Добавить в избранное Написатьь письмо
Вольные commentщики    закончен   Оценка фанфикаОценка фанфикаОценка фанфикаОценка фанфика

    Служебный роман. Автор: L. Berkley, Бран. Бета: Algine. Отзывы приветствуются!
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Северус Снейп, Гермиона Грейнджер
    Любовный роман || джен || G
    Глав: 4
    Прочитано: 24676 || Отзывов: 37 || Подписано: 11
    Начало: 24.03.07 || Последнее обновление: 27.03.07

Весь фанфик Версия для печати (все главы)

<<

Превратности метода

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 4


ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

5 ИЮЛЯ 2005 ГОДА

- Конечно, надо радоваться, - Минерва сидела за солидным и при этом очень изящным директорским столом и просматривала какие-то документы, - девушка наконец выходит замуж, это нормально, Северус, если ты не знал.
- Значит, школа ее больше не волнует? - презрительно кривя губы, Снейп пил уже вторую чашку чая. - Можно все бросить ради пошлых инстинктов? Очень мило.
- Она нашла замену, - парировала Мак Гонагалл, - и вполне адекватную, кстати.
- Адекватную? - совсем сморщился Снейп. - Это ты МНЕ говоришь? Бред какой... Полагаешь, та девочка, которую ОНА нашла сможет преподавать? Минерва, ты никогда раньше не была настолько наивной!
- Послушай, - директрисса сняла очки и внимательно поглядела на Снейпа, - что с тобой такое, Северус?
- Ничего, - отрезал тот, резко загасив сигару и встав, - к черту, раз вы все спелись и собрались одеться в розовое и ловить букеты, черт с вами! Мне плевать. Ты директор, ты и будешь терпеть тупиц на основных предметах.
И вышел, чуть ли не дверью хлопнув.
- Что происходит, - качнула головой Минерва, поглядывая на дверь почти с опаской, - не понимаю...
А не происходило ничего слишком уж особенного. Просто мисс Гермиона Грейнджер наконец решилась стать миссис… а вернее, мадам Оноре Лафарж.
Сразу после радостной вести, от которой лицо профессора С. Снейпа сделалось уже не просто бледным, а с интересным зеленоватым отливом, профессор свел общение с коллегой практически на нет. И если до того они общались уже довольно тепло, насколько это вообще было возможно в случае с сухарем-зельеваром, то теперь это выглядело как арктические заморозки.
Свадьба была назначена на шестое июля. Снейп собирался уехать в Лондон.
Если бы профессор дал себе труд присмотреться к этой своей коллеге, он бы заметил, что она никак не выглядит достаточно счастливой для грядущего события. Скорее, Гермиона казалась задумчивой и рассеянной.
Накануне свадьбы она постучалась к нему. В роскошном элегантном подвенечном своём платье, правда, с неприбранными волосами, она казалась старше и тоньше. И почему-то печальнее... Она говорила что-то, пригласила на чай. Он отмалчивался хмуро, даже не пригласив войти в комнату. И вдруг она спросила - со странной, отчаянной и робкой надеждой:
- Вы придёте на свадьбу?
Если бы он видел, каким странным был её взгляд. Она мяла в руках какие-то листы и казалась смущённой робкой первоклашкой. Если бы он умел смотреть, возможно, она и вовсе не стояла бы здесь сейчас в этом дурацком платье, но он не умел. И она обречённо понимала, что ошибалась... Всё время - ошибалась, думая, что... а впрочем, какая же разница, правда?
- Я должен уехать, - обычным своим тоном замороженной кобры сообщил Снейп, - дела. У вас найдется масса свидетелей столь торжественного события. Кстати, примите поздравления. Минерва считает, что ваша свадьба - это чудесно и очень разнообразит действительность.
В камине, естественно, не хватало дров или было слишком много углей. Камин требовал срочного и неустанного внимания.
