое.
У нас с Патом оказалось много общего. А ещё у него тоже не было родителей. И он тоже жил с тёткой.
Но за его тётю Мэг я отдал бы весь мир, если бы он у меня был. Мне кажется, это самая чудесная тётя из всех тёть, когда-либо существовавших на Земле.
Мы никогда не говорили с Патом о родителях. Это всегда было каким-то негласным табу. И я не знаю, что дёрнуло его спросить меня об этом в этот день.
- Гарри, ты много знаешь о своих родителях?
Я удивился. А ещё смутился. Ну, прикиньте, как это сказать – я понятия не имею, что это были за люди!
- Немного. Честно говоря, я знаю только их имена.
Пат опять скривился. Строить гримасы всегда было его коньком. Хотя вид у него сделался заинтересованный.
- Забавно. Я о своих предках тоже толком не знаю. О матери ещё более или менее, а об отце тоже только имя.
- Да? И как же?
Пат сделал вид, будто вспоминает.
- Странное такое. Что-то типа Си… нет, Снейп. Точно, Северус Снейп. Я давно уже у тётки спрашивал. Правда, это всё, что я от неё добился, потому что потом она расплакалась.
Пат всем видом показывал безразличие. И я с удивлением понял, что он притворяется. Притворяется, что ему всё равно. А ведь это явно было не так – это было очевидно. Наверняка единожды услышанное имя исчезнувшего из его жизни родителя врезалось в память Пата навечно.
Он посмотрел на меня и бросил мне как-то смущённо:
- Кажется, он был бандитом.
Хм, какое интересное предположение. Может, Джеймс Поттер был «крёстным отцом»? А катастрофа была подстроена конкурентами. А звучит правдоподобно…
- Хочешь найти его? – спросил я.
Мой друг задумался, а потом ответил:
- Нет. Зачем? Вдруг он окажется полным козлом?
В этом был весь Пат. Спрашивается, какого дьявола он вообще начал этот разговор?
У Пата в жизни было три страсти – химия, книги и сигареты. Кажется, для счастья ему больше ничего не надо. Может, поэтому его тётка разрешала ему вдоволь химичить, читать и курить. А, может, отец Пата и правда был преступником, и тётя Мэг поступала по принципу – чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не против закона.
Читать я тоже любил (а чем ещё заниматься, если тебя запирают в комнате?), не прочь был изредка затянуться сигаретой, и ни фига не разбирался в химии. Таким образом, мы были похожи, но не во всём.
- Ну, даже если козёл, - сказал я, - тут уж ничего не поделаешь. Как сказал Фитцджеральд, мы вольны выбирать друзей, но не родственников.
Пат как-то особенно неприятно посмотрел на меня (он так может, у него бывает) и на редкость отвратительно поджал губы. Отчего стал похожим на какую-то хищную птицу.
- Не умничай, Поттер, тебе не идёт. Это Твен сказал.
Я фыркнул. Такими вещами меня не смутишь.
- Один хрен. Суть-то понятна. Какая разница, кто твои родственники? Посмотри на моих. Семья кретинствующих идиотов.
- Но ты бы вряд ли обрадовался, если бы узнал, что твой отец был полной сволочью?
- Я мало о нём знаю, - честно ответил я, - но если судить по тому немногому, что сказала о нём тётка, то есть – бандит, бродяга, ненормальный – он был святым человеком. А ты что-то узнал о своём отце?
Пат покачал головой.
- О чём дискуссия, мальчики? Дихотомия добра и зла?
Лу. Луиза Мирабель Ван Дер Хайм. Пат называл её профессиональной сумасбродкой. И он был прав, потому что Лу, как говорится, была абсолютно «без башни».
И ещё эта девушка была ходячей катастрофой.