Она опустила голову и положила тихонько приглашение - на пол, у порога.
- Если вдруг обстоятельства изменятся, - негромко сказала она, не отрываясь смотря на него. И вдруг - как в омут головой - вошла без приглашения, закрыла за собой дверь и спросила, - а что считаете вы? Вы - что о ней думаете? О свадьбе?
Спросила, вдруг понимая, что... вдруг всё понимая. Вот только поздно... И, кажется, бессмысленно. Подошла к камину - красивая до невозможности в бело-кремовом своём наряде и остановилась между камином и креслом, где сидел Северус.
Всё-таки она всегда была отчаянной. Зачем - сейчас? Поздно же...
- Я о ней не думаю, - отрезал Снейп, не поднимая головы, - это, в конце концов, ваше личное дело, - и, наконец, явно через силу глянул на гостью. - Что, уже? Почему вы в платье?
- Завтра, - отмахнулась она, почему-то поморщившись. - Пытаюсь привыкнуть двигаться в этом... пока слабо получается. Не важно, - она пожала плечами и снова прилипла взглядом его лицу. - Совсем не думаете? - переспросила она, чувствуя, как падает куда-то в пустоту сердце и кружится голова от собственной ненужной, запоздалой и глупой смелости. - Если бы... если бы я попросила совета, что бы вы мне сказали?
Это был уже вовсе бред. Позор, абсурд, а ей было всё равно. Завтра утром... Через несколько часов всё закончится.
Она чуть повернулась, подол платья мазнул по каминному краю, и на нём осталась яркая чёрная полоса. Почему-то от этого платье показалось ещё белее и праздничнее.
- Послушайте! - внезапно разъярился Снейп, резко поднявшись и развернувшись к ней лицом. - Какого дьявола? Вам не нужен мой совет, мисс Грейнджер, вы лжете! Вы же не спрашивали, когда давали согласие! Я вам не отец, не мать уж тем более! Какой совет? Вы с ума сошли! Что, если я скажу: не вздумайте, вы делаете глупость - вы послушаете?!
- Да! - вдруг тоже яростно выкрикнула Гермиона ему в лицо. - Да - если скажете!
- При чем здесь я, черт дери?! – пожалуй, таким профессора никто еще не видел, уж больно специфическое зрелище. - Вам замуж выходить! Вы куда смотрели, когда жениха выбирали?
- На вас я смотрела! - выкрикнула она - и вдруг замолчала, словно испугалась. Стояла и смотрела на него широко раскрытыми своими глазищами, полными яростных слёз.
- Зачем? - опешил Снейп, растеряв всякий воинственный пыл в одну секунду. - Зачем на меня? Вы что... Что с вами такое? Вы же замуж не вчера собрались, нет? Вы же обдумали все, а сейчас... Какой-то бред происходит.
- Зачем-зачем... затем, - вздохнула она, тоже тут же остывая. - Такая я вот... обдумала, да, а теперь вот... бред происходит, - она шагнула к нему и сказала как-то грустно и почему-то виновато, - я очень хочу поговорить... я... пожалуйста, скажите, почему это глупость? Мне надо знать... от вас... сейчас. Завтра... завтра поздно будет, - прошептала она совсем тихо, но глаз от него так и не отвела.
Гермиона выглядела печальной, тихой и какой-то обречённой, а глаза глядели с какой-то совершенно непонятной, неуместной надеждой.
Вдруг стало заметно, что у неё на пальце нет обручального кольца, а ведь должно же было быть, с помолвки-то... с каким-нибудь огромным бриллиантом. И вспомнилось, что его так и не было вовсе.
- Сядьте, - почти насильно он усадил Гермиону в кресло, - так лучше. Теперь скажите, вы любите этого Оноре? Для вас ведь любовь важнее всего, не спорьте! - и совсем тихо. - Я знаю.
Она, всё так же не отрывая от него глаз, очень медленно и решительно качнула головой.
- Нет, - негромко и грустно ответила она. - Вернее... да, но - нет.
Гермиона вдруг сжала его руку, её пальцы были ледяными, а ладонь пылала.
- В таком случае... Не вздумайте выходить за него, - качнул головой Северус, едва заметно дрогнув от прикосновения, - даже если вам безумно идет подвенечное платье.
- Почему, - рука её дрогнула, но не сдвинулась с места, - почему вы говорите мне это? Сейчас?.. Вам... это важно? - и опять пронзительный, теперь уже какой-то требовательный взгляд. - Не всё равно?
"Не выкрутись! - говорил этот взгляд. - Пожалуйста, только сейчас - не выкрутись!"
- Нет... Не все равно, - она чего-то требовала, он отлично понимал теперь чего, но... В конце концов, этого быть не могло, потому что не могло быть никогда! - И говорю я вам это СЕЙЧАС, потому что вы спросили моего мнения, Гермиона.
- Только поэтому? - с отчаянием переспросила она. "Ну же! Ну же, пожалуйста! Я не могу - всё всегда сама! Пожалуйста... давай! Скажи хоть что-нибудь!" - Почему не всё равно?!
Гермиона так боялась ошибиться. Почему боялась - объяснить внятно не смогла бы самой себе, но боялась очень. Не замечая этого, стиснула свои пальцы так, что ногти впились в его кожу - до боли.
- Вы... мне... дороги, - сквозь зубы процедил побелевший Снейп, - поэтому... не... все… равно.
Она улыбнулась, неожиданно мягко и... счастливо - и вдруг прислонилась лбом к его груди, и очень осторожно, едва прикасаясь, обняла, и замерла так. Помолчав, спросила. Голос звучал глухо... наверное, потому, что говорила она не отрывая лица:
- Хотите, я завтра не пойду никуда?
- Но... Вы сами, - Снейп замер, словно любое движение теперь могло сломать его пополам, а то и разбить на несколько тысяч частей, - зачем вы собрались замуж, Гермиона, живо говорите!
Она, словно чувствуя его состояние, тоже не шевелилась, сказала только:
- Глупость... Оноре очень хотел, и я подумала, что всё равно... он умный и милый, и любит меня, а вы, - последнее слово разобрать, впрочем, было почти невозможно - так тихо оно было сказано. - Хотите, я останусь? – помолчав, снова спросила она.
- Да, - сказал Снейп глухо и мрачно, - останьтесь. И продолжайте... Что я? Я не умный и не милый, так?
- А вы никогда мне не предложите, - улыбнулась Гермиона и, наконец, посмотрела на него. А потом медленно встала и снова замерла - глаза в глаза. Невероятно близко.
Северус на мгновение задохнулся и тут же окончательно вышел из себя. Какого черта!!! Как она смеет ТАК с ним разговаривать!!! И это через две недели после того, как гордо заявила МакГонагалл, что де уходит! После того, как найдена какая-то глупая девка на замену. После... После того, как он все это уже переварил и...
- Прекрасно, - прошипел он, - я понял... Вы просто издеваетесь надо мной, верно?
Она вздрогнула, но выдержала. Побледнела только, словно он её ударил, но упрямо сжала губы и заставила себя не опускать голову и взгляда не отвести.
- Разве что над собой, - горько произнесла Гермиона. А потом... какая теперь уже разница? Я бы вышла за вас, но... вам это разве надо?
Вот и всё. Внутри стало пусто и почему-то холодно. Вот всё и закончилось. Теперь уже совсем. Ну и ладно. Во всяком случае, она не будет потом всю жизнь думать, что было бы, если бы... "Лучше сделать и потом жалеть об этом, чем не сделать, и потом всю жизнь жалеть об этом".
Вот она и сделала.
Северус понял: то, что писали и говорили про любовь все подряд от Авиценны до пятикурсника Б., - правда. Это, несомненно, болезнь, и кроме унижения, слабости и ощущения собственной негодности и пустоты она ничего не несет.