Она всегда держала в голове тысячи мелочей и постоянно забывала о чём-то важном. В её руках обычно ломалось всё, что ломалось, и даже то, что не должно было. Вы не поверите, стоит ей пройти мимо телевизора, как начинаются помехи. Стоит нам выйти вечером на улицу, к Лу липнут какие-то придурки. Да и не только вечером. И я понимаю, была бы деваха – ноги от шеи, юбка до самого «здрасьте», грудь в декольте не помещается и с боевым макияжем. А Лу… Нет, она довольно красивая девушка, но, так скажем, в стиле трагедий русских писателей XIX века. Тоненькая, длинные светлые волосы, серые печальные глаза… Так и видится картина – сидит она, на крылечке поместья с вязаньем, замужем за нелюбимым (каким-нибудь отставным генералом с отвратительным характером), и вздыхает о каком-нибудь залётном столичном прожигателе жизни, что раз и навсегда разбил её сердце…
Впрочем, я никогда не видел, как Лу от чего-либо страдала. Если только от своей семьи, которая, в отличие от нас двоих, у неё была. Но, по словам Лу, лучше бы её не было вовсе.
Семья Ван Дер Хайм была очень богата. И Лу училась во вполне обычной, а не в потрясающе элитной школе исключительно по собственному желанию. У неё были и мама, и папа, и даже старшая сестра. В чём, спрашивается, проблема?
В принципе, проблем не было. Было только то, что, по словам Лу, в её семействе свет клином сошёлся на Литиции, её сестре. Родители восхищались своей старшей дочерью на каждом шагу, а младшую просто … не замечали.
- Я появилась на свет исключительно для чётного количества человек за обеденным столом, - как-то заявила Лу.
Такие вот - мои друзья. И, честно, это лучшее, что есть в моей жизни.
- Так о чём спор? – переспросила Лу и уселась за наш столик.
- Я тут уверяю Пата, что надо человека по друзьям судить, а не по родственникам.
Пат скривился.
- Не скажи, - вдруг возразила Лу, выуживая из чашки солёный орешек, - друзья Иуды были безупречны.
Пат вытаращился на неё с показным удивлением.
- Дорогуша, ты меня пугаешь. Ты читала Евангелие вместо завтрака?
- Что, думал, ты один здесь самый умный?
Я поднялся.
- Пойду, закажу кофе. Когда вернусь, расскажете, кто умнее.
Пат облизнулся.
- Пива бы…
- О да! В ЭТОМ кафе тебе придётся ждать пива, по крайней мере, лет пять!
*******
В принципе, тут и начинаются мои приключения. Или злоключения – как кому удобнее. Не буду врать, я не предчувствовал никаких грядущих изменений в своей жизни, и, наверное, даже не хотел. Я прошёл к стойке, едва обратив внимание на двух девчонок за столиком, недалеко у входа. Но когда я заходил в кафе, их точно ещё не было.
Когда я делал свой заказ, к стойке подошла одна из этих девчонок. У неё была буйная кудрявая шевелюра и довольно крупные передние зубы. Кажется, она заказала какой-то фруктовый коктейль.
Вела она себя вполне адекватно, пока не повернулась ко мне...
Когда на тебя поглядывают девчонки, это всегда приятно. Но вот когда на тебя так откровенно ПЯЛЯТСЯ! С таким… таким благоговейным то ли ужасом, то ли восторгом, как будто зайдя в общественный туалет, эта девчонка встретила королеву Англии.
До меня не сразу дошло, что она уставилась на мой лоб. Вернее, на шрам. Согласен, вещь довольно приметная, но не настолько же!
- С вами всё в порядке? – решился спросить я.
Девчонка вздрогнула и моргнула.
- О… да… конечно… извините….
И потихоньку убралась к своей подружке, и тут же стала что-то ей шептать. Её подружка, рыжая, как морковка, покосилась в мою сторону, и, заметив, что я смотрю на них, покраснела.
А Пат мне уже семафорил жестами – что, блин, происходит?
А я что, понял?
Так и начались мои неприятности.
>>
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100