Он одновременно чувствовал себя крысой в ловушке, какой-то озверевшей гиеной, и еще... может быть, человеком, который никогда раньше не слышал подобных слов и не знает, как на них отреагировать.
Сбежать? А что потом? Пялиться в камин, обвиняя во всем себя и окружающих. Наблюдать, как снова покрывается пылью и ссыхается живая душа?
- Мне, - сказал он, чтобы что-то сказать, - вы хотите, чтобы я ответил на этот вопрос прямо сейчас? Хорошо. Да, мне это надо, но я отлично знаю, что вы пожалеете об этих глупостях если не в тот же день, то день спустя. Поэтому идите, вас ждут. И вам следует почистить платье.
- Не пойду я никуда, - счастливо и устало выдохнула она, снова прислоняясь лбом к его груди. - Раз нам с вами, оказывается, надо одно и то же... не хочу. И ни о чём я не пожалею, - твёрдо добавила она.
И снова обняла его. Очень аккуратно и деликатно... трепетно. И совсем нетребовательно.
Стало хорошо и тепло... и почему-то совсем не было никаких мыслей о том, что всё готово к завтрашнему торжеству. Ни о чём не было - кроме того, что всё вдруг разрешилось - так хорошо.
- Вы совсем еще дитя, - Снейп напоминал памятник самому себе в граните, - вы не понимаете, о чем говорите, вы не способны думать сейчас. В вас играет упрямство. Я вдвое старше вас, к тому же... Масса факторов. После, вы совсем сейчас не соображаете, Гермиона.
- После, - легко согласилась она. - Но никакой свадьбы не будет, - она улыбнулась. - А с вами мы разберёмся. Потом, - почти промурлыкала она. - Хотя... поверите, я давно думаю об этом. Просто… мне казалось, что вам это совсем не нужно. И при чём же тут упрямство? - она подняла на него глаза. - И почему это я не способна думать, скажите? Ничего ведь не произошло... я сама пришла к вам, разве нет?
- Естественно! - разозлился Снейп на пустом месте. - Вы пришли показать мне ваше платье! Просто понервировать меня, как будто я не знаю, что вы красавица. Это провокация мисс Гренджер. Не считайте меня идиотом.
Хотя, между тем, он знал, что сам ведет себя как законченный идиот. Потому как в голове было пусто, тепло, и гуляло странное эхо.
- Я не считаю, - кажется, у неё невесть откуда появилась просто прорва терпения. - Я пришла не платье показать, я пришла... я очень хотела выяснить то, что выяснила. Понять, нужно вам... это или нет, - улыбнулась она. - А комплиментов я совсем не ожидала. Я не знала, что вы считаете меня красивой, - улыбка стала чуть лукавой и очень тёплой. И вдруг, - я хочу быть с вами... и можете говорить тут всё что угодно. А не с вами - так и ну его вообще.
- Комплиментов? - скривил губы Снейп. - Какая глупость! Вы не о том думаете, как всегда. Вы что же, собрались за меня замуж?! Что, кандидатуры лучше не нашлось? У меня отвратительный характер, и вы однажды побежите требовать развода. Это практически сто процентов. А если у нас будут дети, вы подумали? А если я не дам вам развода? Вся жизнь в скандалах? А вы все про комплименты.
- Собралась, - мирно кивнула она, продолжая глядеть на него совершенно счастливо снизу вверх, чуть касаясь подбородком его груди где-то в районе солнечного сплетения. - И нет, не нашлось кандидатуры лучше, - она улыбнулась. - А о разводе можно заранее договориться - что будет, если. А не дадите, значит, останусь так... не говорите ерунды. И с детьми договоримся. Что вы, в самом деле, неужто мы с вами - и не договоримся? - она улыбнулась снова и прижалась щекой к его груди.
Северус, несомненно, был воспитан не в хлеву и умел вести себя с дамами, но не с ЭТОЙ! Так и стоял как памятник, не поднимая ставших свинцовыми рук.
- Вы всегда были самонадеянной с перехлестом, мисс Грейнджер. Вы считаете, что... Я вам прощу то, что завтра у вас СВАДЬБА?! Что вы выходите за какого-то хлыща французского, который полагает себя УЧЕНЫМ? Ученый! - тут физиономия Снейпа обрела совершенно неподражаемое выражение: адскую смесь из убийственной иронии, пренебрежения и жалости. - О, конечно... Он ученый. Может быть, он гений?
- Да не выхожу я завтра никуда!!! - взвилась, наконец, и она. - Прекратите изображать из себя идиота!!! - закричала она, схватив его за плечи и тряся с неожиданной в ней силой. - Он, конечно, не гений, но вы вообще И-ДИ-ОТ! Что вам надо ещё, чтобы до вас дошло?! Сказать вам в глаза, что я люблю вас?! Ладно, говорю: Я ЛЮБЛЮ ВАС, СЕВЕРУС СНЕЙП!!! Я люблю вас, - тихо повторила она, отпуская его и устало опускаясь в кресло, опустив голову и прикрыв глаза.
Внутри всё было пусто и будто выжжено.
И казалось, что теперь уже всё равно.
- Тише, - он неожиданно опустился на колени рядом, что само по себе было делом невозможным и страшноватым, - ну тише же! Не хватало здесь еще женских истерик. И с какой стати вы обзываете человека, который вам в отцы годится идиотом, Гермиона? Не стыдно?
Она молча подалась вперёд, наклонилась и, обняв его за шею, положила голову ему на плечо.
- Не стыдно, - вдруг всхлипнула она. - Потому что вы так себя ведёте. Ну зачем вы всё это устроили? - она вдруг заплакала тихонько. - Мы ведь поняли друг друга... зачем вы снова? Ну да, да - глупость эта свадьба, - согласилась она, хотя он ничего и не говорил. - Но я же признала... ну хотите, я извинюсь...
Какой-то бред получался из всего этого, но по-другому сейчас не выходило.
Мстительный, предельно злопамятный нрав давал о себе знать.
"Я никогда не прощу", - говорило нечто внутри.
"Дурак", - ухмылялось что-то еще, совсем другое.
Да, ему было дурно, он истекал ядом, как проклятый Анчар, он мучался уже месяц, раздираемый двумя жуткими противоречиями - гордыней и любовью. И все из-за нее!
НЕТ ПРОЩЕНИЯ.
"Ой, дурак-дурак!" - альтер эго, как всегда, потешалось, словно наблюдало выступление клоунов в цирке.
- Не надо плакать, - наконец изрек нечто Снейп хрипловатым шепотом, - и извиняться не надо. Вы что, полагали меня кем-то вроде ваших вечных воздыхателей, которые только приторные комплименты и способны воспроизводить? Ваша свадьба - дичь! Я в любом случае не позволил бы вам.
- И что бы вы сделали? - всхлипнув напоследок, спросила она. - Если бы я к вам сейчас не пришла? - уточнила Гермиона и наконец погладила его по затылку, медленно запустив пальцы в его по обыкновению грязные волосы. - Ничего, - ответила она сама. - Только злились бы - и всё... хоть бы отравили бы меня, что ли, - вдруг привычно, хотя и грустно пошутила она. - Ну скажите мне всё, что вы обо мне думаете. Надо же это сделать рано или поздно. Скажите, какая я мерзкая, глупая и вообще. А мне вот - мне плохо без вас... я даже раньше не представляла, насколько... а сегодня представила, как это будет - и всё. Я гордая, конечно, и глупая, кажется, но не настолько... всё-таки.
Она шептала совсем тихо, и всё равно её дыхание с каждым слогом обжигало кожу у него на шее.
- Не глупая, - уткнувшись носом в теплые колени другого чужого человека, он бормотал до сих пор зло и язвительно, хотя все тише и тише, - вы просто издевались. Вы чего-то ждете от меня, но... Я-то знаю - не дождетесь! Я совсем не то, что вам надо, глупая девочка! Вы мечтаете о гениях, о... Обо всяких мелочах, о славе – пустое. Миром правит не слава... Не важно! Вы ошибаетесь, вы не видите меня и не увидите - у вас УЧЕНЫЕ на уме... Хлыщи и всякая пошлость! - он вскинул голову, и яростные сузившиеся до угольных щелей глаза пронзительно глянули на Гермиону. - ЧТО, ЧТО вам на самом деле нужно? Да! Я вас люблю, но я вам не позволю смеяться!
- ВЫ мне нужны, - она соскользнула с кресла и встала теперь перед ним на колени. - Просто вы, как вы не понимаете?! Не какие-то абстрактные гении, не слава - какая тут к чёрту слава... и - посмотрите вы на меня! - она чуть сжала свои так и лежащие на его затылке пальцы. - Ну посмотрите, наконец - разве смеются - ТАК?!! Разве вас можно выносить постоянно, разве можно терпеть дурное ваше настроение и постоянные издёвки - не любя? Да какая же слава и гении стоят этого?! И вы говорите мне, что я не вижу вас - мне, которая прожила рядом с вами. Вы считали, сколько? Прожила, именно так, потому что... потому что вы сами знаете это. И которая, не выдержав, просто сделала глупость - не вас не вынесла, а себя! Да мне же не нужен никто кроме вас - такого как есть, и не надо мне даже менять ничего, не хотите - не надо... всё, всё - я сделала глупость, и я заплачу, но разве я не имею права на глупости? Смотрите, смотрите на меня. Что, мне смешно? Смешно мне сейчас, по-вашему?! - она заплакала снова, сложно сказать, от чего - от ярости или от боли. - Я потеряла всё, что с таким трудом получила за эти годы. По-вашему, мне сейчас весело?! Я сама теряю сейчас - вас! А вы... Какого дьявола вы решили, что вас полюбить нельзя?!! Кто вам внушил этот бред? Сами придумали?!! Мне ничего не надо - ничего, вы понимаете это?!! Разве что вас - но... теперь это, наверное, совсем уже невозможно.
Всё... Запал кончился. Она плакала теперь, кажется, по инерции, и всё смотрела и смотрела на него. Немного нелепая в таком неуместном сейчас подвенечном платье.
Снейпа словно наотмашь ударили по лицу, он вздрогнул и прикрыл глаза, сдерживая что-то. Как всегда...
- Что невозможно? - ледяным тоном спросил он, уже не шепотом, а вполне преподавательским сильным низким и властным голосом. - Вы о чем, Гермиона? Я понимал вас до сих пор. Но теперь вы о чем? Вы уже согласились быть моей женой. Нет? Или уже передумали? Или отвратительный характер все же не вынести? - теперь он взял ее за плечи и легонько тряхнул. - Вам надо все. И вы можете все. Прекратите, наконец, пороть чушь.
И быстро, жестко, как-то неумело-холодно коснулся губами ее губ.
До сих пор у него были женщины. Но никогда рядом не было людей. С людьми Северус целоваться не умел.
- Довольно. Вы испачкали платье, у вас течет тушь... Вы слишком хороши, чтоб валяться на полу. Сядьте.
Она растерянно хлопнула ресницами - именно так и никак иначе этот жест назвать было нельзя.
А потом - расхохоталась. С облегчением, счастьем и чем-то ещё неопределяемым, но очень для неё характерным.
- Не передумала, - смеясь, сказала она, вставая и вытирая текущие уже то ли по привычке, то ли от смеха слёзы, - я просто... тупая. Я же говорила - я глупая. У меня сегодня приступ тупости. Пройдёт, - она снова села в кресло и нахально взяла его за руки. - Я просто как-то не поняла, что это было предложение... вы правы, я слишком привыкла к вечным воздыхателям с приторными комплиментами. С этим надо кончать - и срочно, - она снова устроила свою голову у него на плече. - Предлагаю больше этой темы не касаться... во всяком случае, иначе, чем с вашей подачи. Сообщите мне, когда будет свадьба? - улыбнулась Гермиона, постепенно переходя, наконец, к своей обычной манере разговора. - В принципе, можно не заморачиваться и воспользоваться завтрашней оказией. Всё равно всё уже готово, и гостей тогда придётся предупреждать только половину. Но в принципе, можно и потом. Как вам удобнее, - произнесла Гермиона свою сакраментальную фразу - и стало понятно, что она, наконец, успокоилась.
- Естественно, - проворчал Снейп, - естественно воспользоваться заказанной церемонией. Думаете, у нас будет время и нервы, чтобы затевать СВАДЬБУ? Я вас разочарую. Считаю это действо дурным вкусом и вообще. Бредовая затея: пьяные гости, букеты какие-то. Чушь! Так что завтра, раз уж оказия случилась, мы воспользуемся. Где ваш бывший жених? Я с ним поговорю...
Всё-таки он был невероятен и невозможен. И, конечно, совершенно неподражаем. "Раз уж оказия случилась". Кто ещё и когда делал ТАК предложение? Или это уже было не предложение, а... да, именно - это был способ организовать собственную свадьбу. "Думаете, у нас будет время и нервы, чтобы затевать СВАДЬБУ" - да где уж...
Она улыбнулась с таким видом, словно речь шла о заранее заказанном столике в ресторане.
- Не надо, я сама с ним поговорю. Всё-таки так будет честно, хотя бы это-то он заслужил, - сказала Гермиона, прикрывая глаза. - А вы его напугаете... и потом, это всё же оскорбление - вот так. Я поговорю. Сейчас... только посижу так немного - и поговорю... он дома, я знаю, где это. И надо предупредить священника, что жениха зовут по-другому. И вообще - массу всего сделать надо. Гарри предупредить, - она фыркнула, - а то он от неожиданности устроит что-нибудь, а там мои родители будут... кстати, надо бы и их предупредить тоже. И... и надо, кстати, вас одеть - или вы будете в простой мантии? Хотя я не против.
Она не сдержалась и снова погладила его по голове. Почему-то именно об этом ей мечталось так давно... в конце концов, у каждого свои фетиши, иногда самые странные.
Завтрашний бардак и кошмар, в который должна была теперь превратиться её свадьба, представлялся ей весёлой ерундой, как, впрочем, и всё вообще на свете.
- Поттера и родителей возьмете на себя, что естественно, - не смотря на то что профессор позволил своей невесте вольность: гладить по голове самого С. Снейпа, тон его нисколько не потеплел, хотя теперь казалось, что он иронизирует сам над собой, - а всем прочим займусь я. Вашим друзьям и коллегам полезен легкий стресс. И, вот что, Гермиона... ОДЕВАТЬ меня не надо. Я сам легко справляюсь с этим процессом, чтобы вы знали. Странного вы обо мне мнения. Вы в курсе, за кого собрались замуж?
Естественно, он уже спланировал свои дальнейшие действия буквально поминутно, поскольку времени оставалось катастрофически мало, а дел чрезвычайно много. Однако еще полчаса Северус решил провести в компании любимой женщины. Так уж и быть. Только чего она себе навоображала?! Одевать?
- А я говорила - у меня приступ тупости, - парировала она. - Мне можно. И я всё-таки хочу сама поговорить с этим, - она вдруг, к собственному ужасу, поняла, что не может вспомнить имени недавнего жениха, - с бывшим... а то совсем уж свинство получается, вы согласны? Хотя... ужасно не хочется, - призналась она. - Но я себя потом уважать не буду... и не прощу такое малодушие себе. А в остальном - вы правы... как всегда. Это иногда ужасно бесит, но в целом я привыкла. А про одевать - это так, - она рассмеялась. - Просто не знала, как спросить. Расслабилась. Я же представляю, за кого я выхожу... и вообще, от счастья иногда дуреют. Обещаю, это пройдёт до завтра... Северус, - вдруг медленно проговорила она.
В первый раз назвав его по имени...
Он так отвык от звучания собственного имени, что инстинктивно насторожился.
- Что? Ах, да... Ваш Оноре, бедняга, тем не менее, заслуживает правды - поговорите. Если что – я вызову его на дуэль, это не проблема, - он поморщился, - так... Что еще? Что еще вас ужасно во мне бесит, Гермиона?
- А что, меня в вас что-то бесит? - удивилась она. - Ах, ну да... нет, так сильно - ничего. Остальное терпимо, - она опять улыбнулась. Ужасно хотелось его поцеловать - так, легонько... не всерьёз. Но было страшно. Ну его. Потом. - У меня вопрос к вам... последний, я надеюсь. Мы что с фамилиями делать будем? Я возьму вашу? Я за, но тогда в школе будет два профессора Снейпа, - рассмеялась она. - Хотя... в общем, решайте. Меня только школа в этом смысле заботит, а так... Гермиона Снейп, - как-то задумчиво поговорила она.
И чуть не фыркнула - почему-то показалось смешным... скорее, с непривычки.
А внутри при этих словах стало так тепло.
"А хорошо быть счастливой", - поймала она себя на мысли.
- Нет уж... Мою фамилию получит только ребенок, - сурово постановил Снейп и тут же усмехнулся как будто мягко и даже - о ужас! - с нежностью, - двух профессоров Снейпов в одном месте быть не должно. Вам не кажется, что это перебор? Оставайтесь при своей фамилии, тем более что все ваши гениальные труды подписаны именно ей. И потом звучит отвратительно: Гермиона Снейп... Абсолютно не гармонично. Нет. Я против. И потом, какая, к черту, разница? Что за бред: фамилия... О чем вы думаете вообще.
- Приступ, - напомнила она снова. - А о чём я должна думать? Вы скажите - я буду, - и вдруг до неё окончательно дошло, что он сказал. Она запнулась и почувствовала, что краснеет. Хорошо, он не мог видеть её лица. - А вы... хотите ребёнка?
Фирменно взлетевшая бровь, выражение лица самое саркастическое:
- А вы нет?
- Я... да, - она счастливо зажмурилась и всё-таки сделала это: поцеловала его - прямо в шею. Горячо и так искренне, что... ну не может же он на такое рассердиться?! - Хочу... от вас - хочу... Я ни от кого не хотела, - почему-то призналась она. - А от вас...
И только сейчас действительно поняла, что завтра выходит замуж - за того, за кого единственного всегда и хотела.
- Вы меня радуете, - проворчал Снейп, как всегда. Хотя... Что-то все же изменилось в оттенках сарказма? - это приятно слышать... Значит, вы все-таки считаете меня мужчиной, - опять ирония? Черт его знает, какие катаклизмы происходили в сумрачном сознании этого человека. - В таком случае, у нас непременно будут дети, и я стану носить вас на руках. Наверное, я это могу.
- Да кем же вас ещё, - начала было она и перебила сама себя, - на руках? Вы - меня? В самом деле? - Гермиона совсем забыла тот их давний разговор и вдруг вспомнила... и лёгким, быстрым, едва уловимым движением соскользнула практически к нему на колени, продолжая обнимать за шею. - А как? - прошептала она. - Покажете? Сейчас... может быть, не обязательно ждать детей? - и добавила почти по-детски: - Пожалуйста... меня никогда на руках не носили...


КОНЕЦ
<<
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100